***
11 января 2026 г., 18:34
В жизни Бори было много взлётов и падений, но чаще, конечно, падений.
Один из его взлётов — развод. Он буквально вывалился из клетки, ощущая себя свободным. С какой радостью он паковал вещи в коробки, загружая их в машину, и с какой радостью он открывал впервые свою новую квартиру...
Однако, свобода в реальной жизни это лишь иллюзия, в мире, где ты застрял в бытовухе, одиночестве и в самобичивании.
Другой его взлёт оказался очень скорым. Знакомство с Вениамином изменило жизнь Бори на до и после. Особенно, учитывая крутую, для Бориса разумеется, особенность его новоиспеченного соседа: четыре дочери с переходным возрастом и сложным характером. Но Боря смог пережить пиление мозга от Оли, а уж девочки-ангелочки ему точно по зубам. Правда вот скоро в один из вечеров Боря достал из своего неприкосновенного запаса бутылку водки по просьбе соседа друга, которую они не до конца, но распили, заглушив на время насущные проблемы. Хоть в тот день у Бори были и свои, но они меркли на фоне горя многодетного отца-одиночки.
Галя для него взлёт или падение? Фактически взлёт, так как испытать ту самую любовь с первого взгляда довольно приятно и сердцу, и душе в целом. Но всё было не так просто, потому что она из другого мира, а чтоб оказаться в нём, пришлось приложить силы и действительно взлететь. Галя была недосягаемой, и как бы Боря не старался примкнуть хотя бы на один процент к её высоте, результаты были не так уж и велики, как хотелось бы.
И тут начались падения, после которых, конечно, были взлёты, но это не сравнится с той болью, которая следует за этим падением.
Трижды.
Трижды Борю подозревали в измене. Причём даже не сама Галя, а прекрасные ангелочки его лучшего друга и многодетного отца-одиночки.
Ирина и Тамара.
Эти женщины соседки были не плохими людьми, конечно, зависло чаще всего от обстоятельств, которые связывали мужчину с ними, но в целом Боря никогда не держал на них зла. Он в целом ни на кого почти не держит зла, кроме одного человека... Исключение, которое сейчас в его жизни не играет роли.
Однако, стоило хоть раз приревновать Галю к незнакомому мужчине... Тогда Боря жалел, что сам по себе человек он ревнивый и в целом он испытывает что-то негативное по отношению к Гале.
В первый раз это было в кафе, когда Боря накосячил при знакомстве с будущим тестем. Тогда он увидел Галю в окружении одного бывшего, напыщенного иностранца из министерства иностранных дел. Забавно. Но не для Бори. Огрёб он тогда заслуженно... и незаслуженно. И спас его ещё один бывший Гали. Он вот не мог похвастаться, что одна из его бывших — майор в полиции, а другая работает в МИД.
Во второй раз это случилось относительно недавно.
Их свадебное путешествие накрылось медным тазом, потому Боря решил, что должен закрыть гештальт. Пока Галя ещё имела возможность пользоваться самолётом, он решил таки осуществить задуманное и свозить любимую жену в отпуск.
И всё шло замечательно, пока в один из дней отпуска Галя вдруг не пожелала экскурсии... И вот уже через три часа, в одном из местных кафе, Боря чувствовал себя третьим лишним. Он, она и экскурсовод. И, конечно же, иностранец, прямо бинго, играющее против Бориса. И он толком английский не знал, настолько, что не мог сложить три слова предложение.
Тогда произошёл их первый серьёзный скандал, где Боря выяснил одно — он ревновать не может, а его могут, ведь на это есть несколько причин.
Первая причина: Борю уже ловили в подозрении на связь с другой женщиной.
Вторая причина: беспричинная ревность с его стороны. Быть может, Боря пытается скрыть свою измену, обвиняя Галю в общении с другими мужчинами?
Третья причина: он мужчина. А мужчины по природе ходят налево.
Так считает не Боря, так утверждает Галя.
Боря сдал свой билет с помощью переводчика в телефоне, купил новый на ближайший рейс и прилетел в Москву.
Тот вечер он не забудет никогда.
Уже в Шереметьево Боря написал Венику, чтоб тот брал ключи от их с Галей квартиры и накрывал поляну — мужик возвращается в свою берлогу. После кучи не столь важных в данный момент вопросов Боря убедил Веника, что он не шутит. К слову, Галя тогда даже не позвонила. Боря чётко сказал ей, что он возвращается домой, а она решила догулять последние дни отпуска. Перед родами ей нужно надышаться свободой.
Что в отмазку наплёл тогда Веник своим дочкам, Боря не помнит, однако виски, бутылку пива, две бутылки водки, кучу слёзных историй о его отношениях с Галей и другими представительницами женского пола и жаркий поцелуй на тумбе у выхода из квартиры он не забудет...
Поцелуй?
Нет, это просто был самый ужасный сон за всю жизнь Бори. Почти полночи он провёл с тазиком, раковиной и унитазом, а другую половину боролся с бессонницей, и только под утро ему приснился этот кошмар.
С похмелья Боря пытался разобраться, почему итог всей исповеди, позорного побега собственно предложенного медового месяца и взлетов и падений в отношениях с Галей вылилось... В это...
Боря, считающий себя почти что радикальным гетеросексуалом, а на его языке — нормальным мужиком, просто не мог понять, как такой коктейль дал такой эффект... Почему? И почему именно Веник? Его лучший друг, многодетный отец-одиночка при живой жене, спортсмен, красавец, комсомолец, жнец, кузнец, на дуде игрец, в целом молодец, учёный, будущий доктор физико-математических наук и преподаватель в Бауманке вдруг стал его влажной, постыдной, горячей, почти сексульной и больной фантазией.
Фантазией больного мозга сороколетнего идиота с мешаниной из виски, пива, водки и какой-то закуски.
И этот страшный секрет был спрятан в шкаф с другими его скелетами...
Один из которых его истинная причина развода с Ольгой, проигрыш денег на ставках, а второй — неудачный сексуальный опыт с одногруппником из техникума после второго курса... Там было что-то похожее, праздновали совершеннолетие одногруппника, а на утро Боря проснулся с именинником почти в обнимку, почти без одежды, почти с наковальней на голове и с очень... очень большими вопросами.
Они оба были не идиотами и прекрасно понимали, что к чему, как минимум, некоторые доказательства были на них же.
Через пару недель выяснилось, что парень отчислился и уехал из города, благо вся эта страшная ситуация произошла летом, когда учебное заведение можно было сменить без лишних вопросов.
И всё стало забываться, особенно, когда Галя после приезда сильно извинялась в течении нескольких дней, спихивая всё на гормоны. Особенно, когда у одной родственницы наметилось грандиозное событие — свадьба. А ещё у его друга... Выпал снег в августе.
Дашка вернулась.
И Боря почти все три дня, проведённые в Кисловодске, выслушивал жалобы Веника на Дашу, на его мысли о разводе, о реакции девочек, о реакции его родителей, которые не стали приезжать на свадьбу родственницы со стороны жены у сына... Тогда Боря понял, как он заебал в тот вечер Веника со своим нытьём. Потому что в эти три дня Веник решил совершить маленькую месть, сам того не понимая, изливая душу почти четыре часа к ряду, будь то в номере или в ближайшей кафешке.
Однако, история с возвращением блудной жены закончилась хэппи-эндом. И тогда Боря посчитал, что это новый взлёт в жизни Вениамина Васильева.
Шло время, Даша вливалась, по сути, в новую семью, где девочки, уже научившиеся жить без мамы и её мнения, пытались выстраивать контакты с ней, а Веник учился снова быть любящим мужем после того, как тот учился быть отцом, строить новые отношения и по итогу в целом зарыться в этом вопросе.
В жизни Бори тоже произошло грандиозное событие, на котором он присутствовал почти всем нутром. Рождение дочери.
Олеся стала его новым взлётом, причём таким, что Боря чувствовал, как у него отрастают крылья... Новые конечности прорезаются из спины, создавая невыносимую боль, но вместе с тем дарили ему новые возможности и ощущения.
Олеся стала центром его жизни. Галя почти через месяц приняла решение вернуться на работу, спихнув все обязанности на Борю. Неудивительно, что ребёнок стал центром его вселенной. Пришлось Боре брать дикретный отпуск, не высыпаться по ночам, Галя же решила, что из-за приоритета в работе она вернётся в свою квартиру, которая куда ближе к работе, кормить импортными смесями, молясь всем богам, чтоб позже это не сказалось на здоровье дочери, менять подгузники, купать и бороться с мамашами в поликлиниках.
Благо с садиком повезло, Галя, разумеется благодаря работе, смогла оправдать в ложных обвинениях заведующую частного детского сада, тем самым выбив свободное место в группе в качестве безмерной благодарности.
Боря, конечно же, намекнул Гале, что такие решения нужно обсуждать с мужем, а не ставить перед фактом, и тогда впервые Галя заявила, что она — мать.
Боря лишь стыдливо прикрыл рот, соглашаясь с этим утверждением, однако, боль от падения так и не прошла, оставляя зарубок.
И от всей сложившейся ситуации он не сошёл с ума благодаря Васильевым, причём всех членов семьи, живущих напротив.
Веник помогал материально, а конкретно — старыми вещами девочек, Даша — советами и ролью няньки, а девочки больше любовались, чем помогали, однако, даже их присутствие было своего рода поддержкой для Бори.
Как-то так получилось, что в один день более-менее стабильный мир Бори разрушился вдребезги, и только Олеся... Ну, не только... В общем, только два фактора смогли удержать Борю от петли на шею.
Это была обычная пятница февральского дня. За окном лёгкий московский морозец с безоблачным небом и тёплым ветерком. Олесе было около полугода, отчего с ней справляться было капельку легче. Боря прогуливался с дочерью и как-то так вышло, что ноги привели к кафешке, которая стала своего рода местной забегаловкой. Ведь хозяин этого заведения муж Марьи Васнецовой.
Первая трещина образовалась на и так уже еле собранном из кучки осколков сердце, когда Боря увидел смеющуюся Галю, что держала за руку... своего бывшего? Того самого, который иностранец.
На столе, который был у самого окна, стояла ваза с роскошным букетом роз, несколько блюд, кажется, не самых дешёвых и два бокала с красным вином. Боря, конечно же, не стал акцентировать внимание на два ноутбука и кучу бумаг, а потому сразу же надумал... Всякого.
Стоп. Не стоит вести себя как девушка из глупых мелодрам, которая что-то не так поняла, увидев свою половинку с другой... в Борином случае с другим.
Ладно, допустим, деловая встреча. Это в целом выглядело так, однако, все ли встречи проходят с цветами, вином и смехом?
Нет-нет, учитывая культуру и воспитание напыщенного иностранца, это всё в пределах нормы... Ведь так?
Дочка дала о себе знать, она проснулась и просила кушать, к тому же прогулка затянулась.
А вечером, когда Олеся дремала в своей кроватке, над которой висела каруселька из разных небольших игрушек, сделанной Веником и Борей в период беременности Гали, в один из вечеров, когда женщина ещё работала допоздна, а Даша в семью не вернулась, Боря решил заскочить к соседям. У них теперь было тихо, в сравнении с его квартирой, несмотря на пять девушек в доме. И как оказалось, он зашёл очень вовремя.
На кухне было небольшое застолье, где собрались Веник, его женушка Даша, Галя... И Иржи...
Они сидели, словно это было двойное свидание, где пары определились путём рассадки. На местах для двоих со стороны дверей в гостиную сидели Галя и её бывший... бывший ли... а напротив — Веник и Даша.
Пока пространство вокруг Бори теряло краски и фокус, тот даже не заметил, что женщины что-то активно обсуждали с Иржи, а Веник был не очень доволен всей ситуацией.
Пришёл в себя Боря уже дома. Точнее, его привели в чувства...
Галя ему поведала всё в подробностях, когда Боря стал более-менее соображать.
После того, как Боря увидел эти счастливые посиделки за столом, особенно улыбающуюся какому-то рассказу Иржи жену и его руку, обнимающую Галю за талию, он незамедлительно и резко схватил бедного и ничего не понимающего Иржи за грудки, благо для Бори и к несчастью для того, он сидел ближе всех к нему, под возмущенные женские вскрики.
— Мало того, что ты, мразь иностранная, сидел с моей женой в кафешке, с цветами и вином, так ещё и у моего собственного друга в квартире позволяешь себе распускать руки.
Веник не припомнил, когда видел Борю таким разозлённым, но в этот момент в его голове что-то щёлкнуло. Так не щёлкало даже в тот вечер, когда Веник на пьяную голову решил подарить полупрощальный поцелуй, который мог закончиться внеплановой ночёвкой, если бы Боре не стало резко плохо. И Веник, словно опомнившись, стыдливо ушёл, молясь всем Богам, чтоб это побыстрее забылось. В последующие дни это даже не обсуждалось, на радость Вениамина.
А в данный момент кое-что встало на свои места, и Веник для себя решил кое-что, но сейчас нужно было спасать гостя от разъярённого ревнивого мужа.
Галя же быстро привела его чувства, сначала резко оттолкнула Борю от Иржи, а после взяла ближайшую чашку с чаем и облила своего мужа. На её и Борино счастье, что чай уже остыл, но не настолько, чтоб просто быть обычным напитком комнатной температуры. В добавок ещё зарядила мощной пощёчиной, от которой мужская часть на кухне аж сморщилась от боли, а Даша лишь ахнула, прикрыв рот и застыв в шоке.
— Иржи, Даш, Веник, простите меня и этого... идиота. Мы домой. Иржи, обязательно обсудим деловые вопросы завтра, я сама наберу.
И Боря уже очнулся дома, выслушая вполуха крики.
— Какого чёрта ты оставил мою дочь одну? А если бы она проснулась? А если бы поранилась? А если бы квартира загорелась?!
— Подожди... Твою дочь? — Боря почти с искренним ужасом и вперемешку с обидой посмотрел на свою жену.
— Всмысле нашу, но это неважно сейчас, что это было вообще?
— Я тебя хочу спросить, что это было? Какого... чёрта ты позволяешь себя обнимать? Ещё и твой бывший! Может мне тоже позвонить сейчас Оле и пойти с ней в кафешку, заказать вина, предварительно подарив ей роскошный букет роз? А потом мы завалимся к Вене и Дашке, сядем напротив них и я буду хихикать над её историей, обнимая за талию?
— В отличии от твоей бывшей безработной женушки, мы с Иржи случайно пересеклись исключительно по работе. Повторяю: исключительно. по. работе. С Веником и Дашей он знаком и сам предложил к ним зайти.
— Но рассказать об этом мне было нельзя, да?
— Я хотела... — Галя осеклась и отошла в сторону, взглянув на мирносопящую дочку, — но времени не было... Ты занят Олесей, а я... работой.
— Хорошо, только не забывай. Дочь — наша! То что ты её вынашивала девять месяцев и родила, не делает её твоей собственностью.
— Я оговорилась, ясно?
Это звучало как дешёвое оправдание, потому что Боря помнил как минимум пять случаев, когда Галя называла Олесю лишь своей дочерью. В то время, как Галя принимала куда меньшее участие, чем та же Тамара, которая каждое утро разговаривала с Олесей перед очередной прогулкой.
Галя не ночевала дома. Снова. И Олеся, на удивление, спала сегодня слишком крепко, отчего не услышала ни скандала, ни хлопка дверей, ни разбитую совместную фотографию со свадьбы. И у Бори снова разыгралась бессонница, отчего он мог изучить последствия пощёчины куда лучше. Покраснение на всю левую щеку и маленькая царапинка, которая успела покрыться корочкой.
И в эту ночь Боря вдруг вспомнил, как уже в четвёртый раз его обвинили в измене... в то время, как он размышлял, а могла ли Галя в теории хотя бы изменить ему?
Это было не так давно, в середине января. У Гали намечалось день рождение, а у Бори ни одной идеи на подарок. Да, всё должно было закончиться совместным ужином и бурной ночью, а дочка предварительно оставлена у дедушки Сергея и бабушки Люды, но вот основного подарка не было. Оттого Боря в отчаянии обратился за помощью к старой знакомой.
— Борь? Тебе чего? — Якушева стояла с маской на лице, огурчиками в руках, в халате и полотенцем на голове. Боря был явно не вовремя. Но и мысли о том, чтоб прогнать его, у Ирины не возникло.
— Ир, ты ведь девушка, так?
— Наблюдательности тебе не занимать.
— О, а ты самая колкая девушка из всех моих знакомых. Но не время шутить, у меня не проблема, а катастрофа вселенских масштабов. У Гали скоро день рождение, а я понятия не имею, что дарить.
— Ох, то же мне, проблема. Да ты заходи, выпьем чаю и подумаем вместе.
Боря мог смело назвать Иру лучшей подругой, которая уже не единожды его выручала... И с которой роман ему приплетали все, кому не лень.
Спустя три кружки чая, один жаркий спор, одну сушку волос и один важный звонок Игорю, нужно же проведать сына в Питере, было решено раскрутить заначку Бори на роскошный подарок.
Сначала «Sunlight», и не потому что это лучший ювелирный салон в районе, а потому что здесь работает девушка, которая была когда-то у Иры клиенткой. Клиенткой перед собственной свадьбой. И теперь Ирина рассчитывала на ответную услугу, а именно консультация на лучшее украшение для тридцати двух летней жены и матери и скидочка по возможности. По итогу вышло даже лучше, Боря приобрёл комплект украшений, состоящий из кольца и сережёк, со скидкой около двадцати процентов. Ира же заявила, что Галя будет полной дурой, если не обрадуется такому подарку.
А после они решили отметить удачную покупку небольшим обедом в кафешке, и Боря, как настоящий джентльмен, решил угостить свою подругу.
Боря, ввиду своей сонливости из-за плохого сна дочери, был рассеян, одно неловкое движение, чтоб передать соль и вот уже вишнёвый сок красуется огромным пятном, конечно же, на светлой юбке Якушевой. И пока Боря, снова как истинный джентльмен, помогал справится с проблемой, созданное по его вине, хотя Ира совершенно его ни в чём не обвиняла, в кафешке образовались Машка и Женька Васнецова.
— Ах, вот он, наш герой любовничек. Ничего, что ты женат, у вас с Галей дочь... И снова эта Якушева! — завопила Маша.
— А я ведь сразу подумала, что не чист на руку этот Боречка, говорила Галине Сергеевне, бросай, пока не дошло до свадьбы.
Чаще всего Боре было наплевать на то, что о нём говорили другие, пусть даже и родственницы, но в этот раз всё было иначе. Снова? Нет, серьёзно, они снова?
Так забавно вышло, что Женя и Маша сидели и баловались чайком в квартире Васильевых, проведывая то ли пришедшую из загула мамочку, то ли своих племяшек, и когда Даша послала Женю на балкон за каким-то вареньем, то она и увидела, что Ира и Боря идут куда-то, смеясь и почти держась за руки. И естественно она поведала всё Маше, которая тут же вспомнила рассказ девчонок о том, что Борю видели в компании Якушевой не единожды.
Сказали Дашке что-то из разряда, срочно вызвали на работу, а сами решили поиграть в детективов, в Шерлока и Ватсона, наверное. А после увидев всё, что им нужно было, они выкатили выводы, не сопоставив факты.
И на защиту чести Бори встала Ирина.
— У вас от одиночества и безделья уже крыша совсем поехала? Для Галочки вашей он подарок выбирал, а после мы пообедать решили. Или что, окольцованные не могут уже и с подругой в кафе посидеть?
— Ага, сама призналась, что подруга! И все друзья тебя так трогают за коленки, м, Якушева?
— Маш, Маш. А ведь она права, у Гали же день рождения скоро.
Женя, несмотря на статус младшей сестры для Маши, быстрее поняла, что в очередной раз они что-то неправильно поняли, выглядя на глазах посетителей кафе дурёхами. А сами почти провтыкали день рождения собственной сестры.
Маша и Женя тут же быстро принесли извинения и посетителям кафе, и Боре с Ирой, а сами пошли думать над подарком.
Что сейчас было, Боря и сам не понял.
Однако сам же день рождения прошёл ещё хуже. Вместо романтического ужина, который плавно перешёл бы в завтрак, всё семейство, что Васнецовых, что Васильевых, решили устроить для Гали целое застолье, где Боря не мог выловить собственную жену хотя бы на пару минут, чтоб сделать подарок. И он решил отложить его.
И после посиделок, когда Галя уже собиралась уходить, Боря попросил зайти к ним. Когда-то они спорили о том, кто к кому переедет, а сейчас жили порознь, словно не были мужем и женой, словно не было у них дочери.
— Борь, я очень устала и хочу домой... Кстати, а где Олеся?
Домой... Разве сейчас она не дома?
— Олеся у бабушки с дедушкой. Я хотел... Я думал, что мы отпразднуем твой день рождения только вдвоём, а тут так вышло.
— Я думала, ты прекрасно знаешь мою семью и того, что вдвоём у нас уже почти ничего не будет. Если праздники, то всей семьёй, хочешь ты того или нет.
— О да, я до сих пор помню, как твои родители были на нашей первой годовщине знакомства.
— Ага, а ещё кое-кто пригласил Веника с Таней, помнишь?
И вместо планируемого Борей романтика и красивого подарка в очередной раз произошла ссора, и особенно Борю добила фраза о том, что хотя бы цветы жене на день рождения можно было и подарить.
В ту ночь Боря почувствовал себя холостяком, без конца теребящий бархатную коробку с украшениями, ещё и дочь ночевала у родителей жены...
Прямо как сейчас, только Олеська сопит в кроватке, видя детские сны, если такое вообще возможно, а Боря в очередной раз страдает бессонницей.
Следующий день был в заботах о дочке, только когда время перевалило за шесть вечера, Боря опомнился. В течении дня он пару раз звонил и несколько раз писал Гале извинения и просьбы перезвонить ему, ведь он дурак, снова приревновал жену к её бывшему, с которым у неё лишь деловые отношения, но та, явно занятая собственной работой, не глянула даже пару СМС. Зато вот от Веника пришло пару сообщений с просьбой зайти к ним на чай, тем более Даша куда-то уехала, да и девчонок не было, есть время для чисто мужского чаепития, почти что пятичасового чая в Британии.
Уже через пару минут Боря переступал порог квартиры напротив, убедившись, что вылазка на десять минут не потревожит сон дочери, тем более, что за ней приглядывала Тамара... Боря на это надеялся. Он не стал идти сразу на кухню, а прошёл в гостиную, сев на диван.
Так тихо... Так непривычно спокойно и тепло... Как так выходило, что в квартире друга Боря чувствовал себя более уютно и комфортно, чем в собственной? Вопрос зародился куда раньше, чем он связал свою жизнь с Галей, выстроив серьёзные отношения, никто тогда ещё не думал ни о дочери, ни о свадьбе, но вот ответа не было до сих пор.
— Борь, тебе какой чай, зелёный или...
Веник же, выглянув с кухни в гостиную, заметил совсем потерянного из этого мира друга. Редко было так, что Веник оставался в квартире один, пусть даже на десять минут, но он не хотел тратить это время в пустую. Наверное, он имел право хотя бы просто присесть рядом с Борей, дав ему возможность высказаться, как в тот вечер, когда он неожиданно вернулся с медового месяца.
— Что со мной не так, а? Что я такого натворил, что моя жизнь идёт через задницу? Маячит второй развод из-за моей дурацкой ревности, я постигну участь отца одиночки при полугодовалой дочери, а меня самого уже четыре раза подозревали в измене, и это только с Галей... Я что, похож на ловеласа? Даже моя первая девушка отказала мне в предложении, потому что думала, что я мучу с её сестрой. Господи, она училась в другом городе и была младше меня на пять лет, — Боря опустил голову и закрыл лицо руками, пока Веник собирался со своими мыслями.
На самом деле ситуация не располагала, но Веник всеми силами хотел поддержать друга, который оказался в ужасном положении. Теперь его очередь, ведь Боря всегда был рядом с ним, всегда помогал с проблемами, даже когда этого не просили, всегда был на его стороне...
«Если что, я в любом случае на твоей стороне...»
Эти слова Веник не забудет никогда, ведь таких вещей ему никто не говорил. И он не принял их во внимание тогда, ведь в тот момент его больше волновало возвращение Даши...
Ах да, возвращение Даши...
Несмотря на то, что, казалось бы, семья снова в полном сборе, все снова пытаются вместе ужиться, Веник никак не мог принять тот факт, что теперь он не один... Теперь с ним рядом спит жена, вернувшаяся спустя несколько лет блужданий неизвестно где, ведь она так и не соизволила рассказать о том, где была всё это время. Теперь он может не делать каждый день завтраки только лишь себе и дочкам, иногда и Даша принимала в этом участие. Теперь ванная была занята ещё чаще и надольше, ведь в доме появилась пятая женщина. Теперь трат стало снова больше, ведь Даша пусть и пообещала, что найдёт работу, но решила пока повременить... С её слов она просто пока не знает, куда идти и куда её возьмут без образования, хотя бы среднего.
Даша больше не ощущалась той девушкой, ради которой Веник бы свернул горы, отрастил крылья и достал бы с неба звёздочку, и момент, когда Боря выпустил своё злое нутро, пусть и всего на несколько секунд, на Иржи, присутствие которого пусть и радовало Веника, как приезд старого друга, но как друга Бори его это расстраивало и также слегка злило, поставил всё на свои места...
Веник понимал, что всё это неправильно, аморально и вообще, из-за такого от него могли отвернуться не только его знакомые, друзья, родители, Даша... Но главное — это девочки и Боря...
Но сидеть и ничего не делать, пока друг страдает, Веник тоже не планировал, оттого он решил переключить внимание Бори с грусти на... Мама бы назвала это сомнительное удовольствие... Мама, которая была замужем за его отцом, а не мама, которая сейчас ездила в Москву чаще, чем раньше.
— Вень, я даже не знаю, что делать дальш...
Поцелуй.
Резкий, валящий с равновесия прямо на диван, быстрый и короткий. Затем ещё один... Ещё один. И ещё...
Боже, что происходит? Боря не мог найти в себе силы хоть на какое-то действие... Ответить или же отолкнуть со страшной силой подальше от себя, назвать Веника мудаком, ударить и разорвать всяческие контакты? Почему-то первое желание играло сильнее, несмотря на пришедшие воспоминания и сон, когда Боря страшно напился и ему приснилось, как сидя на тумбе и прижимаясь к зеркалу, между его ног стоял Веник, который также целовал его, обнимал, прижимал к себе...
Но сейчас всё было куда реальнее, ощущения были лучше, чем то, что Боря поклялся забыть, запереть под семью замками в один из своих шкафов со скелетами...
Веник ставит руки между головой Бори и упирается, смотрит со страхом и искрой. И страх отнюдь не от того, что он сделал, а что последует за этим... Крики, ссоры, скандалы и вот Боря уже собирает вещи и переезжает с Олесей на другой конец города, решив забыть всю семью Васильевых... Но нет, лишь на секунду Веник успевает улыбнуться перед тем, как его притянули для очередного поцелуя. Менее спешного, но при этом такого сладкого и тягучего, когда время вокруг замирало и остального мира не существовало.
Свистящий на всю кухню чайник не стал причиной разорвать поцелуй, скорее всё стало только развиваться, причём стремительно, ведь уже в следующий момент лежачим на диване оказывается Веник, уже по другую сторону дивана, и тот не успевает прибыть в шоке хотя бы на долю секунды, ведь всё накопленное за эти месяцы и даже годы недовольства выливается в это... В неудержимую взаимную страсть, в распаляющую ласку, в бесстыдные, долгие поцелуи, в жёсткую хватку за шею и во многое другое...
И когда даже этого становится мало, Веник решает взять на себя смелость опустить руки с шеи и затылка ниже, оставляя волосы, почти такие же отрощенные кудряшки Бори, как у него, в покое, перемещая их на края домашней рубашки, которую начинают снимать.
Только сейчас Боря отрывается, приподнимаясь и задавая взглядом немой вопрос, готовы ли они зайти настолько далеко. И когда рубашка спадает с плеч на мебель, а позже спихивается на пол, Боря понимает ответ Веника. Настолько далеко.
И им даже не противно, внутри пылает негасимое пламя, которое разрастается с ещё большими прикосновениями, очередными поцелуями, тихими и горячими вздохами на чувствительное у обоих ухо и желанием отдаться друг другу.
Находиться в полусидячем положении, упираясь спиной о подлокотник дивана, было, наверное, единственным, что сейчас не радовало Веника, оттого он слегка поменял их положение на то же полусидячее, но уже прижимаясь к спинке дивана.
Похоже, Боре было всё равно на внеплановую смену обстановки, но ему пришлось устроиться поудобнее, не хватало ещё свалиться, создавая неловкую ситуацию. И это мимолётное движение было воспринято слишком сильно для и без того сдерживающего себя Веника, который, притянув Борю к себе ещё ближе, осмелился забраться пальцами под майку, но не снимая её. Наверное, пока что его желание предпринять более решительные действия слегка застопорилось.
Однако и в такой позе было что-то не то, и потому они почти вернусь в изначальное положение, но уже полноценно ложась на диван, не разрывая контакта ни на секунду.
Наверное, нужно бы подумать о том, что будет через минут десять, когда это всё закончится, как они потом будут смотреть друг другу в глаза, пожимать руки, общаться, словно ничего не произошло... А после снова всё повторить у Бори в квартире под предлогом «навещу друга и его дочку»... Или в целом без предлога, чтоб вопросов было меньше. Каждый раз говорить друг другу о том, что это всё было в последний раз, а после с ещё большей страстью наступать в этот же капкан снова и снова, пока в один прекрасный момент их не застукают... Либо же их спалят... Либо догадаются... Либо, что самое маловероятное, они заявят сами...
Но эти мысли в их голову не приходят, там в целом сейчас пусто, даже окончательно выкипевшая вода в чайнике не даёт повода остановиться, чтоб хотя бы не испортить прибор. Сейчас, учитывая то, что они в последнее время виделись не так часто, как раньше, они сполна компенсируют потерянное время... Своеобразным образом, но всё же.
Просто Веник не может остановиться, вновь и вновь целуя Борю, распробывая для себя новые и незнакомые вкусы, местами жалея, что он не сделал этого раньше, хотя моментов было куда больше и предостаточно. Он не хочет учитывать тот недопоцелуй, произошедший около полугода назад, это было всё не так реально и ощутимо, тем более на пьяную голову.
Он мог ещё в проклятом Кисловодске плюнуть на глупые попытки вернуть Дашу, приняв её предложение о разводе, проблем бы меньше набралось, и вместо этого, наконец, расслабиться и отдохнуть на свадьбе родственницы, нагуливая с Борей последние беззаботные летние деньки, пока того с головой не охватило отцовство. С другой стороны, сделал бы он то, что делает с ним сейчас там, в своём номере гостиницы? Вряд ли, потому что тогда бы Боря точно нашёл в себе силы дать отпор, и тогда бы их дружба распалась раньше. Надо будет, кстати, поинтересоваться, почему же по итогу он позволил зайти настолько далеко?
Боря тоже не желал прекращать, считая себя после этого последней тварью. Даже не зная, конкретно почему, из-за того, что прервал всё это, либо из-за неправильности в целом и своего слабоволья? Он устал, морально и физически, мог ли он позволить себе такую слабость? Наверное. Тем более, что активные действия Веника, которые сдвигали всё с мёртвой точки, только подстёгивало любопытство и желание узнать, чем по итогу всё закончится.
Боря в целом считал Веника слишком прекрасным человеком. Тот, на кого можно равняться, для кого можно придумать сто и один план для примирения с любой из дочерей, кому можно выплакать накопившиеся негативные эмоции, и также вобрать в себя его негатив, профильтровав и запив это очередной стопочкой водки.
И даже ослепляющий свет в глаза в гостиной в моменты, когда на плече или шее оставляют очередной лёгкий укус, который ласково зализывают, извиняясь за свою несдержанность, не мешают Боре просто наслаждаться чувствами, которые ему дарят просто за то, какой он есть, просто за то, что он есть, что он рядом...
Даже несмотря на то, что в гостиной становится жарко, как бы не казалось это парадоксально, ведь Боря уже давно лежит под Веником в простых домашних штанах и майке, как и тот, в свою очередь, стянувший свою рубашку, заставляя в очередной раз залюбоваться подкаченными мышцами Веника, всё кажется таким правильным и естественным. Только запоздалым.
Лучше поздно, чем никогда? А ведь они оба не знали, чем обернётся простое приглашение на чай и жалоба в несколько фраз о несправедливости жизни и грядущем, возможном разводе. И как бы Боря не убеждал себя в том, что Галя его человек, Галя его жена, он любит её и будет оберегать от всех невзгод, сам же он по итогу отдал слишком многое, растратив свои ресурсы полностью без возможности восстановления. Было ли всё происходящее своего рода подзарядка? Вопрос интересный, возможно, требующий время на размышления, однако, любая мысль, которая приходит в голову, тут же вылетает вместе с приглушённым стоном от очередного движения и тесноты выбранной ими мебели для удовлетворения своих желаний.
И возможно, если бы у них было ещё больше времени, всё приняло очевидный исход и необратимые последствия. Но уж слишком увлёкшись изучением тел друг друга под таким приятным предлогом, они не слышат тихого скрежета замка, такого же тихого спускания ручки двери и её открытия и тихого поступа двух пар женской зимней обуви на паркет.
— Веник, а чё это пахнет, как будто горелым?
Голос Даши проходит мимо них, он слышится словно под слоем какого-то барьера, которым они успели огородиться от всех, как только их губы соприкоснулись. Вместе с вопросом Даши Боря снова издаёт стон, уже менее приглушенный, наверное, это отвлекает их от взволнованного в данную секунду голоса, похоже, их бы мало сейчас что остановило... Кроме двух, мягко говоря, офигевших от увиденного женских криков.
— Веник?
— Боря?
Услышанные от жён собственные имена заставляют их замереть, а после синхронно обернуться. Какого чёрта дверь в гостиную со стороны прихожей была открыта? Наверное, этот вопрос бы задал Боря, а Веник в это время уже находит, что ответить, однако, слышит совершенно иное. То, чего никто не ожидал услышать в этой квартире.
— Ну, Галюнь. Ты считала, что я рано или поздно тебе изменю? Получи и распишись, как говорится.
И от такого яда в голосе Веник в очередной раз понял, что несмотря на то, что их ждёт дальше, он ни за что не бросит Борю и сделает всё, что в его силах, чтобы хотя бы он и Олеся были счастливы.
