Всего три слова

Первая красная капля падает на пол. Следом, от запястья до локтя, скатывается ещё одна, оставляя за собой тонкую, багровую линию. В не сильно освещённой комнате, где горит одна настольная лампа, слышится всхлип. Уилл Байерс в очередной раз сидит на полу с небольшим лезвием в руке и проводит им по своей мягкой коже. Байерс не отрывает взгляд от запястья, по которому лезвие ложится мягко, будто скользит. Крупные капли крови проявляются в местах, где к нажиму острым предметом было приложено чуть больше усилий, раскрывая порез. Он тихо сглатывает, и чувствует холод на кончиках пальцев. Физическая боль помогает ему заглушить свои пережитые страдания. Тревога въелась в его тело, и с каждым днем ему все труднее с этим жить. Она не отпускает — преследует по пятам за Уилла, явно не собираясь как-то отставать. Он боится, что если закроет глаза, безграничная темнота настигнет и поглотит его полностью. Нанесение себе увечий дает отвлечься от этого кошмара. Байерс понимал, что селфхарм не выход, что стоит обратиться к кому-то за помощью, за поддержкой. Он и приходил, раньше. Обычно при любом дискомфорте Уилл уходил к Майку. Он сядет рядом, начнёт что-то рассказывать, а Байерс будет его слушать с большим интересом. Ему очень нравилось проводить время с ним. Но вдруг появилась преграда — и Уилер стал от него отдаляться. Исчезли вечерние посиделки, пропали разговоры, где каждый делился с чем-то личным, и не было того самого блеска, искры в глазах Майка, по которому Уилл понимал, что его ценят. Фраза "Мы сойдём с ума вместе" — грела надежду Уилла, что чувства, которые он испытывал к Майку уже долгое время, и продолжает испытывать, окажутся взаимными. Но после разговора в фургоне, где Уилл помог Майку лучше разобраться в своих чувствах к Оди, внутри Уилла что-то треснуло. Он не стал тем, кому Майк может сказать "я люблю тебя". Раздается стук. — Уилл, спускайся на ужин. Мама ждёт. Джонатан. От неожиданности Уилл вздрагивает, и его руки начинают дрожать от лёгкого испуга. — Иду! — Уилл старался не выдать в своём голосе страх того, что его могли застать за этим делом, открыв дверь. Байерс поспешно берет со стола уже заранее подготовленные салфетки, вытирает кровь на свежих ранах, и из-за жжения тихо шипит. Не забывает про нож — так же вытирает его от следов, и прячет в нижний ящик, обернув чистой салфеткой. Испачканные бумажки попадают в урну под столом. Уилл натягивает рукава до конца, встаёт с пола и выходит из комнаты. По пути он зашёл в ванную, успевая помыть руки, и промыть раны. В голове всплывает вопрос: Почему он влюбился в своего лучшего друга?

***

Уилл знает почему. Майк был тем, кто всегда его выбирал и верил в него. За все годы страданий, который пережил Уилл, Майк был рядом. Он мог выслушать про его тревогу в сотый раз, и каждый раз с особой внимательностью к этому относился. Ведь Байерс говорит всё, что думает, только ему. С ним намного легче пережить любой кошмар. Уилер был светом в его жизни. Пока тот не стал освещать жизнь у другой. Одиннадцать. Эта девчонка сумела завоевать любовь у Майка. Уилер был более уверенным с ней, был решительным и собранным. Он был героем в глазах у Джейн. А для Уилла Майк был настоящим. Он мог поделиться с самым сокровенным со своим лучшим другом. Мог не переживать о том, что его осудят, если даст себе побыть слабым в трудные моменты, когда ему наоборот было важно стоять скалой. Это стало очень значимым для Уилла, но, как оказалось, не для Майка. Он выбрал не его. Уилл чувствовал пустоту: он не мог дать Майку то, что тот искал. Но стоило Уилеру сесть рядом и начать с ним разговор, все эти мысли вдруг пропадают. Мысли в голове, которые совсем недавно устроили штурм, начинают утихать, оставляя чувства облегчения и спокойствия. Уиллу становится комфортно. Эти моменты кажутся особенно ценными для Байерса, ведь, не часто попадается возможность отвлечься от воспоминаний, которые так застряли в нём и будто бы острием режут по сердцу. Это были выходные после учебной недели. Все договорились провести субботу в компании — как раньше. Смеяться до боли в животе, глупо шутить и подкалывать друг друга, чтобы забыть уже прошедшие событии и насладиться этими моментами, прожить их сполна. Ребята собрались в доме у Майка. Взяли закуски, вроде чипсов и снэков, сладкие газированные напитки, и сидели в кругу самых близких людей. Лукас перебирал чипсы в пачке, выбирая самые цельные, и кидал их в рот, лениво оперевшись спиной о диван. Он слушал Дастина и его очередную историю про его подружку Сьюзи. Тот говорил громко и сбивчиво, впрочем как всегда, и Синклер не сдерживал свои комментарии, заставляя тихо посмеяться в кулак от вида Хендерсона, который с красным уже лицом пытался доказывать обратное. И в конечном итоге сам же начинал смеяться от сложившейся ситуации. Все шутки вдруг пришли к одному вопросу, который первым задал Дастин. — Ну и как у вас там с.. — начал он, и повернувшись к Майку, добавил. — Ну, с Джейн? Уилл на миг замер, сжал пальцы, и перенёс свое внимание на Майка. — Ничего, — неожиданно резко ответил Майк. — Расстались. Байерс заметил, как Уилер в этот момент изменился. Стал нервно перебирать пальцы, явно желая поскорее уйти от темы. — Она сказала, что я в последнее время изменился. Будто бы перестал смотреть на неё так, как раньше. Лукас шумно выдохнул, и сел поближе. — Вот ты знаешь, — начал он. — Я с Макс часто ссорился. Да, бывает мы друг друга задеваем, но... В итоге ведь все равно остаёмся вместе. Любим друг друга. — Не переживай ты так, все хорошо у вас будет! — Дастин слабо улыбнулся. — Может она сказала это на эмоциях... Впрочем, вы же знаете Джейн. Ей просто нужно время, чтобы всё уложить в голове. Лукас был согласен с Дастином, а Майк, кажется, не сильно то и поверил в их слова. — Вот как понять девочек... — Уилер устало выдохнул. Уилл поджал колени к груди. Он опустил взгляд в пол, и заметил как рукав на левой руке чуть задрался, оголяя первые порезы. Он поспешно натянул его до запястья другой рукой, стараясь при этом не привлекать к себе внимание. Немного подумав над сложившейся ситуации, он обратился к Майку, пока двое вдруг перешли на другую тему. —...Майк, ты не виноват. Майк смотрел на Уиллу так, будто бы не услышал с первого раза. Несколько секунд он молчал, и лишь вглядывался в лицо своего друга. — Д-да, я знаю... — Ты не сделал ничего плохого. — Уилл продвинулся чуть ближе. — Если она так сказала... значит, ей тоже было непросто. — Наверно, да. — Майк тихо выдохнул. — Вот... И, —Уилл опустил взгляд, и слабо улыбнулся. — Любой конец может быть хорошим началом. Вы пройдёте через это вместе. Уилер понял, как было важно услышать такие слова от Байерса. После его поддержки, даже, дышится легче. Он улыбнулся ему в ответ. — Спасибо. Уилл поднял голову, и оба встретились взглядами. В этот момент каждый думал о своём. Уилл о том, какой же Майк был красивым, особенно когда улыбается. А Майк мысленно задумался, что он счастливец, раз имеет такого человека у себя в жизни.

***

— Ну, останетесь на ночёвку? Майк стоял со всеми у входа, — облакотился об дверной косяк, и с надеждой в глазах смотрел на парней. — Не, у меня не выйдет, — Дастин накинул на плечо сумку. — Прости, но мне нужно созвониться с Сьюзи. Лукас в шутку закатил глаза, видя как Дастин, при одном лишь упоминании о своей подружке, заулыбался. — Ладно, с тобой все ясно, — Майк хмыкнул, и уже смирился с объектом симпатии своего друга. Он повернул голову к Лукасу. — А ты? — Меня просто не пустят. — А если договориться? — Вряд-ли. — Синклер скрестил руки у себя на груди, и поджал губы. — Эрика опять меня подставила перед родаками и показала мой дневник, а всё потому, что я забыл с ней сходить на тот фильм, который она хотела. Уилл стоял возле Майка, и слушал причины не мочь остаться на ночёвку у каждого. Он повернул голову к Лукасу. — У тебя, разве, плохие оценки? — Неа, — ответил Лукас, глядя в пол. — просто тест написал не очень. Майк был заметно расстроен — все таки хотелось подольше остаться с ними. Но зато один из них все таки сможет переночевать у него. — Уилл? Ты остаёшься? — Хендерсон повернулся к нему, и склонил голову. Уилл поднимает голову, слыша свое имя. До этого он был погружен в свои мысли, пока его не вернули в реальность. — Да. Меня отпустили. — со слабой улыбкой ответил он. — Блин, повезло, — Дастин коротко кивнул, и начал уже более радостно. — Майк, у нас ещё много выходных! Мы обязательно как нибудь все останемся, да? Лукас ободряюще улыбнулся, соглашаясь. — Ага! Мои родители не будут долго на меня сердиться, — он фыркнул, продолжив. — Если Эрика опять меня не выдаст за что-то еще.. Услышав слова от них, Майк все же посмеялся, кивнув обоим. — Конечно, в следующий раз, я буду ждать. Парни поговорили еще на минут десять, и вспомнив про свой уход, попращались и скрылись за дверью дома Майка. Уилер, как только закрылась дверь, повернулся к Байерсу. — Пойдём в мою комнату? Уилл улыбнулся ему, поспешно кивнув. Ему выдался шанс побыть побольше с Майком, и от этой мысли становится хорошо.

***

В последнее время в голове всплывает образ одного человека, который не даёт покоя уже который день. Стоит один раз о нём подумать, сразу же за этим чередуют другие мысли, а потом ещё одни, и ещё.. Похоже, Майк влюбился в своего лучшего друга. Оди заметила перемену в Майке. Тот будто бы не смотрел на неё с такими горящими глазами, как раньше. И собравшись силами после длительного игнорирования, они сели поговорить. —Что с тобой в последнее время? Почему ты смотришь на меня, но выглядишь так, будто совсем меня не видишь и не слышишь? —Я правда не знаю, Джейн... Майк нервничал, волновался. Ему сложно говорить о своих чувствах кому то еще, кроме как... —Это все Уилл, да? — Что? Уилл? — Резко отрезал Майк. —Да, он. Я же замечаю его взгляды в твою сторону, в отличии от тебя. — Джейн сделала вдох, и продолжила дальше, опустив взгляд. — Тебе стоит раскрыть свои глаза, и перестать мучить своего друга. — Ты о чём? Джейн, я ведь люблю те... — начал было Майк, как его тут же прервал голос. — Любишь? — Джейн отчайно усмехнулась. — Не будь дураком, и признай, что любишь не меня. Другого. И видишь только его. Этот разговор Майк прокручивал в голове бесчетное количество раз. И каждый раз убеждался, что Джейн права. Он действительно его любит. Любит так, что везде видит его образ. "Надо это напомнить Уиллу, чтобы он не забыл...", "Расскажу эту ситуацию Уиллу, ему будет интересно...", "Хочется выговориться кому то... ах да, Уилл!" — и так дальше-дальше-дальше. Слишком много Уилла. Майк несколько недель не мог утихомирить свои непрерывные мысли о своём друге. Тот, как оказалось, всячески показывал насколько Уилер был важен для него. И ему было стыдно, что он этого не замечал, и, даже местами, задевал Уилла своими словами. Тут Майк и вправду оказался полным идиотом. Все мысли в итоге пришли к одной. Майк стал замечать — Уилл носит кофты и свитшоты с длинными рукавами. Нет, конечно, все их носят, но тут дело не в этом... Байерс часто опускает взгляд на свою левую руку, и нервно подтягивает рукав до самого запястья. И видно, что он старается сделать это незаметно. При разговоре, или, когда все были сконцентрированы на чем-то другом. И этот день был не исключением. В тот самый момент, когда речь зашла о расставании, Уилл, опустив свой взгляд на левую руку, заметил как рукав показал шрамы. Она не так сильно задралась, но даже имея минусовое зрение это было невозможно незаметить. Или же Майк по уши в него влюблен, и теперь следит за каждым его действием. Но все таки стоило проверить его теорию как раз этой ночью. И, если она окажется правдивой, и что ему действительно не показалось, Уилер совсем разочаруется в себе и к своему отношению к Байерсу.

***

Они сидели в одной комнате. Смеялись, вспоминая смешные моменты. Улыбаясь, вспоминая время, когда они были еще детьми. Но все это продолжалось не долго. Майк вдруг повернулся к Уиллу, внимательно смотря на него. — Уилл. — А? — Уилл лежал на кровати, смотря в потолок. — Покажи руку. Байерс сделал вид что ослышался. Его голова повернулась в сторону Уилера. — Что? — Я говорю, — Майк продвинулся ближе, чтобы Уилл услышал его слова. — Покажи левую руку. В этот момент Уилл понял, что попал. Включенный телевизор на первом этаже вдруг затих, сверчки на улице перестали звучать... Было ощущение, будто заложило уши. Он неуверенно протянул руку, которая уже подрагивала от волнения. Майк, будто боясь сделать что-то не так, аккуратно обхватил кисть, и развернул тыльной стороной руки. — Я посмотрю, не против? — Уилер поднял взгляд на Байерса. В его глазах было сомнение. — Майк... — Уилл судорожно выдохнул. — Ты меня пугаешь. Байерс аккуратно потянул руку к себе, стараясь высвободить её из хватки, но пальцы вдруг сжались и не дали Уиллу попытку освободиться. От этого Уилл тихо зашипел, ведь большой палец Майка случайно надавил на его больное место. Уиллер тут же расслабил свою хватку. — Хочу кое-что проверить, тогда и успокоюсь. — Майк осторожно подцепил рукав пальцами. — Не дергайся. Уилл уже не слышал слова Майка. Сердце стучало так, словно вот-вот и впрыгнет из его груди. Ладони уже спотели, сдавая волнение. Он не мог смотреть на Майка, который уже начал оттягивать край рукава. И вот как объяснить ему то, что он увидит? Уилл не знал. В этот момент стало стыдно за себя. Первые секунды тишины заставили напрячься обоих. Уилер приблизил руку к себе ближе, с внезапной болью в груди, рассматривая несколько красных порезов. Понятно, что не первые и были сделаны недавно, поверх прошлых. Майк не мог понять — как он до такого докатился? Почему он ушёл к другой и совсем забыл про того, который действительно был ему нужен? В этот момент Уилер себя ненавидел. Ненавидел, что не смог прийти раньше. —Уилл, ты... —Я не хотел! — Байерс свободной рукой сжал край свитшота. — Я не хотел, чтобы дошло до этого! Мне очень стыдно за это, п-прости меня... Голос под конец дрожал, а плечи подрагивали от поступающих рыданий. Уилл быстро вытер свои глаза, но все безрезультатно, ведь слезы продолжали идти дальше. —... Пожалуйста. — Уилл совсем поник. Майк ответил не сразу, слова застряли в горле, так и не осмеливаясь выбраться наружу. Он боялся сказать хоть что-то, ведь, сам не знает, как себя вести в такой ситуации. Ему ещё не удавалось видеть Уилла таким разбитым. Но вот что точно должно помочь сейчас. Майк опустил его руку, и положил свою на плечо Уилла, слегка сжимая. Тот лишь вздрогнул от неожиданности, и приподнял голову. Его красные глаза выбили у Майка всю душу, от чего он не сдержался, и резко прижал к себе, крепко обхватывая двумя руками. Он почувствовал как Уилл сначала напрягся, но практически сразу же будто растаял в его руках, и отчайно обнял его в ответ. Плечи содрагались от рыданий, дыхание было равным и сбивчивым, и Майк сильнее прижал тело к себе, ладонью успокаивающе поглаживал спину Уилла. — Извиниться тут стоит мне, Уилл. Прости что был так слеп. Я... — голос предательски дрогнул. — Я должен был догадаться о твоем состоянии раньше. Слезы продолжали стекать по щекам, падая на футболку Майка, оставляя влажный след. Уилл так нуждался в объятиях. Хотел чтобы его просто прижали к себе и не отпускали. Хотел чтобы это был Майк. И это действительно он — тот самый Майк, с которым Уилл часто прокручивал различные сцены у себя в голове. — Обещай мне, что не будешь причинять себе боль, когда я могу быть рядом. — тихо произнёс Уилер. — Мы... мы можем пройти через это вместе. Как раньше, да? Байерс кивнул, шмыгнув носом. Он не отрывался от груди Майка — ему уже становится легче. — Д-да...обещаю.

***

Аптечка лежала на коленях, а руки перебирали содержимое, вытаскивая самое нужное. Антисептик, мазь для заживления, и стерильные бинты. В детстве Майк был активным ребёнком — от чего и получал различные раны, которых потом обрабатывала его мама. Он запомнил каждое действие, и собирался применить их в деле, помочь Уиллу. Капнув несколько капель перекиси водорода на кусочек ваты, Уилер придерживал его руку. — Потерпи, ладно? — Майк посмотрел в глаза Уилла. —Я очень аккуратно. Уилл кивнул на его слова, и стал наблюдать. Вата мягко коснулась кожи, послышался шумный выдох от лёгкого жжения. Майк проходился ей по всем порезам, и был внимателен к эмоциям Уилла. Как только тот сжимал простынь, чтобы отвлечься от неприятной боли, Уилер тут же отстранял ватку с ран. Каждый раз, когда он касался его кожи, руки дрожали от волнения, но движения были точными и осторожными. Иногда Уилл вздрагивал, но все равно продолжал сидеть тихо. Следом пошла мазь, которую Майк выдавил себе на чистые пальцы, и поднёс к коже. Он боялся сделать что-то не так — сильно задеть рану, тем самым причинив боль своему другу. Но Уилл был спокоен. И его доверие подтолкнуло Майка на действия. Субстанция была прохладной, и вызывала мурашки у Байерса. Майк нанёс тонкий слой мази, а после бережно распределил её по предплечью. Чистый, медицинский бинт уже наматывался на руку Уилла, без сильного натяжения и без дискомфорта. Кожа была мягкой, и Майк ловил себя на мысли, что ему хотелось бы подольше задержать свои пальцы, касаясь Уилла. Перед глазами вдруг представилась картина. Уилл сидит один, как можно подальше от всех, и проводит острым предметом себе по коже. Как красные капли падали на пол с глухим стуком. Как Байерс ломал себя — морально, и физически. Майк вдруг опустил голову, и поспешно протёр глаза. — Майк? — с лёгким беспокойством в голосе спросил Уилл. В ответ — тихий хнык. — Майк, ты чего? — Уилл продвинулся ближе. — Ты плачешь? Тот ничего не смог ответить, и постарался отвлечься на бинтование. Но руки его будто уже не слушались. — Майк, скажи мне, что случилось? — Уилл заметно встревожился. — Ну же?.. — Просто... — Уилер глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. — Просто я боюсь за тебя. Молчание. Байерс склонил голову набок. Он не понимал, действительно ли были произнесены эти слова? — Ты ведь не просто наносишь себе эти... увечья, и мне трудно представить причину. — Майк опустил голову, и постарался говорить как можно спокойнее. Но эмоции уже трещали по швам, желая выбраться. — В-ведь я не был рядом. Я не знал, что ты чувствовал. Я... Я придурок, Уилл. Полный придурок. Сердце забилось быстрее. — Нет, Майк, ты не придурок! — Уилл без раздумий взял его за руку, нежно поглаживая большим пальцем. — У тебя есть на это причины. Ты не можешь всю жизнь прожить находясь рядом со мной. Ты был нужен Дже...— — Я был нужен тебе, Уилл. — вдруг произнёс Майк, сжимая руку в ответ. Тишина. Уилл даже растерялся. Его глаза расширились, а пальцы стали мелко поддрагивать. — Я не хотел, чтобы ты это видел, — тихо сказал Уилл, спустя несколько секунд молчания. — Не хотел быть проблемой. — Что?! Ты никогда не был, и не будешь для меня проблемой! О чем ты вообще говоришь? — неожиданно резко ответил Майк. Он смотрел на Уилла блестящими, от слез, глазами. Слова вышли громче, чем Майк думал. — А если бы я не заметил? А если бы я так и не узнал что ты с собой делаешь? Тогда было бы поздно?.. Уилл не знал, что сказать. Он не привык слышать как Майк говорит с ним на повышенных тонах. От чего он поджал свои губы. — Ещё немного, и я мог потерять важного мне человека. — Майк понял, что переборщил, поэтому снизил голос и продолжил уже спокойнее. — Я не могу представить свою жизнь без тебя. Майк вдохнул полной грудью, успокаиваясь. — Поэтому, пожалуйста, не молчи. В каком бы дерьме я не оказался, ты никогда не будешь приносить мне неудобства. Уилер взял запястье Байерса. После преподнёс её к своим губам, нежно поцеловав. Губы у Майка были очень мягкими. Уилл растрогался от таких откровений. Грудь так знакомо сжалась, почти до боли. Как от ностальгии. И вот Майк сидит рядом, осторожно кладёт голову на плече Уилла, и шепчет куда-то в шею. — Я рад, что ты стал моим другом. А у Байерса будто все внутри перевернулось. Он чувствовал, как на своём лице медленно расползлась улыбка. Уилл увидел в глазах Майка то, что уже давно не замечал. Искры в его глазах. И он решил признаться. Пока есть возможность. — Майк. Майк поднял голову. — ... Да? Уилл приподнес свою ладонь к его щеке, нежно ее огладив. — Я люблю тебя. Секунда. Вторая. Третья... А Майк не мог пошевелиться. Его рука неуверенно легла поверх ладони Уилла. — Повтори? Уилл чуть смутился, но все же сказал ещё раз в слух эти три заветные слова, которых долго держал у себя в сердце. — Я люблю тебя, Майк. И любил с самой первой встречи. Уилеру не хотелось плакать снова. На сегодня хватит слез. Он лишь горько улыбнулся, прижимаясь к ладони Байерса. — И я тебя люблю. Очень.

***

На улице поздняя ночь. Было так тихо, будто весь Хоукинс спит. Парни лежали на кровати вместе. Раньше Майк, когда Уилл приходил к нему на ночёвку, спал отдельно на мягком матрасе. Но теперь ему было сложно отойти от Уилла даже на секунду. — Тебе удобно так? — Лежать рядом с тобой? — спросил Уилл с легкой улыбкой. — Очень. Майк улыбнулся в ответ. Он повернул голову, смотря прямо в глаза человека, которого любит. — Знаешь, — Майк продвинулся ближе. — Я думал, что если буду держаться к тебе ближе, тебе станет хуже. Уилл тихо усмехнулся. С Майком слишком хорошо. — А теперь? Уилер слегка приподнялся. Он был повернут боком к Байерсу, придерживаясь на локте. — Теперь мне не хочется оставлять тебя одного. Уилл долго смотрел на него. И произнёс. — А я не хочу оставаться один, без тебя. Оба понимали, к чему все это ведёт. Майк просто наклонился к лицу Уилла, медленно положил руку на его щеку, погладил большим пальцем. Словно спрашивал разрешение. Уилл сам потянулся вперёд. Поцелуй сначала вышел неумело. Уилл не знал как правильно, ведь раньше никогда не целовался, поэтому отдался своим чувствам. Майк же взял инициативу на себя — без спешки, с лёгким нажимом касался губ Байерса. Рука Уилла, уже забинтованная и завязанная бантиком, прошлась по его груди, и остановилась у самого сердца. Через футболку он чувствовал удары, как она забилась сильнее. Он полностью погрузился в свои ощущения, от чего начал отвечать на поцелуй. Губы Майка оказались намного мягче, чем когда тот коснулся ими его запястья. Руки осторожно обвили шею Уилера, прижимая к себе ближе. Целоваться с Майком в его комнате, где их никто не побеспокоит — было самой заветной мечтой. И настал день, когда она сбылась.