амбиции и инвестиции

лечебница «Нод-Край», или о том, что все имеет свою цену.  на всю частную лечебницу «Нод-Край» разнесся жуткий шум, неизвестного происхождения, откуда-то снизу, с подвальных ярусов. за шумом последовал взрыв и еще один, благо все же доносились эти звуки с подвальных ярусов, а следовательно из лаборатории.  было еще совсем ранее утро, часов пять, больные спали в своих палатах, медицинский персонал тихо шуршал бумагой, заполняя журналы, разносились негромкие шаги по длинным коридорам - обход палат и проверка, все ли спят мирным сном..                            —                    месяцем ранее..  – уф.. блять, пронесло. - Зандик незадачливо почесал затылок, стоя перед только что захлопнувшейся с грохотом дверью декана. - чертовы консерваторы, вы еще пожалеете об этом.  негромко хмыкнув, угловато сложенный Зандик поудобнее подхватил кипу книг и тетрадей и с гордо поднятой головой зашагал прочь, прямиком в общежитие, где обитал на третьем этаже и по счастью один - оба его прошлых соседа числились пропавшими без вести в пустыне Хадрамавет, хотя ходили некоторые слухи, что это было не так, но это ведь слухи, а значит и верить им особо не стоит. впрочем Зандика эти россказни совсем не волновали.  сегодня путь до своей комнаты он преодолел раза в три быстрее обычного.   – отправить меня в академический отпуск за ересь?! да как.. да как.. как язык повернулся назвать мой лучший проект ересью?! - юноша негодовал, схватившись обеими руками за кудрявые голубые волосы, сжимая пряди до поселения костяшек. - мой лучший проект!  профессора в Академии были излишне пугливы, когда дело касалось слишком смелых, конечно же по их мнению, идей, слишком свежих, опережающих свое время. они любили абсолютный контроль, а того, что контролировать были не в силах, боялись, словно тигры огня и сразу били тревогу.  поэтому молодой и перспективный Зандик, уже окончивший Амурту с отличием пару лет назад, был отправлен в академический отпуск, на «подумать над своим поведением». декан питал сладкие иллюзии, что ему удастся переломить ситуацию в свою пользу и местный «еретик» откажется от своих идей, принесет извинения всему профессорскому составу Кшахревара на его курсе и напишет длинную объяснительную, в которой признает свою неправоту. но это были лишь иллюзии, Зандик был слишком горд.  в тот же самый день Академия потеряла свою самую яркую звезду в лице этого молодого гения, лучшего из лучших.  перед окончательным отчислением прошло пару недель. однажды днем он получил очень занимательное письмо из Северного Королевства от самого Крио Архонта, на дорогой тесненной бумаге с перламутрово-голубым отливом, написанное аккуратным приятным почерком.   вещи были собраны тем же днем, всего два чемодана : один с многочисленными чертежами, тетрадями и толстыми фолиантами, а другой с одеждой и разными мелочами.                          ***  Снежная - край вечной мерзлоты, искристого и хрустящего снега, лютых морозов и сурового народа.  после жаркого тропического климата Сумеру, прибытие в вотчину вечных холодов стало настоящим испытанием для юноши, а вид Заполярного дворца захватывал дух.  – дитя, ты принял мое приглашение. - с легкой улыбкой молвила правительница ледяного царства, возвышаясь над прибывшим Зандикои на троне; кратким движением руки она подозвала гостя подойти ближе. - готов ли ты стать одним из тех, кто не боится выйти за рамки?  – конечно, Ваше Высочество, но все имеет свою цену? - в алых глазах зажглись искорки азарта и предвкушения.  – ты проницателен, подойди еще ближе и я кое-что тебе поведаю.  сбросив с шумом свои чемоданы на мраморный, начищенный до блеска, пол, он сделал еще несколько шагов навстречу, а Царица в свою очередь еще раз сделала приглашающий жест рукой. он оказался совсем рядом, не смея даже нарушать благоговейное молчание своим дыханием.  – наклонись, не бойся. - Царица нежно погладила юношу по бледной щеке, как обычно гладят матери своих сыновей. - я дам тебе возможности для воплощения в жизнь самых дерзких из твоих планов, о которых в Академии ты и не мог мечтать, но взамен потребую абсолютной преданности мне и моему делу. ты согласен стать моим авангардом и вторым Предвестником Фатуи, Иль Дотторе?  – да, Ваше Высочество. - ни секунды не раздумывая, новоиспеченный Предвестник принес свою клятву Архонту.                           *** он был еще совсем юн, даже зелен, прожив на этом свете какие-то почти двадцать лет, слишком горяч и полный идей, бьющих из него фонтаном. он не имел четкого представления о том, в чем поклялся ледяной владычице, но был привлечен возможностью реализовать свои проекты и заниматься разного рода исследованиями. получив личную рекомендацию от Царицы, пообещавшей Зандику практику у весьма интересного человека, тот тем же днем отправился по ее наказу в Нод-Край, вотчину самоуправства и автономный регион Снежной, где почиталась Лунная Богиня и не признавались никакие законы, или почти никакие.  прибыв на пароме в Нод-Край, то еще захолустье, по мнению молодого Предвестника, его не встретили, как было обещано, и пришлось потратить время на расспросы местных о том, как ему добраться до окончательного пункта назначения. немного поплутав, ему все же удалось найти лечебницу, где предстояло пройти ту самую медицинскую практику у очень интересного человека. перед глазами Зандика вырос огромный особняк, жуткий на первый взгляд, отталкивающий всем своим видом, с черными стенами, парой башенок и скатной крышей в тон. повеяло ледяным ужасом. недалеко ушла ограда : высокая, витиеватая, черная. видимо здесь этот цвет просто обожали.  толкнув плечом калитку, он наконец увидел на крыльце, под тенью сводчатого  навеса, высокого мужчину с тростью, который приветливо улыбался, точно ожидая его.  – прошу меня простить, что не смог встретить вас должным образом. - приняв рекомендательное письмо, незнакомец улыбнулся чуть шире и слаще, отходя немного в сторону и приглашая зайти внутрь. - меня зовут директор Панталоне и буду вашим наставником по практике.  было нечто подозрительное во всей этой излишней приветливости, юноше стало не по себе от образа директора сего места, от чего он недоверчиво поджал свои пухлые обкусанные губы. не ушли от внимательного взгляда алых глаз безупречно скроенное пальто, с меховым воротником, трость с металлическим набалдашником, золотые дужки очков, чуть поблескивающие на свету.  – «какой расфуфыренный павлин» - подумал про себя юноша, но внутрь стерильной обители из холодного камня все же прошел.  с легким щелчком закрылась за ними входная дверь. пути назад больше не было.  для директора новоприбывший был точно не «еретиком» или «недоучкой», а весьма рискованной инвестицией, рискованной, но очень выгодной в будущем, а написанное письмо, на той самой дорогой бумаге, закупки которой он производил лично для нужд дворца, была подтверждением, что Зандик, нареченный Иль Дотторе, был самым ярким примером исключения из правил.  – Нод-Край место довольно суровое, не как Снежная, но по своему.. - продолжил Панталоне, выходя на свет ламп, тускло освещающие высокие сводчатые потолки. - Чужакам здесь редко рады, а метели достаточно сильны, что порой наши повозки не успевают расчищать дороги, однако же, - он сделал паузу и обернулся к юноше с легкой улыбкой. - думаю для вас это место будет более, чем уютным, если учесть ваши.. специфические научные наклонности.  чересчур уверенная и вместе с тем очень пренебрежительная усмешка расцвела на бледном лице студента, а в полуприкрытых глазах вспыхнул огонь, адский кострище.  –  ха, да я был лучшим на курсе, только вот эти старикашки не ценили моих талантов по достоинству. - бросил Зандик, делая еще один шаг вперед, в эту вотчину чужих мечтаний, скитаний и безумия, облеченного в исследовательский интерес, со стороны медиков, и ворох сладких фантазий, со стороны пациентов. - а за бумажки я даже не возьмусь, вы же это понимаете, директор Лони? - наглый смешок сорвался с его обкусанных губ.  мужчина окинул его изучающим взглядом, задержавшись лишь на его чемоданах, полных чертежей, и лихорадочно горящих глазах. в нем явно чувствовалась вся та излишняя смелость, которую глупцы из Академии называли безумием, в то время как Панталоне называл подобное прогрессом, моралью не отягощенным.  – и вот вы здесь. надеюсь, что госпожа Царица ничуть не преувеличивала, описывая ваши таланты. - директор склонил голову чуть набок, улыбка стала шире, но взгляд все такой же холодный и проницательный. - конечно же у нас много бумажной волокиты, но ею займутся мои секретари, которые смогут превратить всю кровь и неприглядные эксперименты в аккуратные отчеты о проделанной работе. это дело для тех, у кого абсолютно нет воображения, а с вашими амбициями это явно не самое подходящее занятие, мой дорогой Иль Дотторе. - снова пауза, после которой мужчина продолжает свою речь. - здесь, в Нод-Крае, мы смело заглядываем за грани дозволенного, но лишь при условии результативности, надеюсь это более, чем понятно?  развернувшись, Панталоне жестом кисти в лайковой перчатке пригласил юношу пройти в длинный коридор, который вел в глубь этого странноватого здания, где за тяжелыми дубовыми дверьми стонали пациенты и мерно постукивали медицинские инструменты.  – «мда.. все такое же расфуфыренное, как и директор, блять.» - со скучающим видом осмотрев стены, Зандик недовольно фыркнул и проскакал дальше, размахивая своими чемоданами. - и как вы еще в этой черной скучище сами не покрылись пылью или не сошли с ума и не сдохли? резко остановившись, он четко повернул свою голову в сторону директора, задрав ее вверх из-за существенной разницы в росте, прижав левое ухо к левому плечу. глаза были достаточно широко открыты и сейчас он больше напоминал пациента этого места, чем студента на медицинской практике, с невероятной рекомендацией, чрезмерными амбициями и самолюбием. Панталоне же молча наблюдал за тем, как в его мир стерильной тишины по-хозяйски ворвался этот нескладный, угловатый, ершистый юноша, полный очаровательной дерзости.  стоило же молодому Дотторе обернуться, заломив набок свою голову, приняв такую позу, которая подходила больше обитателям мягких комнат, нежели для практикующего врача, Панталоне остановился и замер, затем склонившись чуть вперед, отчего свет ламп отразился в стеклах очков, полностью скрыв аметистовый взгляд.  – вас интересует, как я не сошел с ума в этой «черной скучище?» - он сухо рассмеялся. - видите ли, безумие - непозволительная роскошь для тех, кто владеет счетами. деньги любят кристальную ясность разума.  шаг в сторону Зандика, вторжение в его личное пространство, почти что вплотную, обдавая юношу ароматом дорогого одеколона и чего-то металлического, возможно ключей или моры.   – идем те же дальше. думаю вам не терпится увидеть все подготовленное оборудование, Академии подобное даже не снилось. никаких консерваторов, только ваши идеи и расходный материал, который жаловаться никогда не будет.  сделав пол шага назад и выпрямив спину, на губах директора расцвела все та же настораживающая улыбка, которая делала его похожим на чершиского кота, который проглотил очень упитанную птицу и теперь был чрезвычайно доволен собой.   – и о моей скуке тоже можете не беспокоится, мой дорогой. с вашим прибытием в наш край этом богом забытая глушь станет весьма и весьма оживленным местом, а теперь все же пройдемте дальше, я покажу вам вашу лабораторию.  меньше всего юноша любил, когда в его личное пространство кто-либо смел вторгаться или подходить ближе, чем три-четыре шага, но сам же он частенько нарушал чужое. наглость и дерзость его не знали границ, хотя в Академии он стабильно «получал по ушам» за свои колкости и ядовитый язык, проигрывая в основном по части физической сложенности. он не был низок, вполне нормальный, даже чуть высокий рост, но излишне худой и угловатый : острые углы плеч и локтей, выпирающие ребра, к которым стоило поднести руку и провести, чтобы почувствовать, пересчитать. сутулился он тоже от плохой физической сложенности - мышцы спины были слабоваты.  он фыркнул, а затем сократил расстояние вдвое, упрев кулаки в бока, выдыхая где-то на уровне губ мужчины.  – так значит за мной абсолютно точно никаких бумажек, директор Лони? на мизинчиках поклянетесь? - искусанные губы плавно растянулись в широкой улыбке, демонстрируя два ряда острых зубов. - и все же это все не просто так, вам нужны взамен от меня не только голые результаты. так что же это, поведаете?   резко с грохотом на пол были опущены чемоданы и ловким движением руки Зандик выхватил чужую, дорогу на вид, трость из рук, заставив на мгновение директора растеряться, а его руки застыть на пару секунд, сохраняя форму набалдашника трости. ткнув ею тому в грудь, улыбнувшись, то ли выходке, то ли мыслям в своей голове, явно желая испытать границы терпения и «вседозволенности», юноша добавил :  – безумие имеет разные формы и возможно вы уже давным-давно сошли с ума в этой своей психушке.  Панталоне был человеком достаточно терпеливым, умевшим сохранять ледяное спокойствие и уже привыкшим работать часто с не вполне адекватными экземплярами, к коим относился его новый подопечный. постучав дважды по виску директора, юноша все же вернул ему трость, а тот ее перехватил ровно в том месте, где еще сохранилось тепло худощавых рук, которые вновь заняли чемоданы.  – вы так проницательны, мой дорогой. мне нужны от вас не просто результаты, а смелость выйти за все-все возможные и не возможные пределы, не разочаруйте меня.  после этого некоторое время они шли молча по длинному тускло освещенному коридору с широкими окнами, занавешенными тяжелыми гардинами. то тут то там мелькали подиумы с вазами, вазон, в некоторых были цветы, встречались бюсты, а на стенах были черные, с каким-то особым витиеватым узором, явно дорогие, как и все здесь, обои. но больше внимание Зандика привлекли картины, которые казалось следили за тобой, за каждым твоим движением, за каждым вдохом и шагом, давя этим неприятным вниманием на затылок, впиваясь в него своими «глазами», отчего мысли в голове бились беспорядочнее обычного.  конечно же это не ускользнуло от внимания директора, пусть он и шел немного впереди.  на горизонте выросли очередные двери, которые с легкостью были открыты перед Зандиком, уже приглашенным входить и продолжать их путь дальше, а в голове у него пронеслось :  – « да сколько же здесь этих блядских коридоров и дверей?» - но быстро свое внимание он переключил снова на Панталоне. - я никак не возьму в толк для чего вам трость? - пристальный, почти хирургический взгляд уже успел изучить походку директора, пока не выявив в ней ни намека на хромоту или старую травму, от чего мужчина на мгновение, в растерянности от такого внимания, замер. - вы еще достаточно молоды, но не так молоды, как я, конечно, вам лет тридцать пять. поддержание образа? попытка казаться старше перед инвесторами? банальная прихоть? я не выявил ни малейшего намека на хромоту. - появившись с левого боку, Зандик заглянул в лицо своего нового наставника.  – видите ли это не прихоть, и не мода, а последствия старой травмы. без этой трости на каждый мой шаг затрачивалось бы много лишней энергии, а я это не люблю, как и выглядеть слабо перед своими инвестициями.  Дотторе очень любил вопросы и расспросы по поводу и без, просто так, если ему было интересно, а когда интересное заканчивалось, то и он исчезал следом. так же излишне наблюдательный студент вдруг отметил эту жесткость в шагах Панталоне, а затем возник уже с другого боку в пару ловких шага-прыжка.  – ох, так я всего лишь жалкая инвестиция? - он драматично закатил глаза к потолку, но тут же на лице расцвела диковатая улыбочка. - какое упущение, для вас.  чемоданы вновь с грохотом упали на пол и в следующий момент Дотторе уже ловко обвил своими руками шею директора, продолжая испытывать его терпение на прочность.  – весь этот ваш вычурный образ, увлеченность деньгами, до безумия, костюм с иголочки, дорогой парфюм и эти очки, - проговорив это почти губы в губы и сделав краткую паузу, юноша продолжил. - не думаете ли вы, что все это рассыпется, пойдет прахом, как, например, карточный домик, если на него сильно подуть или изъять карту из каркаса.  за этой речью, внимательно вглядываясь в непроницаемую темноту глаз напротив, он позволил себе очередную шалость-вольность, ведь он всегда делал то, что хочется. влажный язык коснулся гладкой, шелковистой кожи щеки, следом за ним последовали зубы, оставляя след легкой царапины, а затем и отпечаток его акульих зубов. все же наглость Зандика не знала пределов и не признавала никаких границ. это несколько удивило Панталоне, в первую секунду заставило вздрогнуть, расслабиться и наконец усмехнуться.  – образ? вы ошибаетесь, мой милый Дотторе. это броня, которая защищает дом стоящей на груде золота и если вы попытаетесь «вытащить» хотя бы одну единственную карту, готовьтесь к тому что на вас обрушится все то золото, на котором этот домик стоит.  – прям таки золото посыпется? тогда я смогу вытрясти с вас все до последней монетки моры и вы мне больше будете не нужны, разве что только в качестве очень интересного, жутко захватывающего эксперимента. - договорив, юноша оставил след своих зубов и на второй щеке директора, а затем потеряв всякую охоту к висению на его шеи, схватил чемоданы и прыткими неровными шагами заскакал дальше по коридору, вновь к двери, очень надеясь, что это последняя.  – «все же какая очаровательная дерзость и вездесущность.» - подумал про себя Панталоне.  этот юноша был сродни неотлаженному механизму, вибрировавшему от собственной работы, от каждого движения и готовый взлететь на воздух, стоит только в механизме появиться лишней детали, винтику, шестеренке. но ничего, он сумеет отладить «механизм» и направить эту неумную энергию в нужное ему русло, уже предвкушая невероятные результаты своего студента.  на счастье новоиспеченного Предвестника, дверь и вправду оказалась последней. директор приложил ключ к замочной скважине, с тихим лязгом повернул его пару раз и дверь отводилась, а следом за этим было, с легким монотонным шумом, включено множество ламп дневного света. Дотторе поморщился от звука и яркости, эта деталь не ускользнула от директора прямиком отправившись в досье нового студента.  – это ваше рабочее место, но я бы сначала посоветовал вам отдохнуть, если конечно вам это знакомо..  сбросив с себя ворох вещей и легкое пальто, отражаясь от кафельных светлых стен заливистым смехом, Дотторе раскинул руки в стороны и закружился на месте, вызвав этим отеческую улыбку на лице Панталоне. этот несносный мальчишка.. он многообещающе вложение в будущее, сулящие уйму проблем, но все это окупится, обязательно окупится.  переключив свой интерес, словно тумблер, юноша больше не обращал никакого внимания на директора, отнеся его к стенам и интерьеру, не стоящего его внимания, принявшись раскладывать на столе свои чертежи и книги с тетрадями, среди которых имелись некоторые экземпляры из запрещенного отдела библиотеки.  – это подарок, за мой несравненный гений, от них не убудет. - так бы он и сказал или впоследствии обязательно скажет, если кто-то будет достаточно смел, чтобы рыться в его вещах.  все же разложив чертежи, он выбрал из них тот, на котором были аккуратными черными чернилами выведены линии, складывающиеся в очертания огромных колб на подиумах, с подведенными проводами и трубками для растворов. именно этот проект он решил первым реализовать - собрать установку для выведения точных копий живых существ, себя в первую очередь, ведь мало ли, что с ним может случится, а если и случится, то копия сможет продолжить дело.                                 *** на наручных часах было пять утра, когда он наконец закончил собирать нижнюю часть для чудо колбы. руки его и колени были испачканы, брюки безвозвратно испорчены, на жилетке тоже красовались пятна. глаза начали слезиться от накатывающей усталости и отсутствия сна в последние трое-четверо суток, грозящей вот-вот свалить его с ног за непокорность.  обилие реактивов на полках широкого белого металлического шкафа радовало глаз, а о качестве материалов не могло быть никаких сомнений. взяв парочку бутылочек с разными жидкостями, мензурку, пробирку и спиртовую горелку, Дотторе пристроился за ближайшим столом, наспех смешивая все в мензурке, а затем нагревая полученную жидкость в пробирке, после нагрева та приобрела не самый приятный оттенок и аромат.  – неужели мы будем пить эту вонючую жижу? – тебя только не хватало.. - пробормотал юноша и добавил уже чуть громче. - конечно, будем. это значительно повысит работоспособность.  толкнув себя-галлюцинацию в грудь, он опрокидывает содержимое из, ранее нагретой, пробирки  в себя, морщась от горького привкуса.  следом за приступом усталости последовал приступ голода, отчего глаза его округлились, сродни двум монетам моры, дыхание участилось, а голова закружилась и в глазах зарябило. когда в последний раз он себя баловал перекусами, а не сомнительными растворами? вероятно очень давно.  хватаясь за столы и стены, стараясь сохранить вертикальное положение, Иль Дотторе мелкими шагами добрался до выхода из лаборатории, с трудом открывая створку тяжелой дубовой двери. в памяти вдруг возник тот момент, когда идя по коридору с директором, он вдруг почуял сладостно-гнилистый запах и от голода жутко скрутило живот, от чего он согнулся пополам, едва слышно застонав.  побродив по гулким темным коридорам, то ли перепутав столовую с палатой, то ли намеренно забравшись к пациентам, он с необычайной прыткостью утащил одного из них в самый темный угол за пределы палаты. в секунду свернув шею своему «обеду», молодой Зандик набросился на открытый участок руки, впиваясь в плоть своим невероятно острыми зубами, отрывая куски, жадно пережевывая и так же жадно глотая их. скрываясь за вазоном, он выдавал себя лишь валявшимся телом в некогда бледно-зеленой пижаме и громким чавканьем, разрезавшим мертвенную тишину, словно нож масло.  ел Дотторе всегда не очень аккуратно, часто забывая об этой базовой потребности или перекусывая на бегу, спеша на лекцию или наоборот, с лекции.  этот раз исключением не стал, он весь измазался в крови, как ребенок в каше. та стекала по рукам, с щек на шею, капала на рубашку, жилетку и брюки, ее было полным полно вокруг на полу.  да, юный Предвестник был заядлым каннибалом, сожравшим в приступе голода обоих своих соседей по комнате в общежитии Академии.  не закончив с «обедом», облизав пальцы и ладони, пока остальная кровь понемногу запекалась, он бросил поеденного пациента за вазоном, после взглянул на наручные часы - стрелки указали на половину девятого утра, а это значит, что пришло время заявиться в кабинет к Панталоне, как они ранее условились.  обилие коридоров и этажей не слишком радовало его, но кто ищет, тот всегда найдет, верно же говорят? побродив немного, поднявшись на второй этаж и отправившись в западное крыло, Дотторе быстро нашел нужный ему кабинет и буквально ввалился внутрь без стука.  – директор Лони, мне все о-о-очень понравилось!  видевший и привыкший ко многому, Панталоне совершенно опешил от вида юного Предвестника, всего в бурых пятнах и подтеках, с чрезмерно диковатой улыбочкой и перевозбужденным взглядом, словно он сейчас взлетит на воздух хлопушкой с разноцветными конфетти. Панталоне медленно открыл рот, как немая рыба, закрыл его, затем поправил очки и вышел из-за стола, без трости, от того делая над собой особые усилия, едва-едва заметно хромая.  – позвольте поинтересоваться, что с вами такое приключилось? - сложив руки за спиной, мужчина вырос целой горой над перемазанным студентом, с прищуром вглядываясь в нездорово бледное лицо и темные круги под глазами.   – вы про это? - стерев немного засохшей крови большим пальцем с указательного, прямого на начищенные ботинки Панталоне, абсолютно невинно похлопав своими длинными светло-голубыми ресницами - вот же актерище! - он все же ответил. - это мой обед, точнее завтрак.  – завтрак..? - несколько растерянно переспросил мужчина, склоняясь ближе к чужому лицу, недоверчиво поджимая тонкие губы. - неужели вы перепутали приготовленный для вас завтрак с кем-то из..?  – не из персонала, выдохните. - отведя глаза в сторону и надув губы, проговорил юноша, затем вновь облизав ладонь.  Панталоне шумно выдохнул, потер устало  переносицу и строго взглянул на своего студента, который тут же повис на его многострадальной шее.  – неужели вам жалко для меня какого-нибудь пациента? сами же говорили рас-ход-ный ма-те-ри-ал. - притираясь щека к щеке, по слогам выдает Дотторе.  конечно говорил, но кто бы подумать мог, что этот юнец так быстро и так буквально все воспримет. ведь еще и неизвестно кого сожрал.. вот уж подарок, госпожа Царица! только каннибала в этих стенах и не хватало для полного набора..  продолжение следует..