A Long Walk Home/Прогулка До Дома

...Чтож, сюрприз! Я знаю, что мне надо писать продолжение к моей Крик АУ, но меня как-то затянуло во вселенную Прогулки и я решила, что должна это сделать. Сперва я придумала концовку, остальное дописалось само, но наверно получилось так себе, ведь я старалась написать что-то немного отличное от книги/фильма. Хотя есть некоторые моменты из книги/фильма, которые вдохновили меня или были взяты для тех или иных сцен. Уверена, что во время чтения будет ясно кого я взяла в качестве основ для персонажей, но шшш. Также, это может выйти плоховато, чем если бы я собрала отдельный сборник, но у меня уже не было сил, так что я постаралась связать все воедино, и если некоторые части будут... немного быстро идти, то простите. Также, если заметите, игнорируйте какие-либо ошибки, потому что мне было супер лень перечитывать и проверять это все, сорри! Окей, теперь к серьезным вещам. У меня здесь есть сцена похожая на тот момент с Барковичем, но не полностью... Я просто взяла тему суицида и переписала по-своему. Однако, я знаю, что это может быть слишком для людей, поэтому хочу предупредить. Если вы не хотите это читать (там не так подробно описано, но лучше предупредить, чем потом жалеть), то часть начинается с "Внезапно, *имя* завалился на бок, врезавшись прямо в Шарля, который смог его поймать, хоть и пришлось остановиться" и заканчивается словами "Однако у него не было особого выбора, так как рука схватила его за запястье" Думаю, это единственное предупреждение, которое я могу дать, но если я что-то упустила, дайте мне знать и я добавлю это в список. Во-вторых, "Прогулка" была символом войны во Вьетнаме и мне очень нравится эта идея, поэтому я пыталась сохранить эту концепцию. Хотя это касается войны в целом, а не только вьетнамской. Тем более, что я рассматриваю это как событие мирового масштаба, а не только на территории Америки, ха-ха. В любом случае, в конце я указала, что каждый персонаж олицетворяет собой, если вам это интересно. В общем, думаю, это все, что я хотела сказать. так что надеюсь всем, кто читает, понравится! (А если получится не очень... извините, лол)

***

Прогулка Ежегодное событие, родившееся в Америке и распространившееся по всему миру словно вирус. Правительства пытаются исправить свои прошлые ошибки, заставляя малообеспеченных платить. И всё же те, кого принудили к участию, не ведали иного. Для них было честью быть выбранными и нести гордость своей страны до конца. Из всех предложенных, выбор именно их имени был словно знак Всевышнего, подтверждением их важности, их предназначения, и отказ в участии уже не рассматривался. Однако, шаг за шагом, Шарль понимал, что это не так. Гордости не осталось, лишь душевная боль, ощущение приближающейся смерти за их спинами. Осталось трое. Один из них Макс Ферстаппен, сын Майора. Время от времени он сбавлял обороты, но всегда возвращался в строй, демонстрируя более уверенный темп, чем прежде, словно ничто не могло сбить его с ног. И это был вполне справедливый вывод. Он вырос под пристальным взглядом Майора, его воспитывали так, чтобы он всегда смотрел за Прогулкой и делал заметки о падении каждого участника. Для Макса Ферстаппена падение было неприемлемым, что проявлялось в каждом его шаге. Затем был Пьер Гасли. Шарль знал Пьера с детства, они росли в одном округе. Затем, совершенно неожиданно, Пьер исчез, и единственное, что сообщили Шарлю, это то, что его семья потеряла все. Шарль не до конца понимал всего, пока то же самое не случилось с его семьей. Однако, судя по воспоминаниям о Пьере, Шарль знал, что тот непобедим, когда чего-то сильно хочет. Шарль бы сказал, эта черта сопровождала его и в дальнейшем, наблюдая за тем, как Пьер продолжал двигаться, даже когда у него сводило ноги. Третьим был сам Шарль, аутсайдер, если можно так выразиться. Он не ожидал, что доберется так далеко - черт возьми, он вообще думал, что пройдет всего тридцать миль, прежде чем пуля остановит его. Но, каким-то образом, Шарль нашел в себе силы продолжать идти. Возможно, причиной было то, что он видел, как это событие унесло жизни близких ему людей, и он не хотел заставлять свою маму и брата снова наблюдать за этим. И все же, при таком раскладе он не мог понять, в чем причина его решимости, когда его мозг хотел лишь отключиться, но при этом активно держал его на грани истощения, ставя выживание в приоритет. Хотя, какой бы ни была его причина, она не имела значения сейчас. Все, на чем он мог сосредоточиться - это попытка удержать свое тело до того момента, чтоб оно не рухнуло раньше двух других. Он выживал весь этот путь не для того, чтоб сдаться жалким способом, и в голове крутилась мысль, что в начале их было сто человек. - Неужели оно действительно тебе нужно? - спросил Артур, его младший брат и один из последних трех обладателей фамилии Леклер. - Уже поздно разворачиваться, - ответил Шарль, смотря на группу ожидающих парней. - И ты знаешь это, - Артур вздохнул, но кивнул. - Просто... будь осторожен. Не делай глупостей, которые могут убить тебя. Шарль рассмеялся, услышав иронию, но взгляд Артура быстро заставил его замолчать. - Обещаю, я не сделаю ничего, что приведет меня к преждевременной смерти. - Хорошо... хорошо, - пробормотал Артур, прежде чем обнять его. - Я люблю тебя. Шарль обнял его в ответ, прижимаясь крепче обычного, понимая, что это может быть последнее объятие в его жизни, и он собирался насладиться им по полной. - Я тоже люблю тебя. Когда увидишь, передай маме, что я ее люблю. Артур уткнулся головой в изгиб шеи Шарля. - Передам. И ты же знаешь, что она тебя любит, правда? Потому что она действительно тебя любит, просто ей трудно. Особенно после прошлого раза. - Знаю, Артур, - пробормотал Шарль, начиная отстраняться. - Знаю. - Хорошо... - Артур протер глаза, слегка улыбаясь. - Удачи. Шарль, улыбнувшись в ответ, сжал его плечо прежде чем уйти, не сводя глаз с толпы парней, растянувшихся вдоль дороги. Если бы он осмелился обернуться, чтобы посмотреть на Артура, то без сомнений убежал бы к нему, обещая бросить все и вернуться домой. Поэтому, постепенно сливаясь с толпой, он оглядел ее, заметив двух парней, и все на мгновение застыло. - Пьер? - имя слетело с языка пока он глядел на парня, сидящего на тротуаре и рассказывающего другим шутки. Однако только имя прозвучало в воздухе, парень поднял на него взгляд, удивленно замерев на месте, и вскочил на ноги. - Шарль? Черт возьми! В мгновение ока Шарль оказался в объятиях Пьера, что нисколько его не смутило, и он прижал того в ответ. - Никогда не думал, что снова увижу тебя, - сказал Пьер, заливаясь смехом. - Я тоже, - ответил Шарль, чувствуя тот же восторг, что источал Пьер - Я бы спросил, как дела, - Пьер огляделся, - но думаю, и так все достаточно ясно. - Да, - Шарль согласно кивнул. Прежде чем Пьер что-либо сказал, вмешался другой голос. - Не собираешься нас познакомить? Посмотрев в сторону, откуда доносился голос, он встретился взглядом с парнем, сидевшим на земле в окружении других ребят. - Ах, да, - Пьер повернулся к ним и приобнял Шарля. - Шарль, это Карлос, Ландо, Оскар и Юки. Ребята, это Шарль, - Пьер поочередно указывал на каждого, а Шарль пытался запомнить их имена. Карлос был тем, кто задал первый вопрос, и если бы Шарль смотрел на Прогулку этого года, а не участвовал в ней, то поставил бы все на победу Карлоса. Он был в отличной форме, выглядел так, будто ни дня тренировок не пропускал, что, если и было бы правдой, нисколько не удивило бы Шарля. Тот явно был фанатом фитнеса. Следующим был Ландо, и судя по его внешности, Шарль не был до конца уверен в том, как парень сможет постоять за себя. Он выглядел невинно, со стройным телом, но Шарль знал, что не стоит его недооценивать. Люди подобные Ландо нередко одерживали победу - в них всегда была какая-то искра, которой порой не хватало другим. Рядом с Ландо сидел Оскар. В нем не было чего-то такого, что сразу бросилось бы Шарлю в глаза. Скорее, он выглядел как тот самый парень, которого было бы приятно пригласить на семейный ужин для знакомства с родителями. Однако, короткий взгляд в его глаза заставил Шарля напрячься. Казалось, что они источали эмоции потоком, и прямо сейчас в них отчетливо виднелось яркое пламя, которое будет сопровождать его столько, сколько он сам захочет. Последним из этой небольшой группы был Юки. Только увидев, Шарль уже готов был списать его со счетов. Он был слишком мал - у него не было и шанса пережить больше одной ночи в пути, особенно с такой непредсказуемой погодой. Но только он открыл рот, как Шарль понял, что в нем таится желание, которое приведет его далеко. - Так и откуда ты знаешь эту почти-модель? Тихое "Юки" прозвучало со стороны Оскара, отчитывая парня сфокусировавшего все свое внимание на Пьере. - Не стоит ревновать, Юки-сан, - пошутил Пьер, присаживаясь и подтягивая за собой и Шарля. - Шарль мой старый приятель из детства. Юки, казалось, оценивающе разглядывал его, пока не улыбнулся. - Хорошо. Приятно познакомиться, Шарль. Удивленно моргнув раз от такой смены настроения, Шарль слабо улыбается: - Спасибо. - Что? Тебе неприятно со мной познакомиться? - спросил Юки с горящими от недоверия глазами. - Что? Нет... Я не говорил... - Шарль обрывает себя на полуслове, заметив растущую ухмылку на лице Юки. - Ты издеваешься надо мной, - пробубнил он, заливаясь краской. - Не обращай на него внимания, - сказал Карлос, слегка подтолкнув Юки, когда тот начал слишком громко смеяться. - Он просто ведет себя как придурок. - Он сказал мне то же самое, и я также попался, - успокоил его Ландо, мило улыбаясь. Не смотря на то, что они только познакомились, Шарль уже понял, что Ландо - заботливый человек. Он изо всех сил старался утешить Шарля после такой оплошности, хоть в этом и не было необходимости. Прежде чем Юки снова заговорил, спокойный голос Оскара заставил его замолчать резким "Юки". На удивление, Юки действительно послушал, ничего не говоря, хотя было ясно, что он хотел добавить что-то еще. Однако по какой-то причине неодобрение Оскара оставило его молчаливым, и он лишь лукаво улыбнулся Шарлю, когда остальные завели новый разговор. Шарль пытался уследить за происходящим вокруг, но мысли о реакции Юки на предупреждение Оскара и его мгновенное повиновение никак не покидали его голову. Может быть дело было в желании вписаться в компанию, в возможности учувствовать в мероприятии, которое, казалось бы, должно было опустошить человека. Заводить друзей во время Прогулки не было в рекомендациях, но каждый год дружеские отношения завязывались, и те, у кого они были, похоже, добирались как можно дальше. Возможно, для Юки желание иметь друзей побеждало любую внутреннюю борьбу. Хотя, наблюдая за ним внимательнее, Шарль понял, что дело не в этом. В Юки было слишком много огня, грозящего сжечь любого, кто осмелится подойти слишком близко, но окружающие, казалось, не видели ничего плохого в том, чтобы позволить ему сжечь их этим пламенем. Именно тогда Шарль понял. Странным был не Юки — странным был он сам. Каким-то образом за столь короткое время между ними четырьмя успела возникнуть связь, в которую Шарль вторгался. И всё же казалось, что Оскар хотел — или, скорее, Пьер и Оскар хотели, — чтобы Шарль стал частью этой связи, и потому помогал разжечь пламя Юки до тех пор, пока Шарль не сможет его выдержать. Это был продуманный жест, и Шарль оценил его, поскольку не был уверен, что смог бы выдержать всю искру Юки. - Если хочешь, могу поискать камеру для тебя, Шарль, - голос Ландо вырывает его из мыслей. Он посмотрел на него удивленно. - Что? - Ну, исходя из того, как ты сейчас смотришь на Юки, я подумал, что тебе захочется сфотографировать его в этот момент, чтобы всегда об этом помнить, - поддразнил Ландо, ухмыляясь. Шарль почувствовал, как жар распространяется по щекам, и пытался защититься, но вместо этого начал запинаться в словах, что заставило Пьера издеваться над ним. Шарль лишь смог выдавить стон, закрывая руками лицо, когда Карлос, Ландо и Юки присоединились к Пьеру, подшучивая дальше. Затем, словно голос разума, во что Шарль начинал больше верить, Оскар заговорил: - Да ладно вам, парни. Оставьте его в покое, - остальные начали замолкать, и Шарль убрал руки, готовый принять удар и поблагодарить Оскара, однако, не успел он и слова сказать, как парень продолжил: - В любом случае, мы не можем винить его: Юки довольно симпатичный парень. Все тут же разразились смехом, а Шарль, с открытым от шока ртом, уставился на Оскара. Хотя после и сам начал смеяться, пытаясь вставить оправдания, но ничто из сказанного им не имело значения, так как их смех прервали резкие, тяжелые шаги. Оглянувшись назад, Шарль почувствовал, как у него перехватило дыхание, увидев, как Майор направляется к джипу, пройдя мимо Шарля и друзей, не взглянув ни на одного из них. Черт, Майор, кажись, ни на кого не смотрел, а просто занял свое место в джипе и уставился свысока на парней, которые, как он считал, были на ступень ниже него. Внезапно, без единого предупреждения, Майор начал выкрикивать имена, и все замолчали, опасаясь привлечь на себя лишнее внимание. Шарль решил уделить время тому, чтобы запомнить лица и имена, стараясь сохранить в памяти тех, с кем ему предстояло пройти через ад. Но уже после десятого человека он сдался, осознав, насколько эта задача была невыполнимой. - Макс Ферстаппен, номер 33. Когда вперед вышел юноша крепкого телосложения, Шарль ощутил напряжение окружающих, и не смог поддаться общему настрою. Фамилия парня была печально известной - он был сыном Майора, и у всех, казалось, сформировалась единая мысль. Они в жопе. С самого детства Макса тренировали, чтобы он мог выдерживать такие испытания, его опыт был в разы больше, чем у кого-либо из них. Для Макса это будет пустяк, и он, похоже, это прекрасно понимал, поскольку ухмылка не сходила с его лица, пока он шел на свое прежнее место. - Шарль Леклер, номер 16. Услышав свое имя, Шарль направился к Майору. Но как только он туда добрался, его тут же отправили обратно, вручив жетон с номером 16. Устроившись снова на земле, Шарль воспользовался единственной возможностью на отдых за несколько дней. Однако не прошло и трех минут, как у каждого появились свои жетоны, официально превращая людей в числа. Затем Майор начал говорить, но Шарль решил не обращать на него внимания. Он посмотрел достаточно трансляций, чтобы знать, что ему придется поддерживать темп не меньше трех миль в час, получить три предупреждения, прежде чем ему прострелят голову (а их снимают лишь через час), не проявлять агрессию по отношению к другим (включая солдат), идти без остановок, и, вероятно, еще что-то, что уже и не было важным. Вместо этого он сосредоточился на окружающих. Многие из парней были поглощены речью Майора, впитывая каждое его слово, как губка. Другие же оглядывались по сторонам, задерживая взгляды на окрестностях за дорогой, словно обдумывая побег еще до начала Прогулки. Шарль задавался вопросом, не жалеют ли другие о том, что подавали заявки, не мечтают ли вернуться домой, в объятья любимых людей. Он не мог винить их. Он бы чувствовал то же самое, если бы не был занят усмирением панической атаки. Слегка покачав головой, чтобы отогнать эти мысли, он снова сосредоточился на Майоре и заметил, что пропустил почти всю речь, услышав лишь ее конец. - Этим вы оказываете странам огромную услугу, - голос Майор прогремел, когда он окинул взглядом всех присутствующих. Затем, с ухмылкой, он отдал последний приказ: - Начинайте идти. Все ту же двинулись в путь, и Шарль подхватил эстафету, поняв, что это конец. Пути назад больше не было, как бы сильно он его не желал, продвигаясь все дальше. Начало Прогулки было легким. Не было никакого давления, они держали ровный, устойчивый темп. Все действительно было похоже на обычную прогулку с друзьями, если Шарль закроет глаза на камеру. К моменту преодоления четырех миль, Шарля стали одолевать сомнения - были ли прошлые участник просто слабее. Конечно, у него немного горели бедра от одного и того же темпа, но то было скорее раздражающим, чем мешающим. Помогало еще и количество опускаемых шуток и сравнений с школьной экскурсией. Однако, мирное время не могло длиться вечно. - Мы можем быть чемпионами, Ландо! - сказал Шарль, пока Пьер покачивал головой: - Не слушай его. В детстве он плохо играл в футбол, не думаю, что что-то изменилось. Ландо перевел взгляд с Шарля на одного из других участников: - Извини, Шарль, я бы рискнул и пригласил незнакомца. У Шарля от изумления отвисла челюсть: - Ландо! Я же говорю, что мы можем быть чемпионами! - вскрикнул он, а остальные рассмеялись. - Не волнуйся, дружище. Держу пари, Оскар взял бы тебя в свою команду, - сказал Ландо, обнимая Оскара за плечо. Оскар поднял взгляд от дороги и посмотрел на него, после чего покачал головой: - Нет. Не взял бы. - О, это прекрасно! - Пьер громко рассмеялся, а Карлос растянул губы в усмешке и сказал: - Вместо того чтобы быть в команде, ты вполне мог быть чирлидером. Ты достаточно красив для этого. Шарль почувствовал, как у него покраснели щеки, поэтому он снова перевел взгляд вперед. Пьер, заметив это, лишь стал громче смеяться: - Оу, он засмущался! Прежде чем Шарль успел сказать что-то в защиту, он почувствовал, как кто-то толкнул его, из-за чего он оступился, но, к счастью, Карлос подхватил его, и он не отстал. - Извини, - пробормотал толкнувший его парень. Быстро осмотрев его, Шарль узнал в нем одно из лиц, которые он сумел запомнить по номерам. Это был Лэнс Стролл, идущий под номером 18. В последний раз, когда Шарль его видел, тот был один. Он ни с кем не разговаривал как до начала Прогулки, так и на протяжении всей пройденной дистанции рядом с ним, казалось, не было никого, с кем можно было бы поговорить. Хотя Шарль также знал, что Лэнс - богатый парень, у которого не было нужды участвовать в Прогулке, что и вызвало настороженность у других. - Я всего лишь пытался свалить из детского сада позади... Не уверен, что они смогут пройти больше, - Лэнс продолжил объясняться и Шарль понял, что так и не ответил ему до этого. - Все нормально, - быстро перебил он Лэнса, заставив его замолчать. Прокручивая в голове его слова, Шарль обернулся и заметил двух мальчиков, которые двигались в задней части процессии, причем тот что ниже разговаривал с высоким. - А что с ними? - Что? - спросил Лэнс, проследив за его взглядом. - А! У того, кто выше, паническая атака или что-то в этом роде. Второй вроде пытается помочь, но не думаю, что у него это получается. Шарль кивнул, еще раз взглянул на мальчиков позади, а затем на остальных: - Кто-нибудь из вас знает их имена? - он указал назад, и все посмотрели в указанном направлении, но в ответ лишь пожали плечами. - Мне кажется, это могут быть Андреа и Оливер? - неуверенно спросил Карлос - Они выглядят как маленькие дети, - пробормотал Оскар. Ландо кивнул и указал на Юки: - Юки тоже так выглядит. Юки сердито посмотрел на Ландо и показал ему средний палец: - Пошел нахуй. - Я пойду проверю, как они там, - прокомментировал Шарль. - Чт... - начал было Пьер, но Шарль уже начал отступать, получив по пути одно предупреждение. - Вы оба в порядке? - спросил он, как только подошел к тому, что пониже. Если Карлос прав, то он, Андреа, вздрогнул, но кивнул: - Да. Мы в порядке. Осмотрев их с ног до головы, Шарль заметил, что с Андреа было все нормально. Он не хромал и не задыхался, но с другим все было иначе. Ему не было трудно ходить, но, судя по тому, как его грудь резко вздымалась, у мальчика были проблемы с дыханием. - На первый взгляд может и да, - сказал Шарль, - но на самом деле это не так. Мальчик вздохнул: - У нас все было хорошо, но Олли внезапно... не знаю, словно ни с того ни с сего сорвался. Конечно, Шарль не был медиком, но он знает, что такое паническая атака по собственному опыту, и у Оливера, или Олли, как назвал его Андреа, была именно она. Поэтому Шарль изо всех сил пытался успокоить Олли. Он шепотом утешал его, позволял ему чувствовать собственное дыхание и делал все, что только приходило в голову, кроме задержки дыхания. С каждым прерывистым вздохом, который постепенно утихал, Шарль вспоминал. как раньше делал то же самое для своей мамы, пока они наблюдали за Прогулкой его старшего брата Лоренцо. Страх перед этим событием поглощал ее, лишая всякой надежды на жизнь, и Шарлю часто приходилось возвращать ее в разум. Это было неприятное воспоминание, но он рад, что это помогло Олли. - Тебя поглотил страх? - спросил Шарль, когда дыхание Олли вернулось в норму и в глазах снова появилось узнавание. - Э-э... - Олли нервно сглотнул, но кивнул. - Да. - Олли, я же говорил тебе не думать об этом, - отчитал Андреа, но его тон смягчился, когда он увидел, как сильно устал Олли. - Просто представь, что мы идем в поход. - Прости, Кими, - пробормотал Олли, выглядя пристыженным. - Нет, не извиняйся, - сказал Андреа, или Кими, покачав головой. - Всякое случается, - затем он взял руку Олли и закинул себе на плечи. - Может, ты отдохнешь, пока мы с … - Шарль, - сказал Шарль, когда понял, чего Кими ждет. - Мы с Шарлем поможем тебе идти. До того, как тебе станет лучше. На мгновенье показалось, что Олли вот-вот начнет спорить, однако одного взгляда на Кими было достаточно, чтобы он кивнул головой и закрыл глаза. После этого Шарль и Кими шли молча, пока дыхание Олли не стало тихим, как при сне. - Спасибо за помощь, - Кими первый нарушил тишину. - В любое время, - не задумываясь ответил Шарль. - Я не собирался оставлять вас обоих страдать... особенно когда вы еще дети. Кими поморщился при упоминании их возраста: - Да... -Почему... - Шарль на секунду задумался о том, как бы правильно сформулировать вопрос, чтоб не показаться расстроенным, - Почему вы оба на это подписались? Последствия известны... так что вы осознаете, что вас может ждать. Кими пожал плечами: - Мы на самом деле не думали, что все будет так плохо. Типа, все постоянно думают, что с ними такого не случится, и это был один из таких случаев. - Ты не думал, что тебя выберут? - Нет, - вздыхает Кими, поправляя Олли, чтобы его было удобнее держать. - Столько людей подали заявки, что сама мысль о том, что нас выберут, казалась невозможной. Но все же, мы здесь. - Мы здесь, - повторил Шарль, понимая их чувства. Когда он подавал заявку, то не ожидал, что его выберут, особенно после того же от его брата в том году. Но жизнь имеет привычку заставлять тебя брать свои слова назад, и когда объявили его имя, Шарль знал, что мир смеется над ним. Тем не менее, Шарль старался не погружаться в свои мысли, особенно когда заметил выбоины по всей дороге. Однако, прошла всего секунда тишины, прежде чем Шарль почувствовал, как Олли резко толкнули ему в бок, после чего раздался глухой удар. Он быстро поднял мальчика, удерживая на себе лишний вес, а Олли начал моргать, будто сова, не ожидая, что его разбудят. - Предупреждение, номер 12. Услышав это, Олли и Шарль резко повернули свои головы назад и увидели Кими, лежащего на земле, держащегося за голову и стонущего. - Кими? - вопросительно пробормотал Олли, пытаясь вернуться и схватить его, но безуспешно, потому что Шарль крепко держал его. - Вставай, малыш! - крикнул Шарль, идя спиной вперед вместе с Олли. - Давай! Кими предпринял слабую попытку встать на ноги, но, подняв голову, Шарль увидел у него на лбу рану. Понимая, что это не к добру Шарль пытался отвести Олли с места, но понял, что провалил. - Второе предупреждение, номер 12. К этому моменту все уже заинтересованно косились и шептались - как скоро настанет первая смерть. Каждое их высказывание заставляло Олли сильнее переживать и бороться против хвата Шарля. - Олли, прекрати, - воскликнул Шарль, усиливая хватку. - Нет! Ему... ему нужна моя помощь, - произнес Олли. - Ты не сможешь ему помочь, - Шарль покачал головой. Что бы Шарль ни говорил, Олли упорно игнорировал, продолжая бубнить "нет", пока Шарль пытался оттянуть его. Затем, к всеобщему удивлению, Макс Ферстаппен поднял Кими на ноги и стал придерживать за талию: - Пошли. - Что за черт... - пробубнил мальчик и Шарль не мог не согласиться. На протяжении всей Прогулки, Макс держался особняком, не проявляя никаких эмоций, если только кто-то не пытался подойти слишком близко. Тогда он бросал на них такой взгляд, что тот, кто осмеливался подойти, убегал. Потому его помощь и подвергла всех в шок. Хотя Олли успокоился, когда увидел, что Кими не оставили умирать. - Ты сможешь продержать его два часа? И игнорировать его предупреждения? - решил спросить Шарль, заметив как Макс скривился от дополнительного веса. И если Шарль спросил это с заботой, то, судя по брошенному Максом взглядом, тот воспринял это в совершенно по-другому: - Может ты на себе сфокусируешься? - Ладно. Я просто хотел быть вежливым, - вздохнул Шарль. Между Олли и Шарлем воцарилась тишина, пока они продолжали идти, хотя Олли время от времени проверял Кими и Макса позади. - Макс не позволит чему-либо произойти, так что тебе не о чем переживать, малыш, - сказал Пьер, присоединившись к Шарлю, помогая Олли двигаться, пока остальные держали темп впереди. Олли лишь кивнул в ответ и попытался сосредоточиться на главном, и на какое-то время все, казалось бы, пришло в норму, пока не раздался резкий возглас: - Черт! Все трое мгновенно обернулись и увидели Кими, лежащего на земле с закрытыми глазами, и Макса, стоящего на коленях. - Предупреждение, номер 33. - Третье предупреждение, номер 12. - Кими! - крикнул Олли, вырываясь из хватки Шарля. К счастью, или, по мнению Олли, к несчастью, Пьер среагировал достаточно быстро, чтобы схватить Олли за рубашку и притянуть его обратно в свои объятия. Пока Пьер разбирался с Олли, Шарль не сводил глаз с Макса, наблюдая, как тот поднялся и продолжил идти, оставив Кими. Как только Макс догнал его, он заставил Шарля развернуться вперед как раз в тот момент, когда раздался выстрел. - Первая жертва, парни! - радостно воскликнул какой-то случайный участник, в то время как другие вздрогнули от шока или сделали вид, что ничего не видели. Рядом с ним Пьер пытался утешить Олли, который рыдал навзрыд, зовя Кими, но не получая ответа. Шарль же не знал, что чувствовать - он вел обычный разговор с Кими, а потом - тишина. Но он не хотел слишком сильно задумываться об этом, поэтому посмотрел на Макса, который, казалось, ни о чем не беспокоился. Однако дрожь в его руках выдавала его. - Что случилось? - тихо спросил Шарль. - Он потерял сознание, - сказал Макс. Шарль слегка кивнул, но Макс продолжил говорить: - Я подумал, что у него сотрясение мозга после того, как он ударился головой о землю, поэтому пытался не дать ему уснуть. Правда, как только я остановился на минуту, он тут же отключился, а я не был готов к дополнительному весу. - Все в порядке, - пробормотал Шарль, не веря ни единому своему слову. Макс взглянул на него, вероятно поняв, что он лжет: - Неужели? - Нет, - признался Шарль. - Но должно быть. Впереди еще 99. - Да, - пробормотал Макс, прежде чем ускорить шаг. И по мере его отдаления, Шарль впервые за всю Прогулку почувствовал, что начинает ощущать всю тяжесть происходящего. Вспоминая все это, Шарль был наивен, думая, что понимает, насколько сильно эта Прогулка истощает человека. Конечно, смерть Кими его не расстроила, но, в отличии от Олли, она не превратила его в пустую оболочку. Что и было истинным показателем того, как Прогулка влияет на человека. - Знаешь, я начинаю сомневаться, с чего вдруг решил, что смогу пережить оставшихся 99 участников, - осторожно произнес Ландо, нарушая часовую тишину, воцарившуюся в группе после того, как Олли перестал плакать. - Но с другой стороны, я и в подростковом возрасте не думал о присоединении к Прогулке, так что, в каком-то смысле, я был умен. - Можешь заткнуться, черт возьми? - рявкнул Шарль, чувствуя, как сильно это его задело. - Он был всего лишь ребенком, все мы в его возрасте совершаем ошибки! Не его вина, что ему внушили мысли о несбыточной мечте! Ландо хотел сказать что-то еще, но Шарль бросил на него испепеляющий взгляд, а затем ускорил шаг, понимая, что если ему придется выслушивать шутки Ландо о Кими, он применит силу. Он не мог рисковать, если не хотел купить себе билет заранее. - Прекрати, - Шарль услышал, как Карлос что-то пробормотал, прежде чем за его спиной послышались шаги. - Шарль, - окликнул Пьер, положив руку ему на плечо. Шарль оттолкнул его: - Не надо. - Он просто пытается поддержать моральный дух, - Пьер попытался защитить Ландо, но по тону было ясно, что он не полностью одобряет его действия. - Шутками о смерти какого-то ребенка? - Шарль резко повернул голову в его сторону, нахмурившись. - Если ты считаешь это способом поддержки морального духа, можешь идти и присоединиться к нему. - Я не это имел в виду... - Знаете, мне кажется, что именно то, чего они и хотят всегда, - Юки перебил Пьера. - Что? - спросил Шарль, растерянно глядя на него. - Наша вражда... я думаю, это то, чего они хотят, - объяснил Юки, смотря на него. - Типа, если мы будем постоянно ссориться, мы всегда будем как ягнята, ведомые на заклание, покорно принимающие свою смерть. Пьер оглядел солдат, явно желая убедиться, что их разговор никто не подслушивает, - Нам не следует это обсуждать. - И этого они тоже хотят, - прокомментировал Юки. - Пока все боятся, они сохраняют власть и могут отправить нас всех на смерть. Прикрываясь за этой гордостью страны, они обманывают все больше молодых парней, таких как мы. Шарль обдумывал слова Юки, и хотя ему было неприятно это признавать, он не видел в их логике ни одного изъяна. Чем дальше они шли, тем меньше гордости он испытывал за свою страну и тем больше он боялся за свою жизнь. И всё же Юки продолжал говорить, словно слова отчаянно рвались наружу, стремясь быть услышанными: - Но, эй, это развлечение, верно? Смотреть на то, как убивают молодых парней, и знать, что каждый год из-за этого события рушатся семьи - все это стоит того чувства гордости, верно? Заставить свою страну гордиться тобой... даже если ты сам лежишь на земле, истекая кровью, ради правительства, которое даже не будет оплакивать твою смерть. Впервые с самого начала Прогулки Шарль увидел ту искорку, которая потухла в глазах Юки, взглянув на его лицо. Хоть и шли они всего десять часов, Юки выглядел так, будто шел гораздо дольше. Судя по тому, что Юки сказал, Шарль понял, что дело не только в Прогулке, но и в том, что терзало самого Юки. Однако, прежде чем он или Пьер смогли что-то ответить, их внимание привлек внезапный крик боли. На земле лежал мальчик, прижимая ногу к себе, крича о судороге и моля оставить его в живых. Солдатам, правда, было все равно. Один из них спрыгнул с танка и приставил карабин к затылку, и к тому моменту, когда прозвучало последнее предупреждение, мальчик смирился со своей участью. В момент выстрела крик "Олли" привлек внимание Шарля, и тогда он это увидел. Олли сходил с дороги. - Эй! Остановись! - крикнул он, подбегая и останавливая Олли. Но Шарль опоздал. В тот момент, когда Олли сошел с дороги, раздался еще один выстрел, и Шарль почувствовал, как на него упало что-то теплое. Шарль мог лишь стоять в шоке, наблюдая, как тело Олли падает, пока не ощутил тягу вперед. - Давай, не тормози. Это был голос Пьера, но Шарль не мог оторвать глаз от тела Олли. - Шарли... - голос Ландо. Моргнув, Шарль отвел взгляд от тела и увидел Ландо, идущий перед ним спиной вперед и удерживающий Шарля за руки, чтоб убедиться, что он продолжает идти. - Пьер сейчас вымоет твое лицо, а я буду вести тебя, хорошо? - объяснил Ландо, и, не смотря на то, что Шарль хотел согласиться, слова никак не моги выйти наружу. К счастью, оба, казалось, все поняли, и Пьер, разорвав рубашку и вылив на нее воды из фляги, начал оттирать лицо Шарля. Даже если у него не было зеркала, запах железа, который стоял у него под носом, ясно дал понять, что именно Пьер стирает. К тому же, вода, стекавшая на пол после, окрасилась в красный цвет. - Ладно, я старался, как лучше, - пробормотал Пьер, роняя ткань. В этот момент Шарль пришел в себя и смог заговорить: - Спасибо вам... обоим. После этого случая Прогулка была сплошным размытым пятном в голове Шарля на протяжении следующего часа или двух, и он был уверен, что если бы не Ландо, он бы сломался. Даже сейчас, продолжая двигаться вперед, он иногда ощущал призрачное прикосновение рук Ландо на своих, словно направляя его. Однако это чувство напоминало ему еще о том, что произошло с Кими и Олли. Двое юных парней, у которых не было другого выхода, кроме смерти, как и у всех остальных. Ну, почти у всех. Там был Лэнс. Он не умер, как все. Его спасли деньгами. - Если я в итоге выиграю эту чертову Прогулку, я использую свое желание, чтобы "Реал Мадрид" выиграли Лигу Чемпионов, - сказал Карлос, ухмыляясь Пьеру. Шарль усмехнулся про себя, когда Пьер начал спорить с Карлосом. Честно говоря, Шарль не интересовался спортом, предпочитая музыку. Он научился играть на пианино еще в детстве, и это оказалось очень полезным, поскольку он использовал свои навыки, чтобы зарабатывать дополнительные деньги и помогать своей семье. Но все же, вид Пьера, Карлоса и других парней, спорящих о чем-то таком обычном, как спорт, облегчал путь. Атмосфера была более непринужденной и свободной, словно они шли не на встречу смерти, а просто вместе направлялись в какой-то поход. Это было необходимо Шарлю, особенно после того, как он наконец смог выбросить из головы смерть Олли и кровь, покрывавшую его тело. Однако приятная атмосфера длилась недолго. - Предупреждение, номер 18. - Черт, - Шарль услышал что-то позади себя. Шарль мельком увидел, как Лэнс Стролл, номер 18, ускорил шаг, стараясь не поскользнуться на шнурках. Видно конечно, что это давалось ему с трудом, и когда он начал спотыкаться, Шарль подхватил его. Однако его попытка помочь привлекла к нему внимание. - Первое предупреждение, номер 16. - Второе предупреждение, номер 18. Только слова были произнесены, Шарль заставил Лэнса идти, не обращая внимания на то, что практически волочил ногу Лэнса по асфальту. - Прости... - пробормотал Лэнс, поднимаясь на ноги и шипя от боли из-за давления. - Я не хотел тебя подставить. - Ты ничего не сделал, - сказал Шарль, посчитав свои слова нелепыми. - Я сам решил помочь тебе, ты меня не заставлял, так что не волнуйся. Именно это он и сказал Пьеру, когда оказался за его спиной, а Лэнс остался позади. - Все равно глупый поступок - это не командная игра, - кричал Пьер, но Шарль не обращал на него внимания. Вместо этого он смотрел на свои ноги. Они онемели несколько минут назад, из-за чего ходить стало труднее. Поэтому Шарль старался сосредоточиться на них, убедившись, что мозг знает что делать- продолжать передвигать ноги и не спотыкаться. - Ты вообще меня слушаешь? - эмоционально спрашивает Пьер. - А? - Шарль, воспользовавшись случаем, взглянул на него, а затем снова опустил взгляд на свои ноги. - Конечно, - невнятно пробормотал он. Пьер раздраженно застонал, но Шарль опередил его: - Какая разница? Если бы это был я, ты бы мне помог. - Это совсем другое, - сказал Пьер, щелкая суставами пальцев. - Ты мой лучший друг. Он - никто. Шарль хотел было возразить против этой логики, но вместо этого раздался другой голос. - Третье предупреждение, номер 18. Услышав это, Шарль напрягся, как и все окружающие. Все знали, что как только прозвучит третье предупреждение, им конец. Четвертого предупреждения не будет, только звук выстрела. Однако звука так и не последовало. Вместо этого зазвонил телефон, и на него ответил строгий голос Майора. Негромкий голос Майора держал всех в напряжении, особенно Лэнса, который постоянно оглядывался на грузовики, словно боялся, что если отведет взгляд от солдат, то умрет. что, в их ситуации, было совершенно справедливо. - Схватите парня, - сказал Майор, разрушив ледяную атмосферу, хотя это мало чем помогло. Солдаты мгновенно спрыгнули со своих грузовиков и направились к Лэнсу, который начал сопротивляться, когда они схватили его. Пока все не понимали, что происходит, поднялся шум, раздавались вопросы, и некоторые парни начали отталкивать солдат от Лэнса. Затем оглушительный треск прорезал шум, заставив всех замолчать. - Всем следует немедленно продолжить путь! - крикнул Майор, и один из солдат снова выстрелил в воздух. Все тут же двинулись дальше, а солдаты, удерживая Лэнса, не позволяли ему идти дальше. - А у парня есть билет домой, - вздох Лэнса эхом разнесся по тишине. - Его отец купил его ему в обмен на обещание, что с ним ничего не случится. В группе парней царило недоверие, они не могли поверить, что кому-то позволят уйти невредимым. Однако, когда солдаты забрали Лэнса, не раздался оглушительный выстрел, и в воздух заполнился жалобами. Пока Лэнса вели к грузовику, Шарль знал одно - сопротивление покинуло тело парня в тот момент, когда стало известно, что отец купил его выход из Прогулки, позволяя делать то, что хотели солдаты. А это означало, что в их глазах он останется в памяти парней как человек, не заслуживающий похвалы. И Шарль был прав. Парни шептались о Лэнсе всю ночь вплоть до утра, О том, как он занял место, которое могло бы достаться другому, или как несправедливо, что ему пришлось покинуть этот ад ради комфорта своего дома. Однако Шарль знал, что те, кто продолжал сплетничать, словно поддерживание слухов в памяти других как-то вернет Лэнса, завидовали. Многие из них, вероятно, обрели надежду, увидев, что Лэнса забрали, и члены их собственных семей могут принять такое же решение, даже если это будет означать потерю огромного состояния. Конечно, этого больше не произошло, что еще больше разозлило парней. Шарль, однако, не винит их. Он бы тоже почувствовал горечь, но понимал, что простым телефонным звонком избежать этого ему не удастся. К тому же, он не мог винить Лэнса. Любой бы ухватился за шанс избежать тех пыток, на которые они все подписались. Поэтому на каждом шагу Шарль пытался помнить его за ту частичку характера, которую он увидел, за тот небольшой бунт, который тот пытался проявить, присоединившись к Прогулке, а не за то, что он был трусом, бросившим их, когда раздался зов. В отличие от Карлоса. Карлос сражался на протяжении всего пути, откликаясь на зов даже тогда, когда в этом не было необходимости. Все знали, что он — сын прежнего победителя, и потому его участие в гонке долго оставалось загадкой, пока он не признался, что хотел помочь тем, кто был рядом. Тогда стало ясно, зачем он здесь. Это было достойно восхищения. Многим людям было бы все равно, помогут ли они окружающим, но Карлос был не таким. Он хотел изменить мир к лучшему. Или, быть может, он хотел оправдать имя, которое отец дал своей семье. Шарль не был уверен в этом, но в одном точно - Карлос прославился, пусть даже это и закончилось его смертью. В тот момент, когда Лэнс ушел, все вернулось в норму. Шаг... Шаг... Еще один. Прозвучало несколько разговоров, но последствия происходящего все еще обсуждались в группе. К этому времени Шарль решил не позволять случившемуся застревать у себя в голове, особенно когда небо темнело. Конечно, первая ночь прошла как-то без сучка без задоринки, и они потеряли лишь нескольких мальчиков - тех, чья судьба уже была решена. Самой тяжелой стала смерть Юки, который в один момент шел рядом с ними, а в другой уже бежал за границы дороги, прокричав о желании свободы, прежде чем его застрелили. Неудивительно, что Пьер провел большую часть ночи в трауре. Но теперь? Он опасался, что все будут на взводе и встревожены тем, что ранее произошло с Лэнсом, и вот-вот начнутся безрассудные действия. И хотя Шарлю и нравилось быть правым, он был готов на все, чтобы ошибиться в этом единственном предсказании. Как только луна взошла над горизонтом, началась буря. Сначала слышались лишь раскаты грома, время от времени в небе сверкали молнии. Но когда участники подошли к холму, ветер усилился и стал неприятным, тянущим их за волосы и края одежды, вызывая озноб. Затем хлынул проливной дождь, мгновенно промочив их насквозь. Казалось, будто их тела пронзают крошечные иголки, а ветер усиливал жжение. Каждый шаг давался с трудом, но люди, сгорбившись, поднимались на холм. Но хуже всего была реакция окружающих, особенно когда ветер усилился и начал тащить людей вниз по склону. Спотыкаясь и падая, многие стали хвататься за других, надеясь утащить кого-нибудь вниз или найти кого-нибудь достаточно устойчивого, кто смог бы удержать их на ногах. Каким-то чудом Шарль держался в строю, помогая Пьеру как мог. Однако, когда нога Пьера соскользнула, Шарль смирился с мыслью, что его ждет конец. Но этого не произошло. Вместо этого он остался стоять. В тот момент он почувствовал, как кто-то схватил его за талию, не давая упасть. - Ничего не говори, - прошептал ему человек. - Просто иди дальше. Шарлю не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что голос принадлежит Максу, и на этот раз он собирался прислушаться. Он крепко держал Пьера, а Макс - его, пока они не добрались до вершины холма и не оказались на ровной местности. Его переполнило чувство облегчения, и он, вероятно, рухнул бы прямо там, если бы не тот факт, что Макс все еще держал его. Однако облегчение покинуло его, когда по воздуху пронесся пугающий крик, словно волк, воющий на луну. Затем раздался крик: - Предупреждение. номер 55, - и у Шарля перехватило дыхание. Под 55 номером был Карлос. Ему хотелось обернуться, поискать знакомое лицо в толпе и убедиться, что с ним все в порядке, но хватка на талии и руке удерживала его. Пьер и Макс помогали двигаться дальше, и хотя позже он будет им за это благодарен, в тот момент он был в ярости. - Второе предупреждение, номер 55. Шарль знал, что это произойдет. Третье предупреждение будет означать, что Карлос не выдержал стихии. Однако по склону холма доносились резкие крики, за которыми следовали тяжелые шаги, и, быстро оглянувшись назад, Шарль смог разглядеть две фигуры, поднимающиеся на вершину. Теперь он не был уверен. что это был Карлос, но поскольку третьего предупреждения не было, он предположил, что каким-то образом Карлосу удалось выжить. Хотя ничто не могло подготовить кого-либо к тому зрелищу, которое предстало перед ними с восходом солнца. Как и все остальные, Карлос вымок до нитки, его всегда уложенные волосы ниспадали на лицо растрепанные. Но хуже всего пострадала его рука. Из его плоти торчала кость, залитая кровью. Кожа была натянута до предела, плотно и грубо обволакивая кость, а резкий запах крови усиливался в воздухе. Шарль почувствовал, как в животе что-то неприятно скрутилось, так что он решил сфокусироваться на дороге спереди, делая глубокий вдох, чтобы сдержать тошноту. - Блять... это плохо, - пробормотал Пьер, пристально глядя на Карлоса. Шарль не мог не согласиться с ним, и, похоже, Макс тоже выразил свое согласие, тихонько промычав. И все же Карлос шел, не позволяя своему телу сдаваться, даже если каждое движение его руки вызывало у него мучительный стон. Это было почти так, будто он не был человеком — но он был им, и это стало ещё очевиднее несколько часов спустя, когда его шаги начали волочиться сильнее обычного. - Я больше не могу... Слова сорвались с его губ, когда он остановился. - Карлос, нет, я помогу! Обещаю, я помогу тебе! Просто продолжай идти! - молил Ландо, номер 4, который сразу установил крепкую связь с Карлосом. Карлос лишь покачал головой, пока опустошение выступало на лице: - Я не могу. Все знали, что Карлос - боец, что он никогда бы не сдался таким образом, что подтверждало его желание остановиться. Какая-то часть Шарля надеялась, что отец Карлоса просто позвонит и спасет Карлоса от смерти, но он также знал, что это не произойдет. Не после того, как Карлос подтвердил слова своего отца - если парень решит участвовать, то он сам отвечает за свою судьбу - будь то жизнь или смерть. Спасение не было вариантом. Поэтому Шарль не отрывал взгляда от дороги , вздрогнув лишь единожды, когда прозвучало последнее предупреждение, а затем и выстрел. Он не посмел обернуться, даже когда воздух наполнился криками Ландо, потому что это было именно тем, чего хотел бы Карлос. Честно говоря, Шарль не понимал, как Карлос смог игнорировать свою травму, но он нашел выход, и Шарль использовал это как мотивацию. Он продолжал идти с мозолями на ногах, без жалоб, если уж Карлос смог пройти тот путь с открытым переломом. Но если в смерти Карлоса Шарль нашел мотивацию, то другие позволили ей погубить себя же. Особенно Ландо. Когда Прогулка только началась, Ландо был главным заводилой, поддерживал позитивное настроение у всех. Он шутил, общался с теми, кто выглядел одиноким, и всегда старался не терять улыбки. Даже когда прозвучал первый выстрел, он не позволил своему настроению испортиться. Конечно, Шарль вспомнил мелькнувшее на секунду выражение ужаса на лице Ландо, но оно исчезло так же быстро, как и появилось. Он продолжил опускать шутки, будто смерть Кими ничего не значила, а Шарль набросился на него, не понимая, как он мог шутить в такое время. Теперь же он прекрасно все понимал. Это был способ Ландо казаться сильнее в глазах окружающих. Если он не позволял страху просочиться на свое лицо и вместо этого казался вполне адекватным, это позволяло людям видеть его сильным. Шарль не мог лгать - тактика была практичной, только если он придерживался ей. Что Ландо и делал. Он не впадал в панику с каждой смертью, как это случалось С Щарлем несколько раз. К этому времени, улыбка Ландо плотно въелась в память Шарля и он был уверен, что она будет последней, что он увидит. Честно, Ландо выглядел недосягаемым вплоть до этой самой ночи. Когда Карлос упал, Ландо был тем человеком, который поднял его на ноги и остался позади, чтоб тот смог успешно преодолеть холм. Затем, с наступлением утра, Ландо, взглянув на травму, выругался. Но даже тогда Ландо сохранял этот поток жизнерадостной энергии. Своими шутками он отвлекал Карлоса от боли и всеобщей тревоги. Тем не менее, Ландо не мог находиться рядом с Карлосом круглосуточно и время от времени отходил, чтобы пообщаться с другими. Он изо всех сил старался сделать вид, что все они постепенно не теряют волю к жизни. Однако, когда Карлос умер, фасад, возведенный им самим из камня, рухнул. К моменту, когда это заметили остальные, было уже слишком поздно - Ландо потерял себя. - Знаешь, для человека, который вчера не мог заткнуться, он почему-то молчит, - прошептал Пьер, оглядываясь через плечо. Кто? - спросил Шарль, проследив за его взглядом. - Ландо? Пьер слегка кивнул: - Да. Оценка Пьера по отношению к Ландо не была ошибочной, но Шарль понимал, почему Ландо перестал быть таким же веселым, как раньше: - Он только что потерял одного из своих самых близких друзей - прояви немного сочувствия. - Я не говорю, что он неправильно реагирует, - Пьер невинно поднял руки. - Я бы больше волновался, если бы он вел себя так, будто смерть Карлоса его не задела. Просто... Шарль вздохнул, чувствуя нарастающее в голове раздражение. Ситуация с Ландо не была чем-то странным - наоборот, это была самая человечная реакция, которую он видел у этого парня с самого начала. - Просто что? - Это просто странно! - выложил Пьер, словно ему было стыдно это произносить. - Понимаешь? Кажется, он игнорирует Оскара, ерзает больше обычного и, похоже, совсем не в себе. По какой-то причине слова Пьера, произнесенные так, будто он больше знал, как должны вести себя люди, а Ландо не поступал должным образом, заставили раздражение в душе Шарля лишь выплеснуться наружу: - Знаешь, не каждый может быть таким, как ты, Пьер. Отбросить в сторону смерть друга и вести себя как прежде. Когда эти ядовитые слова сорвались с его губ, Чарльз продолжал смотреть прямо перед собой, не желая видеть боль, которую причинил своему другу — особенно зная, что сказанное им не было правдой. Ведь именно он всю ночь поддерживал Пьера, позволяя тому уткнуться ему в плечо, словно в салфетку, пока тело Юки по мере их продвижения не превращалось для них лишь в едва различимую точку. - Пьер, я не это имел ввиду... - пробормотал он, чувствуя сдавливающую его вину. - Просто замолчи. Пьер ускорил шаг, оставив Шарля позади, позволяя вине съедать его. - Прекрасные слова, Шекспир/ Шарль потер переносицу пальцами. Прямо сейчас он не собирался терпеть выходки Макса: - Заткнись, Макс. Смех Макса стал громче, когда Шарль ускорил шаг, пытаясь отдалиться от него, но и не догонять Пьера. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы не раздражаться от поведения Макса, он сосредоточил внимание на Ландо, который шел впереди него. И хоть Шарлю и было неприятно это признавать, Пьер был прав. Ландо теребил рукав куртки, почесывал запястье, а затем резко опускал его обратно. Потом он лихорадочно оглядывался по сторонам, задерживая взгляд на Оскаре, словно пытаясь убедиться, что за ним никто не наблюдает. Это было нелепо, учитывая камеру, что транслировало все происходящее. Однако Ландо, похоже, не обращал на нее никакого внимания. Все оно было сосредоточено только на окружающих, и он ни секунды не думал о тех, кто смотрел на каждое их движение из домов. - Хей, ты в порядке, Ландо? - спросил Шарль, подойдя к нему. - Что? - Ландо резко повернул голову в его сторону. - Ага. Со мной все хорошо. Обычно Шарль бы принял такой ответ, но что-то подталкивало его продолжать спрашивать. - Ты уверен в этом? - Да. Я уверен, - резко ответил Ландо. Осмотрев его, Шарль не заметил ничего странного. Конечно, его привычный загар, казалось, начал тускнеть, что был необычно, учитывая проведенные дни под солнцем, но это не было чем-то, что автоматически вызвало бы беспокойство. Только когда он обратил внимание на его правую руку, Шарль понял, что что-то не так. - У тебя есть что-то в руке? - тихо спросил он, не желая привлекать к себе лишнего шума. - Что? - Ландо панически переводил взгляд с Майора на солдат и обратно на Шарля. - Нет. Выражение лица Ландо было схожим с оленем, которого застали в свете фар. - Я ничего не скажу, если это так, - он изо всех сил старался говорить честнее. И это была правда. Он бы ни за что не осмелился рассказать главным, если Ландо каким-то образом и принес что-нибудь незаконное на Прогулку. Это была битва участников против них, а он не был предателем. Внезапно, Ландо завалился на бок, врезавшись прямо в Шарля, который смог его поймать, хоть и пришлось остановиться. - Первое предупреждение, номер 4. Номер 16. - Черт, Ландо, - Шарль попытался поднять его, но почувствовав, как что-то скользкое покрыло его руки, уронил Ландо. С губ Ландо сорвался тихий стон, когда его тело рухнуло на землю с глухим звуком, а куртка задралась. обнажив кожу. Там, на сером асфальте, из чудовищно рассеченной раны на левом запястье Ландо сочилась кровь, а рядом лежал карманный нож, словно призывая окружающих взглянуть на проделанную им работу. - Второе предупреждение, номер 4. Номер 16. Шарль понимал, что ему нужно идти дальше, но он не хотел оставлять Ландо истекать кровью. Однако у него не было особого выбора, так как рука схватила его за запястье. - Первое предупреждение, номер 81. - Шарль, пошли, - рука начала тащить его за собой. Шарль оторвал взгляд от увиденного - он не хотел смотреть, как Ландо делает свой последний вздох, будь то от пули, пронзившей его тело, или от потери крови. Вместо этого он встретился взгляд с глазами, полными слез - глазами, принадлежащими человеку, что тащил его прочь. - Оскар... - его имя вырвалось из уст Шарля, хотя сказать ему был нечего. Шарль понимал, что спасти Ландо не удастся, но чувство вины за то, что он не мог сделать что-нибудь, что помогло бы ему, не покидало его сердце. Оскар, казал, понял все без слов, слегка кивнув Шарлю: - Все хорошо. Все не хорошо - ничего не было хорошо, но это уже не имело значения. Ландо не был первой жертвой этой Прогулки, не был первым, кто поддался своим мыслям, и все же это каким-то образом проникло в сознание Шарля. - Все хорошо, - повторил Оскар, хотя Шарль не был уверен обращался ли он к нему, или к самому себе. В любом случае, Шарль пробормотал это в ответ и начал искать в себе силы идти без поддержки Оскара. Ему предстояло пройти за два предупреждения, а оплакивать Ландо никак не поможет ему в этом, так что он решил просто забыть об этом. Забыть о парне с самой яркой улыбкой. Конечно, сказать легче, чем сделать и Ландо продолжил фигурировать в его мыслях. Так что, Шарил решил - вместо того, чтобы забыть, он будет вспоминать только хорошее о Ландо и использовать эти воспоминания как топливо. Этот метод оказался полезным, потому что воспоминания об улыбке Ландо отчасти помогали сохранять рассудок, пока слова оставшихся в живых эхом отзывались в его памяти, а картины смерти всплывали каждый раз, как он закрывал глаза. Хотя, это могло бы быть в разы легче, если бы Оскар был рядом. На протяжении всей Прогулки Оскар оставался непоколебимым. Ни разу не дрогнул, даже когда их настигла буря. Его эмоции никогда не выходили из-под контроля - он все время оставался спокойным, но при этом не казался бессердечным. Своими действиями он показывал чувства - от выслушиваний триад Ландо вплоть до разрешения поспать на своем плече, следя за тем, чтобы Ландо не останавливался. Оскар был для Ландо опорой, но этого все равно не было достаточно, чтобы удержать того от падения. Возможно, он бы и смог протянуть Ландо еще дальше, но так не могло длиться вечно, и Оскар, похоже, это прекрасно понимал. Он лишь позволил паре слезинок скатиться по лицу, прежде чем продолжил идти, и вскоре осталось всего четыре участника. Макс Ферстаппен, Пьер Гасли, Оскар Пиастри и сам Шарль. Однако четверо очень быстро превратились в троих, и Шарль ни на мгновение не заподозрил, что это мог быть Оскар. - Я даже ни разу не задумывался о том, что делать со своим желанием, если выиграю... - осторожно ответил Оскар на вопрос Пьера. - Ни разу? - растерянно спросил Пьер. - Ты просто присоединился к Прогулке ради забавы? Оскар покачал головой: - Нет, у меня было желание участвовать, но после всего произошедшего я понял, что это желание больше не имеет значения. Это не то, чего я хочу. - И чего же ты хочешь? - невольно спросил Шарль. Оскар встретился с ним взглядом, глядя так, будто то уже должен был понять, чего он хочет: - Я бы хотел, чтобы Майор и солдаты вернулись и достойно похоронили всех, кого они убили. Макс недоверчиво присвистнул: - Это слишком смелое требование. - Так и есть, но и эта Прогулка тоже непроста, но все же мы здесь, - голос Оскара дрогнул и он тяжело сглотнул, словно пытаясь скрыть что-то невнятное. Макс бросил короткий взгляд на Оскара, затем кивнул. прежде чем произнести: - Справедливое замечание. - Я уважаю твой выбор, - сказал Пьер, сворачивая разговор в прежнее русло. - Сам бы, конечно, так не поступил, но все равно уважаю. - А чего же тогда ты желаешь? - спросил Оскар. - Я хочу отомстить, - краем глаза Шарль заметил, как Оскар беззвучно повторяет про себя слово "отомстить", пока Пьер продолжает говорить: - Я бы хотел, чтобы Майор уничтожил каждого из своих солдат - тогда бы я смог сам разобраться с Майором. Позволить им прочувствовать вкус своей собственной крови. - Прекрасный план - жаль, что для его исполнения нужно выжить, - язвительно заметил Макс. - Да, спасибо, что указал на очевидное, капитан очевидность, - заметил Пьер, бормоча что-то на французском себе под нос. Шарль усмехнулся его словам, а затем посмотрел на Макса: - А ты, Макс? Чего бы попросил? Как только вопрос слетел с его губ, Шарль пожалел, что задал его. Улыбка на лице Макса сменилась хмурым выражением — было очевидно, что вопрос вызвал у него дискомфорт. Однако ответить он не успел, так как душераздирающий кашель привлек его внимание. Обернувшись в сторону источника звука, Шарль заметил Оскара, вытирающего рот рукавом куртки: - Ты в порядке, Оскар? Шарль ждал какого-либо подтверждения, но вместо этого получил в ответ отрицательное покачивание головой. - Думаю, я долго не протяну, - небрежно произнес Оскар, словно речь шла не о его смерти. Пьер посмотрел на него с беспокойством: - Чувак, не шути так. - Я не шучу, - удалось произнести Оскару прямо перед тем, как новый приступ поглотил его. На несколько секунд кашель Оскара замер в воздухе, заставляя Шарля морщиться с каждым его хрипом. Затем, когда кашель прекратился, Оскар сделал несколько глубоких вдохов и прочистил горло, прежде чем говорить заговорить: - С каждым вдохом, кажется, будто мои легкие сжимаются, а воздух едва проходит. Когда я сглатываю, такое ощущение, будто по горлу наждачной бумагой проводят, и мое тело настолько ослабело, что я уверен - если в ближайшее время поднимется ветер, то я отключусь. В группе воцарилась тишина, ведь никто не знал, как отреагировать на его признание. Смысла не было спорить с этими утверждениями - без медицинской помощи и внимания Оскар обречен. Тем не менее, все трое не были готовы мириться с этим и продолжали время от времени проверять Оскара, убеждаясь, что он идет. Даже когда у того начала подниматься температура и он начал отключаться, они поддерживали его, пока он не приходил в себя. Лишний вес усиливал боль при ходьбе, но Шарль игнорировал ее, стараясь не думать о том, как у него на ногах появляются новые мозоли, а бедра горят огнем. Вместо этого он думал о том, что Оскар не заслуживает смерти от такой глупости, как болезнь. Особенно после всего пережитого ужаса совместно с другими. - Шарль... - имя слабо сорвалось с губ Оскара и его тут же охватил приступ кашля. Шарль изо всех сил пытался помочь Оскару, легонько похлопывая его по спине, но ничего не мог сделать, ведь Оскар начал задыхаться, хватая воздух, окружавший его, но тот так и не попадал в легкие. Оскар резко отскочил от Шарля и очистил желудок прямо на дороге, оставив после себя лишь лужу темной субстанции. Однако вскоре воздух наполнился металлическим запахом и стало понятно, что именно покинуло его организм. - Первое предупреждение, номер 81. Предупреждение, похоже, активировало что-то в мозгу Оскара, потому что он начал идти, а затем внезапно остановился. Оскар, глядя прямо перед собой, усмехнулся и по его подбородку потекла кровь. - Желаю вам удачи... вы все этого заслуживаете, - тихо пробормотал Оскар. - Второе предупреждение, номер 81. Затем Оскар рухнул посреди дороги, улыбаясь и не обращая внимания на приставленный к его голове карабин, и тогда Шарль все понял. Оскар не боялся - он чувствовал облегчение. Облегчение от того, что ему больше не придется нести на себе бремя страданий, которое ему пришлось пережить, что он освобождается. Шарль лишь надеялся, что где бы Оскар не оказался, он сможет воссоединиться с Ландо. Он этого заслуживал. - Третье предупреждение, номер 81. В тот момент Шарль отвернулся и продолжил идти. Он не хотел, чтобы жизнь покидала тело Оскара. Он хотел помнить Оскара с улыбкой на лице, с ощущением свободы. Поэтому он и продолжал двигаться. Даже когда казалось, что с его ступней сдирают кожу, ноги подкашивались, и один неверный шаг мог свалить его на землю, лишив возможности подняться. Он продолжал двигаться. Ради каждой потерянной жизни, оставившей за собой кровавый след. Ради тех, чьи имена он запомнил - Оскар, Ландо, Карлос, Лэнс, Юки, Олли и Кими. А те имена, которые он не успел выучить или просто забыл, вскоре станут обычной пылью, которую мир перестанет замечать. Кроме того, договор, который они заключили с Пьером и Максом, сильно давил на него. Все они согласились, что попытки мешать или помогать друг другу стали бесполезны. Все они прекрасно понимали, что на долго их не хватит и последние несколько миль зависели только от силы воли, и именно там будет определен победитель. Если кто-то упадет, он должен был идти дальше, оставляя этого человека - подняться и вернуться в строй или поддаться давлению и прекратить. Сама мысль об этом раздражала Шарля, но морально он был слишком вымотан, чтобы сопротивляться. И он знал, что если все же кто-то из них сломается, то это будет он, и это придавало ему некое душевное спокойствие. По крайней мере это то, что он сам себе говорил. - Давай же, Шарль, - хрипло пробормотал рядом с ним Макс. - Не думай слишком сильно, а не то потеряешь равновесие. Шарль фыркнул. но знал, что тот прав. Чем меньше он сосредотачивался на ритме шагов и чем больше погружался в свои мысли, тем чаще он спотыкался на отдельных частях дороги. Тем не менее, он не подал виду, что согласен с Максом: - А тебе какое дело? - спросил он, бросив на Макса взгляд. - Я думал, мы больше не помогаем друг другу. Краем глаза Шарль заметил, как Пьер перевел взгляд на Макса, вероятно, задаваясь тем же вопросом, что и он. - А я и не помогаю, - резко выпалил Макс. - Я просто не хочу в итоге победить из-за того, что мне пришлось соревноваться с такими слабыми соперниками, которые позволили своими мыслям взять верх. Пьер тихо пробормотал: - Придурок, - а Шарль в ответ закатил глаза. - Если это так, то почему ты помог мне раньше? - спросил он. Очевидно, его вопрос застал Макса врасплох, из-за чего тот споткнулся. Шарль хотел было помочь, но Пьер быстро схватил его за руку и оттолкнул, покачав ему головой. Точно. Он не должен был помогать. К счастью — по крайней мере, так показалось Шарлю, — Макс вовремя спохватился и продолжил идти. Правда, прежде чем ответить, он всё же взял несколько лишних секунд. - Потому что... Шарль вздохнул: - Потому что что? Он уже устал, что Макс постоянно строил из себя крутого, никого не подпуская близко. Ни он, ни Пьер не стали бы насмехаться из-за этого - двоим из них все равно не суждено было дожить до рассвета, так что он не видел смысла в этом притворстве. - Потому что ты лучше меня и заслуживаешь шанса на победу. Хоть Шарль и был рад получить прямой ответ без какой-либо глупой загадки, причина застала его врасплох. Прежде чем его тело успело как-то отреагировать, рука Пьера коснулась его плеча и удержала его в вертикальном положении, заставляя двигаться дальше. - Что... Это... Это бессмысленно, - пробормотал он, стряхнув руку Пьера со своего плеча. - Да, он прав, - ответил Пьер вместо Макса. Затем Пьер посмотрел прямо на Макса: - Каково твое желание? Если бы ты выиграл все это, чего бы ты пожелал? Макс бросил краткий взгляд назад на Майора, а затем снова посмотрел перед собой: - Я бы хотел, чтобы Майор поучаствовал в Прогулке... ровно столько же миль, сколько прошли мы, и чтобы он получил три предупреждения. А я бы сыграл свою роль, обеспечив его гибель. - Но... разве это не твой отец? - спросил Шарль, пытаясь понять, в чем смысл этого разговора. - Да, - макс тихо усмехнулся. - И к тому же, бездарный. - Значит, ты также используешь свое желание для мести? - сказал Пьер, переводя взгляд на Шарля, хотя на секунду он снова взглянул на Макса, и в его глаза мелькнуло что-то, что Шарль не мог распознать. - А ты используешь свое во благо, что означает, что его слова имеют смысл. Шарль хотел это отрицать это, но в каком-то смысле он знал, что это так.. Он не желал мести - если ему суждено было выбраться, он хотел начать делать шаги к тому, чтобы со временем эта Прогулка перестала существовать и вовсе. Он хотел использовать свое желание, чтобы заставить военных и тех. кто поддерживал Прогулку, оказать помощь городу или поселку, родом из которого победитель. Возможно, тогда бы людям не пришлось подавать заявки, потому что им бы помогли добиться чего-то в жизни и обустроить свой дом. Шарль понимал, что это всего лишь маленький, но все же шаг. - Предупреждение, номер 10. - Предупреждение, номер 33. Голос одного из солдат заставил Шарля вздрогнуть вырвав его из размышлений. Он был уверен, что продолжал идти, даже когда затерялся в мыслях, но, возможно, остановился, не заметив этого, и немного ускорил шаг. Однако, голос солдата снова раздался в ночи. - Второе предупреждение, номер 10. Затем, несколько секунд спустя: - Второе предупреждение, номер 33. Шарль замер, когда слова до него дошли. Его номер не назвали. Он был под номером 16, а не 33 или 10 - это были номера Пьера и Макса. Резко обернувшись, Шарль почувствовал, как у него сжалось сердце, когда картина перед ним наконец обрела ясность. Макс и Пьер оба стояли на коленях на земле, глядя прямо на него. - Нет... Нет... - пробормотал он, бросаясь к ним - но ноги подвели его и он рухнул на землю. По счастливой случайности Шарль удержался обеими руками, не дав лицу встретиться с землей, отчего запястья пронзила резкая боль. Подняв взгляд от асфальта к происходящему, он увидел, как Пьер бормотал себе под нос что-то, перекрестившись в конце. Только с его губ сорвалось тихое "аминь", он посмотрел на Шарля и улыбнулся. - Помни, ты заслужил это, Calamar. Затем раздался выстрел и Пьер упал вперед, пока из его головы вытекала кровь. Макс бросил взгляд на тело рядом с собой, а затем снова на Шарля. - Не делай этого, Макс... Пожалуйста, - умолял Шарль и чувствовал, как сердце сжалось в горле так, что слова не выходили. - Я... Я не заслуживаю этого. - Еще как заслуживаешь, - голос Макса был ровным, словно он не стоял на пороге смерти в ожидании, когда дверь откроется. - Никто другой не заслуживает этого так, как ты. Макс глубоко вздохнул и открыл рот, но Шарль так и не услышал, что он хотел сказать дальше, ведь слова его прервало громкое "третье предупреждение, номер 33", и прозвучал еще один выстрел. В отличии от Пьера, тело Макса оставалось в вертикальном положении еще несколько секунд, что позволило Шарлю увидеть легкую улыбку на его губах, прежде чем сила тяжести взяла свое. Рыдания вырвались из горла Шарля, когда он, сжавшись в комок, пытался оградить себя от реальности. Он не хотел поднимать глаза, не хотел видеть мертвые тела Макса и Пьера и вынужденно признать свою победу. Ценной невинных жизней, которые заслуживали победы не меньше его. Ликующие крики и аплодисменты прорвали узкий мирок, созданный Шарлем, и он поднял голову, увидев толпы людей на окраине дороги. Они праздновали его победу - праздновали гибель людей только потому, что им так сказали. Что это правильно. Вскоре эхо шагов на дороге заставило его поднять взгляд вперед, где он увидел приближающегося к нему Майора. Полностью игнорируя тела двух погибших парней, едва бросив взгляд на тело Макса, он остановился прямо перед ним. - Итак, каково твое желание? - спросил он безэмоционально, явно не переживая из-за потери сына. Сидя там, слушая ликующие возгласы других, видя тела погибших друзей и вспоминая тех, кто не выжил, Шарль знал, чего хочет. Хотя, по правде, он много чего хотел. Хотел, чтобы Прогулка полностью прекратилась. Чтобы мир вернулся в норму для всех. Снова увидеть свою семью, обнять их и заверить маму, что он справился. Но новое желание незаметно пробралось на первое место в его списке. Желание, которое, как он знал, было осуществимо. - Я хочу... Я хочу присоединиться к своим друзьям.