Сказка Охотника

В охотничьем домике было холодно и светло. Лунный свет, словно молочная река, разлился по всему убежищу, подмечая каждую паутинку и соринку. Потрёпанные временем занавески мелко дрожали, чувствуя холодные прикосновения шалуна по имени Ветер. — Я дома. В ответ тишина. Взяв несколько дров, мужчина кидает их в камин, а следом достаёт небольшой коробок спичек, купленный у какой-то несчастной сиротки всего за пару медяков. Пламя практически мгновенно охватывает дерево. Огонь медленно начинает свою любимую симфонию из басовитого треска полен, шипения смолы и сока, неспешно вытекающих и падающих на угольки, что остались в камине с прошлой ночи. Скинув плащ на спинку стула, а сапоги бросив куда-то в угол, мужчина закрыл глаза. Здесь, у камина, у него был свой маленький живой и уютный мирок, который в народе называли фантазией или попросту сказкой. И в этой сказке он не был Охотником. Даже лесничим не был. Он был Дестином — простым крестьянином средних лет, который имел большой дом, плодородную землю, любящую жену и двух прекраснейших детей. И жили они долго и счастливо. К сожалению, жизнь далека от сказки, если ты не принцесса. Никто из башни не спасёт, рыцарь не приедет, а Фея, если и появится, то без волшебных подарков. Или с такими подарками, что лучше не брать, от греха подальше. Дестин понял, что не быть ему героем ещё очень давно, когда пришлось вытаскивать стрелу из сердца собственного сына под безутешный крик его матери и своей первой жены. И последней, к слову. Сколько бы он не пытался, как далеко не уезжал, никто не хотел быть женой детоубийцы. Приоткрыв один глаз, мужчина попытался прикинуть, на сколько ещё хватит дров и надо ли ещё подкинуть. Ночь должна была быть холодной, да и звери под влиянием луны порой могли вести себя совсем не так, как этого можно было от них ожидать. Пламя было ярким и живым, поленья всё ещё трещали, но уже не так громко. Охотник закрыл глаза. Можно ещё немного пофантазировать. Но, как говорится, время лечит. Вот и Дестин со временем оставил прошлое в прошлом и попытался начать всё с начала. И, как оказалось, не один пытался. Это была молодая волчица-одиночка. Если бы не глаза, большие и светлые, как луг в погожий весенний день, мужчина никогда не признал в ней человека. Взглянув в эти глаза, Дестин пропал. Он должен был убить её, но не смог. Не смог отказать ей и в помощи с удавкой. Затем в еде, потом в ночлеге, только чтобы в конце поисков безопасной тропы до её дома она подарила ему свой первый поцелуй. Он должен был тогда провести черту. Сказать, что у них ничего не получится и ей лучше научиться твёрдо стоять на двух ногах, прежде чем бегать на четырёх. Но он не сказал. Не отказал, а лишь робко поцеловал в грязную щёку в ответ. Дестин никогда ни в чём ей не отказывал. Злой Королеве отказать было в сто раз проще, чем этим глазам! А её волосы! Такие густые и чёрные, что порой несколько часов могло уйти на то, чтобы достать из них все колючки, веточки и листики после их бурных игр в чаще. Он слишком близко её к себе подпустил. Слишком много позволял и, что самое страшное, дал не только ей, но и себе надежду на обычную жизнь. Пообещал, что защитит её, чего бы ему это не стоило. А потом она сказала, что ждёт ребёнка. А Королева издала указ, по которому все оборотни должны быть убиты или заключены в тюрьму для дальнейшей казни, но уже показательной. И главным в этой охоте стал, конечно же, Охотник. Он прятал её как мог. Никогда не держал на одном месте больше трёх дней, сжигал старую одежду и вещи, не отпускал её даже в самые холодные ночи одну. Но... Но всё было напрасно. Дестин не учёл одного — он прятал человека. А волк вырвался. К тому времени она уже родила и её тоска по лесу стала слишком сильна, чтобы сдержать её можно было только длинными разговорами и сладкими обещаниями. Тогда Дестин окончательно понял, что в своей сказке он не герой, да и в сказках окружавших его людей тоже. Он — Охотник, и, как и его госпожа, он злодей для всех, кто посмеет перейти ему дорогу. Единственное, что грело душу, хоть в сказке сына он не стал злодеем. Семья была порядочная, внимания не привлекала, имела уже нескольких детей, вдобавок ко всему вышеперечисленному хотела уехать в глубинку, что было просто идеально. Треск поленьев практически затих, а огонь погас, когда Охотник встал, подложил поленьев и кинул ещё одну спичку в камин. Хорошие спички. Надо будет ещё купить у той сиротки. Иногда в голову, как червяк в яблоко, закрадывалась мысль — а как он там? Как живёт? Как ест? Как ходит и говорит? Как представляет себя людям? Дестин его в такой спешке отдал, что даже имени не сказал, которое они с матерью ему выбрали. Кулаки невольно сжались, а в горле встал ком. Прошлое должно остаться в прошлом. Как бы они его не хотели назвать, Дестин никогда больше его не увидит, не обнимет, не назовет сыном, а он его отцом. Что уж говорить про имя. А даже если когда-нибудь они и встретятся, то эта встреча точно не будет счастливой и радостной. Не будет как в сказке. Ибо даже в сказках охотники и волки заклятые враги. Мужчина тяжело вздохнул. Не будет у него «долго и счастливо». И даже в фантазиях Охотнику не видать счастья. Такова его судьба, ничего не поделать.