Вне сценария

Майк сидел за столиком, нервно разламывая кусок хлеба из корзинки. В этом месте он чувствовал себя не в своей тарелке. Официант в белой рубашке и черном жилете бесшумно подошел к столу и с улыбкой на лице аккуратно убрал крошки. — Вот и всё… — вежливо произнес юноша, отходя от стола. — Спасибо, — Майк неуверенно кивнул, провожая официанта взглядом. Он уже собирался встать, чтобы снова подойти к зеркалу и осмотреть себя. Впервые за долгое время Майк выглядел по-настоящему опрятно: идеально выглаженная рубашка, аккуратный галстук, заботливо завязанный Эбби.  Даже сам он не до конца понимал, почему так нервничает. В голове вновь всплыли слова сестры: «Ты идешь на свидание с Ванессой?» — «А вы уже целовались?» От этих мыслей у Майка внутри всё перевернулось. В этот момент в дверях появилась она… Ванесса. С некой неловкостью она поймала его взгляд и нерешительно подняла руку вверх. На её лице появилась слабая улыбка. Ванесса сняла пальто, оставшись в элегантном темном наряде, и, слегка поправив одежду, медленно направилась к столику. Майк замер, наблюдая за ней. Когда она села напротив, на её губах снова появилась легкая, почти неуловимая улыбка. Заказав ужин, Ванесса решила прервать неловкое молчание и заговорить первой. — Так вот каково это… — начала она, беря булочку хлеба из корзины. Майк с интересом наблюдал за её движениями. — Что именно? — Быть нормальными, — она подняла на него взгляд. Ванесса произнесла это так, будто говорила не о себе и Майке, а пересказывала чей-то чужой роман — далёкий, почти нереальный. Она надломила хлеб, отщипнув небольшой кусочек; крошки посыпались на стол. Ванесса уже собиралась что-то сказать, но в этот момент к ним снова подошел официант. Она взглянула на него с легким любопытством и чуть отодвинулась, пока юноша аккуратно убирал со стола. Когда официант ушел, Ванесса перевела взгляд на Майка. Он сидел, слегка улыбаясь и наблюдая за происходящим. — Что это было?.. — неуверенно спросила она. Майк положил руки на стол. — Скажем так, это просто фишка этого ресторана. Ванесса сдержанно улыбнулась и вернула хлеб в корзину. Она тихо кашлянула, прочищая горло, и продолжила мысль, которую прервал официант: — Я думаю, что мы неплохо держимся, учитывая всё, что пережили. — Ванесса пожала плечами. — Слишком много свободного времени... Выйду на работу — станет легче. Как же ей хотелось надеяться, что и вправду станет легче. — Да ты и так неплохо справляешься, — Майк подался вперед. — Ты ведь даже записалась на занятия... как их там? На велосипедах? — Сайклинг, — поправила она его с мягким смешком. — Да, хожу уже пару недель. Даже друзей нашла. После слова «друзей» Ванесса задумалась, корректно ли это прозвучало. Ведь они никогда не узнают её как человека, как и она их. Они просто ходят на сайклинг... Как и она. — Друзья... — Майк на мгновение задумался. — И каково это? Последние слова прозвучали чуть наигранно — он и сам не ожидал такой интонации. Внутри поселилось странное, тревожное чувство. А что, если Ванесса забудет о нём? О нём и об Эбби. Ведь у других всё проще — обычная, нормальная жизнь. Это будет её выбор. И всё же эта мысль казалась Майку какой-то… неправильной. Ванесса не ответила. Она сдержалась, чтобы не прикусить губу, и вместо этого начала нервно крутить кольцо на пальце. Официант снова подошел к столу, подавая закуски и прерывая их неловкое молчание. — Выглядишь чудесно, кстати, — внезапно сказал Майк, глядя ей прямо в глаза. Ванесса улыбнулась, на её щеках проступил еле заметный румянец. — Ты тоже, — ответила она, и в её голосе послышалось искреннее тепло. Майк неосознанно вспомнил слова Эбби, сказанные ему несколько часов назад. — Это свидание... — тихо пробормотал он. — Что? — Ванесса вскинула брови. — Ты что-то сказал? — Нет-нет, я говорю — день хороший! —Ожидания оправдались, — Майк быстро отвел взгляд, чувствуя, как краснеют уши. — Я… пойду к официанту и дозакажу еще кофе, а то не думаю, что мне хватит одной чашки кофе к такому ужину. Ванесса продолжала смотреть на него с той же улыбкой, только теперь она казалась слегка неловкой. *** Спустя некоторое время они вышли из ресторана. Ванесса еще раз оглянулась на здание, словно пыталась запомнить это странное место. — Да уж… необычные привычки у этого заведения, — произнесла она. — Или это мы не совсем обычные, — отозвался Майк и, чуть помедлив, добавил: — Прогуляемся? Он не планировал этого — слова вырвались сами собой, прежде чем он успел их обдумать. Ванесса замерла и ответила лишь спустя несколько секунд: — Ах, да… я не против. Давай прогуляемся. Недалеко от ресторана располагался парк, куда сестра часто тянула Майка за собой. Он никогда не сопротивлялся. Вечером это место преображалось: мягкий свет фонарей ложился теплыми пятнами на дорожки, листья тихо шелестели от легкого ветра, а воздух был наполнен прохладой и спокойствием. Парк казался оторванным от города — словно здесь время текло медленнее, позволяя просто идти рядом и молчать. А может, это просто магия момента? — Галстук завязала Эбби? — спросила Ванесса, идя рядом с ним. Она мельком взглянула на идеально завязанный узел, зная, что Майк совсем не умеет этого делать. Уголки губ Майка приподнялись. — А кто бы еще... Разговор плавно перешел на Эбби. Майк признался, что девочка скучает по своим «друзьям» — аниматроникам. Они остановились рядом с небольшой беседкой у пруда, где вода тихо отражала свет фонарей. — Я не знаю, как с ней об этом поговорить, — тяжело вздохнул Майк. — Я хочу защитить её, но рассказы о том, что они просто сломаны и я их починю… это ведь ложные надежды. Ванесса опустила взгляд, слегка прикусив губу. — Будь честен с ней, — мягко посоветовала она. — Просто честен. От ложных надежд ей лучше не станет. Она перевела взгляд на фонари. Их мягкий свет отражался в воде пруда и блестел на мокрой листве, заставляя щуриться. Свет казался одновременно теплым и холодным, как будто сам вечер пытался заглянуть внутрь её мыслей. — А что насчёт твоих кошмаров? — неожиданно сменил тему Майк. — Они всё ещё снятся? Он давно хотел спросить об этом. Ванесса никогда не говорила о своих снах, всегда находя способ отвлечь его.  Она глубоко вздохнула, словно сдаваясь. — Да... всегда один и тот же… — Взгляд Ванессы  слегка помрачнел. — Давай не будем об этом. — Послушай, — Майк мягко взял её за руку. Её глаза слегка расширились от неожиданного жеста, но он продолжил: — Помнишь, как я через сны пытался понять, что случилось с Гарретом? Я слишком много спал, и это мне особо не помогло. Но тебе это может помочь. — Я не уверена… Майк сделал шаг ближе, всё ещё нежно сжимая её ладонь. — Ты не будешь свободна, пока не разберешься со своей головой. Я хочу, чтобы мы смогли оставить всё это в прошлом. Ты сможешь. Хотя бы попробуй. Всего разок. Ванесса долго смотрела на него. В её взгляде смешались благодарность, страх и робкая надежда на то, что «нормальная» жизнь действительно возможна. — Просто… — она отвела взгляд в сторону. — Мне придется снова переступить через себя. И я не уверена, что справлюсь. Майк сделал еще один шаг вперед, вставая почти вплотную к ней. Его взгляд был сосредоточен на её лице, будто он пытался прочесть всё, что она скрывала.  От такой близости Ванесса едва сдержалась, чтобы не отступить. Странное чувство зародилось у неё внутри. Но она предположила, что это то самое чувство вины, которое никогда её не покидает. — Ты уже один раз переступила через себя, и… если бы не ты, то меня и Эбби уже не было бы в живых. Поэтому я хочу тебе помочь. — Он сделал паузу, не отводя глаз. — Ты всю жизнь несла это бремя одна, но… знай: если тебя что-то беспокоит, ты можешь поделиться этим со мной. Тебе станет легче. Он слегка наклонил голову, словно желая быть ближе к её мыслям, а не к её телу, и тихо добавил: — Мы оба теперь «ненормальные» после всего, что произошло, Несс. Ванесса не отводила от него взгляда. Она не могла вымолвить ни слова.  Ведь Майк даже не догадывался, что события в той пиццерии были лишь верхушкой айсберга. Ванесса осторожно высвободила руку, но не потому, что хотела уйти, а потому, что её ладонь начала дрожать. Она подошла к самому краю пруда, глядя на свое отражение, которое дробилось и искажалось от легкой ряби на воде. — Верхушка айсберга, Майк… — эхом отозвалась она, едва слышно. — Ты видишь во мне спасительницу, но забываешь, чья кровь течет в моих жилах. Майк не отступил. Он подошел со спины, ему хотелось протянуть руку и прикоснуться к ней, но вместо этого сжал свою руку в кулак.  В парке стало совсем тихо, даже ветер перестал шелестеть листвой. — Я вижу тебя, Ванесса. Не твою фамилию и не твоего отца. Тебя, — твердо сказал он. — Ту, которая приносила мне бинты. Ту, которая рискнула всем, чтобы нажать на курок в ту ночь. Ванесса обернулась. Свет фонаря падал так, что её глаза казались почти прозрачными. На мгновение Майку показалось, что перед ним не взрослая женщина, а та напуганная девочка, которая ждет признания в этом…обществе. — Если я расскажу тебе всё… — начала она, и её голос надломился. — Если я расскажу о вещах, которые я позволила ему сделать до твоего прихода… ты не сможешь смотреть на меня так, как сейчас. Майк молчал. Он знал, что такое вина — он сам годами заживо сжирал себя из-за Гаррета. Он понимал, что её «айсберг» может быть ледяным и острым, но он также знал, что в одиночку в этих водах не выплыть. — Давай проверим, — тихо ответил он, делая шаг навстречу. — Расскажи мне одну вещь. Самую маленькую. То, что будет мешать тебе спать сегодня. Ванесса замерла. Она посмотрела на его галстук, который Эбби завязала так старательно, и это напоминание о маленькой девочке, нуждающейся в защите, придало ей… немного сил. Она глубоко вдохнула прохладный ночной воздух. — Мне снится не пиццерия, Майк, — призналась она, глядя куда-то сквозь него, словно за его плечо. — Мне снится мой отец. Но во сне я снова оказываюсь в детстве и переживаю те моменты, которые ненавидела… снова и снова. Ванесса замолчала, ей не хотелось вдаваться в подробности. Майк лишь тяжело вздохнул и снова накрыл её ладонь своей. — Коридоры в твоей голове всё еще пугают тебя, я понимаю, — Майк аккуратно убрал выбившийся локон с её лица, и его пальцы на мгновение задержались у её виска. — Но они больше не принадлежат ему. В следующий раз, когда окажешься там перед этой дверью — позови меня. Мы же договорились, что мы оба теперь «ненормальные», так что пусть это будет наш общий кошмар. Позволь мне помочь тебе сменить в нем замки, Несс. Чтобы у него больше не было ключа, чтобы зайти к тебе. Ванесса неожиданно всхлипнула — коротко, почти беззвучно — и внезапно уткнулась лбом в его плечо. Это не был поцелуй, о котором спрашивала Эбби, и это даже не было полноценным объятием.  Она прикрыла глаза, стараясь запомнить этот момент, ведь всё могло рухнуть в любой момент. — Несс, про тебя Эбби постоянно спрашивает, так что заходи к нам почаще, — произнёс Майк, пытаясь разрядить неловкую тишину. Его уши слегка зашкалели от лёгкого смущения. — Тогда передай ей, что завтра я обязательно приду… к вам, — ответила она, чуть улыбнувшись. Ванесса глубоко вздохнула, и этот вдох показался ей первым свободным за долгие годы. Она хотела верить, что лед в ее «айсберге» уже тронулся. Но под спокойной гладью её надежд уже зарождалось нечто огромное и холодное.