Моя причина

Следующее утро радует возвращением отца. Папа выглядит довольным и облегченным — тяжелое дело, ради которого его оторвали от заботы о сыне и заставили приехать в чудный город Подольск, осталось позади. По ходу дела, пока Виктор Анатольевич проходит внутрь квартиры и разувается, он замечает внезапную пропажу и кратко извещает об этом с намеком: — Андрей... Там ключей в дверном замке нет. Андрей отводит взгляд от замочной скважины и избегает взгляда отца. В голове возникают картинки вчерашнего вечера: они с Латой заговорились-засиделись до поздней ночи, не заметив, как пролетело время. "Я еще приду. Обязательно приду", в ушах звучит обещание Латы. А о ключах — ни воспоминания. — Может, где посеял... Может, завалились куда. Озарение приходит молниеносно: "Ага. В кармане штанов. Ты ж их таки не вернул в дверь после прогулки". Виктор Анатольевич воспринимает никудышную отмазку с подозрением. — Андрей, зачем они нужны были тебе? — Не дай бог он выходил куда-то сам! А затем до него постепенно начинает доходить: куча израсходованных пакетиков чая(Ирина Викторовна, врач, приходит по делу), чайник на плите, хотя обычно они используют электрический, и.. Андрей подозрительно спокойный. Расслабленный даже... Напрашивается вопрос: — Андрей, в квартире кто-то был? "Ой, пап, только не начинай!" Ой-папа и не успел начать — кто-то стал вошкаться по ту сторону двери и попасть ключом в замочную скважину. Виктор Анатольевич изрядно напрягся, но стоило двери открыться, как всего его предубеждения и страхи вмиг разбивает удивленное выражение лица Латы. — Латочка, — на лице Кисляка-старшего рождается теплейшая улыбка, и он, не сдерживая порыва, завлекает ее в объятья. Андрей пересекается взглядом со слегка удивленной Макеевой в объятьях отца и кивает ей в знак приветствия — она отвечает ему тем же и машет рукой. Лата свои обещания сдерживает. После непривычных, но так неожиданно нужных телячьих нежностей с Виктором Анатольевичем, Лата потряхивает пакетом: — Я тут решила заскочить перед работой, продуктов накупила... — Лата, ты не обязана… — “помогать, напрягаться, тратить своё время”, не успевает досказать Андрей, но тут же оказывается перебитым Латой: — А если я хочу? Андрей пожимает плечами и улыбается: — Против этого я безоружен. Лата — свет. Лата смеется с его наспех придуманной шутки, а Андрей вдруг задумывается, какая же у нее прекрасная и светлая улыбка. Ее хочется попробовать на вкус, когда она вот тут, нарезает огурец и помидор для салата, рассказывая о грядущих событиях дня и улыбаясь во все 32. Но единственное, что он может сделать сейчас, так это шепотом промолвить: — Ты такая солнечная и очаровательна. Андрей не может описать, насколько Лата заряжает эту квартиру и его бесконечным светом. Его личная исключительная причина. Она, кажется, не слышит — или умело делает вид. Девушка продолжает рассказывать о сегодняшних съемках и параллельно нарезает огурец. Лата откусывает его сама и дает попробовать Андрею, приговаривая о том, как вкусно. Андрей на секунду выпадает из реальности — такого поворота событий он не ожидал, но от огурца не отказывается. — И правда спелый, — соглашается Андрей и продолжает незатейливую беседу как ни в чем не бывало. Она возвращается под вечер — после репортажа о съемках нового сериала была пресс-конференция молодой рок-группы об очередном скандале. Рассказывает об этом с таким запалом, и в тоже время усталостью, что ее хочется сначала заслушаться, а затем укутать и обогреть. Через несколько минут Андрей приезжает с подносом на коленях, чаем и печеньем. С этого они начинают вечер, который плавно перетекает в ночь долгих и теплых разговоров. Лата — теплота. Они засыпают прямо на неразложенном диване. Андрей уже привычно засыпает сидя, а Лата свернулась около него клубочком и уткнулась носом в предплечье.