Match Fit/В Лучшей Форме

      Когда они приземлились возле отеля, Гарри сразу заметил, что Драко остановился в той части города, где он раньше никогда не был. Они свернули за угол на широкую, высаженную деревьями улицу, по обеим сторонам которой возвышались величественные старинные здания. Было удивительно тихо и совсем не похоже на шумное временное жилище Гарри в районе Митте.       Драко указал на особенно помпезное здание.       — Нам сюда.       Вестибюль отеля выглядел пугающе роскошным и уютно освещенным, с замысловатыми узорами, покрывающими потолок вокруг каждой из огромных люстр. Номер был не менее шикарным, хоть и намного меньше, чем у Гарри. И еще он был невероятно чистым. Гарри сразу же почувствовал себя лучше после всех комментариев на тему своего беспорядка: Драко явно был просто помешан на чистоте.       — Здесь действительно здорово, — пробормотал он, любуясь видом на город через окно размером во всю стену.       Было темнее, чем предполагал Гарри; летнее солнце уже начинало садиться, оставляя за собой пастельно-голубое небо, и несколько машин внизу включили фары.       — Это ты еще не видел спальню, — усмехнулся Драко.       — Ага, — рассеянно ответил Гарри, все еще глядя на улицу.       Драко откашлялся и направился к открытой двери в задней части гостиной.       — Я серьезно. Пойдем.       Гарри моргнул, пытаясь понять, что ему предлагают, а затем бросился вслед за ним. Вид из окна был хорош, но не настолько, чтобы упустить возможность снова полюбоваться обнаженным телом.       Как только он вошел в спальню, Драко толкнул его на самую широкую кровать, которую тот когда-либо видел.       — Что это за размер? — спросил он, когда Драко устроился на нем сверху. — Суперкоролевский?       — Императорский, — поправил его Драко, переместившись так, чтобы сидеть верхом на бедрах.       Гарри закатил глаза.       — Ну, естественно. Только самое лучшее для лорда Малфоя, верно?       — Заткнись, Поттер, — пробормотал Драко, однако тон его был мягким, а когда губы коснулись губ Гарри, они оказались теплыми и приветливыми.       Несмотря на то, что Гарри кончил всего полчаса назад, поцелуя, в сочетании с тяжестью тела, оказалось достаточно, чтобы снова начать возбуждаться.       Он стянул с Драко рубашку через голову, а затем неловко снял свою.       — Давай избавимся и от этого чудовищного преступления против моды тоже, — поддразнил Драко, откидывая спортивные штаны со снитчами в дальний угол комнаты.       Закончив раздеваться, он устроился рядом с Гарри на белоснежном постельном белье. Он нежно ласкал его член, мягко отодвигая крайнюю плоть, доводя до полной эрекции, и вскоре Гарри выгнулся в объятиях, извиваясь и отчаянно желая кончить, словно событий, произошедших в душе, никогда и не было.       Драко, казалось, был в восторге от отчаяния Гарри; он держал его на грани, балансируя на пороге оргазма дольше, чем тот мог вынести. Как только Гарри уже готов был начать умолять, Драко резко отдернул руку и сел.       — Ублюдок, — выдохнул Гарри.       — Ты же на самом деле не это имел в виду, — усмехнулся Драко. — Если только, конечно, ты не хочешь, чтобы я остановился?       — Нет, я не это имел в виду, — отступил Гарри. — Не останавливайся.       — Хорошо. Чего бы ты сейчас хотел?       Гарри сел и надолго задумался. Он не мог придумать, как сказать о своем желании, поэтому решил действовать: он толкнул Драко на спину, устраиваясь между его ног.       — Тебе это подходит?       — Что, быть снизу? — спросил Драко.       — Да, — Гарри собрался с духом, решив, что стоит предупредить его о своей неопытности. — Просто раньше я такого не делал, я имею в виду с парнем, поэтому мне будет удобнее вот так, — объяснил он, покрываясь смущенным румянцем.       Драко терпеливо ждал, когда Гарри закончит лепетать, а затем протянул руку и провел ей по темным, непослушным волосам.       — Идея лечь и позволить тебе сделать всю работу меня полностью устраивает, — усмехнулся он. — К тому же, на этот раз у нас даже есть для этого медицинское показание. Это может стать итоговой проверкой твоего выздоровления.       — Толчки бедрами, конечно, — фыркнул Гарри, и от облегчения, что Драко его понял, звук оказался немного громче, чем он рассчитывал.       — Ага. И не вздумай сдерживаться, нам нужно проверить их как следует, — поддразнил Драко, покачивая тазом навстречу Гарри так, что тот резко забыл над чем смеялся секунду назад. — Как ты меня хочешь? — спросил он.       — На спине, — твердо ответил Гарри. Возможно, у него и не было опыта с другими парнями, но теория ему была известна. — Да, вот так. И подтяни колени, — скомандовал он, начиная чувствовать себя немного увереннее.       Драко с легкостью прижал их к своей груди, напоминая о гибкости, которую он демонстрировал во время занятий йогой. Конечно, сейчас все было не так невинно: яички находились прямо перед лицом Гарри, не говоря уже о том, что поза полностью обнажала тугую розовую дырочку.       Гарри наклонился ниже и провел языком по заднице Драко, ощущая легкое головокружение, когда тот ахнул и, явно удивившись, толкнулся ему навстречу. Гарри воспринял это движение как поощрение, разводя ягодицы, чтобы получить лучший доступ, и удобнее устраиваясь между его бедер. Он ласкал и посасывал, дразня чувствительную кожу вокруг ануса.       Когда Драко простонал его имя, смелость Гарри возросла. Он толкнулся кончиком языка во влажный вход, вызвав очередь низких, требовательных стонов, из-за которых ему пришлось опустить руку вниз и пережать основание собственного члена.       — Гарри, еще, — потребовал Драко, протягивая руки, чтобы шире раздвинуть ягодицы.       Гарри отчаянно не хватало воздуха, но меньше всего сейчас ему хотелось останавливаться. Он трахал Драко языком, стараясь проникнуть им как можно глубже и осторожно разминая тугое кольцо мышц, пока оно не начало поддаваться.       Ему пришлось оторваться, чтобы перевести дыхание. Он проигнорировал яростный протест Драко и воспользовался возможностью задать вопрос.       — У тебя есть…       — Смазка? — перебил Драко.       На ощупь потянувшись к прикроватной тумбочке и потратив драгоценные секунды на неуклюжий поиск, он передал почти пустую бутылочку.       В любой другой ситуации Гарри обязательно бы отпустил какую-нибудь колкость, но сейчас для этого было не время. Он закрыл рот, пока смазывал пальцы, позволяя нескольким каплям упасть прямо на задницу Драко, наблюдая как его вход нетерпеливо сокращается.       Не имея больше сил, да и желания, сдерживаться, Гарри ввел один палец, удивленный отсутствием сопротивления, и продолжил движение до самого конца.       — Все в порядке? — спросил он, не смея пошевелиться, пока не получит разрешение.       — Будет, если ты добавишь еще один, — выдохнул Драко, все еще звуча язвительно даже несмотря на то, что один из пальцев Гарри был у него в заднице.       Гарри тут же выполнил приказ. Он глубоко ввел два пальца, его собственный член покалывало от того, как плотно тело Драко обхватило их. Задавая медленный темп, он двигал пальцами внутрь и наружу, проворачивая в самой глубокой точке, и прислушиваясь к раздающимся стонам и всхлипам. С каждым движением уверенность Гарри росла, он только начал входить в раж, когда…       — Стоп! — выдохнул Драко, так резко дернув бедрами, что пальцы выскользнули из него.       — Что-то не так? — спросил Гарри, запаниковав от мыслей, что умудрился причинить Драко боль.       Но тот отчаянно затряс головой.       — Все слишком так, я не прощу себя, если кончу раньше, чем ты сможешь меня трахнуть, — сказал он задыхаясь.       Гарри внимательно оглядел его с ног до головы, едва осмеливаясь поверить в то, что услышал. Нельзя было отрицать, что Драко выглядел определенно готовым. Его грудь от возбуждения покрылась яркими пятнами, бледные соски заметно напряглись, а член был отчаянно твердым и истекал предэякулятом прямо на бледный живот.       Гарри смазал себя, отчаянно сдерживаясь от соблазна подрочить, и этот соблазн совершенно не облегчался видом Драко, который снова подтянул колени к груди, обнажая свою дырочку с набухшими розовыми краями.       Закончив со смазкой, Гарри наклонился над Драко и уперся предплечьями в матрас, изо всех сил сдерживая желание войти и начать жестко трахать. Он знал по прошлому опыту с девушками, что медленное и осторожное начало является главным правилом, но Драко решил не предоставлять ему такой возможности.       Как только они заняли нужное положение, он схватил Гарри за ягодицы и резко притянул их тела друг к другу, на мгновение прикрывая глаза, когда головка члена вошла легче, чем Гарри мог себе представить.       Прикусив нижнюю губу, Гарри приготовился к натиску удовольствия, и, следуя требованиям Драко, вошел сразу на всю длину, останавливаясь лишь на пару секунд, чтобы дать тому возможность привыкнуть.       — Вот так, — прошептал Драко, — Это как раз та часть, где ты должен начать двигаться, — добавил он, когда Гарри замер, ожидая разрешения.       — Захлопнись, — рассмеялся Гарри, выдыхая. — Я хотел убедиться, что тебе удобно!       Прежде чем Драко успел отпустить еще какие-либо комментарии, Гарри несколько раз неглубоко толкнулся, его пульс участился от того, как плотно вход обхватывал его член.       Однако, похоже, Драко не был настроен на медленный секс. Он выгибал спину навстречу каждому толчку, цеплялся пальцами за бедра Гарри, задавая быстрый, глубокий темп, от которого у Гарри кружилась голова.       В какой-то момент все вокруг стало слишком. Задница Драко была слишком скользкой, тело слишком горячим, а острые зубы, впивающиеся в шею Гарри, были слишком приятными, чтобы он мог и дальше это выносить. Он знал, что у него нет ни единого шанса на то, чтобы продлить все это удовольствие, поэтому решил, что по крайней мере он может привести Драко к финалу вместе с собой.       Опустив руку между их тел, он легко касался ногтем чувствительной щелочки уретры в такт каждому толчку, продолжая жестко вбиваться. Движения Гарри были неловкими, но они произвели желаемый эффект: тело Драко напряглось, сжав ствол тугими стенками, когда он кончил со сдавленным вздохом.       Гарри держал руку на члене Драко до тех пор, пока тот ее не оттолкнул, а затем вытер сперму о простыни и вернулся к фрикциям с той же неумолимой скоростью, что и раньше. Его яички уже напряглись, и когда Драко повернул голову, встречаясь взглядом с Гарри, их носы почти соприкоснулись.       — Давай, Гарри, — пробормотал он хриплым, нуждающимся голосом. — Наполни меня.       — Блять, Драко, — прошипел Гарри, когда слова довели его до точки невозврата.       Оргазм прошил все тело насквозь, неудержимый и невероятно сильный. Гарри уткнулся лицом в шею Драко, пытаясь заглушить стоны, но это нисколько не помогло, хотя тот, похоже, был совершенно не против.       Когда волны удовольствия наконец начали угасать, Гарри, тяжело дыша, рухнул на Драко. Его член был настолько чувствительным, что он едва осмеливался пошевелиться, но, к счастью, Драко, похоже, находился в таком же положении. Он не пытался оттолкнуть Гарри; вместо этого он потянулся, чтобы начать лениво перебирать его волосы, разбирая пальцами темную копну на пряди и проводя ногтями по коже головы, пока они оба медленно спускались с небес на землю.       — Знаешь, ты чертовски хороший колдофизиотерапевт, — сказал Гарри, спустя, как ему показалось, несколько минут, и поморщился от того, насколько громко прозвучал его голос в тишине комнаты.       — Знаю, — сонно согласился Драко.       Он накрыл их одеялом, пока Гарри осторожно вынимал свой член и устраивался на постели рядом с ним.       — Я серьезно, — сказал Гарри. — Это было совсем не больно. Даже когда я толкался.       — Превосходно, — пробормотал Драко.       Его голос звучал хрипло, слова были немного растянуты; казалось, он вот-вот заснет.       — Наверное, нам стоит проверить еще раз, — предложил Гарри только для того, чтобы выяснить слушает ли его Драко или уже наполовину спит. — Ну, просто чтобы окончательно убедиться.       — Непременно. — Драко надолго замолчал, а потом резко сел и провел пальцами по волосам. — Как бы мне ни хотелось сейчас заснуть, но, наверное, нам стоит что-нибудь съесть.       — Звучит заманчиво, — согласился Гарри, ощутив голод при упоминании еды. — Чего бы тебе хотелось?

~*~*~*~

      Оказалось, что знание Драко Берлина распространялось и на лучшие места, где можно заказать еду на вынос, поэтому полчаса спустя они сидели на диване, скрестив ноги, и поедали самые большие вегетарианские бургеры, которые Гарри когда-либо видел. Он даже не был точно уверен в том, что в них содержится — по его предположению, это были какие-то бобы — но Драко настоял на том, чтобы заказать что-то хотя бы отчасти полезное на случай, если Гарри все же придется играть на следующий день, и, кстати, это было действительно вкусно.       Все в этой ситуации должно было вызывать неловкость, но ее почему-то не было, возможно, благодаря тому, что Драко плавно переходил от одной забавной квиддичной истории к другой, не оставляя пауз, достаточных для того, чтобы кто-то из них мог всерьез задуматься о том, что между ними произошло и о том, к чему оно может привести дальше.       Когда они наконец поставили тарелки, Драко кивнул на часы.       — Тебе нужно немного поспать, – сказал он. — Завтра важный день.       — Да уж, целый день важного сидения на скамейке запасных, — пробормотал Гарри с недовольной гримасой.       Драко неодобрительно цокнул языком.       — Не говори глупостей, — сказал он. — Никогда не знаешь, что может случиться, так что лучше хорошенько выспаться.       — Ладно. Можно мне остаться? — спросил Гарри, не успев себя сдержать.       Драко поднял бровь, но поддразнивания, которого ожидал Гарри, не последовало.       — Только если ты сейчас же пойдешь в постель и пообещаешь не красть одеяло.       — Да, думаю, с этим я смогу справиться, — согласился Гарри.       — Хорошо. Тогда пойдем, — сказал Драко. Он потянул Гарри с дивана, и они направились в спальню, задержавшись всего на мгновение, чтобы полностью раздеться, прежде чем с одинаковыми вздохами удовлетворения рухнуть на свежее постельное белье. — Нокс.

~*~*~*~

      На следующее утро Гарри медленно открыл глаза, постепенно осознавая незнакомую комнату, тот факт, что он совершенно голый, а также то, что его крепко обнимают за грудь теплые руки.       Часы на прикроватной тумбе показывали, что уже было намного позже, чем привычные для пробуждения пять утра, и взгляд через плечо подтвердил, что предыдущий день не был сном; он действительно провел вечер в номере Драко, а ночь в его постели.       И хотя больше всего на свете он хотел остаться именно там, где был, Гарри принялся осторожно высвобождаться из цепких объятий, несколько раз замирая, когда Драко начинал шевелиться или что-то бормотать. Это оказалось непростой задачей: Драко держал его так крепко, что это напомнило о том времени, когда он застрял в Дьявольских силках, вместе с Роном и Гермионой.       Наконец высвободившись, Гарри собрал свои немногочисленные пожитки и натянул вчерашнюю одежду, успев взглянуть на себя в зеркало. Он выглядел основательно потрепанным. Его сердце забавно подскочило от мысли, что он так выглядел потому что действительно был потрепан. Он переспал с Драко, и это было чертовски круто.       При воспоминании о событиях вечера его член заинтересованно дернулся, но все же Гарри неохотно отвернулся от спящего Драко, убеждая себя, что позже у него будет куча времени, чтобы все обдумать. Прямо сейчас ему нужно было настроиться на матч.       — Ты справишься, — пробормотал он своему зеркальному отражению, а затем глубоко вздохнул и выскользнул за дверь, сосредотачиваясь на предстоящей игре.

~*~*~*~

      Атмосфера на Олимпийском стадионе была наэлектризована; она безусловно была лучшей из всех, что Гарри испытывал за все годы своей профессиональной карьеры. Он помнил, как газеты сходили с ума от спорного плана немецкого Министерства использовать маггловский стадион для игр Чемпионата Мира, но он действительно оказался идеальным местом: достаточно высоким, для того, чтобы можно было поднять трибуны, и они не доставали до потолка, а также находился достаточно далеко от центра Берлина, чтобы можно было не беспокоиться о нарушении Статута о секретности.       Организаторы явно выложились на полную ради финала: представление команды происходило самым грандиозным магическим фейерверком, который Гарри когда-либо видел, а одежда каждого зрителя была зачарована так, чтобы соответствовать цветам формы французской или английской команды.       Это должно было быть потрясающе, но для Гарри было болезненным вылететь на поле со своими товарищами по команде, воодушевленными ободряющей речью Анджелины, только для того, чтобы спешиться в английской ложе после окончания национального гимна, в то время как по трибунам будет парить пятнадцатиметровая проекция Моррис.       Он попытался напомнить себе, как ему повезло, что он вообще смог быть частью приветственного круга, но это все равно ранило сильнее, чем он готов был признать. К счастью, в ложе его ждал Драко, занявший в последнюю минуту место помощника целителя.       — Запомни, не будь придурком, — ласково сказал он, крепко сжимая колено Гарри, когда тот уселся на место. — Просто постарайся насладиться игрой.       Гарри кивнул, и, по мере того, как матч набирал обороты, он все больше погружался в роль зрителя, подбадривая товарищей по команде и вскакивая с сидения после очередного забитого гола. Ради собственного душевного равновесия он старался следить только за квоффлом; каждый раз, когда он смотрел на Моррис, было четко видно, насколько ее превосходит Бодлер.       Он почти начал наслаждаться происходящим, но не прошло и часа, как Моррис врезалась прямо в судью.       — Что я тебе говорил?! Я знал, что она выкинет что-то подобное! — радостно воскликнул Драко, и его торжествующий голос так подпрыгивал от несвойственного ему детского восторга на фоне разочарованных стонов с трибун, что Гарри расхохотался.       Он все еще пытался успокоиться, когда Терри указал на него пальцем.       — Твой выход, Поттер. Если почувствуешь хоть малейшую боль в бедре, подай сигнал, хорошо?       — Понял, — сияя, ответил Гарри, едва веря своей удаче.       — Повеселись, — сказал ему Драко, наклонившись ближе, — И помни: используй только правую ногу для опоры при обманных маневрах и перестроениях.       Гарри кивнул и потянулся за метлой, а затем выпрыгнул из ложи, чувствуя, как адреналин закипает в его венах, когда все болельщики сборной Англии — и, судя по всему, несколько нейтральных зрителей — выкрикивали его имя.       Вскоре он понял, почему Моррис потеряла концентрацию: это был грязный матч со множеством отвлекающих маневров. Французы явно выбрали стратегию игры на малой высоте, чтобы нарушить игру английской команды, летающей по верхам, так что почти все игроки находились в пределах шести метров над землей.       Последний согласованный перед матчем план, состоял в том, чтобы Моррис погрузилась в основную толпу игроков, поэтому Гарри мог продолжить с того же места, где она остановилась, стараясь держаться как можно ближе к земле и пытаясь заставить бладжеры следовать за ним, а не за охотниками. Это была в прямом смысле грязная работа: Гарри не помнил, когда в последний раз на нем появлялось столько пятен от травы.       Параллельно он неотрывно следил за Бодлер на случай, если она заметит снитч, понимая, что у него будет буквально пара секунд, чтобы успеть присоединиться к ней в погоне.       Через два часа они вели в счете, но команды были опасно близки по очкам: триста двадцать против двухсот девяноста, и количество забитых голов снижалось, поскольку охотники начали уставать.       Когда Гарри увернулся от очередного финта, он увидел золотую вспышку. Сердце бешено заколотилось, а затем замерло. Снитч висел прямо в нескольких футах позади Моро.       Изменив курс, Гарри подлетел к нему со всей возможной неспешностью, на которую был способен в данный момент; не стоило привлекать к себе внимание французов.       — Привет, Раф! — крикнул он, ловко увернувшись от бладжера, отбитого дубинкой Моро, и делая вид, что смотрит вдаль. — Рад снова тебя видеть!       — Хорошо повеселился с Драко? — откликнулся Моро. — Надеюсь, он хотя бы сводил тебя на несколько приличных свиданий.       — Никаких свиданий, — признался Гарри, держа снитч в поле зрения и пытаясь угадать в какую сторону тот сейчас полетит: он знал, что неверное предположение лишит его всех шансов на поимку. — Мы практически не выходили из номера.       Бодлер промчалась над ними, явно озадаченная тем, что эти двое просто болтают посреди такого важного матча. Это было именно то, на что рассчитывал Гарри.       Воспользовавшись моментом, когда она отвлеклась, Гарри ускорился, по полной используя ту мощность, которая и убедила его перейти на «Туманность». Он поднырнул под Моро и, сделав «бочку», точно такую же, которую он тренировал с Драко, зацепил правой ногой метлу, изо всех сил вытягиваясь вперед, чтобы обхватить пальцами крошечный золотой мячик…       Похоже, Поттер что-то заметил, он летит очень низко — о, какая «бочка»! — да, это снитч, Бодлер следует за ним, но он уже набрал полную скорость, он тянется… и… ПОТТЕР ЛОВИТ СНИТЧ!!!!!!! АНГЛИЯ ВЫИГРАЛА ЧЕМПИОНАТ МИРА ВПЕРВЫЕ БОЛЕЕ ЧЕМ ЗА СТО ЛЕТ!!!       Толпа, и без того обезумевшая, пришла в неистовство после объявления, и оглушительный рев прокатился по полю, когда Гарри поднял снитч над головой, чтобы его смогли заснять камеры. Как только они получили нужный кадр, он пожал руку Бодлер и начал ликующий круг почета, охваченный таким чувством нереальности, которого не испытывал со времен окончания войны.       На полпути он был почти сбит с метлы Анджелиной, которая обняла его одной рукой и полетела рядом, ее радостные возгласы терялись в шуме стадиона, хотя она и кричала их прямо Гарри в ухо.       Через несколько секунд вся команда набросилась на него взъерошивая волосы, хлопая по плечу и скандируя его имя в такт с толпой, пока все не остановились посреди поля.       Завершив круг, Гарри передал снитч Анджелине, выскользнул из объятий товарищей по команде и направился прямиком к ложе сборной Англии, прежде чем кто-либо успеет его остановить: ему нужно было разделить этот момент кое с кем еще.       Добравшись до ложи, он опустил метлу, увернувшись от медвежьих объятий Терри, и обнял Драко так крепко, как никогда и никого не обнимал раньше.       — Мы сделали это!!! — воскликнул Гарри, охваченный внезапным ликованием.       — Нет, это ты сделал, — ответил Драко, прижавшись губами к его уху. — Ты был великолепен, и техника была безупречна. Даже будучи профессионалом, я бы ни за что не догадался, что ты восстанавливаешься после травмы. — Он откинулся назад, чтобы как следует рассмотреть Гарри, и вздрогнул, с опозданием осознав, сколько грязи успело собрать его снаряжение. — Но даже несмотря на это, нет необходимости портить мой жилет… ты же весь в какой-то няше!       Гарри лишь рассмеялся и снова обнял его, на этот раз специально оставив на его щеке большое грязное пятно. Когда Драко начал вырываться, воздух вокруг них осветила вспышка фотоаппарата, так ярко, что Гарри вздрогнул.       — Завтра это будет на первых полосах всех чертовых газет мира, — простонал он, уткнувшись лицом Драко в шею.       — В таком случае, почему бы не сделать так, чтобы это того стоило, — предложил Драко.       Обычно Гарри сразу отверг бы подобное предложение, но каким-то образом коктейль из эндорфинов и адреналина, бушующий в его мозгу, заставил воспринять это за вполне разумный аргумент. Не раздумывая, он проложил дорожку поцелуев вдоль линии челюсти Драко, а затем притянул его к себе для настоящего, страстного поцелуя; глубокого, отчаянного, несомненно романтичного, с чрезмерным использованием языка и немалым количеством зубов.       Если фотографы и были взволнованы до этого, то поцелуй окончательно свел их с ума. Вспышки фотоаппаратов замелькали, превратившись в безжалостную стену белого света, а растущая толпа репортеров обрушила на Гарри шквал вопросов, начиная с того, как они познакомились, и заканчивая его любимой позой в сексе.       Все это время Гарри держал глаза закрытыми и все его внимание было сосредоточено на Драко; тепло его губ, шелк волос, скользящих между пальцев, и руки, лежащие на талии Гарри и удерживающие его посреди водоворота хаоса, окружающего их.       Гарри прервал поцелуй только тогда, когда все вокруг затихло. Он растерянно огляделся и увидел, как Терри убирает палочку, возмущенно бормоча себе под нос о том, что пресса не задала «ни единого чертового вопроса о матче».       — Спасибо, Терри, — усмехнулся Гарри.       — Всегда пожалуйста, — ответил он. — На самом деле, Гарри, — добавил Терри, вздрогнув от очередной серии вспышек, — После этой победы нет ничего, чего бы я для тебя не сделал — я бы убил их всех, если бы ты меня об этом попросил.       — Эм, еще раз спасибо, Терри, но может быть сегодня мы воздержимся от массового убийства? — предложил Гарри, надеясь, что репортеры не смогут ничего прочитать по губам.       Они посмотрели на толпу голодных журналистов, все еще выкрикивающих что-то в сторону ложи. Видимо, они так и не заметили, что ее обитатели больше их не слышат.       — Тц, и после такого выпада ты будешь утверждать, что не любишь внимание? — поддразнил Драко, когда Гарри повернулся к нему лицом.       Гарри фыркнул.       — Во-первых, это была твоя идея, так что даже не пытайся свалить ее на меня. А во-вторых, они все равно будут писать о нас, — пожал он плечами. — Так мы, по крайней мере, сможем контролировать ход событий. — Он наклонился и взял Драко за руку, переплетая их пальцы. — В любом случае, я должен тебе огромное «спасибо» за то, что ты вернул меня в строй…       — Не говори глупости, — ответил Драко, хотя его восторг был совершенно очевиден.       — Глупости? Если бы не ты, я бы вообще не смог играть! — настаивал Гарри. — Как я могу отплатить тебе за все, что ты для меня сделал?       Драко притворился, что обдумывает вопрос.       — Ты можешь начать с ужина, — предложил он.       — Хорошо, тогда так я и поступлю, — усмехнулся Гарри. — Хотя Раф, кажется, считает, что это ты должен мне несколько свиданий…       Драко усмехнулся.       — У меня есть несколько идей относительно того, куда я мог бы тебя пригласить… но думаю, что сначала тебе нужно заняться другими делами.       Он указал на центр поля, где начали собираться официальные лица, готовясь к церемонии награждения.       — Справедливое замечание, — согласился Гарри, потянувшись за метлой и готовясь присоединиться к шумному хаосу за пределами ложи.       Все еще находясь под впечатлением от победы и предвкушая обещанное свидание, Гарри присоединился к своей команде, чтобы поднять Кубок для фотосессии победителей, чувствуя себя по-настоящему на вершине мира.