День рождения

— Вы какого родились? — Какого хрена или числа? ©

Лет до восемнадцати ты упорно доказываешь всем, что уже взрослый. После восемнадцати тупо пытаешься выжить. Джокер сидел в своем кабинете в здании полулегального ЧОПа и честно, что ему было вообще-то не свойственно, пытался вникнуть в содержание и смысл документации, возвышавшейся на столе нехилым таким Эверестом.       — Дебет, кредит, сальдо-хренальдо… — пробормотал, раздраженно отбрасывая очередной листок.       — Это ты щас испанские имена назвал или ругаешься? — гоготнул Шрам. А вот Джокеру было не до смеха. Тяжело вздохнув, он ткнулся лбом прямо в рассыпанные на столе документы, с неподдельной тоской вспомнив благословенные времена, когда вместо того, чтобы чахнуть в кабинете над графиками, таблицами и прочей фигней, ездил с Вороном на разборки и стрелки, в любой непонятной ситуации готовый выхватить ствол. А если повезет — пару раз выстрелить по движущимся мишеням. Вот это была движуха, вот это была жизнь!..       — У меня скоро кукуха съедет от этих бумажек, — пожаловался в пространство. Пространство сочувственно хмыкнуло и похлопало его по плечу.       — Да не психуй ты. Забей на эту хрень, выпей коньячку, береги нервишки.       — Простите, а вы точно кризис-менеджер?       — Точно-точно, — хохотнул Виталя. — Ствол, утюг и паяльник — вот мои документы! Саша хмыкнул и с неохотой вернулся к бумагам. Легче, ей-богу, прессануть пару упрямых коммерсов, а на закуску «побеседовать» с несговорчивым должником, чем разбираться в непонятных приходах, расходах, издержках и неустойках…       — Не надоело? — сочувственно поинтересовался Шрам, некоторое время молча наблюдая за начальником, подельником и другом в одном лице.       — Как будто у меня выбор есть, — уныло отозвался Джокер, принимаясь за следующую папку.       — Ну вообще-то есть, — хмыкнул Виталя. — Вместо того, чтобы глаза портить, съездил бы лучше развеялся, отдохнул по-человечески…       — По-человечески — это с бухлом, девочками и мордобоем?       — Джо, ну днюха же, поехали оторвемся! Комолов вяло махнул рукой, не отвлекаясь от документов.       — Тем более в стрипухе такие девочки зачетные… Джокер скривился, как будто куснул лимон.       — Я че, голых баб не видел?       — Таких — не видел! Поехали уже…

***

Этот неловкий момент, когда вы с другом всего лишь решили тихо и мирно посидеть в баре, а вас уже три раза за вечер пытаются убить. Сначала на ближайшем повороте от офиса случились милые ребятки на неприметной машине, но зато с очень приметным стволом, который приветливо оскалился в опущенное стекло. Потом был безобидный официант, шествующий к их столику с жутко деловым видом и здоровенным блюдом под крышкой. Все бы ничего, но Джокер тоже любил боевики, а еще, несмотря на свои солидные тридцать лет, склерозом пока не страдал и точно помнил, что ничего, кроме коньяка, они со Шрамом себе не заказывали.       — Тоже мне, комплимент от шефа! — выругался Виталя, выкручивая руку незадачливому убийце. Убийца слегка позеленел лицом и дергаться как-то сразу перестал.       — А вы откуда про Шефа знаете?.. Следом у дверей бара возник затянутый в черное крепкий парнишка, выскочивший из переулка с такой скоростью, словно ему не терпелось заключить именинника в крепкие братские объятия и щедро одарить. От объятий он, правда, все-таки воздержался, а вот подарок весьма невежливо швырнул прямо под колеса джипа — небольшой памятный сувенир в виде ручной гранаты. Видимо, решил совместить приятное с полезным, то бишь поздравление с фейерверком.       — Отметил, блин, день рождения! — пробормотал Джокер, с опаской высовываясь из-за укрытия, которым, за неимением лучшего, служили мусорные баки ближайшего ПВЗ. Комолов мысленно вознес короткую благодарственную молитву неуемным тетенькам, способным открыть филиал ада маркетплейса хоть в подвале, хоть на крыше, хоть на луне.       — Зато теперь в свой др можешь веселиться в четыре раза больше, — утешил Шрам, не терявший оптимизма. Аккуратно снял с головы упавшую откуда-то розовую кружевную кофточку размером с собственную ладонь и первым выполз из-за баррикад коробок, ящиков и пакетов. — Считай, еще три раза родился!       — Мне столько не выпить, — хмыкнул Саша, педантично отряхивая пальто от картонной трухи. Однако на этом сюрпризы не кончились: не успели товарищи бандиты выбраться из укрытия, как рядом развернулось шоу со светомузыкой. Истошно завывая, оглушительно бибикая и моргая всем, чем только возможно, на площадку перед баром вылетело несколько полицейских машин. Первой, сверкая голыми коленками и размахивая удостоверением, словно пионерка красным знаменем, из почетного кортежа выскочила участковая Гордеева собственной персоной. Джокер, нацепив привычную саркастическую ухмылку, вздохнул с трагизмом древнегреческого актера.       — Опять вы… От родной полиции не спрятаться, не скрыться.       — И вам не хворать, гражданин Комолов, — не осталась в долгу Арина Ильинична.       — Захвораешь тут с вами, — покачал головой Саша. — На улицах полный бардак и разгул преступности, приличному человеку даже в бар не зайти… Куда только полиция смотрит?       — Да ужас вообще, — с самым серьезным видом покивала Гордеева. — И за что только честные граждане вроде вас налоги платят? Шрам наблюдал за этой дуэлью сарказма с умильной улыбкой. Примерно с таким выражением лица мамочки смотрят на своих копошащихся в песочнице детей, пока Ванечка рушит куличики, а Машенька за это лупит его совочком по голове.       — Это уже третье покушение на гражданина Комолова. За сегодняшний вечер, — моментально наябедничала Гордеева, едва рядом очутился майор Коробицын.       — Смею предположить, что неудачное, — с легким сожалением вздохнул Николай Степанович, покосившись на Джокера. Майор, кажется, был бы не против, если бы головная боль всей Охты по имени Александр Комолов в один прекрасный день просто исчезла. — Вот такая молодежь, не задушишь, не убьешь…

***

Допрос потерпевшего Коробицын поручил, разумеется, Гордеевой — как самой нудной обстоятельной и душной внимательной из всех вновь прибывших. Когда Арина Ильинична достала бланки и приступила к заполнению протокола, Джокер понял, что гражданка начальница развлечется по полной. Чего стоил совершенно гениальный пункт: фамилия, имя, отчество.       — Иванов Иван Иванович, — состроив «рожу кирпичом», невозмутимо отозвался Саша. Ну а что? Какой вопрос, такой и ответ! Арина, чертыхнувшись, швырнула испорченный бланк в мусорную корзину.       — Издеваешься, да?! Джокер только передернул плечами. Это еще вопрос, кто над кем издевается! Незаметно покосился на Арину Ильиничну и тихонько вздохнул. Голые коленки гражданки начальницы очень его занимали. Задушевную беседу прервал Скворцов, швырнув на стол какой-то пакетик и что-то загадочно прошептав Гордеевой под грифом «совершенно секретно». Арина Ильинична уставилась на Джокера так, будто он отобрал у детсадовца единственную конфету.       — Вы совсем обалдели — перестрелку на улице устраивать? Джокер хлопнул глазами с видом святой невинности, которую обвиняют во всех смертных грехах оптом.       — Какую перестрелку? Так… хлопушками баловались.       — Вы чуть половину района не взорвали!       — Так это… фейерверк был. Ребята меня просто поздравить хотели.       — А ничего, что от этого «фейерверка» у дома напротив все стекла повылетали?       — Так это претензии к продавцу. Подсунут всякую хрень китайскую… Арина Ильинична со стоном уткнулась лбом в скрещенные руки — почти как Джокер в своем офисе недавно. Шепотом помянула господа бога, подполковника Завьялова и Вениамина Сергеевича в придачу, а Саша порадовался, что Ворон отдыхает на островах и хотя бы сегодня не станет клевать непутевому пасынку мозг на тему личной безопасности, правильного ведения бизнеса, переговоров с конкурентами и жизни в целом. Ведь кто, как не другие люди, лучше всего знают, как вам жить эту жизнь!

***

Бравые полицейские убрались восвояси только ближе к полуночи, предварительно отколупав всю штукатурку со стен бара в поисках застрявших там гильз и до полусмерти запытав вопросами всех, кому не повезло очутиться в непосредственной близости. Джокер, взмокший как после двухчасовой тренировки в спортзале, вытер лицо салфеткой и залпом опрокинул в себя целебные сто грамм коньяку.       — С днем рождения меня, — пробормотал обреченно, покосившись на измочаленную ничуть не меньше Арину Ильиничну.       — И вуаля! — торжественно объявил Шрам, появившись в пустом зале с тортом наперевес. Где он на ночь глядя умудрился раздобыть чудовищное произведение искусства с горами кремовых розочек и горящими свечками, оставалось загадкой.       — Главное Мишель эту пародию не показывай, — дружески посоветовала Арина Ильинична, сделав изрядный глоток вина. Валерьянки в шаговой доступности не имелось, а успокоить нервы требовалось вотпрямщас. Вместо того, чтобы лететь к морю вместе с семьей в заслуженный отпуск, сидит в сомнительном баре в компании двух бандитов… Совсем не так она представляла себе приятное завершение дня.       — За четырежды рожденного! — провозгласил Виталя, поднимая стакан с вискарем. — Братан, пусть у тебя все будет и ничего тебе за это не будет… — Поймал выразительный взгляд Гордеевой и закашлялся. — В рамках Уголовного кодекса, разумеется. Арина удовлетворенно кивнула и с аппетитом принялась за разрезанный тортик, который граждан бандитов интересовал в последнюю очередь. А Джокер, вновь покосившись на ее едва прикрытые юбкой колени, подумал, что это зрелище куда интереснее всех стриптизерш вместе взятых. Оставалось самое сложное — убедить в этом саму Арину Ильиничну. Благо целая ночь впереди…