❄Связанные жарой и снегом ❄

Глава четырнадцатая

Торн

- Тебе нужно успокоиться, - говорит Димитри, усмехаясь. - Если это то, что делает с твоим львом предназначенный партнер, думаю, мой волк и я в порядке. Я закатываю глаза. - Да, да. Просто подожди, пока встретишь своего, - ворчу я. - Твой волк более вспыльчив, чем мой лев. - Торн, любовь. Успокойся. Иди обратно на кухню и помоги мне расставить блюда на столе, - говорит Папа, и я следую за ним. Зачем я позволил своему омега-папе убедить меня устроить большой после рождественский ужин со всеми? Прошло всего две недели с тех пор, как я видел Хейдена, но моя семья не чувствует себя полной без моего партнера рядом. Мой лев ревет, соглашаясь. Хейден и я провели последние две недели, созваниваясь по видео и переписываясь так часто, что должно казаться, будто он здесь со мной, но так трудно не иметь возможности обнять его или поцеловать в висок. Мне не хватает того, как мой партнер тает в моих объятиях, и того, как его опьяняющий запах успокаивает меня каждый раз, когда я вдыхаю. - Я больше не могу! Мой лев становится беспокойным. - Я смотрю на часы. - Сейчас всего 4 вечера. Если я уйду сейчас, я смогу пойти и удивить свою омегу, - говорю я, решимость наполняет мой голос. - Ну, подожди минутку, сын. - Мой альфа-отец хлопает сильной рукой по моему плечу, заставляя меня поморщиться. Только потому, что он ушел с поста альфы Прайда, не означает, что он стар по каким-либо меркам. Как оборотень-лев, он все еще в расцвете сил. - Твой папа трудился, готовя тебе чертово застолье. Ты сядешь с нами и твоим братом и насладишься им. Тогда, если еще не слишком поздно, ты можешь пойти повидать своего партнера. Мой лев рычит, и я фыркаю. "Все относятся к нам, как к подросткам," говорит мой лев. "Ну, может, перестань заставлять меня вести себя как они." Парирую я. Богиня, зачем я позволил своему партнеру согласиться на целый чертов месяц врозь? Как раз тогда телефон Папы вибрирует на кухонной стойке. Он тянется к нему и читает что-то, что заставляет его улыбнуться. Затем, к моему изумлению, он подмигивает моему альфа-отцу. Я вздыхаю. Я действительно не хочу даже гадать, что они затевают, как я уже сказал, все еще в расцвете сил. - Все в порядке, Торн, - говорит Папа. - Если ты чувствуешь, что тебе нужно идти за своим партнером, тогда иди вперед. Я с подозрением смотрю на большое застолье на столе и кухонных стойках. - Ты уверен, Папа? Димитри громко смеется. - О, теперь ты сомневаешься? Я сужаю глаза на него, но он уже уходит. Решив, что с меня хватит, я хватаю кошелек и ключи и направляюсь к входной двери. Как только я распахиваю ее, моя челюсть отвисает от шока. Стоя там, готовясь постучать, мой прекрасный партнер. Он абсолютно великолепен, даже в большом пухлом пальто. Его волосы, кажется, слегка длиннее и немного блестят, и даже его кожа, кажется, выглядит так, будто светится. - Не стой просто так, Торн, - говорит Папа, устремляясь вперед и приглашая Хейдена в мой дом. Нет, наш дом. Этот дом теперь его так же, как и мой. Хейден смотрит вниз на грязь и снег, которые его ботинки только что занесли внутрь, и он бледнеет. - О, мне так жаль. Я не хотел... Я делаю шаг вперед, чтобы поцеловать своего партнера, но Папа блокирует меня, протягивая руку к пальто Хейдена и помогая ему снять его, прежде чем повесить пальто на крючок. - Вздор, Хейден, это всего лишь немного грязи. Мы можем убрать. Хейден поворачивается ко мне лицом, и, клянусь, на мгновение весь мой мир замирает. Мой взгляд падает на его слегка округлившийся живот, мое сердце бьется так быстро, что я боюсь упасть в обморок. Хейден... Мой партнер... - Сюрприз, - говорит он, давая мне застенчивую улыбку. Боги, эта улыбка. Я скучал по этой улыбке. Я приседаю на пол, коленями впиваясь в мокрый снег и грязь, оставленные его ботинками, даже не заботясь о том, что мои дорогие брюки от костюма портятся. Я наклоняюсь вперед и нюхаю живот своего партнера. Хейден хихикает, когда его рубашка приподнимается, и я слегка трусь бородой о его кожу. - Ты беременный, - с благоговением выдыхаю я. - И у тебя будут наши детеныши. Его улыбка расширяется, и он охотно кивает. То есть, пока мои слова, кажется, не доходят до него. - Погоди. Ты сказал детеныши? Во множественном числе? На этот раз моя очередь улыбаться шире. - Да, мой милый партнер. Детеныши. То есть больше одного. Я продолжаю тереться и нюхать его живот, мой лев счастливо купается в этом новом запахе. Кофе, печенье и свежий снег. "Партнер. Детеныши." Хейден снова хихикает, и, клянусь, звук прекрасен. - Что ты делаешь, альфа? - Позволяю моему льву почуять наших детенышей. Мои слова заставляют Хейдена растаять. Он предлагает мне застенчивую улыбку. Я встаю, притягивая его к себе в объятия. Подняв его подбородок, я наклоняюсь и прижимаю наши губы. Я целую своего партнера впервые за две недели. Как всегда, наш поцелуй начинается немного нежно, прежде чем быстро становится страстным. Мой омега-папа начинает хлопать, как раз когда мой брат прочищает горло. Хейден отстраняется, выглядя смущенным, со сладким лицом, слегка покрасневшим. Как раз тогда его живот громко урчит, как будто желая заявить о своем присутствии. - О, Богиня, - говорит он, глядя туда-сюда между моими родителями. - Случайно, у кого-нибудь из вас есть кленовый сироп, который я могу полить на индейку? Мой альфа-отец смеется и качает головой. - Конечно, мы все приготовили для тебя, сын. Моя голова резко поднимается. Они знали. Они знали, что мой партнер будет здесь. Мое сердце наполняется теплом, когда я смотрю на застолье, которое приготовили мои родители. Вот почему они настояли на том, чтобы устроить этот большой после рождественский ужин сегодня. Я кладу руку властно на живот Хейдена, и мой внутренний лев начинает мурлыкать. Я прижимаю еще один быстрый поцелуй к губам Хейдена, и когда наши глаза встречаются, клянусь, они сверкают.