Руководство по ревности или как увести чужую девушку

      — Что там? — Взгляд Риты устремился на экран изрезанного царапинами телефона. Быстро бегая по тексту, она в недоумении выхватывает из трясущийся чужих рук объект, брови взлетают вверх, а лицо выражает типичное: «ожидаемо, но КАКОГО ХУЯ». — Она совсем в край ебанулась? Саша сжато улыбается, смотрит в сторону, на заполненную столовую, часть которой проявила интерес к резкому повышению голоса. И каждый думает: «Ну точно Водя́нова».       Сашино — «Да мне нормально, я не обижаюсь» — звучало не очень убедительно. Грустные глаза, внезапная скованность, закрытая поза и взгляд куда угодно, но не на Риту — выдали. Конечно, не обидно, как же. Ей ли не знать, что так делают только слишком уверенные или отбитые? Про Настю в этой ситуации ясно — точно второе. Рите думалось, что это её чёртов последний раз, когда она пытается с кем-то свести Сашу. Потому что выходит как-то не очень, мягко говоря.       — Давай я её ногами отпизжу? — со снисходительной, больше истерической, улыбкой процедила Марго, шлёпая несчастный телефон на стол.       — Не надо... — Саша прячет его в карман джинсовки, скрещивает руки, затем аккуратно располагает их на столе и вымученно ухмыляется, — мне всё равно, я просто забью хуй.       — Уже забила, вижу! — ещё более агрессивно выпалила Рита. Она напрягается, затем обессиленно выдыхает: — Это пиздец, Саш.       — Возможно, — через пару секунд паузы подытоживает собеседница и откидывается на спинку стула, наблюдая за приближением Жени и Юли, других одногруппниц. — Хотя я даже начинаю привыкать, ха-ха. «Прости, мы сегодня не встретимся, много дел. Столько домашки, что я просто и свободной минуты не вытяну. Извини ещё раз, давай на следующей неделе, хорошо?» «Привет, Саш, сегодня не выйдет, задали много.» «У меня в последнее время слишком много мероприятий, на которые надо успеть и подготовиться, и сходить, поэтому почти вся эта неделя расписана. Прости, пожалуйста.» «Сегодня не выйдет, давай в другой раз?» Саша бы ответила на всё это одним: «Но мы договаривались за неделю...», но никогда, потому что принимает чужие форс-мажоры лучше, чем свои собственные. Слишком компромиссно? Нет, слишком терпила. Премию "Лучший подкаблучник года" она точно заслужила бы пожизненно.       И вот в очередной раз, когда они договаривались на встречу, Настя, видимо, решила сыграть в «правда и ничего кроме правды», выдав самое искреннее и честное: «Я уже договорилась погулять с другом, извини.»       — И ты действительно хочешь сказать, что тебе похуй?! Да я её прибью, как увижу! — Рита бросила и собственный телефон на стол. Уже привыкшие к абьюзу наушники ударили об пол, затем были агрессивно закинуты наверх. — Это просто невозможная хуйня! Нахуй эту ебаторию! Я, конечно, всё понимаю, но это, блядь, нихуя не нормально! Что за долбоебизм?!       Староста Юля переглянулась с ними, озадаченно села, пожелав приятного аппетита, и решила просто спокойно есть и слушать. Снова какой-то движ, почему бы не впитать истории из чужих нереально интересных жизней? Женя вторила Юле, кроме установки "не влезать", потому что сама в этом косвенно участвовала. Хотя, уже ни черта не косвенно, если Настя живёт с ней по соседству буквально в комнате. Глаза "вечно серьёзного" человека снова переключились на Сашу. Поймав ответный взгляд, она как-то грустно вздохнула и кротко сказала:       — Настя?       — ДА! — агрессивно и чересчур громко выстрелила Марго, слишком эмоционально начав объяснять ситуацию. Кроме удивления и беспокойства в сторону Саши, выглядящей полностью выжатой и надломленной, от Жени ничего не было видно. А что тут ещё сказать? Пиздец.

<***>

      — Дай попарить? — Роман медленно и слишком соблазнительно затягивается и элегантно передаёт электронку. — Спасибо...       Подобное уже никак не успокаивает. Всё давно превратилось в привычку, заставляющую организм просто не выбиваться из ритма "вечно под кайфом", который, впрочем, и не чувствуется. Саша быстро втягивает дым, быстро и без интереса выдыхает. Повторяет трижды и возвращает. Девушка продолжительно смотрит на здание техникума, сжимается от ветра и ждёт Риту. Она с Ромой сейчас — более вероятные компаньоны на погулять и приятно провести время. Зачем нужен кто-то ещё, правда? Эта мысль въедается в голову уже несколько недель, начиная с той, когда Саше отказали второй раз. Зачем так сильно ебаться с этим, зачем об этом думать и волноваться, когда есть хорошие друзья рядом? Не оставят, помогут, отвлекут, поддержат и уж точно не перенесут планируемую встречу из-за одной и той же причины прямо в этот же день. Почему тогда так неприятно?..       Настя. Идёт обратно со стороны общежития. У них же было три пары... Снова дела у Екатерины Павловны?       — Привет! — Жизнерадостный голос прошёл током по телу Саши, которая сразу угодила в требовательные объятья. Следующим был Рома. — Кого ждёте?       — Привет, Риту, — быстро отвечает парень, снова затягиваясь.       — А, ну, хорошо, — Настя улыбается, смотрит на Сашу, которая всем своим нутром выражает непонимание. — Что?       — У тебя разве пары не закончились?       — Да я к Екатерине Павловне, надо помочь кабинет украсить, новое повесить. Правда, она уйдёт скоро, устала, поэтому ключи мне отдаст и домой. Потом гулять пойду. «И ни одной капли сожаления или хоть вины» — подумала Саша, хмурясь в своей особенной манере, — "расслабь лицо и сконцентрируй взгляд на чужой переносице", — и моментально почувствовала какое-то странное злорадство. С тем человеком, с которым Настя хотела гулять, она поступит так же. По крайней мере надеялась.       Нависло неловкое молчание, источник Сашиной обиды вздохнула и уже хотела попрощаться, но со стороны техникума послышался такой возмущённый ор, будто они находились высоко в горах, где эхо разносит звук на километры вдаль. Вышла Рита, по всей видимости, после инженерки. «Гандон», «я его ненавижу», «я его застрелю», «как его ногами отпиздить», «блядь», «это просто пиздец» — тому были подтверждением. Настя смиренно дождалась, когда Марго дойдёт до них, чтобы поздороваться. Шквал оскорблений и двадцатиэтажного мата резко прекратился, как только они встретились взглядами. В воздухе ощущалось то опасное напряжение, что думаешь: «Секунда и тут начнётся массовое побоище».       — Привет, Настя, — проговорила Рита слишком спокойным голосом, на что удивился даже Рома. Саша с ним ожидали чего угодно, даже того, что она просто её проигнорирует. Теперь напряглись все. — По делам пришла?       — Да. Вы гулять? Удачно время провести тогда. — Щёки Насти предательски покраснели, показывая внутреннее раздражение и тревогу. Она улыбнулась, на этот раз не так искренне и оживлённо, и ретировалась, никого не обняв.       Саша посмотрела ей вслед с тем же раздражением, но и с обидой. Просто сбежала. Даже не «пока» или «увидимся». В голове издевательски заиграли строчки: «Постой, а можно я с тобой?». Девушка повернулась на Риту и застыла. Настолько мрачного выражения лица она никогда не видела. Саша хотела бы чувствовать то же самое, что и Рита, но понимала — слишком прощающая и верующая в людей. Быть добрым и всех прощать или быть злопамятным быдлом? Иногда хочется стать последним.       — Мы идём? — разбудил всех Рома, уже идя в сторону дома самой старшей. Обе девушки пошли следом. Саша мысленно прикидывала, куда можно сходить ближе к вечеру. И выбор, конечно, снова упал на "под мост". Нужно же закрепить легендарность этого места постоянным посещением.       Саша очень оживлённо разговаривала с Ромой о группах, песни которых можно заценить втроём, о фильме, который хотели посмотреть сегодня, о том, сколько нужно купить еды, чтобы не съесть всё в самом начале, а Рита была до безумной странности тихой. Она же прикидывала план: как заставить Настю подумать о своём "наихуёвейшем" поведении или хотя бы поставить её на место. Саша сама не может, Саша просто отстраниться. Снова получит внимание, потом резко лишится и будет страдать, после заново отстраняясь. Самая ужасная ловушка, которую можно создать. И это до тошноты отвратительно. План оказался настолько странным и полным ставок лишь на то, что Настя всё заметит. В то же время он был очень рискованным на репутацию, очень безумным и слишком основанным на состоянии, в котором Рита пребывала сейчас. Но вся эта смесь намёков, накопление наводящих ситуаций казались такой прекрасной тихой бомбой, тем самым Чеховским ружьём, которое девушка уже держала в руках — осталось лишь навести прицел и сделать выстрел. Но она наденет штык и подкрадётся в самый тыл, чтобы нанести удар исподтишка.       — У меня есть идея, как заставить Настю обратить на тебя внимание, — медленно проговорила Рита, смотря перед собой. Таким тоном, что это звучало как-то зловеще. — Раз она, скорее всего, — а я чувствую, что так и есть, причём очень сильно, — выводит тебя на ревность, то выбьем клин клином... Девушка сразу ловит на себе заинтересованные взгляды одновременно остановившихся Ромы и Саши. Та даже забыла затянуться, так и застыв со своей электронкой в руках.       — Какая?       — Придём — расскажу, — игриво протараторила Рита, вставая между ними и со смешком добавляя: — Тебе понравится.       Саша вздёрнула брови, нахмурилась, глаза побегали из стороны в сторону, будто она подбирает в голове какие-то факты. Девушка любила слишком много думать, особенно если ей подают ощущение интриги и неизвестности.       — Мы поебёмся? — рассмеялась она, широко улыбаясь. — Отправим Рому пить чай, а сами...       — Может быть, я подумаю, — вторила смеху Рита, а сама думала: «Лишь бы не было потом проблем» и добавила шёпотом: — Будем надеяться, что Настя заметит.       А Настя всё заметит.

<***>

      Свежий воздух ворвался через приоткрытое окно. На кухне пахло влажностью от горячего пара чайника, зелёным чаем, немного псиной и полутухлым мясом. Последнее перебивалось остальным, но Саша решила проветрить застоявшуюся обстановку. Всё начало выплывать на улицу. Стало легче дышать. Рома, как настоящая домохозяйка, чувствовал себя как у себя дома и разливал кипяток по кружкам. Рита снова переключилась в своё активное состояние и уже звонко смеялась над какой-то шуткой парня.       — Всё равно не понимаю, зачем так делать... — задумчиво начала Саша, смотря недвижимо в центр стола. — Ну, возможно, в этом ничего такого и нет. Типа, она же просто предупредила, что уже договорилась. Не должна же она из-за меня планы отменять или извиняться? Её же выбор.       — Вот именно, что это её выбор! — громко протестовала попыткам оправдать человека Марго. — Её выбор слать тебя нахуй и жёстко динамить, вот пусть и катится нахуй со своим другом, который ей важнее, чем ты.       — Откуда ты знаешь, что она и с ним встречу не отменила?       — Да я уверена, блять, что ей просто посрать на тебя, только сказать она об этом не может или не хочет. Может, думает: "пусть побегает за мной, я же такая умная, поверчу ей как захочется, буду отвечать и хорошо общаться, а потом буду показывать холод, да я ебать какая умная". — Последнее Рита очень сильно исказила голосом, заставляя чувствовать неприятный и странный привкус. — Откуда ты знаешь, что она не специально это делает? Саша протяжно вздохнула и приглушённо выдохнула: «Не знаю». Не знаю. Она никогда не бывает в чём-то уверена, никогда не говорит точно, никогда не может прийти к какому-то одному мнению, никогда не упускает возможность допустить какие-то другие стороны ситуаций. Слишком много мыслей, факторов, деталей, которые могут повлиять. Сплошное проклятие, когда ты не можешь быть уверен ни в чём. Особенно в себе.       Рома молча пьёт чай, иногда подливает и наслаждается моментом отдыха. Через время, когда диалог между девушками закончился, коронно предлагает забить хуй и пойти в комнату.       Запах чая и влажности проследовал за троицей, Рита успела стащить из корзины на кухне пару конфет, очевидно новых, потому что остальные, располагающиеся на дне и служащие больше для визуального заполнения, являются раритетом. Причём раритетом, который есть не стоит. Саша расставила кружки на своём рабочем месте, села на ближайший к нему угол дивана, закрыла глаза и расслабленно выдохнула. Однако под этим скрывались прокручивание недавнего обсуждения, опровержение накрученных мыслей и тщетные попытки просто забить на всё. Но ей никогда не бывает всё равно. К сожалению или к счастью. Рома затягивается, уже заняв "королевское место", которое хозяйка великодушно уступает ему всякий раз, когда он здесь находится, включает что-то из своего плейлиста и спускает солнечные очки на переносицу для усиления эффекта самолюбования. Отпив из кружки, он довольно откидывается на спинку кресла и незаметно улыбается. «Заебись пиздато жить» — слышится из выкрученных на максимум наушников, что полностью довершает картину. Теперь Рома определённо в своей зоне комфорта.       — Не думай, — внезапно выдыхает Рита. — О таких людях нельзя думать. Я тебе запрещаю! Эта игривость, перемешанная с искренним сочувствием, в голосе подбадривала, но суть проблемы не поменяешь. А проблема ли это?       — Не думаю... — прозвучало настолько убедительно, насколько Саша обещала бросить курить. Во взгляде напротив читалось: «Пиздишь». Это, в принципе, так и было. — Что за план-то? — переводит тему Саша. Прежний интерес блеснул в глазах, а предвкушение показалось на лице неловкой, до сих пор сжатой улыбкой. Рома отвлёкся от музыки и повернулся к девушкам. Повисло лёгкое напряжение.       Рита зависла на секунду, хитро улыбнулась, затем облокотилась на свои колени, приняв максимально борзую позу, и начала вальяжно, растягивая некоторые буквы, объяснять, как именно можно заставить Настю ревновать. Подобная манера говорить заставляла ощущать всё злорадство и детскую жестокость идеи.       — Я считаю, что лучшая тактика — платить той же монетой и давать намёки, не давая ответа. Чтобы напоминало самих себя и загоняло в дилемму: «Может я надумываю?» Так вот, можно попытаться сделать достаточно "случайных" пересечений меня и Саши с Настей. Мы будем постоянно маячить перед ней вместе, при этом громко и весело разговаривать, поднимать какие-то интимные или личные темы, держаться слишком близко друг к другу. Когда Настя начнёт подходить, сразу затыкаемся, отстраняемся и переглядываемся. Можно начать играть по её правилам: игнорировать, не отвечать на сообщения сразу, позже отвечая: «Прости, была занята», а на вопросы увиливать. На предложение от неё погулять говорить, что уже договорилась или много дел. А в промежутки между этим вставить милое и покладистое общение. Если и спросит, что происходит, отвечать, что ей кажется, заваливать большим количеством общения и по новой. Устроить ей качели, в общем. Может, начнёт её бошка тупая варить, или хоть какая-то извилина зашевелится. Хотя, я в этом не уверена, ахах, но надеюсь.       Истинное зло только что родилось здесь, в комнате Саши, на диване, попивая зелёный чай.       — Ну нихуя себе, — пробасил Рома и моментально затянулся. Он настолько был втянут в рассказ, что совсем забыл про желание покурить. — Не легче Саше с ней просто поговорить?       — Ром, бля, ты! — завыла Рита. Парень, посмеиваясь, протянул: «Да, это я, что такое?». — Она просто съебётся, опять скажет, что "попозже", "не сейчас", ей нахрен не всрался какой-то серьёзный диалог. Настя крутит Сашей, как вздумается, тем более видя, что она продолжает тянуться к ней. Так привязывают, блять, и это мерзко.       Саша бегала по лицу Риты глазами, брови были подняты почти с самого начала рассказа. Какое-то время она молчала, а затем прищурилась, переключив взгляд на окно.       — Не слишком жестоко? — снова посмотрела на собеседницу.       — Пфф, это? Ещё мягко! — злобно воскликнула девушка, активно махнув рукой. Саша замолчала на несколько секунд, затем продолжила:       — Про "отвечать не сразу" идея, ммм, хорошая, — медленно рассуждала она, — а вот про "случайные пересечения"… Тебе не кажется это слишком муторным и заумным? Самая шумная из компании как-то укоризненно посмотрела на неё. В тишине послышался характерный «сюрп» — это был Рома. Небольшой сдавленный смешок пронёсся по комнате.       — Почему муторным? — Рита закатила глаза. — Ну давай сразу поставим на тебе кучу засосов, вдруг это эффективнее.       — Что? — Саша прыснула и зажмурилась. — Да, конечно, эффективнее.       — Вот и договорились. Засосу тебя везде, будем под ручку ходить, дура! — Девушка заливисто смеялась, продолжая развивать шутку.       Рома лишь молча слушал. До этого момента. — Заебись, ебашьте, — только и произнёс он с привычной невозмутимостью и отвернулся к монитору, чтобы переключить песню. Девушки слегли со смехом, но через несколько секунд начали переглядываться.       — Серьёзно? — Саша всё ещё ухмылялась, хотя в голосе читалось неверие.       — Конечно, — прозвучало кокетливо, — только представь её тупое ебло, когда она это увидит. «А? Что? Как?». — и снова посмеялась. Рита, сидевшая на противоположном диване, медленно встала и присела у колен девушки, оперев на них руки. В этом жесте не было бы ничего такого, если бы не контекст ситуации.       Водя́нова была достаточно азартной и «ветреной», как она же однажды выразилась, чтобы подтверждать фразу: «В каждой шутке есть доля правды». Саша же шутила, всегда шутила так, чтобы точно подтверждать: «В каждой шутке есть доля шутки». По крайней мере, в своей голове, ведь подозрительности и неуверенности в её природе было много. В этот раз в шутке была частичка правды явно побольше.       — Прям при тебе? — Саша обернулась на Рому, который будто игнорировал их нахождение здесь. В тоне всё ещё была настороженность.       — Конечно, похуй, — всё так же непринуждённо ответил он. Девушка повернулась обратно, встретившись с играющим выражением лица Риты. Даже слишком, чтобы шутка действительно была шуткой.       — А это… не слишком? — неловко выплыло из уст.       — Одним холодом её на место не поставить, — прозвучало твёрдо в ответ, затем сменилось на заботливое: — Но я не настаиваю, ты знаешь.       Саша – честная и верная принципам в своём окружении девушка, но будь утверждение «этот вариант не очень» — оно было бы враньём. Даже не из соображений гуманности, дикости или эффективности — ей просто почему-то хотелось. Это внезапное осознание кометой пронеслось в тени подсознания. Но не исчезло.       — Я… — Саша растерянно смотрела то на Рому, то на Ритин хитрый взгляд, то на её руки, которые смиренно лежали на коленях, но не двигались. Водя́нова определённо знаёт все её слабые места, но величественное уважение не позволяет этим пользоваться. Пока что.       — Я не знаю… — вымученно выдыхает девушка.       — Тогда нет.       — Подожди, — выскользнуло прежде, чем Саша подумала.       — Ты знаешь, что сказать. — заговорщически произнесла Рита, снизу вверх смотря на загнанную в угол овечку своими же желаниями. Саша с надеждой смотрит на Рому, но его не интересует происходящее. «Чел в эдите, не мешайте», как говорится. Девушка нервно проводит по своим волосам и возвращает взгляд Рите только с целью кивнуть. Но продолжает сверлить глазами.       — Всё-таки шутка про "поёбемся" — не шутка? — посмеялась Саша, но вышло испуганно.       — Не знаю. Проверь. — Рита ухмыляется и чуть склоняет голову вбок. Саша мычит, смесь задумчивости и растерянности. Эти несколько секунд выглядели и звучали как тишина, пока внутри бушевало и яростно кричала сирена.       — Х-хорошо, — с дрожью в голосе говорит она и решает закончить очередной шуткой: — Заставим Настю ахуеть.       — Именно, — со смешком в голосе подытоживает Марго, проводя руками вверх по ногам Саши. Казалось, в резкий выдох было вложено всё напряжение.       А Рома просто пьёт чай.

<…>

      — Саша! — Лиза воскликнула достаточно укоризненно, чтобы названная отвлеклась от своих мыслей. — Не надо меня убивать!       — Что? — девушка вытащила наушник и чуть наклонилась вперёд, упираясь в теннисный стол.       — Играй нормально, я тебе ничего не сделала. — Лиза ругалась на слишком агрессивные отбивания ракеткой. Не успевала отбить, да и боялась, что больно прилетит.       — А, прости, — кивнула Саша, возвращая наушник обратно.       Девушка иногда заигрывалась, будучи погружённой в себя. В следующий день, а точнее, в этот, после вчерашнего решения поставить Настю на место радикальным способом, как подгадали — поставили физкультуру и, как бы это ни было странно, с химиками. Музыка не отвлекала, а играла фоном, громкий удар мячика о ракетку или стол никак не возвращал в реальность. Подобное состояние можно описать как транс. Однако спокойствия в нём не было.       Кадры вчерашнего дня скользили перед затуманенным взглядом как в замедленной съёмке: Рита громко обсуждает что-то повседневное, Рома пьёт чай, они сидят в комнате, Рита злорадствует и рассказывает дикий план-капкан, Рома пьёт чай, Рита сидит перед ней, Рита залезает сверху, Рома пьёт чай… Мягкие поглаживания ничуть не исправляли лёгкую неадекватность ситуации. Где бы они ни были: руки, плечи, бока, спина и — о боже — бёдра. Ничего из этого точно не успокаивало. Заставляло нервничать. Но, конечно, не в том смысле.       — Ты уверена? — Марго остановилась, будто это как-то ослабляет влияние её сидения на чужих коленях.       — Е-если бы была не уверена, т-то сказала, — прошептала Саша, смотря в сторону. Неловко.       — Ну ладно… Наличие Ромы в комнате, буквально, в метре от них, настораживало, но настолько сильная волна ощущений от простых, казалось бы, поцелуев, сбрасывало концентрацию до минимума. Жжение на шее, лёгкие укусы и сдерживаемые мычания перебивались достаточно громкой музыкой на фоне. Саша старалась держать себя в руках — это же для благого, пусть и злого, дела. Настя должна почувствовать, что её не так превозносят, или хотя бы что её обогнали. Багровые дорожки спускались чуть ниже, доставая ключицы и плечи, буквально вбрасывая разряды по всему телу. Рита определённо увлечена процессом, даже не обращая никакого внимания на лишнего человека в комнате. В её действиях не было необузданной страсти, желания завалить и полностью завладеть, отнюдь. Присущая аккуратность и заботливость контрастировали с её подвижностью и резкостью в повседневном поведении. А Саша всегда говорила, что обожает подобное в людях. В данный момент она, правда, обожает происходящее.       — Р-рит… Водя́нова не сразу отстранилась, слишком собственнически ставя засос на и так красной шее.       — М? Саша дрожащей рукой поворачивает её голову в сторону Ромы. На фоне давно играет музыка, но она также давно не переключалась. Тем более, с той стороны не было никаких других звуков.       — Он спит? — Саша оглядывает парня, который неподвижно сидит с опущенной головой.       — Наверное, — тихо посмеялась Рита и, явно нехотя, сползает с Сашиных колен. — Рома! Парень медленно поднимает голову и глупо уставляется на девушку. Он явно выглядит заспанно. Рита хихикает и возвращается, сев рядом с Сашей.       — Я должна была быть дома полчаса назад, — с нервной улыбкой говорит искусительница, бросая взгляд на телефон.       — А, точно, прости, — виновато выдыхает Саша, моментально приходя в себя.       — Ну-ка цыц, не извиняйся за хуйню. Сколько раз тебе говорить? — девушка наигранно зло фыркает и встаёт.       Когда они шли с Ромой обратно, уже проводив Риту до автобуса, в ворохе мыслей и картинок Саши мелькало: «Было ли это её изначальным планом или так получилось? Слишком уж быстро она согласилась, даже учитывая её обычное развязное поведение». Знала бы она, что это действительно так, то не поверила. Как такое вообще возможно, правда? Эта же мысль сейчас тревожила её голову, пока она играла в теннис, пока сидела на парах, пока разговаривала на переменах, разговаривала с Ритой. И уже никакая острая реакция Насти на её огромные багровые засосы на шее, ни полностью шокированная Женя, Юля, подшучивающая Дашка и вообще вся половина женской части её группы, или даже мужской, не имели совершенно ни йоты веса. Даже когда Настя написала вечером, спрашивала от кого или кто эта счастливица, или почему ничего не сказала, или что не хочет составлять конкуренцию — Саше было похуй. Действительно похуй. Единственное, что волновало:       Стояло ли за этим что-то большее?