I’m drowning in you

За окном уже давно стало тихо, шум изредка проезжавших машин разбавлял ночное молчание. Уён лежал на кровати, листая свой профиль в социальной сети. Он проверял его на наличие новых комментариев под постами. Ежедневный ритуал, коротавший время до приезда его любимого. Руководитель компании обычно не задерживался на работе, но в этот день приехал позже обычного. Юнхо возвращается с работы очень раздраженным. Потупив взгляд в пол, пока делал глубокий вдох и выдох, он снял ботинки и прошёл внутрь. Не переодеваясь, он просто усаживается на край кровати, вплетая ладонь в свои взъерошенные волосы. Ветер на нём тоже отыгрался. Уён никогда не видел Юнхо таким, ведь его возлюбленный — далеко не тот, кого можно просто вывести из себя. Но, при виде Ву, Юнхо немного смягчается, хоть и на лице явно читается усталость от прожитого дня. — Я вернулся, Уён… — приветствует Юнхо парня с легкой улыбкой на лице. Измученной улыбкой. — Да, я вижу, милый. Но словно, вернулось только тело. На тебе совсем лица нет, словно душа норовит тело покинуть, — отвечает Ву, смотря сочувственным взглядом на напряженную переносицу Юнхо. Он подсаживается к нему, кладя руку тому на плечо. Совсем невесомо, но так, чтобы его присутствие ощущалось. — Ха, — усмехнулся директор, — Это ты верно подметил. Юнхо не был тем, кто так просто выставит душу на показ. Особенно, когда дело касалось негативных эмоций. Сколько бы Уён не говорил ему, что готов слушать даже его самые отчаянные крики — Чон ни в какую не мог заставить себя проговорить накопившееся. — Кто же тебя так довел сегодня, Юю? — ластится Уён к своему возлюбленному, словно назойливый кот. — Не важно, Уён. Не хочу выносить с работы то, что должно остаться только там. Юнхо, казалось, еле как мог справляться с раздражением, вызванным многочисленными ошибками работников. К которым, к слову, он всегда терпелив и учтив. Но последние дни они словно уселись на его шее, свесив ножки. Ведь знали, что господин Чон не примет радикальных мер. Прокручивая поведение сотрудников в голове, Юнхо, стиснув зубы, тяжко выдыхал. А всё напряжение отлично подлавливал Уён, обнимавший его за руку. — Юнхо, всё хорошо, ты уже дома. Со мной. И вокруг нас и в помине нет тех, кто тебя так достал, — Уён прильнул ближе, лёгким движением руки прикасаясь к лицу Юнхо. Он развернул его голову на себя, чтобы встретить его усталый взгляд. — Сосредоточься на мне. Сейчас, в этом мире нет никого, кроме нас. Юнхо до дрожи по всему телу проникался этими речами. Уён — его зависимость. Тот, кто способен переменить любое его настроение по щелчку пальца на то, что будет угодно ему. Хитрый партнер, прекрасно понимающий его зависимость им. — Я правда не понимаю, как люди могут быть такими… Юнхо не успевает договорить, как рука Уёна плавно перешла к его приоткрытым губам. Большой палец мягко поглаживал нижнюю губу, заставляя Чона в миг замолчать. — Нет никого, кроме нас. Забудь о других людях. Взгляд Уёна глубок настолько, что готов был пленить собой. Чон уже всё давно понял, определив, что его парню стоило бы просто расслабиться. И с этим он с лёгкостью мог помочь. Он сводил Юнхо с ума. За этот вечер он побывал на настоящих эмоциональных качелях, чтобы сейчас упасть с них в яму одержимости. Один лишь взгляд Уёна притягивал его, словно сильнейший магнит. Как бы руководитель Чон не пытался сдерживать свои чувства, перед любимым все его внутренние оковы разбивались вдребезги. Уён опускает свою руку к Юнхо на талию, слегка сжимая ткань его пиджака. Он не делает первого шага. Лишь дразнит своего и так раздраженного парня, провоцируя на эмоции. Желая, чтобы тот самостоятельно позволил им освободить его душу. Большой палец Ву так и дразнил губы Юнхо, пока он сам приближался к его лицу. Опасная физическая близость, достигнув которой, хочется сократить это жалкое миллиметровое расстояние. Юнхо хмыкнул, устремив взгляд на пухлые губы Уёна. Они зазывали к себе. Уён открыт полностью для него, стоило лишь поддаться немного вперед. Что Юнхо и делает. Он больше не мог еще сильнее мучать себя, просто смотря на дразнящую ухмылку своего партнера. Резким движением, он сокращает расстояние между их лицами, жадно обхватывая губы Уёна своими. Переплетая их, кажется, он передавал все свои чувства тому, кто так жаждал их узреть и пропустить через себя. Руки Юнхо теперь расположились на острых линиях подбородка Уёна, не позволяя ему сдвинуться даже на малость от него. Ву — его утешение, которое он жаждал в конце тяжелого дня. Длинноволосый принимал свою «участь», отвечая на поцелуй с той же страстью, что прилагал Юнхо. Он позволяет ему почувствовать, что сегодня — Уён только его. Он может быть «использованным», чтобы расслабиться. Не разрывая поцелуй, Уён пересаживается на бедра Юнхо, позволяя их телам соприкасаться до ощущения накаляющей жары. В один момент, словно зажжений фитиль, вспыхнула страсть, в которую выливались все негативные эмоции Юнхо за день. Он позволил себе несколько раз укусить губы Уёна, оттягивая их на себя. Ву морщился от лёгкой боли, приносившей ему не меньшее удовольствие, чем простые поцелуи. Нет ничего прекраснее, когда, сдержанный ранее человек, открывает себя подобным образом. Всё же, запыхавшись, Юнхо отодвигает лицо Уёна от своего, не выпуская из своих ладоней. Груди обоих вздымались с хаотичной частотностью, пока они ловили ртом недостающий воздух. Взгляд Юнхо лишь на мгновение покинул губы Уёна, метнувшись к его глазам, прищуренным от довольной улыбки. Юнхо, устало ухмыльнувшись такому виду, продолжил то, к чему его привел его ненаглядный. Уён убрал руки Чона со своего лица, положив их к себе на плечи. Свой подбородок он медленно поднимал вверх, открывая вид на манящую к себе шею. Юнхо прикусил нижнюю губу, опустив взгляд на пульсирующие вены у шеи Ву, да на его, так привлекательно, выпирающий кадык. Юнхо, оставив все здравомыслие, приближается к желанному плоду, оставляя первый щекочущий поцелуй. Он хватает Уёна за волосы на затылке, оттягивая за длинные локоны его голову назад, открывая для себя все больше участков на медовой коже партнера. Юнхо пленён им, жадно желая завладеть каждой клеткой тела Уёна. От страстных поцелуев в шею, Уён чувствовал головокружение, которое контролировалось лишь легким оттягиванием волос длинными пальцами Юнхо. Они сжимали его мягкие волоски каждый раз, когда тот оставлял укусы на его коже. Въедался зубами, как взбешённый пёс, не желая оставить от жертвы и кусочка. Постанывания Уёна мешались с громким болезненным шипением от впивающихся зубов Юнхо. Ву сжимал ткань пиджака на предплечье Чона, хоть как-то усмиряя пыл своего увлекшегося партнера. Кажется, Юнхо уже и забыл о том, что был зол. Сейчас им движет лишь страсть. Он поддался чарам Уёна, из которых просто невозможно было выбраться. Он люблен, как безумец. Прижимал к себе Уёна, словно его собирались вырвать из его рук в сию же секунду. Оставлял очередной багровый след от укуса на бархатной коже ключиц. Прежняя тишина в квартире сменилась прерывистым дыханием парней и жадным рычанием. Пиджак Юнхо отлетел на край кровати. Парень стал оттягивать свой галстук, но его руку ловко убрал Уён, накрутив галстук на свой кулак. Он притянул Юнхо к себе, с искрящимся взглядом изучая удивленное выражение лица партнера. Словно это не он только что пытался сожрать его шею. Дыхание Юнхо прерывается на мгновение, когда он встречает хитрые глаза Уёна. Тот ухмыляется, радуясь, что Юнхо совсем забыл о прежнем раздражении. Забылся в нём. — Ты так увлёкся… ни одного живого места на мне не оставил, — Уён переходит на полушёпот, удерживая Юнхо «на поводке», — думаю, тебе стоит немного охладить свой пыл. Я тебе помогу. Юнхо с недоумением, но трепетным ожиданием поддаётся тому, что Уён вновь берет на себя всю инициативу… но он и представить не мог, что дойдёт именно до этого. Уён ловко развязывает галстук Юнхо, после держа его в руках. Вновь вовлекая Чона в поцелуй, Уён легко надавливает на его грудь, зазывая лечь на спину. Чему тот беспрекословно поддается. Только он хотел положить свои руки на талию к Уёну, почувствовать его тепло, как тот перехватил их, поднимая вверх над головой Юнхо. Поцелуй отвлекал, одурманивал, словно выдержанное вино. Тело Юнхо таяло под влиянием его возлюбленного. Уён разрывает поцелуй, томно выдыхая. Он видит под собой уже не раздражённого руководителя компании в своем неприступном образе, а теперь перед ним чувствительный, жаждущий всё больше прикосновений Юнхо. Тот, кто сходит с ума от любых его действий. — Я помогу тебе расслабиться. Тебе не придется что-то делать… — Уён держит рукой запястья Юнхо над его головой, завязывая их галстуком, сцепляет оставшийся конец с перекладиной узлом на изголовье кровати, — просто наблюдай за мной. Юнхо резко выдыхает, когда осознает, что его запястья связаны. Ткань галстука слегка натирает кожу так, что любые движения руками приносили дискомфорт. Теперь, будучи обездвиженным, он совсем теряет голову. Одурманенный взгляд встречает соблазнительную улыбку Уёна, посадившего его на «цепь». — …я весь твой, Уён, — произносит Юнхо на придыхании, голос слегка вздрагивает. Чону нравится подчиняться Уёну, нравится видеть этот игривый взгляд и ухмылку, от которых каждый раз кружило голову. Уён приподнимает голову Юнхо за подбородок, ещё пару секунд выдерживая напряжение, играясь. Горячее дыхание покрывает уже припухшие губы Юнхо, заставляя мурашки пробежать по всему телу. Но Ву уже сам не мог себя контролировать. Уён вновь смыкает их губы, прижимаясь всем телом к своему возлюбленному. Мягкие поцелуи продолжают дразнить чувствительную кожу Юнхо, спускаясь к шее. Уён играет, периодически слегка прикусывая тонкую кожу, оставляя еле-заметные красные следы. Он чувствует, как его партнер дрожит под ним, запрокидывая голову назад. Уён умиляется с реакции, с покрасневших ушей Юнхо, когда он всего лишь начинает весь сеанс «расслабления». Дыхание Юнхо становится все прерывистее и тяжелее, он уже не может контролировать свои тихие стоны, которых Уён только и добивался. Длинные волосы парня щекочут кожу на шее Юнхо, то и дело спадая из-за уха. Заправляя их вновь и вновь, Уён продолжал одаривать шею Юнхо нежными поцелуями, переходящими к ключицам. Он растягивает верхние пуговицы рубашки Юнхо, останавливаясь чуть ниже груди. Отодвинув ткань, Уён открывает себе обзор на прекрасное тело Чона, на которое с каждой секундой становилось сложнее просто смотреть. Его хотелось лишь ласкать, наблюдая за каждым вздрогом возбуждённого партнера. Мягкие губы Уёна вновь касаются кожи Юнхо, оставляя мокрые следы от поцелуев на ключицах. Прерывистые вздохи нижнего учащались с каждой секундой, пока Уён продолжал спускаться, достигнув чувствительной груди. Не давая никакой передышки, Уён прильнул губами к соскам, поочередно игриво проводя по ним языком, наблюдая за реакцией партнера. Юнхо слегка выгибается в пояснице, взбудораженный новыми ощущениями. Было немного щекотно, дрожь проходилась по всему телу от каждого прикосновения прохладного языка к его разгоряченному телу. Подушечки пальцев Уёна ласкали другой сосок, создавая контраст ощущений, от которых кружилась голова. Юнхо елозил запястьями, сжимая кулаки, стараясь совладать со всеми ощущениями. Он просто сходит с ума. Ему безумно хочется прикоснуться к Уёну, позволить своим рукам дотронуться до его пылающей кожи, заставить и его изгибаться также, как он сейчас. Плохо походит на успокоение от Уёна. Он лишь больше издевается над ним, заставляя желать его всё сильнее. Он расстёгивает рубашку Юнхо до конца, полностью оголяя его торс. Теперь он весь в его владении. Чон, тяжело дыша, окинул взглядом Уёна, который лишь своими сверкающими глазами поглощал его полностью. Без каких-либо прикосновений. Ву легкими движениями рук проходится по груди, переходя к торсу. Касается так невесомо, словно дотрагивается до крыла бабочки. Снова дразнит, заставляя Юнхо дрожать даже от таких прикосновений. Тот смотрит на озорного Уёна сквозь прикрытые веки, умоляя прикоснуться к нему. Он уже искусал всю свою нижнюю губу, будучи охваченным возбуждением. — Какой же ты нетерпеливый, Юнхо… Мне нравится твой умоляющий взгляд, — облизнув губы произнёс Уён, наконец-то полностью дотронувшись до крепко сжатых мышц пресса, — твоё тело тебя сильно выдаёт… Выдаёт то, насколько сильно ты нуждаешься во мне. Оно умоляет меня не останавливаться, — произносит тот с яркой, похотливой улыбкой на лице. Лицо и уши Юнхо просто заливаются краской от услышанного, ведь это чистейшая правда. Он полностью подвластен любому, что делает Уён. Жаждет прочувствовать его всем телом — желает понимать, что он только его. — Я не могу… Я так хочу прикоснуться к тебе, — почти скулящим голоском произносит Юнхо, поднимая пресс навстречу руке Уёна. — Ты такой милый, когда так жалобно умоляешь… Разве я могу отказать себе в удовольствие ещё немного посмотреть на такого тебя? — Уён с желанием во взгляде смотрит на вздымающуюся грудь Юнхо, на трепещущий пресс. Он сжимает руками талию нижнего, вновь приближаясь к такому соблазнительному телу. Ву проходится языком по прессу, то поднимаясь, то опускаясь по бугоркам мышц. Это заставляло Юнхо издавать стоны громче прежних, он был уже не в силах сдерживаться, подчиняясь какому-либо образу. Он лишь желал отдаться Уёну полностью. И также сильно желал сам коснуться до Уёна. Он поддавался жалким желаниям подчиниться своему любимому, но просто не мог без ощущения тела Ву в своих руках, которое Юнхо мог бы сжимать так же жадно, как сейчас держит его он. Из-за того, что Чон то и дело елозил руками, кажется, натяжение галстука на запястьях ослабло. И от одного резкого движения, спровоцированного ощущениями от укуса Уёна внизу торса, ткань, стягивающая руки Юнхо, слетает. Увлеченный ласками Ву не заметил того, что сдерживающая лента галстука освободила Чона. Почувствовав свободу в запястьях, Юнхо незаметно ухмыляется. Не теряя времени, Юнхо приподнимается, тут же поднимая Уёна за плечи. Ошарашенный взгляд Уёна встречает нежданную ухмылку освободившегося Чона. Он тут же проникает руками под его кофту, жадно сжимая кожу на талии. С силой, он переворачивает Уёна на спину, пока сам теперь возвышается над ним. — Ты сводишь меня с ума, как никто другой… но теперь, — взгляд Юнхо охвачен желанием, одержимостью, которую невозможно скрыть, — моя очередь. Он, томно выдохнув, тут же переплетает губы в новом интенсивном поцелуе. Его губы словно обжигали Уёна, заставляя постанывать прямо в поцелуй. Крепкие руки Юнхо тут же стали исследовать тело Чона, не оставляя без внимания ни одно доступное ему место. Юнхо одержим Уёном и голоден, словно некормленый пёс. Время утолить голод после всех игр, которые устроил он до этого момента. Это и будет отличный способ расслабиться. Он нашёл своё "исцеление" в возлюбленном.