Спасибо,Сакура

После долгой битвы с контрабандистами из Деревни Дождя, Саске Учиха — Тень Конохи рухнул на поле боя. Его торс был истерзан клинками, а руки туго стянуты подавляющей чакру нитью, пропитанной составом из чакропроводящей стали. В коленях застряли отравленные кунаи, парализовавшие тело. Каждая попытка подняться приводила к хрусту костей и заставляла металл глубже вгрызаться в плоть. Глаза, выжженные чрезмерным использованием Мангекё Шарингана, временно ослепли. По лицу Саске текла густая кровь, смешиваясь с холодными каплями дождя и оставляя на его коже бордовые разводы. Не желая сдаваться смерти, ниндзя полз, оставляя за собой алый след. Он двигался, ориентируясь лишь на порывы Северного ветра, путавшегося в его черных волосах. Пройдя большое расстояние, Саске, будучи шиноби с невероятным слухом, уловил знакомые голоса. Не теряя ни секунды драгоценного времени, Учиха пополз к источнику звука. Когда ниндзя Конохи заметили его, Саске, использовав последние силы, рухнул на землю без чувств. Через несколько часов он пришел в себя в больничной палате. Запах антисептиков и перекиси его успокоил. Он разжал пальцы, сильно цеплявшиеся за деревянные поручни кровати. Осмотревшись, Саске заметил на тумбочке маленькую чашку, расписанную узорами, напоминающими волны. Взяв её в дрожащую руку, он почувствовал тепло исходящее от чашечки, но тут же поставил обратно, еще не до конца доверяя обстановке. За окном догорал закат, окрашивая небо в пастельные тона. Облака, похожие на самурайские мечи, медленно плыли вдаль, а меж ними пролетали воробьи. Саске удивился тому, насколько умиротворяющей может быть природа за окном. Осмотрев себя, он увидел, что большая часть тела забинтована, а глаза, хоть и оставляя дискомфорт при моргании, больше не кровоточили. Дверь тихо открылась. В палату, стараясь не потревожить, вошла Сакура Харуно-напарница Саске. Между ними повисло неловкое молчание, которое Саске решил прервать первым. — Сакура... как я здесь оказался? — хрипло спросил он. — Саске-кун! — в её голосе послышались нотки тревоги. По словам Неджи, ты рухнул прямо перед ними. Весь в ранах, руки стянуты техникой «Стальной нити»... Что произошло? — Я был неосторожен, — с самокритикой отозвался Учиха. — Контрабандисты использовали улучшенный барьер искажения. Мои глаза оказались бесполезны в тумане, я попал в их ловушку и не смог вовремя активировать Сусано. Они замолчали. Сакура подошла ближе, открыла комод и достала баночку с лечебной мазью. — Почему ты здесь? — тихо спросил Саске. — Как я могла не прийти? — Сакура сказала с тревогой Она осторожно взяла его искалеченные ладони и начала наносить мазь. Её движения были аккуратными, нежными. Саске наблюдал за ее действиями, боясь признаться самому себе, насколько ему приятно её присутствие. В этот момент в его мыслях вспылло детство. Он вспомнил тренировки со старшим братом: его наставления, завораживающий голос и те детские глупые секреты, которыми Итачи делился только с ним. Несмотря на произошедшую резню, глубоко в сердце Саске всё еще был мальчиком, обожавший брата. Он глубоко в мысли, что не заметил, как Сакура что-то спросила. Только когда её ладонь коснулась его щеки. — Саске-кун, ты в порядке? Ты замер и смотришь в одну точку. Саске посмотрел ей в глаза. Внутри него боролись привычная мрачность и неожиданное для него самого желание довериться. Наконец, он произнес: — Мне... не хватает того тепла, что было раньше. Сакура замерла, понимая, что он говорит о семье и о брате. Она понимающе кивнула и улыбнулась, продолжая обрабатывать его руки. — Спасибо, что заботишься обо мне, Сакура, — искренне добавил он. Щеки девушки вспыхнули нежным румянцем, и она опустила взгляд, чтобы скрыть ее светящиеся глазки. Этот момент искренности стал для неё самым дорогим.