Песни Алтинского перевала

Инле, Инле, Чёрный мех. Инле, Инле — Не из тех, Кто в эмоциях горазд Раскрывать все тайны враз. С чёрным мехом божество Не поступит вам назло. Инле — смерти божество, Так пришлось, заведено, Так с начала Первородных И её всех сил природных. Как же вышло, Что уже, Будучи на стороже, Ожидая ледяных её когтей Посреди лесных огней, Повстречаешь ты судьбу, А не шаг скорей во тьму. Инле — смерти божество, Но, увы, врагам назло, Слишком милосердна морфа, Чтоб бесстрастно всех судить И богиней лучшей быть. Всем даёт она возможность Путы жизни изменить, Прежде чем разрежет нить Своим острым лунным когтем, Отведя тебя в сады, Где уже все ждут семьи, Тех, живущих в нашем мире, Членов, что по тем тоскуют, Чьи следы в камнях рисуют. Почему же божество Роли главной то ли в путь, То ли назло Отказалась просто быть Смертью, что ко всему Должна являться, И, конечно, отправляться В судный час должны за ней У порогов, у дверей. Полюбила Божество Смертного себе назло, Что слепой был от рождения, Из беды, из невезения Вышло счастье у Инле, На холодной реке. Он увидел её сердцем, Не глазами, Не ушами, А душой. И в шестой из Первородных, Морфов первых, Он увидел лишь Инле, Той зарницей на реке. Говорили они долго, До истоков сил природных. В одночасье год прошёл, И тогда она решилась, Отдала свои глаза, Что сияли как трава В каплях утренней росы, Как алмазы, две звезды, Чтоб увидел её тот, Кто уже который год Сватает к себе Инле Среди вёсен на земле. Не чурался б только Тот, что с богиней Свадьбы разговор ведёт. Но напрасны опасения Были в утро то весеннее. Слепец бывший так любил, Что до века своего конца Водил ослепшую богиню От порога до венца И ещё немного дальше. После смерти Отыскала его душу Инле наша среди звёзд. Договор их так-то прост, Что теперь первый он среди огней, Что Инле сопровождают, Светом призрачным сияя, Освещая путь богине, Что слепа с тех лет поныне, Той, что бродит по земле, Провожая отошедших В её мир, к друзьям, к семье. А другие огоньки — Призраки её семьи, Что со смертным завела, Когда сама ещё живой была, Черношкурой некоморфой. Но теперь выбирать она не может, Кого и как в свои сады, Во владения свои Отвести она поможет. Видит Инле лишь огни, Счастья отблески они, Где сияют огоньки Среди горя, средь тоски, Посреди еловой чащи Или на дороге, Озера глубокой чаше. Повстречалась вам Инле, Что ведёт вас ко судьбе. Нет, не к гибели, не к смерти, Не отбили ещё стрелки На её часах на шее, Изменить ещё сумеет Тот, кто встретил огоньки, Призраки былой судьбы. Инле шанс всегда даёт, А когда пора придёт, Сама за морфом лично, Без семьи своей единолично, Инле чёрная придёт, В свои владения отведёт На встречу с теми, кто тоскует По тем, кого оставил много лет. Огни лишь от неё привет, Богини смерти милосердной. Её наказ и нам завет.