Спасение с запахом абрикоса

В очередной раз он просыпается под утро, майка пропиталась потом насквозь, порой Минги кажется, что давно стоило начать спать без неё. Дыхание сбивчивое, чувствуется, будто какой-то невидимый камень давит прямо на сердце, не даёт отдышаться. Рядом что-то заёрзало и в рассвете, который только вот-вот войдёт в свои права, младший видит сонные глазки, что уставились на него слишком понимающим, слишком хорошо знающим его, взглядом. Минги лишь вздыхает, а после чувствует, как ладошки, что значительно меньше его, всегда почему-то холодные, легли на щёки. Младший виновато поднимает глаза. Хонджун всё понимает, старается дышать спокойнее, чтоб Минги мог подстроиться под него. – Чшш, я тут, – рука Хонджуна перемещается на лоб, смахивает мокрые пряди с лица, которое виновато кидает взгляды, явно беспокоясь, что потревожил чужой сон. – Дурачок, не смотри на меня так. Хоть руки у Кима холодные, но объятия всегда были самыми тёплыми – Минги в очередной раз убедился в этом, когда Хонджун прижимает его к свое груди. От Хонджуна пахло слишком приятно: смесь кондиционера для одежды, гелем для душа с ароматизатором абрикосов и, кажется, парфюмом, которым Ким пользовался днём. Минги помнит, как находясь у прилавка он закатывал глаза, дожидаясь, пока Хонджун выберет один из двух гелей для душа, забавно, что именно гель с абрикосами младшему понравился в итоге больше, потому что с ярко-рыжимы волосами он сам походил на большой и самый спелый абрикос. Сон не заметил, как задумался, а пришёл в себя от того, что первый луч солнца медленно спустился ему на лицо. В комнате было слышно лишь их дыхание, и казалось, что кроме этих двоих нет больше в мире никого. Рука старшего медленно водила по спутанным прядям на затылке любимого, вычёсывая и успокаивая, будь Минги котом, он бы определённо замурчал, ещё бы так громко, как мурчат самые довольные коты после того, как их покормили. – Прости, из-за меня ты опять встал раньше, чем мог бы...– младший вздыхает глубже, утыкается носом в яремную ямку на теле Хонджуна. – И...Спасибо, снова.. Сам Хонджун лишь мягко прикоснулся к его виску губами, не отвечая. Кошмары Минги давно стали их общей проблемой, Хонджун научился чувствовать их сразу. Ему не нужны были благодарности младшего, ему было нужно только то, чтобы это дрожащее тело в его объятиях наконец обрело покой. Потому сейчас Хонджун сидел в неудобной позе, ноги давно затекли, но он продолжал держать своего большого мальчика до тех пор, пока тот сам не встанет. Минут через 20, когда комната начала тонуть в свете яркого утреннего солнца, сон снова настиг обоих и Минги смущённо отлип от горячего тела любимого, после чего взял в свои ладони ручки старшего. Они как всегда были холодными, но это не помешало Минги оставить на них тёплые, как вода, в нагретом солнцем озере, поцелуи, а после и самого Хонджуна утянуть в не менее тёплый и сладкий поцелуй. Казалось, что они пробуют друг друга впервые, но даже такой поцелуй точно вытеснит любые воспоминания о кошмаре. Хонджун сонно вздыхает, а после удобнее устраивается на груди у младшего. Минут через десять в комнате будет только ровное сопение обоих, а Минги, перед тем, как окончательно заснуть, подумает о том, как же ему повезло в любви, которая была теплее горячего чая зимой и слаще свежего абрикоса с мёдом.