I hate her.

Я Теодор. Наверное, так глупо осуждать девушку своего особого друга в собственной голове, когда он позвал ее ко мне же домой и так бережно тискается с ней под одеялом моего отца, под которым этот ублюдок, вдаривший мне недавно по щеке, когда я должен был куда-то позвонить, делает абсолютно то же самое с Ксандрой, но это совершенно два разных случая. Почему?Да потому что мой отец это одно, а Борис, это совершенно другое. Борис он в целом другой. Ксандра с отцом стоят друг друга, а Котку.. Нет, они не созданы друг для друга. И так говорю не только я, не подумайте. Я люблю Бориса, и я буду, конечно, счастлив, если будет счастлив и он. Но с этой прошмандовкой он явно чувствует себя третьим лишним. Будто с ней нежится не он, а кто-то другой. Может, наркота, а может она спит еще с кем то. Неизвестно. Да и узнать об этом можно лишь по школьным слухам. А в учреждение это мы с Борисом перестали ходить давно. Ровно с того момента, как объебались до крови из носа и подсели по новой. В один момент мы от отчаяния и отсутствия денег поспорили на камень-ножницы-бумага, кто подойдёт к Котку, чтобы достать дозу; и это был, естественно, Борис, неудача к которому так и тянулась. То вляпается босой ногой в дерьмо Попчика, то обгорит под солнцем ( совершенно случайно, как говорит он!), Упадет с постели, когда мы спим друг с дружкой.. Будет неудивительно, если когда-нибудь, может даже совсем скоро, он подцепит от этой его «девушки» СПИД или ВИЧ. Слушать эти душные ахи и охи за стеной, которые Котку издавала нарочно, лишь бы меня побесить, было просто отвратительно и мерзко. С берушами я не сплю, от того взять их было негде. Покачав головой и потерев переносицу, от чего очки в нее до боли впились, я показушно вздохнул, будто кто-то, будь это хотя бы Борис в другой команде, мог это лицезреть и услышать. Он знал, видел мою обиду и горечь за его связь с ней. Она была ужасной, даже банально неухоженной: поры виднелись даже за милю, от неё пахло потом, ведь ходила Котку в одних только топиках, пытаясь досадить мне тем, что привлекает Бориса телом; А еще.. А ещё ее характер меня бесил. Она перед всеми выпендривалась своим бойфрендом, говорила, какой он сексуальный, хотя и знала, что он пропускал школу именно со мной, а не с ней. Пил со мной, делил одну дорожку на двоих, обнимал меня ночью, когда я рыдал от кошмаров. Какой он ей парень, если видятся они лишь для передачи наркоты и секса? Ненасытная шлюха. Просто ненасытная. Еще и не знает никакой меры, не знает когда надо остановиться и перестать вести себя как ублюдошная свинья. Не знает границ. Или попросту не хочет знать? Понять нельзя, что творится в голове у этой чокнутой. Особенно под дозой, каковой мне приходилось ее видеть пару раз. Поехала головой она уже давно, видно с того момента, как получила доступ к такому понятию, как наркота. Правильно говорят, вещества убивают все мозги. И в отличии от нас с Борисом, наркотикам удалось совершить это с Котку. Но она не перестала ни торговать, ни употреблять. Напрашивалась на наши тусовки. А Борис отвечал ей холодно и безразлично, что заставляло меня закатывать глаза и лицемерить, говоря, что с девушками нельзя так поступать. Они могут обидеться и всё такое.. Но внутри.. Внутри все полыхало гордостью. Хотелось плюнуть на нее и прямо сказать: «Он со мной, дура, а не с твоей пиздой! Пора бы тебе задуматься и отстать от него! Отдать его мне всецело.» И думать об этом, мечтать, представлять, доставляло мне такой экстаз, что не хотелось употреблять, ведь чувствовал в этот момент я себя на весь миллион. Кровать в соседней комнате скрипела, но стоны затихли. Либо они закончили и шумно одевались, либо сам Борис, не желая меня сильно тревожить, закрыл её поганый рот своей дистрофичной рукой. Первый вариант был верным. Ведь я наконец услышал, как кто-то из этих двух отпёр дверь.