Катюша

— Как хоть звать тебя, девица красная? — усмехается Элиа, поднимаясь на ноги. Взрыв с неба, драка в застенках, в труху несколько крупных городов. И все это из-за какого-то Лютого, который какой-то криптоний отдал одному ученому. — Меня зовут Кэйра, — произносит девица в синем костюме и с красным плащом. Улыбается. Сразу видно — американка. Волос черный, прическа короткая, зубы белые, глаза синие-синие. — Ну вот и познакомились… хм, Катя, — усмехается Элиа. Иностранка так же смеется, а потом протягивает руку для пожатия. Элиа не отказывает. — Ты хорошо держалась. Что за сила у тебя? — спрашивает с уважением американка. — Какой-то метеорит или врожденное? — Какой там метеорит! — отмахивается Элиа. — Меня сам Святогор на борьбу с нечистью всякой, кто пытается разрушить мою Россию, благословил. Мать сыра земля мне только и помогает в этом. — Это же потрясающе, Элиа! — улыбается Супервумен. — А я с Криптона. Меня только этот зеленый минерал, который ты видела, остановить может. — Чудно, — улыбается Муромовова, косу длинную поправляя. — Ну что ж… Катя… Как силой помериться захочешь, то прилетай. Для тебя это пустяк, не более того. С улыбками прощаются герои разных стран, познакомившиеся из-за злодейств Лютора. Долго думает у себя на работе в журнале обычная Кэйра Кент о том, что никого такого подобного Элии не встречала за всю свою жизнь. Сердце почему-то томится, когда она думает о том, что эта женщина равна ей по силе, но никуда не может отлучиться, что любит верховую езду и называется на старорусский манер «поленицей». Так же тяжело уснуть и Муромовой, размышляющей о других планетах. Знает она одну историю про Лунную богиню Дивию, так вот оказалось, что не лунная она вовсе, а с Криптона. Улыбается Элиа и думает о том, когда вновь встретит свою американку. До чего стройная и ладная, никогда не заподозришь силищи такой в столько хрупком теле. В следующий раз они встречаются в более мирной обстановке. Элиа замечает силуэт в небе и улыбается смущенно, когда женщина в таком же красном, как и ее плаще, приземляется рядом и гладит ее Бурушку. — Силой помериться хочешь? — усмехается Супервумен. — А почему бы и не помериться? — ответно усмехается Элиа. До вечера обе не уступают друг другу в захватах и блоках, горячие тела соединяются в драке, точно так же, как могли бы сойтись в поцелуе. Супервумен в какой-то миг поддается и опрокидывает ее Элиа на обе лопатки. — Устала что ли, душа моя? — смеется поленица. Кэйра мотает головой и протягивает руку. — Я слышала, что у вас по традиции, чтобы посвататься, нужно победить невесту… — смотря на широко раскрывающиеся глаза Элии, смущенно добавляет: — Это правда? — Ну, была такая традиция, да. Более пятьсот лет назад, — произносит она и садится рядом с Супервумен на сырой земле. — А, скажи… — начинает Кэйра. — Ты меня можешь рассматривать… ну, как свата? Она произносит последнее слово с неправильным ударением, что заставляет Элию рассмеяться, она хлопает Кэйру по плечу. — Ну, я современная поленица. Почему бы и нет? Ну, ты даешь… Катя! — Почему Катя? — спрашивает Супервумен. — А это из песни про «Катюшу». Слышала когда-нибудь? Там есть строчки: «но любовь, Катюша, сбереги». — Спой мне ее, — просит Кэйра и затягивает стройным голосом Элиа песню эту, долго поет, с выражением и страстью в голосе. Заслушивается Кэйра, а потом берет обе руки Элии и сжимает в своих. — Думаю, я нашла свою слабость поинтереснее криптонита, — признается она. Элиа хмурится. — Не надо соплей разводить, дорогуша. Любишь — так и скажи. — Люблю, — твердо произносит Супервумен, после чего Муромова сама касается ее губ поцелуем жарким. Еще долго они не расходятся. Наверное, на зло Лютому…