По сигаретке?

      Даня качал ногой в такт музыке. Друзья постоянно бегали на танцпол и пели в караоке с незнакомыми людьми. Он общее настроение веселья улавливал, но разделить не мог, отмазываясь тем, что стережет половину продукции Apple, которую его компания так беспечно оставляет прямо на столе. Телефоны, наушники, часы… Всё, что мешает эпилептично дергаться среди кучи потных и пьяных тел, рискует быть украденным. Без должного надзора, разумеется. Дане нравится эта роль. По крайней мере, не так часто пристают, особенно если вслух повторять, что тебя просили присмотреть за вещами.       Не всех, конечно, это останавливает. Как раз в момент, когда едва держащийся на ногах Илья влетает в стол, к Дане подсаживается выразительной внешности незнакомец. Темноволосый, высокий, с пирсингом и татушками на шее и руках (и бог знает, где еще), он сразу же касается руки одиноко сидящего парня. Даня смотрит на Илью, тот кивком дает отмашку и ухмыляется — делай, мол, всё, что вздумается. Нашел на кого переложить ответственность, но сейчас не время искать достойную замену — тёмные глаза напротив гипнотизируют. В клубе темновато, и, вероятно, карего цвета радужка сливается с чёрным зрачком. Даня в этих глазах просто тонет, пока незнакомец придвигается ближе. Его намерения не то что понятны, они очевидны. Будь Даня хоть малость трезвее своих неугомонных друзей, этот нахал свою улыбочку по полу собирал бы уже, но Кашина конкретно ведёт. Это странно, может, даже неправильно, но его не осудят. Разве что он сам себя поутру.       Проблемы завтрашнего Кашина Даню вот совсем не ебут, особенно в данный момент. Он и сам двигается ближе, не понимая и не запоминая, о чем всё это время течет их диалог. Незнакомец просит поцелуй, и становится понятно, что он выпил намного больше. Даню это не смущает нисколько, и он нереально хочет согласится, но губы против воли произносят «нет».       Долго его уговаривать не пришлось, да и не планировалось вообще: после третьего отказа Даню схватили за горло, притянули ближе и поцеловали так, что у того поехала крыша. Он потерял всякое самообладание и вцепился пальцами в чужие волосы.       — Ко мне или к тебе? — последнее, что прозвучало в клубе.       Незаметно для Дани декорации сменились на незнакомую квартирку. Явно съемная. Но выглядит прилично. В такой можно пару раз проснуться.              — Я Руслан, — немого запоздало представляется парень, толкая Кашина на кровать.       — Даня, — заторможенно ответил он, наблюдая, как над ним нависает вполне себе подтянутая фигура. — В зал ходишь?       — Нравится? — самодовольная усмешка на губах Руслана так и манила. Даня не выдержал, касаясь чужих губ большим пальцем.       У обоих напряжение на пределе, но обоим очень нравится дразнить и играть. Если бы еще месяц назад Дане сказали, что ему крышу будет рвать от того, что какой-то рандом из клуба его ноги насильно раздвигает и бедра сжимает почти до синяков, он бы не поверил. А тут чуть не кончил, когда Руслан это провернул.       И плевать на здравый смысл, и плевать на собственные принципы и привычки, главное, что сердце ебашит, что сознание отключается, что Даня живым себя чувствует. Когда его в кровать со всей силы втрахивают и придушивают на незнакомой хате, как никогда себя живым ощущает.       Они тяжело дышат — в унисон, что забавно — и Даня медленно садится в кровати, взъерошивая свои и без того растрепанные волосы еще сильнее.       — Куришь? — интересуется Руслан, внимательно изучая его спину.       — Допустим, — Даня чувствует, как уголки губ медленно поднимаются.       — По сигаретке?