Юката.

К общему недоумению Фушигуро Мегуми и Годжо Сатору, Юджи и  Кугисаки  пропали в комнате последней прошлым днем и уже сутки, как парни не слышать и не видели их. Время поджимало, через десять минут им пора было выходить, а две подружки так и не соизволили появиться.  Девушки были приглашены для похода на фестиваль фейверков, как спутницы и без них ни Мегуми, ни Сатору идти не собирались. Было понятно, что дамам нужно будет прихорошиться, но не сутки же тратить на это? Однако, с каким рвением шатенка утаскивала безвольное тело подруги, возможно было все.  Итадори ни разу не показывала женскую сторону, именно в плане одеяний и поведения. Бойкая, дерзкая, взбалмошная и дальше по списку, но никак не женственная. Так что и ожидать от нее не могли, того что увидели в итоге.  Тихие шаги раздались в конце коридора и вот, на поле зрения заждавшихся мужчин стоять две прекрасные девушки в традиционных юкатах.  — Ну что, вы нас не слишком заждались? — радостно заявила Нобара, отпуская руку подруги, что чувствовала себя не очень комфортно, чтобы даже поздороваться с Мегуми и учителем Годжо. Юджи не разделяла счастья остальных, подобранная юката бесспорно была красива и утончена, однако, Итадори не нравилось то, как выглядела она на ней. Широкие размах плеч,грудная клетка и не менее широкие бедра, не подходили под такой образ. Было ощущение, что юкату просто натянули на женоподобного парня.  Она обнимала себя за плечи, пыталась прикрыть этот позор, а лучше вернуться в свою комнату и просидеть за фильмами весь оставшийся день, возможно попутно плача о том, что упустила такой шанс провести время с Годжо-сенсеем, но выйти в таком виде на улицу было выше ее сил. Голову она так и не поднимала, чтобы отвращения или чего похуже не увидеть в столь прекрасных насыщенно голубого цвета глазах.  Мегуми запнулся, его глаза округлились от неподдельного изумления. Он привык видеть Юджи в спортивных штанах и мешковатых свитерах, или в той же форме колледжа, в пылу битвы, с сияющей и слегка безумной улыбкой. Эта хрупкая, застенчивая фигура в небесно-голубой юкате с узором из серебристых волн казалась ему совершенно чужой и от того невероятно... красивой. Он даже не заметил, как застыл, затаив дыхание. Кугисаки тоже была очаровательна, но исходя из того, что Итадори впервые выглядела как девушка, это и притягивало к себе внимание.  Первым пришел в себя Годжо Сатору. Его лицо, обычно растянутое в беззаботной ухмылке, на миг стало серьезным, почти фарфоровым. Пустым.  Шесть Глаз, скрытых за повязкой, без сомнения, увидели всё: и искусно уложенные волосы, и тонкий макияж, подчеркивающий глаза, и нервную дрожь в крепких, привыкших к ударам руках. — О-хо-хо! — раздался его привычный жизнерадостный возглас, но в нем теперь чувствовалась какая-то новая, неизвестная глубина. Теплая и мурлыкающая.  Он сделал шаг вперед, легко обойдя окаменевшего Мегуми. — А кто у нас тут такие прекрасные незнакомки заблудились? Не видали ли вы наших непоседливых учениц, Нобару и Юджи? Они были совсем другими… — он притворно поднес руку к подбородку, делая вид, что раздумывал о своем же вопросе.  Шатенка фыркнула, довольная эффектом своих трудов. В конце концов ей очень непросто далось обыграть острые углы Юджи, делая ее чуть более мягкой.  — Может быть, они уже здесь? — подыграла она, толкая слегка одноклассницу вперед. Годжо преодолел расстояние между ними за одно мгновение. Он не хвалил ее вслух, не стал отпускать свой обычный шутливый комплимент. Вместо этого он наклонился так, чтобы его следующий тихий вопрос был слышен только ей: — Юджи, ты что, замерзла? — его голос звучал мягко, без тени насмешки. Он снял с плеч свой легкий хаори и, не спрашивая разрешения, накинул его на плечи ученицы, поверх шелковой юкаты. Ткань пахла им — освежающе и сладким, отдаленно напоминая карамель. — Вечером будет прохладно. Нужно беречь себя. Этот простой, заботливый жест обезоружил ее больше, чем любые восторги. Она наконец рискнула поднять взгляд. И не увидела в его бездонных голубых глазах ни отвращения, ни насмешки. На дне плескалось нечто спокойное, одобрительное и очень теплое. Как будто он видел не «неудавшийся образ», как считала она сама, а просто Итадори Юджи. Ту самую, сильную и наивно добрую Юджи, которая просто выглядит немного иначе. — Сенсей… — прошептала она, и ее пальцы инстинктивно сжали края одолженого хаори. В груди, где-то глубоко-глубоко, замурлыкало неизвестное существо, приятно вибрируя изнутри.  — Идемте уже, фейверки нас ждать не будут! — весело объявила Нобара, хватая за руку Мегуми, который наконец справился с первоначальным шоком и, слегка покраснев, лишь согласно кивнул, не в силах подобрать слов. Годжо выпрямился, и его обычная улыбка вернулась на лицо, но теперь она казалась более настоящей. Он протянул Юджи руку, мягко обхватывая девичью кисть. — Пойдем, Юджи. Сегодня ты должна смотреть только в небо и улыбаться! — сказал он так, будто это было самым важный делом на сегодняшний вечер. И, почувствовав тепло его ладони и укрывшее ее хаори, Юджи впервые за этот вечер расслабила плечи. Может быть, не так уж все и плохо. Может быть, именно в этом и есть ее очарование — быть разной. И сегодня, в этой неудобной, но прекрасной юкате, под взглядом своего сенсея, она чувствовала себя не неуклюжим женоподобным парнем, а просто девушкой. Пусть не такой уж и хрупкой и изящной, но хотя бы самой собой. И эта мысль заставила чуть пухлые губы Юджи дрогнуть в первой за сегодня яркой искренней улыбке.