Спешащий: КРИСТОФЕР

      

КРИСТОФЕР

              Прошло некоторое время, прежде чем сон рассеялся, что было для меня странным, возможно, потому, что я с самого начала плохо спал. Но сегодня утром мне показалось, что мягкость кровати изменилась. Я слышал щебет птиц, и мягкий прохладный ветерок щекотал мои ноги, выглядывавшие из-под одеяла. В любое другое утро я, вероятно, получил бы от этого удовольствие.        Нет, это было неправдой.        Я никогда не открывал окна и не раскрывал шторы. Мне нравилась темнота… она помогала мне оставаться на земле.        Это отвлекает тебя от мыслей обо всем, что ты собираешься оставить позади…        Я вздохнул и перевернулся на спину, но не предпринял никаких усилий, чтобы встать и закрыть окно или задернуть шторы. Мои мысли уже были заняты человеком, открывшим их.        Я не ожидал, что он останется. Я не хотел, чтобы он оставался, потому что, в конце концов, он стал бы для меня чем-то вроде солнечного света, птиц или дуновения ветерка.        Чем-то, чего у меня не было.        По крайней мере, пока я не знал, что ждет меня в будущем.        Я все еще не мог поверить, что рассказал Рашу все.        Всё.        Я даже признался, что начал испытывать какие-то чувства к этому взрослому мужчине. То, о чем я мечтал долгое время. В первые дни и недели после нападения в клубе Раш занимал в моей голове много места. Гораздо больше, чем следовало бы. Я всегда приписывал свои чувства преклонению перед героем, но с того момента, как открыл дверь и буквально увидел мужчину своей мечты, стоящего рядом с моим дядей на крыльце своего дома, то темное место, где я оставлял эти воспоминания в течение последних нескольких лет, вспыхнуло, как тлеющие угли. Я пытался погасить их после того, как Раш ушел, но это не сработало, и за те двадцать четыре часа, что прошли с тех пор, как Раш появился на пороге во второй раз, каждое сказанное им слово, каждое прикосновение его пальцев разжигало эти угли. А потом его признание в том, что у него есть чувства ко мне… что ж, маленькие угольки превратились в настоящее адское пламя, из которого у меня не было надежды выбраться.        Я вздохнул и сделал глубокий вдох, который только усилил слабый запах Раша.        Он не ушел накануне, когда я его об этом просил. Вчера вечером он тоже не ушел.        Я был рад и тому, и другому, хотя не мог сказать ему об этом. В конце концов, мы решили вздремнуть вместе после завтрака. Примерно в обеденное время он разбудил меня так же, как и тем утром… нежными ласками лица, предплечий и кистей рук. Они не были сексуальными по своей природе, но я реально не знал, как их назвать. Казалось, он убеждает себя, что я все еще здесь.        На обед он приготовил бутерброды, которые мы съели в постели. Мы поговорили, но ни слова не было сказано о чувствах, прошлом или будущем. Раш просто задавал мне вопросы, например, о том, что было самым отвратительным из того, что я когда-либо ел, и о том, какой костюм я надевал на Хэллоуин. Мой ответ о Бэтмене изменил ход игры.        Раш принадлежал команде «Детективных комиксов».        Как я.        Остаток дня мы провели, обсуждая персонажей и изучая мою коллекцию старинных комиксов, которую Рашу пришлось откопать в одной из многочисленных книжных коробок на первом этаже дома. Затем начался киномарафон. Мы остановились ненадолго, чтобы заказать пиццу, а затем провели следующие несколько часов с разными членами Лиги справедливости. Мне понравилось каждое мгновение, особенно после того, как я смог делать это, находясь в надежных объятиях Раша. В итоге я заснул в перерыве между фильмами и проснулся только один раз за ночь, чтобы обнаружить, что телевизор выключен, Раш вырубился, а я лежу у него на груди, а Пип спит у него на плече.        Обе руки Раша обнимали меня.        Это был рай.        Сегодняшнее утро означало, что пришло время спуститься на землю. Я уже сообщил страховой компании, в которой оформлял претензии, что меня не будет пару дней из-за руки, так что не был уверен, чем себя занять. Я просто знал, что не смогу заниматься чем-то, что связано с постелью… например, оставаться в ней весь день и жалеть себя.        Не после того, что Раш сделал со мной.        Мой взгляд автоматически переместился на то место, где Раш подарил мне мой первый поцелуй, а затем и мой первый настоящий оргазм. Но был момент сразу после этого… тот момент, когда Раш обнял меня и просто позволил избавиться от всего страха, вины и стыда, которые мучили меня.        Теперь все это в прошлом. Он сделал так, как я просил. Он был сильным и ушел.        Я вздохнул и заставил себя сесть. Взгляд упал на открытое окно. На небе не было ни облачка. Это был один из редких прекрасных дней в Сиэтле. Когда я был моложе, Кон и Мика настаивали на том, чтобы выбираться и наслаждаться всем, что мог предложить Тихоокеанский Северо-запад.        Это было лучшее время в моей жизни.        Воспоминание о семье и о том, как я так долго отталкивал их, заставило всю легкость, которую чувствовал, улетучиться, и вместо того, чтобы подняться на ноги, как планировал, я лег обратно. На часах зазвонил будильник, оповещая о том, что пришло время принимать лекарства.        На краткий миг я задумался, что будет, если я этого не сделаю. Я вел битву, в которой понятия не имел, каков будет исход. Но если смирюсь, сражаясь уже несколько месяцев, больше не будет неведения. Больше не нужно будет ждать и молиться, чтобы цифры снизились. Я смогу проводить время со своей семьей, не опасаясь, что это будет висеть у них над головой, до самого конца, когда мое состояние будет невозможно скрыть.        Я покачал головой. Я зашел так далеко. Я доведу дело до конца и через пару месяцев буду знать, по какому пути пойдет моя жизнь.        Мне просто нужно продержаться еще немного.        Я вздохнул и потянулся за своими лекарствами на прикроватной тумбочке. Именно тогда я заметил бутылку воды, стоявшую рядом с пузырьками таблеток, и маленький сложенный листок бумаги с моим именем на нем.        Прощальная записка.        Та, в которой говорится, что он дает мне то, что я хочу, и уходит.        - Блядь, - прошептал я, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Я не хотел ее читать. Мне захотелось скомкать ее и выбросить в дурацкое окно, чтобы легкий ветерок унес ее прочь и вместе с ней каждое мгновение последних сорока восьми часов.        Но у пальцев были другие планы. Я открыл записку и поискал «Дорогой Кристофер», но, к моему удивлению, на бумаге было нацарапано всего несколько слов.        Возможно, ты захочешь заткнуть уши.        - Чт…? - Начал я прямо перед тем, как внизу раздался грохот. За ним быстро последовал еще один, потом еще. Я вскочил на ноги и поспешил вниз по лестнице.        - Стой! - Окликнул меня Раш, как только я добрался до нижней ступеньки. - Тебе нужны ботинки и защитные очки.        А?        Я осмотрелся, насколько это было возможно с моего места на ступеньке. Там и сям валялись маленькие кусочки гипсокартона и много пыли от него же. Окинув взглядом гостиную, я увидел, что мебель покрыта целлофаном. Антикварный приставной столик тоже был тщательно накрыт.        Раш появился из кухни в защитных очках и с огромной кувалдой в руке.        Он сносил мою стену. Ту самую, что я пытался снести сам.        Добравшись до меня, Раш снял защитные очки, а затем поцеловал меня в губы. Это было нежно и сладко и закончилось слишком быстро.       - Доброе утро, - тихо сказал он.        - Доброе утро, - удалось мне ответить.        - Надень какую-нибудь обувь, прежде чем спускаться вниз. Ты принял лекарство?        - Нет, но как раз собирался, - сказал я.        - Я приготовил бутерброды на завтрак. Я поставлю их в духовку разогреваться, пока ты одеваешься, хорошо?        Я молча кивнул. Вопрос, который я должен был задать ему, так и не сорвался с губ.        Что ты все еще здесь делаешь?        Я поспешил обратно наверх, чтобы одеться. Только когда полностью оделся и потянулся за пузырьками с лекарствами, я понял, что это за странное, беспокойное ощущение у меня в груди.        У меня кружилась голова.        Я сел, в недоумении.        У меня, блядь, кружилась голова.        Я был так счастлив, что Раш все еще здесь, что поспешил спуститься к нему. Что это было? Предполагалось, что я пытаюсь придумать, как отправить его восвояси.        Он не ушел.        Я чуть не заплакал, когда мой прежний голос указал на этот факт. Я вытер глаза, потому что не мог пойти туда, куда этот голос хотел, чтобы я пошел. Я не мог начать мечтать о том, чтобы Раш снова прикасался ко мне, целовал, говорил те слова, которые он сказал накануне, и в которые мне все еще так хотелось верить.        Ты прекрасен, Кристофер. Так много в тебе прекрасного. И если все пойдет так, как я хочу, то смогу провести остаток своей жизни, доказывая тебе это.        Я покачал головой. Я не могу этого сделать. Не могу. Я не стану. У меня был план, которого я должен был придерживаться, и Раш в него не входил. Никто не входил. Только я. Я сам навлек на себя все это своей глупостью, и именно мне придется за это платить.        Мне.        Только мне.        - Кристофер, еда готова! - услышал я крик Раша.        Нужно сказать ему, что я неважно себя чувствую и собираюсь прилечь. Он перестанет разбирать стену, оставит мне завтрак, чтобы я мог поесть позже, и оставит меня одного, чтобы я немного отдохнул. У меня будет достаточно времени, чтобы укрепить свою оборону.        Да, именно так я бы и поступил.        - Кофе, сок или и то, и другое? - Крикнул Раш. - Ничего, я сделаю и то, и другое!        Я улыбнулся про себя, услышав, как он выругался прямо перед тем, как сработала пожарная сигнализация.        - Огнетушитель под раковиной! - Крикнул я, несмотря на то, что меня чуть не скрутил приступ смеха. Я быстро проглотил оставшиеся таблетки и поспешил вниз по лестнице. Едкий запах дыма ударил в нос задолго до того, как я добрался до кухни.        - Здесь все в порядке? - спросил я.       Раш стоял ко мне спиной и, казалось, что-то помешивал в миске. На нем была иная одежда, чем накануне. Его джинсы были немного темнее, а на голове - темно-синяя футболка. В воздухе вокруг него клубился дым, но я этого почти не замечал. Я был слишком занят, пуская слюни на его татуированные бицепсы.        - Все хорошо, - сказал он, поворачиваясь. - Сколько блинчиков ты хочешь?       Мне удалось отвести взгляд, но когда Раш слегка подмигнул, я понял, что он заметил, как я пялился на его аппетитное тело.        - Что случилось с бутербродами на завтрак? - Спросил я, приподняв бровь. Этот вопрос вернул меня на более устойчивую почву. Готов поклясться, что видел, как щеки Раша слегка порозовели.        - О, эм, - начал Раш, взглянув на раковину, из которой торчало что-то похожее на противень для печенья. - В них слишком много трансжиров.       - Трансжиров?        Раш кивнул.       - Это дерьмо убьет тебя.       - Не поэтому ли пару лет назад в США запретили их использование в большинстве продуктов питания? - спросил я.        Раш на мгновение замер, а затем поставил тарелку на столик. Именно тогда я заметил, что два прибора уже стоят.        Я поднял глаза и чуть не проглотил язык от того, как Раш смотрел на меня. Он смотрел так, будто хотел съесть меня на завтрак.        Да, пожалуйста.       Я затаил дыхание, когда он обошел островок и сократил расстояние между нами. Я был уверен, что он поцелует меня, но, когда его грудь коснулась моей, он не опустил голову, чтобы прильнуть к моим губам. Вместо этого он протянул руку мимо меня, и я понял, что он всего лишь пытался добраться до прилавка позади меня.        Я почувствовал себя дураком и отступил на шаг. Я смущенно опустил глаза, потому что Раш, вероятно, знал, чего я ожидал.        Но Раш сделал нечто совершенно неожиданное, потому что не прошло и пары секунд, как что-то мягкое коснулось моих губ, а затем и носа.        - Дате сойти с ума по парню, который одновременно и красавчик и умница, - тихо сказал Раш, когда аромат роз коснулся меня.        Я открыл глаза и увидел самую прекрасную розу, которую когда-либо видел. Но она была не красной. Она была красивого светло-фиолетового оттенка, в котором, казалось, были и розовые тона.        Я был на грани того, чтобы опровергнуть заявление Раша, что привлекательный и умный, но от вида единственной розы, которую он держал в пальцах, у меня перехватило дыхание. Я удивленно посмотрел на него.        - Я не знал, какой цвет тебе нравится, поэтому продавец в цветочном магазине предложил мне выбрать, исходя из его значения. Я выбрал сиреневый, потому что он символизирует счастье. Его и любовь с первого взгляда. Думаю, в большинстве твоих любовных романов нет места любви с первого взгляда…        Я покачал головой и смахнул слезы.       - Они всегда были моими любимыми, - признался я. - Она прекрасна, Раш.        - Ты прекрасен, - ответил Раш. Он нежно коснулся губами моих губ, а затем протянул мне цветок. От меня не ускользнуло, как слегка задрожала его рука, когда он протянул его мне.        Я взял его и свободной рукой вытер глаза, пытаясь сдержать слезы.        - Я не был уверен, есть ли у тебя ваза для нее или нет, поэтому парень в цветочном магазине посоветовал мне купить и ее, на всякий случай, и я всегда смогу вернуть, если у тебя она есть.        Раш снова потянулся мимо меня, чтобы взять красивую хрустальную вазу, которая идеально подходила розе. Он повернулся и пошел к раковине, чтобы наполнить вазу водой.        - Оказывается, этот парень женат на одном из твоих дядей. Его зовут Алекс. Он женат на Воне.        Когда Раш обернулся, он замер, вероятно, потому, что я все еще стоял, потрясенный, на том же месте.        - Кристофер? - Тихо позвал Раш.       Я открыл рот, чтобы ответить, но все, что вырвалось наружу - резкий всхлип. Раш быстро обошел вокруг стола, по пути поставив вазу на пол. Он повторил мое имя, но все, что я смог, это покачать головой, потому что эмоции практически лишили меня дара речи.        - Кристофер, послушай, я не говорил ему, что цветок для тебя. В смысле, я представился, поскольку мы с Воном знакомы, но они ни за что не узнают, что я купил эту розу... блядь! - выпалил Раш, нервно проводя пальцами по волосам. - И это не обязательно должно что-то значить, особенно вся эта любовь с первого взгляда, потому что знаю, ты к этому не готов, но в глубине души я просто знал, что это тот единственный...        Мне не нужно было даже думать о том, что я делаю. Я шагнул к Рашу и обнял его за шею, чтобы притянуть к себе для поцелуя.        Настоящего.        Такого, который не оставил бы у него никаких сомнений в том, что я чувствую.        Рашу потребовалось всего три секунды, чтобы поцеловать меня в ответ. Я почувствовал его облегчение по тому, как он целовал меня, обнимал. Только когда поцелуй начал возбуждать нас обоих, Раш оторвался от моих губ.       - Блядь, не пугай меня больше так, - пожаловался он, пытаясь отдышаться.        - Извини, - тихо сказал я. - У меня нет ваз, - добавил я, надеясь, что этого достаточно, чтобы объяснить, почему я так расстроился при виде прекрасного цветка.        Раш поколебался мгновение, а затем обнял меня.       - Тебе лучше купить какую-нибудь, - пробормотал он. Мысль о том, что он собирается и дальше дарить мне цветы, причиняла боль сердцу. Раш был на игровом поле, до которого я не надеялся добраться. Он был романтичным, добросердечным, вдумчивым, заботился обо мне и говорил то, что было у него на сердце.        Я мысленно отогнал эту мысль, потому что не хотел портить момент. Я взглянул на розу.        - Итак, все это - цветы, завтрак - своего рода извинение за попытку сжечь мой дом дотла, или ты планировал сделать это за стену, - спросил я, взглянув на стену между кухней и столовой. Теперь в ней было несколько отверстий побольше, через которые я мог видеть.        - Твои маленькие дырочки сводили меня с ума, - проворчал Раш.        - Эм, ладно, но Раш... – начал я осторожно.        - Да?        - Я передумал насчет этой стены. Я собирался залатать дыры, которые проделал, и оставить стену такой, какая она есть... была.        Руки Раша напряглись, а затем он опустил их и в ужасе уставился на разрушенную стену.       - Блядь, Кристофер, прости. Я могу все вернуть на свои места...        Я рассмеялся, с трудом сдерживаясь. Раш погрузился в молчание, а затем его челюсть напряглась.       - Ты за это заплатишь, - сурово сказал он, хотя в его глазах плясали веселые искорки.        - Подожди, это еще один дымок? - Спросил я, указывая на духовку. Как только Раш оглянулся через плечо, я пулей вылетел из кухни и бросился к лестнице.        Он поймал меня на полпути. Его большие руки прижали меня к стене.       - Только ради этого стоить готовить блинчики, - сказал Раш. Мы оба тяжело дышали, но это не имело никакого отношения к короткой погоне.        Я издал тихий стон, когда Раш накрыл мой рот своим. От этого обжигающего поцелуя у меня чуть пальцы на ногах не подогнулись. Но Раш прервал его слишком быстро, из-за чего с моих губ сорвался тихий протестующий стон.        - Сходишь со мной куда-нибудь? - Внезапно спросил Раш, и весь юмор улетучился. На смену ему пришло то, что я мог охарактеризовать только как отчаянный голод.        Как будто от моего ответа зависела судьба мира.        Я предполагал, что зависела… в любом случае, и его, и моя.        Я знал, что должен сказать. Это был бы самый простой и понятный способ сделать то, что нужно.        - Когда? – спросил я.        Определенно, это не то слово, которое голос сомнения заставлял меня произнести. Я понятия не имел, что, черт возьми, делаю. Я знал, что все это с Рашем нужно быстро и чисто закончить, но не мог его отпустить.        Еще нет.        Хуже всего то, что я действовал из чистого эгоизма. Хотя у меня больше не было сомнений в том, что Раш искренне верил в свои чувства ко мне, настанет день, когда он захочет уйти. Даже если каким-то чудом противовирусная терапия, наконец, подействует и вирусная нагрузка станет неопределимой, что я смогу предложить такому человеку, как Раш? Моя жизнь была беспорядочной и будет такой в обозримом будущем. У меня даже не было плана для себя, так как же я мог надеяться построить что-то с мужчиной, заслуживающим гораздо большего? И если я заболею, Раш потратит дни, недели, месяцы, ухаживая за мной, потому что будет чувствовать себя обязанным это делать.        - Сегодня, - сказал Раш. Он наклонился и нежно поцеловал меня. - Сейчас.        Я кивнул без колебаний.        - Ты сегодня не работаешь, верно? - Спросил Раш.        - Нет.        - Покажешь мне Сиэтл? - Спросил Раш. - У Кинга не хватает навыков гида-экскурсовода. Я знаю, где находится бар, где подают лучший арахис, и что заказать из меню в заведении, где приходится говорить в рот киту, но на этом все.        Я рассмеялся. Это определенно было похоже на моего дядю. У него были простые вкусы.        - Есть ли что-то особенное, что ты хотел бы увидеть? - Спросил я. Я уже планировал маршрут, включающий многие из моих любимых мест.        - Я хочу увидеть все, - ответил Раш. - Но давай начнем с заведения, где подают хороший завтрак.        - Пойду собираться, - сказал я. - У меня, эм, нет машины. Я езжу на велосипеде, чтобы добраться туда, куда нужно.        - Велосипед - это здорово, - сказал Раш.        Я покачал головой, потому что добраться до всех этих мест на велосипеде будет невозможно, особенно с моей рукой. Я открыл рот, чтобы объяснить это, но Раш крепко поцеловал меня, а затем обхватил пальцами мою здоровую руку.        - Пока не забыл... - сказал он, ведя меня в спальню.        Бабочки запорхали в животе, когда я подумал об импровизированном поцелуе на кровати. Но он подвел меня не кровати. К просторной гардеробной. Обычно я оставлял ее приоткрытой, чтобы Пип мог входить и выходить, добираясь до туалета и еды, но дверь была совсем закрыта. Раш открыл дверцу шкафа полностью.       - Ладно, ребята, с шумом покончено, - сказал он. Мгновение спустя Пип, пошатываясь, выбрался из шкафа. Прямо за ним по пятам следовал огромный белый кролик с висячими ушами. Раш взглянул на меня и сказал: - Я не хотел, чтобы шум напугал Пипа, поэтому устроил ему компанию.        - Боже мой, - сказал я, наблюдая за взаимодействием котенка и кролика. Кролик, казалось, уводил Пипа от вещей, о которые котенок мог споткнуться, например, от маленького ручного пылесоса, который я держал рядом со шкафом, и от одной из декоративных подушек, в какой-то момент упавшей на пол, вероятно, когда мы с Рашем смотрели фильмы накануне вечером.        - Тампер - хорошая мама, - добавил Раш, присаживаясь на корточки. Я сделал то же самое. Тампер тут же начала подталкивать Пипа к нам.        - О-о-о, спасибо тебе, милая, - сказал я, проводя рукой по шелковистой шерстке кролика. Пип тем временем воспользовался возможностью сесть рядом с кроликом и использовать ее в качестве опоры, чтобы привести себя в порядок.        - Тампер приучена к лотку, так что она не будет устраивать беспорядок, и я разложил ее вещи в шкафу рядом с вещами Пипа. Но если не хочешь...        - Хочу, - перебил я. Я посмотрел на Раша. - Спасибо. - Я взглянул на розу, которую все еще держал в руках, и на животных. - Ты побеспокоился, - сказал я.        - У меня был план, который нужно было выполнить, и мне нужна была фора, - поправил Раш. Он чмокнул меня в губы и сказал: - Иди, собирайся. Нам нужно заехать ко мне в отель перед завтраком. - Раш взял у меня розу и помог встать. - Не забудь свои лекарства, - добавил он. Он поколебался, а затем добавил: - Извини, ты и так знаешь, что нужно делать. Я перестану.       - Перестанешь что? - Спросил я в замешательстве.        - Уговаривать тебя не забывать их принимать. Ты уже давно справляешься с этим сам, и тебе не нужно, чтобы кто-то постоянно ездил на тебе.        - Ездил на мне? - Спросил я, слегка приподняв брови.        - Господи, блядь, нет, не ездил на тебе так, как будто я езжу...        - С тобой так просто, - сказал я со смехом. Я обнял Раша, который что-то проворчал себе под нос, что, вероятно, имело отношение к моему предполагаемому наказанию. Но он, не колеблясь, обнял меня в ответ. - И ты не придираешься, - сказал я, уткнувшись ему в шею. - Мне нравится знать, что кто-то присматривает за мной. - Нервозность переполняла меня, когда я добавил: - Мне нравится знать, что ты присматриваешь за мной, Раш.        - Всегда, Кристофер. Всегда.