Инобытие

Команда идет вперед. Конечно, они всегда идут вперед. Запах крови, сырой земли, грязного снега. Всё это уже давно знакомо. Мягкие пальцы перебирают в руках топорик, и раздается громкий, прерывистый смех. Вика, как всегда, пытается всех подбодрить и развеселить. По лицам Юли и Жени расплываются улыбки. Женя сейчас стала более спокойной и откровенной в компании, ибо до этого она еще остерегалась. Каждый шорох, каждый оклик сзади - всё предвещало смерть. Миша абсолютно спокоен, его мысли сейчас где то не здесь, взгляд намного дальше горизонта. Хотя, может ли здесь быть горизонт? Артём лишь слегка улыбается уголком рта, и то потому, что рядом любимые ребята и любимая девушка. Он то поглядывал на Юлю, то отводил взгляд, будто вовсе и не хотел её видеть. Заметив это, Вика подняла одну бровь: – Артееем! Девушка протянула это слово, словно это было заклинание. Она подняла взгляд к его глазам, которые метались, ища помощь во всём. Он не знал куда сейчас деть свои руки, что делать, что отвечать. Артём оглядел Вику, будто это была пантера, что вот вот его съест. – Ладно, можешь не скрывать что вы трахаетесь. Я, как хорошая подруга, промолчу и порадуюсь за ваше счастье - Вика подняла руки, повернула голову в другую сторону. – Мы не… – Смотрите. - резкий, командный голос Миры заставил всех замолчать. Она редко говорит так. Девушка указала на заброшенный, заваленный чем то автобус возле дороги, из которого доносились стоны. Возможно человеческие. Миша подошел, не открыл, отодвинул от выхода старую дверь, которая и не была на петлях. Нос пробил запах. В салоне пахло сыростью, гнилью и… кровью. Знакомое сочетание. Вика стиснула зубы. Стало тесно, голос был где то совсем рядом. В этом месте немного темно, странно. Вика протиснулась первая, к углу между сиденьем и стеной. Пол под ногами хрустел - осколками стекла, пустыми гильзами, чьей то старой, засохшей кровью. С каждым шагом ей казалось, что время прокручивается назад, как будто машина едет, но задним ходом. Та же тишина. Те же тени за разбитыми окнами. Незнакомка сидит в углу, прижав руку к животу. Темное пятно расползалось по куртке. Она подняла голову, и Вика увидела её глаза. Точно такие же. Растерянные. Понимающие, что их бросили. – Вы… пришли? – Вы придете? Вы же вернетесь? Воздух внутри стал тяжелым, липким. Она снова слышала тот голос. Свой голос. И тишину в ответ. Вика замерла. Не так, как замирают, когда вслушиваются или осторожничают. Она замерла так, будто кто то нажал на паузу внутри неё. Руки повисли вдоль тела. Едва они смогли удержать топорик, но тут же он с грохотом упал рядом, слава богу ничего и никого не задев. Глаза смотрели сквозь раненного - туда, где никого не было. Ребята протиснулись вперед. – Вик? - Женя тронула её за плечо. Она не вздрогнула. Она вообще никак не отреагировала. Мира переглянулись с Юлей. Такой Вику никто из них не видел. Даже в самом страшном бою она улыбалась. А сейчас - просто пустота. И глаза, которые смотрели на кого то, кого остальные не видели. –… Вика? Эй, ты меня слышишь? Голос Жени доносился будто издалека, через толщу ваты. Вика слышала слова, но не могла за них зацепиться. Они скользили мимо, разбиваясь о что то тяжелое и липкое, что вдруг заполнило грудь. – Что с ней? - это уже Юля. Резким, командным тоном. А потом голоса пропали совсем. В нос снова ударил запах крови. Вика вдруг поняла, что знает этот запах слишком хорошо. Тогда тоже пахло кровью. – Беги! - кричала я. Стёрла руки в кровь, но пыталась спасти их. – Прости. Так надо. – Чего ты там с ней медлишь? Если мы будем спасать каждого, сами не выживем! – Стой, что? Вы придете? Вы же вернетесь? - Я была наивна и глупа. Чего я ожидала, пытаясь пойти за ними? Рука, толкающая в спину. Оскаленные морды, выползающие из темноты. Я спасла всех, но никто не пришел спасать меня. – Вика. Голос был тихим. Не командным, как у Юли. Не испуганным, как у Жени. Не агрессивным, как у Миши. – Вика, ты здесь. Мира. Она стояла рядом, напротив Вики. Была совсем немного ниже неё. Не касаясь, просто глядя в глаза. В её глазах не было жалости, было что то другое. Понимание. Вика моргнула. Воздух снова стал воздухом, а не ледяной водой. Она выдохнула и только сейчас поняла, что вообще не дышала. Ладони горели - она не заметила, как впилась ногтями в кожу. – Нормально. - Голос хриплый, чужой. - Всё нормально. Но по тому как дрожали ее пальцы всем было видно - всё не нормально. Мира отступила в сторону, Вика снова столкнулась взглядом с раненной девушкой. Её глаза смотрели с надеждой, она прижала куртку ближе к себе, простонав. – Ну и чего мы встали? Она ранена, надо помочь. Голос Артёма вырвал всех из транса. Все глянули на него, как на чужака. Но мысленно согласились. – Женя, у тебя аптечка с собой? Давай. – Начала командовать Юля. - Миша, постой на входе, может есть хвост или монстры придут. Мира, будешь делать перевязку. Ты, Вика… Поговори с ней. – Своих хватает. Чужой - не наша забота. - Жесткий голос Миши, не громкий, просто тихое возмущение, выбил из Вики гул в ушах. Черствое выживальческое замечание. Не то чтобы он хотел ударить Вике по больному, но он это сделал. В автобусе повисло тишина. Женя замерла с бинтами в руках. Мира подняла голову, перевела взгляд с Миши на Вику. Артём, стоящий снаружи, присвистнул сквозь зубы и замолчал. Юля открыла рот, но не нашла подходящих слов, чтобы что то сказать. Вика медленно выпрямилась. Повернулась к Мише. – Повтори. Голос был тихим. Слишком тихим. Все знали: когда Вика говорит тихо, это страшнее, чем когда она кричит. Миша приподнял бровь. Не понял. Или сделал вид что не понял? – Я сказал: чужой - не наша забота. Или ты забыла, как работает этот мир? Вика сделала шаг вперёд. Миша не отступил. Он вообще редко отступал, но сейчас в его глазах блеснуло что то в роде удивления. – «Чужой»? - её голос дрожал, но не от страха, а от злости. - А если бы тебя бросили? Ты бы лежал в какой то дыре, истекал кровью, а твои «свои» сказали что так надо? Что бы ты делал? Миша молчал. – Я тебя спрашиваю! - Голос Вики поднялся на истеричный крик, эхо ударилось о разбитые стекла автобуса. – Меня уже бросали. - сказала она, и её голос стал чужим. Не веселым, не злым. Просто пустым. – Знаешь какого это? Когда слышишь шаги за спиной, оборачиваешься, а там… никого. Потому что ты для них «чужая»! Потому что ты стала кем то, кого можно оставить умирать! Вика сжала кулаки так, что костяшки побелели. – Я выжила, Миша. - его имя она протянула с какой то внутренней злостью. - Не благодаря им, а назло. Тогда я поклялась, что никогда не стану такой же. Она посмотрела на девушку, которая сидела уже на сиденье, вжавшись в спинку, и слушала, открыв рот. – Она идет с нами, хотя бы на некоторое время. Даже если ты против. Даже если вы все против! Миша долго смотрел на неё. Потом перевел взгляд на девушку. На Женю. На бинты в её руках. – Делайте. - сказал он коротко. И отошел от двери, освобождая проход. Юля протяжно выдохнула. Она, оказывается, задержала дыхание. – Так, - сказала она, возвращая себе командирский голос, - заканчиваем перевязку и уходим. Быстро. Вика стояла посреди автобуса, глядя на то место, где только что был Миша. Пальцы у неё всё ещё дрожали. Но она улыбнулась. Криво, неловко, но улыбнулась. – Что, - сказала она, обращаясь к девушке, - боишься? Раненная мотнула головой. – Правильно. - Вика присела рядом, помогая Жене и Мире закончить перевязку. - Страх это нормально. Но теперь ты с нами. А мы своих не бросаем. Побудешь с нами пока, в потом посмотрим. Как тебя зовут? – Я… я Алиса. – Хорошо. Красивое имя. – Вы всё? - Юля снаружи окликает девочек. – Да. Мира и Женя выходят из автобуса первыми. Вика помогает встать Алисе, та едва стоит на ногах. Артём подходит ближе, помогает Вике удержать Алису. Он на её стороне, но не говорит об этом вслух. Миша молча идет впереди. Разведует территорию. Небрежно бросает что все чисто и продолжает идти, не говоря и слова. Выходя из автобуса, Вика и Алиса идут в середине колонны. Алиса не может долго идти. Она задыхается, и ребята останавливаются, устроив привал. До базы осталось совсем немного. У Вики все еще дрожат руки. Она неловко садится рядом с Алисой, пытается покрепче перевязать её рану. Никак не получается. Она упрекает себя в этом, на виске проступает капелька пота. Сзади слышатся шаги, тяжелые, грозные. Миша подходит, молча отодвигает Вику. Сам перевязывает девушке рану - лучше. Вика смотрит, не понимая. Её взгляд встречается с Мишиным. – У тебя руки трясутся. Бесполезно. Вика хочет что то сказать. Открывает рот, морщится. Но слова не лезут в горло. Она понимает - это не издевка. Это способ помочь. Вика садится рядом с Мишей. Они оба смотрят на Алису. – Я не хотел… – Я знаю. - Прерывает Мишу Вика. Молчание, но уже более тёплое, повисает в воздухе. Напряжение спадает.

***

Они доходят до базы. Это был изрядно помотавший их день. Молчание и тяжелое дыхание прерывает урчание в животе Алисы. Она морщится, стесняется. – Хочешь есть? Вика протягивает ей кусок мяса скитальца. Девушка оглядывает пищу, кусает. Вика улыбается. Впервые нормально улыбается за этот день. Искренне, мягко. Миша стоит у стены, чистит оружие, поглядывает на них. – Они теперь подобрели оба? - шепчет Юля Артёму. – Похоже на то. - Артём улыбается. – Устала я. - Вика говорит ни чуть не громче обычного. Ребята узнают Вику, но теперь что то явно поменялось в том, как они ее видят и будут видеть. – Пойду спать. Приглядите за Алисой, выделите ей тоже что нибудь, пусть поспит. Вика ложится на кровать. Может, в этом мире еще дозволено быть человеком.