Азарт
13 января 2026 г., 20:05
Ночь снаружи была промозглой и раздражающе тихой. Тоджи толкнул тяжелую деревянную дверь бара, название которого он даже не потрудился запомнить, просто сбегая от моросящего токийского дождя и собственной разъедающей скуки.
Внутри его встретил теплый, обволакивающий воздух, пропитанный запахом дорогого алкоголя, старого дерева и табака. Это было одно из тех мест, которые стараются казаться уютными и приватными одновременно: полированная красная древесина барной стойки отражала мягкий, янтарный свет винтажных ламп, свисающих с потолка. За спиной бармена элитный алкоголь соседствовал с пышной зеленью растений, свисающих из кашпо. Эта деталь на удивление гармонично дополняла интерьер, превращая заведение в подобие элитного места.
Фушигуро ленивой, расслабленной походкой хищника направился к стойке. Скука сегодня зудела прямо под кожей. Никаких заказов, никаких удачных ставок на скачках. Ему нужно было что-то, что притупит это чувство. Желательно интересная компания на одну ночь.
Он облокотился на прохладное дерево стойки, игнорируя подошедшего бармена, и привычно просканировал помещение. Оценка угроз, поиск выходов, поиск... чего-нибудь стоящего внимания. Толпа была пресной. Офисный планктон, заливающий стресс, воркующие парочки. Скука начала накатывать с новой силой, пока его взгляд не зацепился за дальний конец барной стойки.
Там, в гордом одиночестве, сидела она.
Женщина почти сливалась с тенями в углу, одетая в тотальный черный. Стиль тех, кто не хочет быть замеченным. Черные джинсы, облегающая водолазка и кожаная куртка, которая выглядела достаточно дорогой и немного поношенной. Никаких ярких цветов. Только черная дорогая кожа и отсутствие макияжа. Она не оглядывалась по сторонам в поиске внимания, не пыталась встретиться с кем-то взглядом, чтобы попытаться познакомиться. Она просто медленно, со спокойствием, потягивала янтарную жидкость из тяжелого стакана. Виски. Просто чистый виски.
В ней не было той суетливости, которая обычно выдает одиноких женщин в таких местах. Никаких проверок телефона каждые две минуты, никаких поправлений прически или взглядов на дверь. Она сидела с прямой спиной, и в её неподвижности чувствовалась уверенность. Она не просто пила виски — она им наслаждалась, словно этот стакан был единственным собеседником, который ей сегодня требовался.
Тоджи почувствовал, как скука начинает отступать. В этой женщине была какая-то «правильная» тяжесть. Она выглядела как стойкий человек, знающий себе цену. Он бесшумно оттолкнулся от стойки и в несколько шагов преодолел расстояние между ними. Свободный стул рядом с ней едва скрипнул, когда он на него опустился.
Фушигуро не стал сразу навязываться. Он заказал себе такой же виски, как у нее, и только когда стакан коснулся дерева, он слегка повернул голову. Его взгляд, острый и слегка насмешливый, прошелся по её профилю, задерживаясь на коротких черных волосах и уверенной линии подбородка.
— В таком месте обычно в одиночестве не пьют, — его голос, низкий и с легкой хрипотцой, прервал тишину между ними. — Никого не ждешь?
Она не вздрогнула и не поспешила отвернуться. Медленно, с холодной выдержкой, она повернула голову к нему. Её серые глаза, чистые и холодные, встретились с его взглядом. Она не выглядела впечатленной его габаритами или опасной аурой. Скорее, она его изучала.
— Ждать — это пустая трата времени, — спокойно ответила женщина, слегка приподняв свой стакан. — Предпочитаю брать то, что мне нужно, когда мне этого хочется. А ты, похоже, из тех, кто привык, что ему всегда говорят «да»?
Ухмылка Тоджи стала шире. Ответ был метким, а её спокойствие — вызывающим.
— Зависит от того, насколько интересен вопрос, — ответил он, поднимая свой стакан. — Сегодня мне чертовски скучно. И что-то мне подсказывает, что ты — лучшее лекарство от этой скуки во всем Токио.
Тоджи сделал глоток виски, чувствуя приятное жжение в горле. Он не сводил с неё глаз, пытаясь прочитать соперника.
— Выглядишь как человек, который привык задавать вопросы, а не отвечать на них, — мужчина слегка качнул стаканом, наблюдая за игрой света в янтарной жидкости. — Но мне любопытно. Сколько тебе лет? И чем ты зарабатываешь на такую качественную кожу?
Он кивнул на куртку женщины, не скрывая оценивающего интереса. Женщина при деньгах. Это ему на руку, меньше трат собственных средств, если вдруг их встречи для приятного досуга будут повторяться.
Женщина едва заметно улыбнулась, кончиками пальцев поглаживая край стакана. Она не отвела взгляд, и в ее серых глазах Фушигуро на мгновение увидел отражение собственного азарта.
— Тридцать, — ответила она спокойно. — Возраст, когда уже перестаешь верить в сказки, но начинаешь ценить хороший алкоголь.
— Тридцать... — Тоджи усмехнулся. — Золотая середина. Уже не наивна, но всё еще полна сюрпризов. А как насчет второго вопроса? Ты так и не сказала, чем занимаешься. Для офисного работника в тебе слишком много стали, а для хозяйки бизнеса — слишком мало суеты.
Она сделала небольшую паузу, поднося стакан к губам.
— Скажем так, я занимаюсь анализом человеческих ошибок, — она ответила туманно, с едва уловимой иронией. — Изучаю последствия неверных решений. Это довольно... кропотливая работа, требующая внимания к деталям.
— Звучит скучно, — Фушигуро фыркнул, хотя его интуиция маякнула в мозгу чуть тревожным звоночком. — Но по тебе не скажешь, что ты любишь копаться в бумагах.
— У каждого свои методы, — она уклонилась от прямого ответа, переводя тему. — Но мы здесь не для того, чтобы обсуждать мои пенсионные отчисления, верно? Ты пришел сюда развеять скуку, а не проводить собеседование.
Она повернулась к нему всем корпусом, и расстояние между ними сократилось. Запах её парфюма, что-то древесное с оттенком апельсина, смешался с ароматом виски.
— Твоя правда, — согласился Тоджи, и его ухмылка стала более хищной. — Жизнь других меня мало волнует.
Женщина слегка прищурилась, и в глубине ее глаз промелькнул вызов. Она не просто приняла его игру, она решила перехватить инициативу.
— Справедливо, — она медленно поставила стакан на стойку, так и не разрывая зрительного контакта. — Око за око. А что насчет тебя? Как тебя зовут? Сколько тебе лет и... чем ты зарабатываешь на жизнь?
Мужчина чуть сильнее подался вперед, так что теперь между ними оставалось всего пара десятков сантиметров. Он не отвел взгляда, с любопытством рассматривая женщину перед собой. Ему нравилось, что она ведет игру на равных.
— Зови меня Тоджи, — произнес он. — Просто Тоджи, — он сделал паузу и снова отпил виски, не сводя с нее глаз. — Мне тридцать. Так что я в самом расцвете сил. А насчет работы... — он издал негромкий, хриплый смешок. — Можно сказать, я человек разносторонний. Мастер на все руки. Если где-то что-то сломалось — или кто-то — я тот, к кому обращаются. Берусь за всё, где нужны сила, точность и отсутствие лишних вопросов.
— Он проследил за ее выражением лица, отслеживая реакцию, но женщина перед ним спокойно слушала его, даже бровью не повела на такой же размытый ответ. — А что насчёт тебя? — его голос стал тише, приобретая бархатистость. — Как зовут тебя?
Женщина не отвела глаз. В серой радужке на мгновение отразились огни бара, но лицо оставалось непроницаемым, как у игрока в покер, который знает, что на руках у него козырь. Она медленно выдохнула, и уголок её губ едва заметно дрогнул.
— Юка... — наконец произнесла она. Имя звучало коротко, мягко, но в том, как она его произнесла, чувствовалась та же уверенность, что и в её взгляде.
Они провели еще около десяти минут в легкой, почти невесомой беседе. Тоджи отпускал сухие, циничные шутки о посетителях бара, а Юка парировала их с такой скоростью и точностью, что он ловил себя на мысли: эта женщина видит людей насквозь не хуже него самого. В ее словах не было ни капли кокетства, только острый ум и холодная ирония, которая цепляла.
Фушигуро в последний раз крутанул стакан, наблюдая, как остатки льда тают в янтарной жидкости, и с глухим стуком поставил его на стойку. Его взгляд потемнел, становясь более прямым и тяжелым.
— Ладно, Юка, — он хитро ухмыльнулся, чуть прищурившись. — Хватит ходить вокруг да около. Скажи мне... Чем ты занята сегодня ночью?
Женщина не отвела взгляда. Она медленно выпрямилась и позволила себе короткую, многозначительную ухмылку, от которой по коже мог бы пробежать холодок, если бы на месте Тоджи был кто-то другой.
— Тобой, — коротко ответила она.
В глазах Фушигуро на мгновение вспыхнул азартный блеск. Ему нравилась такая прямолинейность — без лишних прелюдий, без игр в «кошки-мышки», которые он терпеть не мог. Такой простой расклад его полностью устраивал.
— Хороший ответ, — хмыкнул он.
Не раздумывая, мужчина достал несколько купюр и бросил их на стойку, покрывая счет за себя и за свою спутницу на эту ночь, понимая, что эти минимальные вложения сегодня окупятся. Он поднялся со стула, его массивная фигура на мгновение заслонила свет, создавая внушительную тень.
Юка тоже встала, застегивая свою кожаную куртку. Она была значительно ниже его, но в ее осанке было столько спокойной силы, что она ничуть не терялась на фоне этого опасного гиганта.
Они вместе вышли из бара. Ночной Токио встретил их запахом мокрого асфальта и неоновыми бликами в лужах. Воздух был прохладным, освежающим после духоты бара. Тоджи чувствовал, как внутри него просыпается предвкушение — эта ночь обещала быть приятной.
⊱──────⊱⁜⊰──────⊰
Дверь квартиры захлопнулась, отсекая шум ночного города, и в тот же миг сдержанность, которую они оба сохраняли в баре, окончательно рассыпалась. Фушигуро не был сторонником долгих прелюдий, его инстинкты требовали действия. Он подхватил Юку, прижимая к себе, и быстро оценив планировку чужой квартиры, стремительно преодолел расстояние до спальни. В следующее мгновение она оказалась на кровати, придавленная его весом. Тоджи навис сверху, впиваясь в ее губы жадным, требовательным поцелуем, в котором смешались вкус виски и накопившееся за вечер напряжение. Его руки, грубые и сильные, уверенно заскользили по её телу, сминая ткань черной кожанки. Юка отвечала ему с той же неистовой страстью, зарываясь пальцами в его волосы и притягивая еще ближе. В каждом её движении чувствовался отклик и такая же жажда этой ночи. Он на секунду отстранился от ее губ, и его пальцы, привыкшие к холодному металлу оружия, на удивление бережно нащупали края ее кожаной куртки. Одежда плавно скользнула с ее плеч и через мгновение улетела на пол с глухим звуком. Следом его ладони скользнули под край черной водолазки. Он медленно стянул ее через голову, и Юка замерла перед ним: в одних джинсах и лаконичном черном лифчике. Фушигуро не дал ей времени на раздумья. Он снова притянул ее к себе, впиваясь в её губы поцелуем, который стал еще более глубоким. Юка тихо, приглушенно замычала прямо ему в губы, этот звук был полон нетерпения и ответной страсти. Ее руки, которые до этого цеплялись за его плечи, скользнули ниже. Она ухватилась за край его черной облегающей футболки и решительно задрала ее вверх. Ее ладони тут же коснулись его обнаженного торса. Она медленно, с почти исследовательским интересом, начала поглаживать его пресс. Кожа Тоджи была горячей, и под ее пальцами он чувствовал, как каждый мускул непроизвольно напрягается, отвечая на прикосновения. Большие мужские ладони скользнули вверх, и кончики пальцев зацепились за тонкие лямки черного лифчика. Он почти лениво стянул их вниз, обнажая её плечи. Затем подался вперед и, словно не замечая ее веса, легко и непринужденно приподнял Юку над кроватью одной рукой, прижимая к себе. Его вторая рука в это время мастерски нащупала застежку. Одно движение и лифчик полетел куда-то в сторону, исчезая в полумраке комнаты. Тоджи опустил женщину обратно на простыни, но не разорвал контакт. Его горячая и тяжелая ладонь накрыла ее упругую грудь. Он начал медленно и мягко разминать ее, чувствуя, как бешено колотится сердце женщины под его пальцами. Отстранившись от ее рта, он переключил внимание на её шею, прижавшись губами к нежной коже прямо под челюстью. Фушигуро вдыхал аромат её парфюма и оставлял короткие, горячие поцелуи, спускаясь все ниже к ключицам. Юка запрокинула голову, подставляя шею под его ласки, и ее пальцы еще крепче впились в его мускулистые плечи. Она действовала не менее решительно: её пальцы подцепили край его черной футболки. Мужчина приподнялся на локтях, давая ей возможность закончить начатое и через секунду ткань была отброшена на пол к её кожаной куртке. В тусклом свете, проникающем из окна, его тело выглядело как ожившая скульптура. Мощные грудные мышцы, четко очерченный пресс и шрамы. — Ты не врала, когда говорила, что берешь то, что хочешь, — хрипло произнес Тоджи, наблюдая за ней. Юка лишь слегка приподнялась, проводя ладонями по его горячей коже, словно запоминая каждый изгиб его мышц. Ее взгляд на мгновение задержался на шраме в углу его рта, прежде чем она снова посмотрела ему прямо в глаза. — Предпочитаю не тратить время на лишние разговоры, когда все и так очевидно, — сбивчиво прошептала она. Тоджи резко перехватил ее инициативу и одним движением прижал её руки к подушке над головой. Его колено настойчиво протиснулось между её ног, и он почувствовал, как натянулась грубая ткань её джинсов. — Тогда закончим с формальностями, — выдохнул он ей в самые губы. Его рука скользила вниз, к пряжке её ремня. Металл звякнул в тишине комнаты, когда Фушигуро ловко расправился с застежкой. Мужчина потянул за края, стягивая джинсы по её стройным ногам, теряя терпение. Плотная ткань неохотно скользила по коже, пока наконец не была отброшена, оставив Юку в одних кружевных трусиках. В лунном свете её кожа казалась фарфоровой. Она тоже не теряла времени. Пока он избавлял ее от лишнего, ее руки уже нащупали завязку на его свободных спортивных штанах. Она действовала ловко и уверенно, словно знала каждое движение наперед. Узел поддался ее пальцам почти мгновенно. Фушигуро издал короткий, довольный смешок, полный одобрения. — Нетерпеливая... — пробормотал он насмешливо. Не разрывая зрительного контакта, Тоджи запустил руку в карман уже полуспущенных штанов. Раздался характерный легкий шорох упаковки, когда он вытащил презерватив, демонстрируя его ей с легкой, многозначительной ухмылкой. Одним мощным движением он окончательно скинул с себя штаны, отправив их вслед за её одеждой. Тоджи не привык к полумерам. Его свободная рука скользнула вниз, решительно избавляя женщину от последних преград, пока белье не оказалось отброшено в сторону. Теперь она была полностью открыта его взгляду, и Фушигуро не скрывал своего вполне однозначного интереса. Он властно прижал ее к простыням, его рука, горячая и требовательная, нашла ее вход, и от этого прикосновения по телу женщины прошёл электрический разряд, вырвавший у неё приглушенный, рваный стон. Мужчина ухмыльнулся, глядя ей прямо в глаза, наслаждаясь реакцией. Он чувствовал, как ее тело отзывается на каждое его движение, становясь податливым и влажным. — Неужели так сильно хочешь? — прохрипел он, вглядываясь в ее затуманенные глаза в полумраке спальни. — В баре пыталась держать дистанцию. А теперь... Он не закончил фразу, вместо этого снова накрыв ее рот поцелуем, даже не давая ей возможности ответить. В комнате остались только ее прерывистое дыхание и первобытная страсть, которая накрыла их обоих с головой. Тоджи чувствовал, как под его руками Юка окончательно теряет ту маску хладнокровия, которую так старательно держала в баре. Ее выдержка таяла с каждым его движением, превращаясь в чистую, ничем не прикрытую жажду. Мужчина ухмыльнулся, наблюдая за её прерывистым дыханием и тем, как ее пальцы судорожно сжимают простыни. Без лишних слов он перешел к делу, действуя уверенно. Его мозолистые пальцы вошли в нее, мгновенно заполняя собой. Юка резко выдохнула, её голова откинулась назад, а по телу прошла мощная волна, заставившая её издать протяжный, полный наслаждения стон. Тоджи не собирался останавливаться. Он слегка согнул пальцы, намеренно находя ту самую точку, которая заставляла ее тело содрогаться, и надавил с той же точностью, с какой наносил свои смертельные удары в бою. Женщина впилась ногтями в его мускулистые плечи, прогибаясь в спине окончательно переставая сдерживать себя. Каждое движение его руки сводило ее с ума, выбивая из головы последние мысли о порядке и приличиях. Фушигуро отстранился, быстро избавляясь от боксеров. В полумраке спальни его мощная фигура казалась еще массивнее, а его пульсирующая, внушительных размеров эрекция, теперь была полностью обнажена и готова. Взгляд Юки, затуманенный желанием, мгновенно примагнитился к его члену. Она невольно закусила губу, не в силах скрыть то предвкушение, которое теперь полностью завладело ее рассудком. Она видела перед собой не просто мужчину, а силу, которой невозможно было сопротивляться. Фушигуро, не сводя с женщины похотливого взгляда, зубами разорвал упаковку презерватива, а затем раскатал латекс по всей своей длине одним отточенным движением. Тоджи снова подался вперед, нависая над Юкой. Он чувствовал, как она затаила дыхание, ожидая того момента, когда он наконец заполнит её собой. — Учти, я не привык быть слишком нежным, — предупредил мужчина, и его голос пробрал Юку до самых костей. Она не отвела взгляда. Напротив, ее ухмылка стала шире, а в серых глазах вспыхнул огонь. Юка уверенно обвила его шею руками, притягивая к себе, давая понять, что это ее ничуть не отталкивает. — Так даже лучше, — выдохнула она, тут же утягивая его в поцелуй. Фушигуро больше не медлил. Он прижался кончиком члена к ее входу и одним мощным и быстрым движением полностью погрузился в неё. Юка сладко и громко застонала, ее голова откинулась на подушки, а тело пронзила такая острая волна наслаждения, что на мгновение мир вокруг просто перестал существовать. Ее ноги тут же собственнически обхватили его талию, притягивая еще плотнее, словно она пыталась слиться с ним воедино. Тоджи замер на секунду, наслаждаясь тем, как тесно она его приняла, и как бешено колотится ее сердце под его грудью. Он начал двигаться — уверенно, глубоко и неумолимо, превращая их ночь в настоящий шторм, из которого ни один из них не хотел выбираться. Фушигуро не сбавлял темпа. Напротив, каждое его движение становилось все более требовательным, лишенным даже намека на осторожность. Он двигался внутри неё с уверенностью, наслаждаясь тем, как ее податливое тело содрогается от каждого его толчка. Юка окончательно потеряла связь с реальностью. Всплески удовольствия ослепляли ее, заставляя забыть о том, кто она и где находится. Ее пальцы судорожно впились в широкие, мускулистые плечи Тоджи, а затем скользнули по его спине. Она глубоко вонзила ногти в его напряженные мышцы, с силой царапая кожу и оставляя на ней длинные красные борозды. Фушигуро лишь коротко, низко рыкнул, чувствуя, как эта почти незаметная для него боль только подстегивает его. Тишину просторной квартиры теперь окончательно вытеснили звуки их страсти: звонкие, сладкие стоны Юки, которые она больше не пыталась сдерживать, и тяжелые, прерывистые мужские вздохи. В какой-то момент Тоджи резко отстранился, но лишь для того, чтобы сменить позу. Он действовал быстро: его большие ладони неожиданно обхватили лодыжки Юки, и он с легкостью поднял её ноги, закинув их себе на плечи. Фушигуро снова толкнулся, входя еще глубже и грубее. В этой позиции каждое его движение достигало шейки матки, выбивая из нее рваные звуки. Тоджи ухмыльнулся, глядя на её искаженное удовольствием лицо и затуманенный взгляд серых глаз. Он чувствовал, как ее внутренние мышцы судорожно сжимаются вокруг него, отвечая на этот новый, сокрушительный ритм. Юка вцепилась руками в простыни, сминая ткань в кулаках в поисках хоть какой-то опоры в этом хаосе ощущений. Ее поясница выгнулась напряженной дугой, когда Тоджи толкнулся особенно резко и глубоко. Каждый его мощный толчок отдавался в её теле ослепляющей вспышкой, заставляя ее вскрикивать громко и хрипло, не заботясь о том, услышат ли ее за пределами этой комнаты. В этой позе глубина его проникновения стала предельной. Каждый раз, когда он толкался вперед, она чувствовала ошеломляющий удар внутри. Это ощущение было настолько острым и концентрированным, что на мгновение у нее перехватывало дыхание, а перед глазами рассыпались искры. Тоджи видел её расширенные зрачки и то, как она судорожно глотала воздух, запрокидывая голову, и это вынуждало его двигаться грубее, стараясь довести ее до предела. Фушигуро не знал жалости. Он чувствовал, как каждое его движение достигает цели, как головка его члена раз за разом бьет в ту самую точку, вызывая у женщины неконтролируемую дрожь. Ему доставляло почти звериное удовольствие видеть, как эта уверенная в себе женщина сейчас полностью теряет власть над собой. — Смотри на меня, Юко, — приказал он. Он перехватил ее руки, заставляя отпустить простыни, и прижал их к матрасу по обе стороны от её головы, продолжая входить в нее всё так же грубо и неумолимо. Темп нарастал, становясь почти нечеловеческим. Шорох ткани, глухие удары тел и ее непрекращающиеся, рваные вскрики слились в единый шум, заполнивший просторную квартиру. Юка чувствовала, как внутри неё все натягивается, словно струна перед обрывом. Каждое новое движение Тоджи подводило ее всё ближе к краю, к той черте, за которой сознание окончательно гаснет. Она полностью подчинилась его воле, его силе, отвечая на каждый толчок отчаянным движением бедер навстречу, не желая, чтобы эта пытка удовольствием заканчивалась. Когда Тоджи сделал последний толчок, мир для них обоих окончательно рассыпался. Юка вскрикнула, ее тело содрогнулось в финальной конвульсии удовольствия, а Фушигуро с низким, почти звериным рыком выплеснул всё скопившееся напряжение, накрывая ее своим весом. Через мгновение он рухнул рядом с ней на измятые, влажные простыни. В просторной спальне теперь было слышно только их дыхание. Их тела блестели от пота в бледном свете луны. Тоджи лежал с закрытыми глазами, его мощная грудь вздымалась, а на губах застыла ленивая, удовлетворенная ухмылка. Юка пришла в себя на удивление быстро. Она сделала глубокий вдох, пытаясь унять дрожь в коленях, и медленно повернулась. Ее взгляд, все еще чуть затуманенный, упал на лицо Тоджи. Протянув руку, она открыла ящик прикроватной тумбочки, в котором лежали вещи первой необходимости. Раздался тихий шорох, и она выпрямилась, зажав между пальцами еще одну упаковку презерватива. Она демонстративно подняла её над собой, дожидаясь, пока Тоджи откроет глаза. Затем, не дожидаясь приглашения, она грациозно перекинула ногу через его бедра и забралась на него сверху. Опираясь ладонями на его твердые грудные мышцы, Юка посмотрела на него сверху вниз. На ее губах играла дерзкая, вызывающая ухмылка, а глаза смотрели с вызовом. — Ты готов ко второму раунду? — вкрадчиво произнесла она, слегка качнув бедрами и чувствуя, как его тело мгновенно отзывается на ее близость. Тоджи открыл глаза. Его взгляд, острый и насмешливый, прошелся по ее фигуре, задерживаясь на довольном выражении лица. Ему бы пожрать и поспать, а эта дамочка рассчитывала на второй заход. Он не стал скрывать своего восхищения. Эта женщина продолжала удивлять его своей выносливостью и характером. Его большие, тяжелые ладони уверенно легли на ее округлые ягодицы, собственнически сминая кожу. Он чуть приподнялся навстречу, и его ухмылка стала по-настоящему хищной. — Ненасытная... — прохрипел он, с удовольствием принимая ее вызов.⊱──────⊱⁜⊰──────⊰
Рассвет в Токио всегда казался Тоджи слишком ярким и навязчивым. Солнечный луч, пробившийся сквозь щель в плотных шторах, которые хозяйка квартиры задернула ночью, полоснул его по глазам, заставляя окончательно вернуться в реальность. Фушигуро лениво потянулся, чувствуя приятную ломоту в теле после ночи, которая оказалась куда более энергозатратной, чем он планировал. Приподнявшись на локтях, он бросил мимолетный взгляд на женщину рядом. Юка мирно спала, одеяло едва прикрывало ее грудь, оставляя на виду изящную линию плеча. Он коротко усмехнулся и бесшумно сполз с кровати. Годы жизни наемника приучили его двигаться, не издавая ни звука, даже когда в этом не было нужды. Только сейчас он соизволил оценить место, в котором довелось переночевать. Квартира Юки была безупречно чистой и просторной. Здесь царил строгий порядок, который создавал уют. Мебель была качественной, с преобладанием темного дерева и мягких, глубоких тонов. Вдоль одной из стен тянулась массивная книжная полка, плотно заставленная корешками книг — от классической литературы до тяжелых томов по психологии и криминалистике, которые Тоджи не стал рассматривать ближе. Хобби хозяйки квартиры его мало интересовали. В воздухе все еще витал аромат ее древесного парфюма, смешанного с запахом его собственного тела. Это было жильё человека, который ценит комфорт, но не терпит лишнего хаоса. Каждая вещь здесь знала свое место. Собирая свою одежду, разбросанную по полу, он натянул штаны и уже направился в сторону ванной, чтобы привести себя в порядок перед уходом, но внезапно замер. Его острый взгляд, привыкший замечать мельчайшие детали, зацепился за кожаную обложку чего-то, подозрительно похожего на удостоверение, лежащую на письменном столе в углу комнаты среди аккуратно сложенных бумаг. Тоджи нахмурился, какое-то странное предчувствие заставило его подойти ближе. Он медленно протянул руку, совсем не стесняясь того, что собирается копаться в чужих документах. В следующую секунду его глаза расширились, а на лице отразилось искреннее недоумение. С фотографии на него смотрела женщина, с которой он еще несколько часов назад делил постель. Подпись под фотографией была лаконичной:«Кимура Юка. Старший офицер полиции. Следственное управление Токио»
— Вот оно как… — прошептал Фушигуро, хмуро всматриваясь в черты женщины на фото. Он еще раз перечитал строчки, словно надеялся, что это ошибка. Но нет, «мастер на все руки» и профессиональный убийца магов только что провел ночь в логове блюстительницы закона. Закона, который он сам переступал сотни раз. Тоджи действовал на инстинктах, отточенных годами опасной работы. Удостоверение вернулось обратно на стол с едва слышным звуком. Он молниеносно натянул футболку, застегнул куртку и уже взялся за дверную ручку, как вдруг услышал шорох простыней сзади. — Уже уходишь? — раздался за спиной мягкий, хриплый после сна женский голос. Фушигуро замер, его рука на мгновение сжала металл дверной ручки. Он медленно обернулся, стараясь, чтобы ни один мускул на его лице не выдал того внутреннего смятения, которые сейчас бушевали внутри. Юка приподнялась на локтях, ее черные волосы были беспорядочно растрепаны, пара прядей упала на лицо. Она выглядела совершенно домашней и беззащитной. — Куда ты так торопишься? — она едва заметно улыбнулась, поправляя сползшее одеяло. — Останься ненадолго. Я хотя бы завтрак тебе приготовлю, кофе сварим… На мгновение в голове Тоджи мелькнула безумная мысль — согласиться. Посмотреть, как офицер полиции будет жарить ему яичницу. Но здравый смысл, спасший его шкуру сотни раз, перевесил. Для него эта близость только что стала непозволительно опасной. Оно того не стоило. — Нет, спасибо, — ответил он отстраненно. — Работа не ждет. Дела сами себя не решат. Юка разочарованно выдохнула, но настаивать не стала. Она лишь сонно кивнула. В ее мире мужчины вроде него всегда были заняты чем-то важным и уходили утром, не попрощавшись толком, да и она привыкла не задавать лишних вопросов вне допросов. — Как знаешь, «мастер на все руки», — пробормотала она, снова опуская голову на подушку. — Тогда до встречи. — До встречи, — коротко бросил Фушигуро, прекрасно понимая, что никакой второй встречи теперь точно не будет. Дверь захлопнулась с негромким щелчком. Фушигуро почти бегом спустился по лестнице, чувствуя, как прохладный утренний воздух остужает его лицо. Он проделал путь до ближайшего переулка, прежде чем наконец позволил себе выдохнуть и усмехнуться. А в это время Юка, ничего не подозревая, посильнее закуталась в одеяло. Она ощущала приятную усталость во всем теле и легкий аромат его парфюма, оставшийся на простынях. Пожав плечами на его поспешный уход, она закрыла глаза и через минуту снова погрузилась в глубокий, спокойный сон, даже не догадываясь, что этой ночью ее одноразовым любовником стал опаснейший наемник Японии.
