В пожухлой листве: путь к романтике через постель

Несмотря на то, что в горах был сильный буран, внутри пещеры было весьма тепло. Повсюду были огромные кучи из листьев и веток которые натаскали сюда из под снега белки. Благодаря холоду они не сгнили, а вполне себе хорошо сохранились. Сами белки тоже были тут. Сейчас они с презрением и явным недовольством наблюдали за двумя фигурами, которые ворвались в их обустроенное логово. Мобей стоял рядом с одной из самых больших гор листьев. Сейчас, слегка опустив голову, он смотрел на макушку человека находившегося перед ним на расстоянии вытянутой руки. Цинхуа уже продолжительное время смотрел вперёд, в прямом направлении перед собой. Мобей, при виде этой беспринципности, шумно выдохнул. Наглости этого смертного просто нет предела. – и долго ты ещё будешь пялиться на мою грудь? – упрекающим, но не особо раздражённым голосом спросил Мобей. Его тон был даже скорее чуть самодовольным. Тело короля восхитительно и он об этом знает. Накаченный, с рельефным твёрдым прессом и мягкой грудью. Пусть и осуждающий, но бархатистый низкий голос вывел Шана из своего максимально сосредоточенного состояния. Цинхуа очухался и наконец оторвавшись от объекта своего наблюдения, поднял голову на лицо демона. Цзюнь продолжил: – Цинхуа, тебе что, совсем не стыдно? – уже чуть более развязно спросил Мобей приподняв одну бровь – ты уже в открытую пялишься, до этого хоть делал вид, что случайно взгляд упал, а сейчас что? Шан слегка сощурился и со своей привычной манерностью выдал: – зачётные сиськи. Нет, ну это уже не в какие ворота. – Шан, ты полный извращенец, ты знал об этом? – тело короля безупречно, почему бы им не полюбоваться? Широкие плечи, кубики пресса и конечно же огромные, наверняка мягкие сиськи. – хватит называть мою грудь сиськами, посмотри вокруг, даже белки тебя осуждают. Пшенично-волосый осмотрелся, и действительно. Каждая из белок наблюдала на диалогом вторженцев. Мордашка одной, была недовольнее другой. Все белки смотрели на Цинхуа как на какашку. – ой да ну вас, ещё я перед белками не оправдывался, не вам меня осуждать! Сами то каждый день небось кувыркаетесь! – даже у белок есть регулярный секс, а у тебя нет – проговорил Мобей как бы вставая на сторону белок. Шан был разбит. Сказать что Цинхуа был раздосадован — ничего не сказать. Весь мир встал против него: эта бесконечная бумажная работа на пике Андин, Мобей, белки. Полное поражение. Что касаемо самих белок, осознав свою победу над человечишкой с недотрахом, они расслабились и продолжили заниматься своими беличьими делами, уже особо не обращая внимания на незванных гостей. Мобей лёг в одну из наиболее больших куч листьев, слегка провалившись во внутрь копны как на пуховой перине. Прикрыв глаза, он продолжил: – метель стихнет лишь к утру, ночевать будем здесь. Цинхуа обернулся и увидел расслабленно расположившегося Мобея. Даже лежащим в листьях он выглядел грациозно, величественно и по королевски чтоли. Шан сглотнул, и тихонько подойдя поближе, устроился рядышком, за что получил прожигающий недовольный взгляд. Пусть этим невербальным жестом Мобей показал неодобрение, но раз вслух ничего не сказал, значит не так уж сильно он и против! Зрачки Цинхуа начали быстро бегать, а на лице появилась счастливая ухмылка. Он посмотрел на Цзюня с прищуром, столь характерным для развратных мыслей которые всё продолжали с новой силой посещать Шана. Мобей же, не поворачивая головы лицезрел эту довольную похабную мордашку. Цинхуа пытался разглядеть хоть каплю ответного желания в реакции синеволосого. "Смотрит, смотрит на меня! Кажется вот это оно — одобрение со стороны демона?? Он тоже хочет!??" – кричал внутренний голос Шана. Ещё с пол минуты нищажно молящего вида человечека лежащего клубочком под боком хватило, чтобы Мобей снял маску холодного ничего такого не хотящего демона. Всё же, не от невероятных талантов и познаний Цинхуа этого, берёт он с собой его по всюду, главная причина конечно симпатия, и не только романтическая. Как не поддаться желанию под напором любимого хомячка, столь просящего разврата? Конечно, начинать нужно отношения с романтики, однако замкнутому Мобею с этим крайне тяжело, а с сексом дела проще как то. Сделать романтический шаг для него было гораздо сложнее нежели просто трахнуть Цинхуа, и да, он сможет решиться на проявление нежностей лишь тогда, когда будет на сто процентов уверен в том, что он всё контролирует и чувства точно взаимны, а убедиться наверняка он может только когда человек полностью в его власти, в том числе телом. О боги, лучше возможности чем сейчас уже не будет, постоянно то прибьётся какой-то проходимец с просьбой о помощи, то место неподходящее, пятое-десятое. Мобей резко схватил за запястье замечтавшегося Цинхуа который продолжал летать в облаках грязных фантазий и, прижав к себе, зарылся поглубже в листья, отчего со стороны (для белок) была видна лишь огромная неприметная куча и без намёка на то, что внутри кто-то есть. Толстый слой сухих листьев плотно перекрывал остатки света, которого в пещере итак было не много. От интимности этой обстановки Шан возбудился ещё сильнее. Всё произошло так быстро, только-только он щенком пялился на недоступного Мобея, а сейчас тот лапает его зад под одеждой. С ощутимым нажимом, но не слишком сильно, чтобы не причинить боли. "ДА, ДА, ДА". Цинхуа в полном шоке и чёрт так рад, он сейчас просто расплавится, чётко слышит и ощущает на коже шумное тёплое дыхание Мобея. Шан начинает нетерпеливо тереться о член демона насколько это возможно в этой позе, параллельно свободной рукой пытаясь стянуть с плеча одежду, что так мешала сейчас и неприятно сдавливало вставший член. – ах, мой король, не знал что дыхание такого ледяного красавчика тёплое. Мобей на пару секунд затормозил с ответом, видимо часть с "красавчиком" его слегка засмущала, но он быстро пришёл в себя и теперь с ещё большим возбуждением ответил: – А-Шан, я покажу насколько горячим может быть этот "ледяной красавчик". – басистым голосом прохрипел Мобей. От этих слов просто башню сносит, темб его голоса и сама фраза звучали просто чертовски сексуально. Последние капли стыда Цинхуа растворились, в торопливом темпе с речью, которую прерывали эротическими вздохи от недостатка воздуха человек признался: – около пятнадцати минут назад, когда ты ушёл вглубь пещеры проверять безопасно ли здесь, я не сдержался и немного помастурбировал... так что я уже растянут... – почему я не удивлён – прорычал Мобей в плечо разгорячённому вспотевшему бестыднику. – тогда я не буду сдерживаться и войду сразу. – т-только будь понежнее всё равно, а то что-то я слегка начал переживать... – такому извращенцу как ты понравится. – с этими словами демон без труда разорвал одежду хомяка, освободил своё возбуждение ниже пояса и приставил ко влажному входу. Членом он начал оглаживать податливое колечко мышц и мучительно медленно продавливать головку во внутрь. Когда Мобей всё же просунул головку во внутрь, он инстинктивно сильнее сжал Цинхуа в своих накаченных руках, всё плотнее прижимая того лицом к своей груди, чем лишал своего пассива столь ценных глотков воздуха. Пусть дышать Шану стало ещё тяжелее, но сочетания мягкости груди и твёрдости выпирающих возбуждённых сосков стоили того что задохнуться к чёртовой матери. Это была бы достойная смерть — кончина от удушья сиськами своего короля. Тем временем нефритовый жезл с характерно выступающими венами истекал тягучей липкой смазкой, отчего при каждом сантиметре погружения раздавался тихий, но очень пошлый склизкий звук. Синеволосый, старательно сдерживая стоны, тихо рычал низким басом. Цинхуа стонал бы в голос громко и пошло, если бы у него была такая возможность и он не был бы зажат в стальную хватку демона. А постонать очень хотелось. Мобей начал набирать темп, и быстро перешёл к бешенной скачке, практически полностью вытаскивая, а после резко загоняя обратно по самое основание толстенного синеватого члена. Цинхуа уже был очень близок к тому чтобы излиться. Полное отсутствие возможности двигаться и дышать, и то как его бесстыдно насаживают на твёрдый королевский ствол — это было идеальное комбо. А когда Шан услышал до сумасшествия пошлый шлепок яйцами о его промежность от одного особенного глубокого и сильного толчка, это было настолько непристойно что ему и во снах не снилось. Цинхуа громко замычал ведь простонать он просто не мог и закатив глаза ощутил ярчайшую волну оргазма, которая быстро стрельнула в голову и вырубила Шана. Когда Цинхуа отошёл от потери сознания, он проснулся всё в той же куче листьев и в тех же объятьях демона, но уже с возможностью дышать. Похоже прошло совсем не много времени, сейчас Мобей томно дышал. Должно быть он отходил от того как сам кончил, это Цинхуа понял по тому что сейчас из него внизу медленно вытекала густая горячая сперма, приятно обжигающая нутро. Где-то через минуту этого блаженного лежания в душной темноте с ярко выраженным пошлым запахом секса, Мобей засопел. Он уснул, а Шан, ещё немного насладившись обстановкой о которой так давно фантазировал в своих грязных похабных мыслях, тоже погрузился в негу ночи. Романтика? Её опробовать они ещё точно успеют, когда через ещё пару тройку трахов Мобей всё же решится. Однако в любом случае, торопиться некуда — Шан уже давно понял, что Мобею так легче, и не против подождать когда его король перестанет бояться показаться уязвимым. Тем более если процесс ожидания будет сопровождаться подобным умопомрачительным сексом.