Ритмы Ковчега

Один год назад — Ты свободна сегодня, Рейн? Райна сидела на невысокой лавке в раздевалке завода после восьмичасовой смены. Она совершенно не выспалась, поднявшись ни свет ни заря, чтобы успеть на самый удобный для нее поезд. Тело обессилело после долгих нагрузок и требовало передышки. Пустой разговор, который пытался завести с ней парень рядом, раздражал. — Не хочешь сходить в бар? — продолжал он. — Ты из другого сектора, — устало произнесла она. — Я дальше живу. Можем в твоем сходить, а я вечером уеду, — не унимался. Нехотя Райна раскрыла веки, чтобы рассмотреть того, кто так стремился заполучить ее время. Мэйлс. Темноволосый парень, работает за соседней линией. Он выглядел вполне симпатично и был на хорошем счету у своего мастера, поэтому… — Хорошо, — после паузы согласилась Рейн и поднялась, чтобы начать собираться. Лицо собеседника прояснилось, черты сгладились. Он постарался не показывать этого, но очень обрадовался такому ответу. В поезде они особо не разговаривали. Парень пытался завести какой-нибудь мало-мальский диалог, однако Райна была слишком отвлечена мыслями, чтобы отвечать ему. Она не видела Ксандра со дня поездки к Марии, когда привезла двойную партию товара. Их последняя встреча прошла… ярко. Райна высказала ему без стеснения все созревшие к моменту ее появления на пороге кабинета претензии. Чуть ли не выбила ногой и так открытую дверь, когда сдерживать накопившиеся эмоции стало получаться плохо из-за близости обидчика. «Ты, поганый!..» — с таких слов она начала свое выступление, за что была награждена усмешкой, а следом ударом по затылку, когда Ксандр резко прижал ее к стенке. «Ты что настолько тупая, чтобы орать на весь отдел о наших с тобой делах?» — кажется, тогда он ответил что-то такое. Они шипели друг на друга до тех пор, пока Райна в ответ на фразу коменданта не округлила испуганно глаза. Страх во взгляде девушки, пусть и наигранный, почему-то часто срабатывал как тормоз. Райна тяжело вздохнула. — Устала после смены? — А? — Устала после смены, да? — сидящий рядом парень с пониманием смотрел ей в глаза. Ее вздох Мэйлз интерпретировал по-своему. Так даже лучше. — Устала. — Тяжела наша участь, — продолжил он.– Работа, работа — вот и вся жизнь. Производство устанавливает планы, мы обязаны выполнять, да? — быстро повернул голову к Райне и слегка наклонился ближе, словно пытался залезть в душу. Мэйлз хлопал своими глазами, ожидая реакции от собеседницы. — Да, — согласилась Рейн, надеясь, что такой ответ укротит болтливость коллеги. Она начинала жалеть о своем согласии. — Ну конечно! — вновь воодушевился Мэйлз, получив поддержку. — Это ведь ужасно, просто отвратительно! Знаешь, я ведь когда-то пытался поступить в Академию в Центральном округе. Да-да! Я пытался! Меня не взяли из-за плохих результатов экзаменов, — он понуро опустил голову, но следом стремительно вернул в прошлое положение, — но я уверен это все из-за моего происхождения. Кто захочет иметь дело с мусорной крысой, когда ты — благородное существо? Длинный монолог о своей жизни Мэйлз не стремился завершать, Райна это мигом уловила. Множество неуместных метафор в его несуразном рассказе, использованных лишь затем, чтобы выдать себя за того, кем он не является, понижали парня в глазах Рейн. Он действительно казался ей неплохим на производстве и в раздевалке, но теперь вызывал легкое отторжение. — Да, чего только стоит попытка переехать из одного сектора в другой… Нужно устроиться на работу, проработать там какое-то время, доказать, что тебе можно предоставить другое жилье в другом секторе… — не унимался собеседник. — Вот ты же тоже, наверное, долго получала свою квартиру, — он затих. — Ты ведь одна живешь? Обычный с виду вопрос вызвал внутреннее негодование. — Ну да… одна. — Во-от! Значит, помнишь, как получала жилье, да? Безусловно Райна помнила. Такое вряд ли возможно забыть. Ксандр отправил ее к какому-то своему знакомому, который помог сделать поддельный документ, удостоверяющий личность, и направление в сектор. Как действовать дальше никто не объяснил, и Райна только чудом не была отправлена туда, откуда приехала, а смогла нормально заселиться. Следующие полгода были кошмарными, совершенно выматывающими и не позволяющими вдохнуть. Из-за этого в том числе Рейн быстро согласилась на «подработку» в виде «Золотого руна». В голове была лишь одна мысль — сделать что угодно, только бы выжить. И она справилась. Но такую историю рассказывать никому нельзя. — Помню, конечно, — нарочито весело ответила она. — Рассказывать не буду. Резким ответом девушка постаралась отрезать последующие расспросы, однако вышло не с первого раза. Мэйлз предпринял еще пару попыток, и только после трех неудач смерил собеседницу скептическим взглядом, после чего все-таки умолк. Последние несколько минут поездки прошли в приятной тишине, которая удивительным образом развеяла все сомнения. Приехали. Мэйлз подал ей руку на выходе из поезда и это показалось приятным; однако ладонь на талии, которая оставалась там пока образовавшаяся пара не вышла со станции, вызвала липкое чувство и желание отстраниться. Клуб-бар, выбранный Райной, не был ее любимым. Его расположение неудобно, а контингент ужасает даже привыкшего. Сюда стекаются все отбросы из-за невысоких цен на выпивку, а Рейн не хотелось вести эпизодического товарища в более приметное место. Где-то внутри нее зрело подлое недоверие к человеку, им и объяснялось желание произвести плохое впечатление: так ее быстрее оставят наедине с самой собой. — Интересное… место, — неуверенно оценил Мэйлз. — Да, мне нравится. Довольно атмосферное, — с тихим смешком бросила за спину Райна, а сама проводила взглядом пару подвыпивших работяг в обносках. Один еле держался на ногах и в конечном счете упал, придавив второго своим телом. На полу они напоминали бесформенную слабо двигающуюся массу. Им никто не поможет подняться, пока те не начнут сильно мешать. Райна и Мэйлз заняли места за барной стойкой, пока другие столики не освободились. Парень отошел, а Рейн осталась в одиночестве постукивать пальцами в ожидании напитков. Она сидела лицом ко входу, поэтому не упустила момент, когда дверь распахнулась, пропуская внутрь полупьяную полуголую девушку, а за ней Ксандра ван Хейса. Она напряженно поджимала губы, пока наблюдала за Ксандром, прижимавшим к себе девчонку, а потом и вовсе развернулась, чтобы ненароком не встретиться с ним взглядом. Раздражение подкралось незаметно, и… — Завтра едешь со мной, детка, — дыхание обожгло кожу щеки около уха, в которое прошептал Ксандр. — Ты пьян, — она отвернулась в другую сторону от его лица. Запах спирта был несильным, но и его хватило для выводов о недавнем досуге коменданта. — Вовсе нет, — ответил он, поставив локоть на барную стойку. Райна телом ощущала его взгляд, который въедался в ее кожу, оставляя яркие следы, и не оборачивалась. — Заберу тебя завтра утром, отвезу на машинке до завода. Поняла, птичка моя? Рейн в ответ фыркнула и закатила глаза. — Зачем это тебе? — наконец встретилась с ним глазами. — Не важно. После этих слов Ксандр растворился в толпе. И как раз вовремя, ведь вскоре подошел Мэйлз с двумя бокалами. Звон от удара, глоток. Сладковато-горький вкус наполнил рот, как и мысли о коменданте наполнили голову. Следующие три коктейля прошли незаметно, но только после них Райна наконец почувствовала, как ее напряженное тело расслабилось, а разум постепенно очистился. Бессмысленная музыка с ощущаемыми телом битами наполняла помещение, заставляла неуклюже двигаться, покачиваясь из стороны в сторону, поднимая руки или оглаживая ими свои изгибы. О коллеге Рейн на время забыла. Или специально выкинула его из головы, чтобы не отвлекал. Мысли о Ксандре и вовсе всерьез не воспринимались. Слишком уж приятно ощущалось легкое опьянение, кружившее ее по маленькому залу в свете разноцветных огоньков. — Ты хорошо двигаешься, — произнес Мэйлз, когда девушка вернулась. — Забавно, — с кривой улыбкой ответила Рейн. Парень всматривался в раскрасневшееся лицо коллеги неприлично долго. Пока Райна следила за танцполом, Мэйлз аккуратно потянулся к ее лежащей на столешнице руке. Пальцы, словно маленькие ножки, медленно двигались к своей цели и замерли в паре сантиметров от ее ладони. Касания не случилась — Райна резко убрала руку и грубо стрельнула глазками. — Схожу за выпивкой. — Мэйлз встал, покачнувшись, и двинулся в сторону бара. Райна проводила его взглядом, но скоро отвернулась. Время шло плавно, люди веселились громко, свет мигал, казалось, с каждой минутой все быстрее, а рассудок вновь отравлял один знакомый ублюдок.

***

Два или три года назад. Райна кружилась под грохочущую музыку в каком-то только-только отремонтированном клубе в секторе С-161. Странное обстоятельство, но под градусом обычно все несостыковки чудесным образом разглаживаются. Последняя неделя оказалась непривычно выматывающей: выговор на работе, заглохший поезд на полпути до Центрального округа и пара новых синяков после встречи с комендантом ее сектора. Слезы не помогали справиться с грузом эмоций, а вот сет из двенадцати шотов сработал лучше, чем Райна ожидала. Сладкий, до ужаса химический вкус сиропов, смешанных со спиртом, и кислые настойки приносили извращенное удовольствие. Это не было приятно, но омерзительный вкус питья помог Рейн зарыться в отвращение к жизни настолько, что отпустить и расслабиться стало легче легкого. Как последние шоты попали к ней в рот, Райна не помнит. Пустой взгляд изучал такую же пустую дюжину рюмок, пока тяжесть от выпитого в голове вытесняла здравый смысл. Рейн встала из-за своего столика, едва не завалившись обратно на стул, и органично вписалась в танцующую толпу. Там были все — молодые и старые, женщины и мужчины, отдохнувшие и после смены. Стук сердца подстроился под биты из колонок и общий ритм движений. В клубе темно, только цветные неоновые лампы в сумасшедшем темпе мигали и посылали лучи то в один конец, то в другой. Люди смешались в цветастую кашу. Райна не различала лица, да и не стремилась к этому. Ее вело общее настроение — оторваться как в последний раз. Она ведет руками от собственных бедер по животу, поднимает их скрещенными вверх, извиваясь телом. Приятная пустота в голове вместе с легкостью в теле мягко окутывает Рейн. Взгляд светлых глаз падает на силуэт в другом конце зала — Ксандр стоял, облокотившись о барную стойку. Вместо смущения, которое Райна ожидала почувствовать, в ней проснулся азарт. Уголок губ дернулся в сторону, когда их взгляды встретились. Коварная улыбка появилась на ее лице, а мир вокруг словно остановился, предательски оставив ее наедине с комендантом. Кончики пальцев пробежали по ее скуле, щеке; она провела ладонью от подбородка вниз по шее, представляя чужие губы, откинула назад голову, но не отвела взгляд. Вторая рука легла на противоположное плечо, обнимая, но лишь через два удара сердца Райна бесстыдно огладила свою грудь. Мягкость собственного тела и уверенное его демонстрирование сильнее дразнили девушку. Тонкая талия, округлые бедра и ягодицы стали следующими героями ее спектакля. И именно в этот момент взгляд Ксандра начал то теряться, то возвращаться. Он больше не был способен удерживать его на одном месте и, когда понял оплошность, прекратил любые попытки исправиться. Ксандр просто смотрел. Жадно, неотрывно. Впитывал каждое движение, каждый изгиб, открыто велся на ее провокацию, наслаждаясь своей же реакцией. Цветные полоски то появлялись, то пропадали с тела Райны, но внимания не хватало даже на них. Возбуждение, вызванное алкоголем и разыгравшейся фантазией от танца, наполнило ее с ног до головы. Было жарко, но отчего-то не хотелось останавливаться. Жажда закралась в горло, но девушке было не до этого. Сильнее всего волновал взгляд, которым комендант изучает ее. Райна ненавидела Ксандра, но этот взгляд… Дико заводил. Этот жар под кожей… казалось, никогда не остынет. Однако силы постепенно покидали ее, голова кружилась и клонило в сон. Неловкие переступы при поворотах, чтобы не упасть, нелепые покачивания, когда нужно стоять ровно, и шот, которым ее угостил какой-то… кто это был? Какой-то парень. Или это была девушка? Звон рюмок стал последним звуком, который Райна запомнила. Очнулась Рейн от ощущения чьих-то рук, рыщащих по карманам ее комбинезона. Она резко дернулась вперед, стремясь схватить вора за руку, но в ответ услышала лишь: — Успокойся, Райна. — Ксандр показал на своих пальцах связку ее ключей. На его губах красовалась дурацкая ухмылка… и стало очевидно, что предполагаемое нападение со стороны оказалось лишь внезапным припадком, приправленным томным стоном. Расфокусированным взглядом Райна наблюдала, как комендант отпирает… ее квартиру. Да, похоже на ее. Вряд ли такой человек, как ван Хейс, жил бы в такой же дыре на первом этаже среди шумной улицы. Ксандр оставил дверь открытой и вернулся к машине. Оперевшись рукой о крышу, он наклонился, чтобы заглянуть в салон. Своего послесонного положения обессиленного червяка Райна так и не сменила и с ее уровня обзора поза Ксандра выглядела весьма… привлекательно. Она ухмыльнулась. — Что, любуешься, сладкая? — хитро прищурился виновник… а, впрочем, виновник всего. — Еще чего, — еле отозвалась Рейн. Ее снова начало клонить в сон. Вдруг голова разболелась, в горле запершило, и в животе что-то задвигалось, и, если бы не прикрывшая ей рот ладонь Ксандра, Райна точно бы очистила желудок прямо на сиденье его машины. — Погоди, детка, — щелкнул ремень, — немного потерпи, ты ведь не хочешь испачкать мою малышку, — он вытащил Рейн из салона, но, как только ноги коснулись земли, ее вывернуло прямо там — на тротуар перед собственным домом. Райна свалилась на колени и только чудом не встала в образовавшуюся неприятную лужу руками или ногами. Она кашляла, очищала желудок, снова кашляла, поэтому не смогла запомнить, в какой момент Ксандр присел рядом и собрал ее волосы, чтобы те не испачкались. Когда в теле наконец появилось ощущение болезненной пустоты, Райна неаккуратно качнулась вперед, но неожиданно для себя смогла оттолкнуть непослушное тело и сесть на ноги. Она привалилась боком к Ксандру и тяжело дышала, собираясь с мыслями и готовясь к рывку — предстояло встать и зайти домой. Тяжелое испытание. Она предпочла бы заснуть прямо на улице, чем снова напрягаться. Спокойное сопение нарушало тишину ночи: вымотанная Райна не заметила, как заснула прямо на плече коменданта своего сектора. Никогда бы в трезвом состоянии она не позволила себе такой вольности, но будучи в другом состоянии Рейн уже не могла ничего контролировать. Она не узнает, что Ксандр тогда аккуратно поднял ее, занес в дом и положил на кровать. Сомнения гложили его, когда ван Хейс раздумывал, стоит ли позаботиться и снять с девушки ботинки, протереть рот или сама на утро справится. Однако в итоге он решил, что подобная доброта вполне может сойти платой за то представление, которое устроила для него его содельница. От воспоминаний уголок губ неосознанно потянулся вверх, а следом Ксандр сделал все, о чем размышлял.

***

Грифель мягко скользил по листу бумаги, тщательно вырисовывая напряженный изгиб губ. Укоризненно сощуренные глаза со светлой радужкой, из-за которой взгляд кажется более пугающим, чем есть на самом деле. Легкую припухлость ее щек, несмотря на выраженные скулы. Светлые, сливающиеся с кожей брови и аккуратный, острый нос. Лицо Райны казалось изысканным, сотканным из очень дорогого, качественного материала умелым мастером. Настолько умелым, что ни один недостаток или изъян не был замечен. Она, словно богиня, идеальна. Ксандр не смог этого не заметить. Его прошлое творца оставило свои следы: хватило одного взгляда на девушку, чтобы понять всю сущность ее совершенства. Безусловно, многое ему еще не известно… практически все, что ниже головы, остается пока неизученным. Однако внутри Ксандра еще пылает надежда ознакомиться. Досконально. Ксандр откладывает рисунок чуть подальше от себя, чтобы изучить его сходство с реальной девушкой. За несколько месяцев рисования Райны Рейн комендант успел изучить все особенности ее лица. Так он полагал. Однако всякий раз, открывая новую эмоцию на ее совершенном лице, он с жадностью изголодавшего странника впитывал каждое изменение, каждую морщинку. Ксандр давно принял свою тягу к этой неизвестно откуда пришедшей девушке. Сложись их судьбы иначе, будь они в другой вселенной или обстоятельствах, их союз вызывал бы у Райны меньше нежелания и отторжения, а его одержимость не была такой болезненной. — Птичка, сегодня ты выглядишь как никогда великолепно, — похвалил свой рисунок комендант. Хмыкнул. Скрипнул ящик стола, когда Ксандр потянул за ручку, и взору открылась куча разрозненно лежащих не одного размера кусочков бумаги с разными зарисовками, героиней которых исправно была его содельница. Райна вездесуща. Иногда кажется, что ее запах осел на каждом элементе одежды коменданта, отчего он ежечасно сходил с ума от эмоций, вызываемых одним лишь… запахом. — Рейн… Черт бы тебя побрал, мерзавка, — Ксандр устало опустил голову на руку на столе, провел ладонью по лбу от бровей до линии роста волос, смахивая непрошенные мысли. Тяжелый выдох стал молчаливым свидетелем неудачи во внутренней борьбе, в попытках изжить Райну из сознания. Ночь обещала быть длинной.