Кошмар и тьма.

Женщина с копной огненно-рыжих волос, сидела на старой лавочке рядом с единственным ларьком деревни. рядом на лавочке – пачка хрустящих сухариков с беконом, снова же единственное вкусное что она откопала на данный момент. Она наблюдала за редкими прохожими и природой. "Не так уж и плохо тут," – думала она, хрустя очередным сухариком. – "Пока не трогают, и если себя не накручивать - свежо.". Ей было здесь чуждо. Все. От запаха сырой земли и прелых листьев до скрипа старых калиток и тихих, неразборчивых разговоров. Она, привыкшая к городскому шуму, к вниманию, чувствовала себя лишней. Мать. Это единственная причина, по которой Марьяна оказалась в этой глуши. Она любила ее, конечно, но эта любовь сейчас ощущалась как тяжелый, давящий камень на сердце. Ухаживать за ней было нелегко, но еще тяжелее было находиться здесь, в этом месте. Марьяна знала что накручивает себя. Знала, что может быть тот случай с Линой - какое то недоразумение? Недопонимание? В любом случае. "Может, я слишком многого от людей жду? – промелькнула мысль, но тут же была отброшена. – Марьяяна, соберись. Дело же не в тебе. Они какие-то такие.. не такие." Она часто приходила сюда, к ларьку, просто чтобы сменить обстановку, чтобы хоть как-то отдохнуть. Сухарики, лавочка и иногда Влад. Здесь, по крайней мере, можно было наблюдать. Наблюдать за этим странным, замкнутым миром, пытаясь понять его, глубже погружаясь в ощущение собственной изоляции. Однажды, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в тревожные багровые тона, Марьяна заметила ее. Женщина шла по пыльной дороге, ведущей к окраине деревни. Она была ниже Марьяны на голову, может, на полголовы, с темными, как смоль, волосами, собранными в тугой пучок. Лицо, как сказала б Марьяна - ну прям покерфейс. «Вот еще одна, – подумала Марьяна, провожая ее взглядом. – Тоже какая-то… другая». Женщина остановилась у калитки старого, покосившегося дома, который стоял чуть в стороне от остальных, словно отгородившись от всего мира. Она повернулась, и их взгляды встретились. Взгляд этой незнакомки был не просто холодным, он был пронизывающим, словно ледяной ветер, от которого по спине пробежала дрожь. "Опять этот взгляд. Они с ПТСР все, или спартанцы?" – мелькнула мысль. На следующий день Марьяна снова сидела на своей лавочке, когда та же женщина появилась снова. На этот раз она выходила из ларька, как она заходила Марьяна не заметила. Марьяна почувствовала, как напряглись ее плечи. "Покоя не дают. SOS." Женщина подошла, остановилась в паре шагов от Марьяны. Ее голос, когда она заговорила, был низким, ровным, без единой интонации, но при этом это и делало его неприятным. — Сухарики с беконом, — произнесла она. — Вы их часто едите. Марьяна нахмурилась. Для начала, откуда она знает раз видятся они еле 2 раз, а дальше - её ебёт? — А вам какое дело? — резко ответила Марьяна, стараясь придать голосу уверенности. Женщина не изменилась в лице. Ее взгляд оставался таким же, но теперь в нем Марьяна уловила нечто, похожее на легкое любопытство, смешанное с отстраненностью. — Никакого, — спокойно ответила незнакомка. — Просто наблюдение. Вы не местная? Заметная. "Скорее бельмо на глазу. Как экспонат какой-то. Статуэтка Марьяна Романова, год производства 1979.". — Из города приехала. Марьяна, — представилась Романова, протягивая руку, скорее по привычке, чем по желанию. Женщина лишь слегка кивнула, не отвечая на рукопожатие. — Городская. Виктория, — произнесла она. — Виктория Райдос. Имя прозвучало так же холодно и четко, как и ее голос. Марьяна опустила руку, чувствуя себя неловко. — Вы живете на окраине? — спросила Марьяна, пытаясь хоть как-то поддержать разговор, хотя ей хотелось просто встать и уйти. - Да, — коротко ответила Виктория. — Виктория купила что-то в ларьке – Марьяна не смогла разглядеть что именно. Райдос повернулась, чтобы уйти. - Вы…мм, вы давно здесь живете? — Марьяна не могла понять, что заставляет ее задавать эти вопросы. Может, просто желание хоть с кем-то поговорить, желание которое тут, кажется, скоро точно заведёт на пару метров под землю, дай бог в гробик а не просто закопанной. Виктория остановилась. Её карие глаза снова встретились с глазами Марьяны. - Достаточно давно, чтобы знать эту землю, – ответила она, – И ее о-би-та-те-лей. С этими словами Виктория Райдос развернулась и пошла по тропе к своему дому на окраине, оставив Марьяну в полном замешательстве. "И вправду тотальный покерфейс." Подумала Марьяна сразу же, улыбнувшись своим мыслям. Марьяна доела свои сухарики, но вкус их уже не казался таким приятным. Виктория Райдос, с ее пронизывающим взглядом и ледяным голосом, стала еще одной загадкой в этом странном месте. И Марьяна чувствовала, что эта загадка не сулит ничего хорошего.