Последняя дискотека

      Выкрашенный голубой краской пол с белыми линиями, дешёвый фонарик, который заменяет светомузыку, то и дело противно мигая самым яркими цветами, и неизменные хиты C.C. Catch.       Арии думается, что школьные дискотеки созданы только для того, чтобы все могли напиться и разбежаться по углам, в поисках самого укромного местечка для поцелуев. А ещё Арии думается, что ей это абсолютно неинтересно и она стала билетом на довольно глупое мероприятие для старшего брата и компании. Но утешает её лишь мысль о том, что эта дискотека последняя перед выпускным.       Зачем трём двадцатилетним парням сдалась эта «тусовка» Ария предпочитала не думать, тем более из её вида троица давно уже пропала.       Но всё же немного танцев ещё никому не помешало казалось девушке, когда она стала покачивать бёдрами в такт мелодии и вертеть головой так, что тёмные длинные кудряшки весело подпрыгивали в разные стороны. Обычно они собраны в две косы, но по случаю дискотеки причёску было решено сменить. На плечо упала крепкая рука, Арию развернули на 180 градусов, перед ней стоял парень из параллельного класса. — Холмогорова, веселишься? – сложил на груди руки Лёха Куратов и нахмурился, чем-то он был недоволен. — А что? – Ария, собственно, не понимала о чем идёт речь и наивно продолжала немного покачиваться под музыку. — А ничё! Кто обещал мне свидание? – напоминает злобный Лёха, девчонка в ответ лишь цокает и пожимает плечами, мол не знаю о чем говоришь, – потанцуем?       Холмогорова и не успевает ничего ответить, как оказывается зажата в руках Лёхи, который, несмотря на свою щуплость, был довольно сильным. Арии это всё, безусловно, не нравится и она уже порядком устала от излишнего внимания к своей персоне со стороны Алексея.       Пчёла смотрит исподлобья на Космоса, окружённого толпой старшеклассниц. Ведёт бровью вверх и переводит взгляд на Фила: — Ну и чего мы сюда притащились? Несерьёзно ведь, – бурчит Пчёлкин, кивая на товарища, что купается во внимании девчат с довольным лицом. — Да ладно, Пчёл, что в ДК тоска, что тут, – отмахивается Валера и тут же находит положительную сторону в ситуации, – зато вон Ария под контролем.       Контроль, надо сказать, под которым была младшая сестра Космоса, был совсем иллюзорным. Сам «опекун» развлекал публику своими невероятно весёлыми историями, Фил тоскливо поглядывал на спортивные снаряды, что перед дискотекой стащили в дальний угол спортзала, а Пчёлкин не выпускал из рук кубик рубика, отнятый у кого-то на рынке. — Когда бегать от меня прекратишь? – тем временем шепчет на ухо Лёха, приближаясь слишком близко, рука скользит с талии Арии на бёдра и сильно сжимает ткань её платья вместе с кожей.       Воспитатели-надзиратели, к слову, совсем за Арией не следят, о чем она знает, поэтому действовать ей приходится самостоятельно и желательно быстро. Девчонка ловко выворачивается из хватки горе-кавалера и со всего размаха бьёт правой ногой по причинному месту обидчика.       Боковым зрением Пчёла замечает мельтешение в центре зала, поднимает взгляд и из рук падает игрушка. Он срывается с места, в несколько широких шагов оказывается около Арии и скорчившегося от боли Алексея. — Что сделал? – буднично уточняет Витя и смотрит на Арию, которая, оказавшись в безопасности, начинает трястись от шока, – понял, малая.       Пчёла хватает обидчика за шею и заставляет разогнуться. К этому моменту рядом уже стоят и Фил с Космосом. Кос приобнимает сестру и, честно говоря, ничего не понимает. — Ребят, я ничего ей не сделал, – божится школьник, но получает от Пчёлкина кулаком в нос и следом в живот.       Виктор больше не держит парня и тот, словно мешок с г... картошкой, валится на пол. Космос всё ещё вопросительно смотрит на Пчёлкина и сестру. — Ну что, доконтролировались? – фыркает Витя, – няньки, мать вашу!       В спортзале резко включается свет, а на честную компанию налетает завуч. Ирина Михайловна, надо сказать, ждала выпускного парней с самого их первого класса, как только они спелись и стали третировать всех кого не попадя. Но сегодня её возмущение достигло предела, то ли из-за того, что никаких Пчёлкиных, Филатовых и Холмогоровых на дискотеку не приглашали, то ли из-за того, что фамилия Ирины Михайловны была Куратова. — Вы что тут делаете? – визжит женщина, поправляя тонкую оправу прямоугольных очков, – кто вообще разрешил сюда приходить посторонним?       В отличии от Космоса и компании, Ария была круглой отличницей и редко оказывалась замешанной в каких-то неприятностях, но её фамилия в стенах школы стала именем нарицательным и репутация была запятнана братцем с самого начала обучения. Шанса на справедливое к себе отношения у Холмогоровой никогда не было, увы.       Причитая что-то о головорезах, бандитах и двоечниках, Ирина Михайловна прикладывала к разбитому лицу сыночки вату. В то время как тех самых бандитов блюстители правопорядка любезно «упаковывали» в «бобик». — Ну вы девчонку-то в клетку не пихайте, товарищ сержант, – виновато улыбается Валера перед тем как залезть в машину, следом за парнями.       И товарищ сержант, действительно, решает, что она там ни к чему. — На заднее сидение прыгай, – пожимает он плечами, Ария послушно забирается в высокую машину и роняет голову на ладошки, ей хочется сгореть со стыда от всей этой глупой ситуации.       До отделения милиции добираются быстро и через пару минут все оказываются за решеткой обезьянника. — А малолетку ты зачем привёз, Федечкин? – отчитывает сержанта дежурный, – её куда? — Да с ними посади, у нас детской комнаты с куклами нет, – бурчит недовольный сержант и уходит.       Космос не может сидеть на месте и меряет шагами их новое пристанище, правда длиной оно всего в четыре его шага. Фил с Витей располагаются на скамейке так, чтобы Ария уместилась между ними, во избежание её взаимодействий с другими криминальными элементами. Пусть уж взаимодействует только с родными бандитами. — Нет, вы мне объясните, это что вообще за беспредел? – бегает Кос по обезьяннику, размахивая руками, что в таком тесном пространстве легко может привести к случайному подзатыльнику кому-то из соседей, – я даже понять не успел, что за канитель, а нас уже в «бобик»! — Да сядь ты! – закатывает глаза Пчёлкин, – переночуем и к утру выпустят, нашёл проблему... будто в первый раз. — Ну кому как, – наконец, подаёт голос Ария, – папа что скажет... — А папа скажет, что хреновый из Космосилы телохранитель, – подтрунивает Фил и съезжает на скамейке, прикрывая глаза. — Так, орлы, документы есть у вас? – у решётки появляется очередной мужчина в форме с четырьмя блестящими звёздочками на погонах. — Паспорт есть, – Космос хлопает себя по карманам и выдает документ милиционеру. — Так, Космос... Дама, а ваши документы? – обращается он к Арии, та лишь пожимает плечами, мол нет ничего. — Холмогорова Ария Юрьевна, – говорит Кос за сестру, — 1972 года рождения, прописка та же, что у меня. — Да что за имена у вас? — Греческие, – отзывается из глубины обезьянника Пчёлкин и ухмыляется. — А ты кто у нас? Марс или Арес? Раз драку развязал, то не меньше, чем бог войны должен быть, — смеётся капитан и смотрит с вызовом на парня. — Виктор Павлович Пчёлкин, – говорит Пчёла и добавляет, – документов нет — ни усов, ни лап, ни хвоста. — Филатов Валерий Константинович, 1968 года рождения, – устало произносит Фил, когда замечает на себе взгляд милиционера. — Так, бойцы, с вами всё понятно, можете домой идти, – отмахивается офицер, переводит взгляд на Пчёлу, – а ты, Виктор Палыч Матроскин, пойдём-ка в мой кабинет.       Витя вовсе не из робкого десятка и отвечать за свои неробости, как пионер, всегда готов. К тому же дело благородное, за даму вступился, спас от дракона. Ну до дракона сопляку, конечно, было далеко, так, ящерица скорее, но подвиг оставался подвигом. Какого же было удивление новоявленного рыцаря, когда дама за него тоже решила вступиться. — А я с ним пойду, я тоже дралась! – Ария поднимается следом за Пчёлой, который поправляет растрёпанные волосы, укладывая их под кепку. — И мы дрались! – подтверждает Космос, – скажи, Валер? — Так, ясно всё с вами, – отмахивается милиционер и уходит, а ребята возвращаются на исходные позиции.       Фил быстро засыпает в полусидящем положении, Космос вскоре устаёт ходить и приземляется рядом с Валерой, утыкается подбородком в грудь, поднимает ворот пиджака и начинает дремать. Ария тоже зевает, но знает, что сон не придёт, ей довольно холодно в лёгком платье у бетонной стены, а ещё в голове куча мыслей, которые, кажется, волнуют только её, ведь парням абсолютно всё равно на то, что скажет папа и о чем подумают одноклассники. — Ну и зачем ты это сделала? – шёпотом спрашивает Витя, когда замечает, что парни уже видят десятый сон. — Это же правда, я ведь его ударила первая, – замечает Холмогорова и немножко ёжится от холода, – да и вообще, как бы ты тут один остался? — Посидел бы до утра и домой пошёл, делов-то, – усмехается парень и начинает возиться на скамейке, стягивая с себя чёрную кофту, – на вот, надень.       Ария благодарно кивает и закутывается в кофту друга. Друга ли, Ария предпочитает не думать. Ей всё известно о характере Пчёлы и невероятных навыках пудрить мозги. — Спать не хочешь? – заботливо уточняет Виктор и трепет Арию по волосам, та отрицательно машет головой, – ночь длинная, раньше нас всё равно не выпустят, падай, – Витя подставляет своё плечо и улыбается.       Такая улыбка у него проскакивает крайне редко, Ария давно её не видела, кажется, с самого детства. Когда они были детьми, Витя часто улыбался вот так, искренне, нежно и по-доброму. Со временем эта яркая улыбка превратилась в усмешку, издевательскую ухмылочку, но смех остался таким же звонким и заразительным.       Осторожно, будто делает что-то запретное, Холмогорова прижимается к Пчёле, удобно укладывая голову на его широком плече.

***

— Голубчики, спать долго будем? – пихает в плечо сначала Виктора, а после и сестру недовольный Космос.       Ария распахивает голубые глаза, трёт их руками и отскакивает от Пчёлы, обнаруживая себя в его объятиях. Витя дёргается и тоже просыпается. — В следующий раз, будь добр, вместо пинков, разбуди меня кофем и бутербродами, – язвит Пчёлкин и натягивает на голову кепку, что всё это время лежала у него на коленях. — Не надо о бутербродах, жрать охота, – вздыхает мечтательно Фил. — Ну и что, Космос, сын профессора астрофизики, утро настало, а мы все ещё узники, делать что-то будем? – парирует Пчёла, пока Фил, в попытках справиться с голодом, начинает отжиматься. — Тоже мне, нашли спортзал, – фыркает из дальнего угла мужчина с фиолетовым синяком под глазом. — Так, молодёжь, давайте на выход, заявление на вас никто не написал, – объявляет вчерашний капитан, появившийся в коридоре, а следом за ним и профессор астрофизики собственной персоной. — Пап, – Ария поднимается на ноги, смотрит жалобно на отца и выходит из-за решётки, – не ругайся, это я их втянула. — Космос, ты надоумил? – бурчит Юрий Ростиславович, когда мимо него проходит сын. — Здравствуйте, Юрий Ростиславович, – чешет виновато затылок Витя и улыбается уголками губ. — Здравствуйте, – следом выходит Валера и тупит взгляд вниз.       Они покидают отделение милиции. На улице тёплый май, утреннее солнце светит так ярко, что глаза непроизвольно жмурятся, пение птиц разбавляет галдёж милиционеров вокруг, а запах их сигарет перебивает цветущая в округе сирень. — Дома будем разговаривать, за мной, оба! – перебивает идиллию Юрий Ростиславович и шагает в сторону дома. — Давайте, братья, – улыбается Космос и жмёт руки ребятам. — Пока, – машет Ария, но быстро вспоминает о том, что все ещё стоит в витиной кофте, начинает её стягивать с плеч. — Отдашь потом, прохладно, – отмахивается хозяин вещи и салютует рукой Холмогоровым. — До встречи, – машет рукой им Фил.       И пока Арию с Космосом дома ждут отцовские нотации, сопровождающиеся ремарками от вездесущей дражайшей Наденьки, Фил спешит на утреннюю тренировку, а Пчёлкин смакует сигарету, мечтает о бутербродах и немного об Арии.