Повесть о двух братьях

- Давай быстрее, мы почти пришли! - кричал синий оленёнок, стоя на заснеженном холме. Падающие кристаллы из снега слегка затмевали оленёнка с янтарным мехом. - Винтер, умоляю, оставь меня наедине с собой! - слегка раздражённо попросил он, хоть и продолжил следовать за ним. - Оставить? Когда уже добрались? - весело хихикнул оленёнок, когда тот сравнялся с ним. Проскакав вокруг Отэма, Винтер вытянул копытце к хижине неподалёку, - вон там, деревянная коробка, видишь? Давай-давай, ещё… десять прыжков и мы у меня дома! Кто быстрее? И Винтер весело пропрыгал по склону горы, заодно оставляя морозные круги с зимним орнаментом. Было почти что темно и Отэма едва можно было разглядеть даже с расстояния пяти шагов. Пока бог зимы, быстро устав от ожидания, безуспешно пытался разглядеть снежинки, старший брат медленно приполз к нему. Он просто встал, опустив голову и глотая воздух. Явно самобичевал, как и всегда после неудачного самоконтроля. Или провала. Во тьме раздался звук, похожий на треск стекла. Яркий белый снег осветил одиноко стоящую хижину и гордо стоящие ели. Через него отчётливо виднелся юноша с белоснежной кожей, которого почти сразу поглотила тьма. Однако вскоре послышался лязг ключей, зашумевших в замочной скважине. - Ну, чего стоишь, Отэм? Обратись и заходи, давай! - весело сказал брату Винтер, открывая дверь. Братья прищурились, когда младший включил свет. - Я не в настроении, - вежливо, но обиженно пролепетал Отэм. - А я и не для игры тебя звал! - потерял терпение Винтер, - да ладно тебе! Поддержать тебя хочу! - Так, ты уже подде… - Прогулкой под минус девятнадцать на Лесной Границе?! - раскинул руки парень. Для своего возраста он был достаточно умён, чтобы читать чужие намерения. И этим он, как и вся семья, и гордился, - ты же знаешь, меня так просто не обманешь. По твоему виду ясно - тебя кто-то задел, так что я хочу знать, кто это сделал! Отэм обречённо вздохнул, а это означало одно: он сдался. Старший брат вытянул шею. Поднялся ветер, окруживший его снежной воронкой. Как только Винтер прищурился и прикрыл глаза локтем, перед ним предстал юноша с янтарной кожей. Братья без слов вошли в хижину. За исключением лампы, окон, современной кухни с камином и кроватью около него, изнутри она напоминала дом древних норвежцев. Винтер забросил ветки в очаг и зажёг их. Указав брату на одно из крёсел, расположенных у камина, он накинул ещё несколько веток и налил воду в чайник, которую поставил на плиту. Бог зимы молчаливо смотрел на вымотанного Отэма, который будто смотрел в пустоту, лениво добавляя мелкие дровишки. Может, надо было подольше не беспокоить Отэма, пока тот хотя бы немного успокоился и сбавил бы частоту вздохов, но Винтер никогда не любил ждать. Посмотрев в окно, его взгляд поймал ботанические сады, куда ученики А.З.Ф, где чаще всего ошивался его брат, ходили на занятия. Поэтому, он уже предполагал, что именно его гложило. «Наконец-то!» - вскинул руками Винтер, когда чайник соизволил засвистеть. Прежде чем бог зимы успел выключить плиту, ему пришлось бороться со смехом, потому что бог осени подпрыгнул от шума и напугано повернулся на звук. Однако он не удержал себя на ногах, когда уже почти подошёл к камину. - Извини, конечно, но… кххх, - от сдавленного смеха его рука не сумела удержать чайник и тот глухо зазвенел о пол, благо вода из носика не вылилась на ногу Отэма, - твоя реакция была забавной! - Да уж, - издал смешок Отэм, обняв себя, - я и правда специфично реагирую на некоторые ситуации. Особенно, когда меня задели за живое. - А вот это мы и обсудим, - Винтер, словно готовясь услышать захватывающую историю, сел напротив брата, перекинул ногу на ногу, взял кружку чая и внимательно уставился на него, - я жду, но ты же знаешь, я ненавижу ждать. - Зачем ты хочешь выяснить, что со мной, если я не хочу это обсуждать? - жалобно простонал тот. - Может, потому что несмотря на зависть к тебе, Саммеру и Спрингу, ты всё же мой старший брат? - умным видом спросил тот, неспеша отпив чаю. - Из-за меня ученик завалил экзамен по уникальным видам, которые встречаются только у нас. Он потом накричал на меня, и я откинул его ветром за слова о моих рогах, - нехотя ответил тот. Винтер было открыл рот, но Отэм предугадал вопрос и перебил его - и этого хватит, чтобы ты всё знал! Я ненавижу рассказывать о своих провалах! - Ладно, ладно! - поднял руки Винтер и солгал - и не особо-то интересно было. Таак… этот ученик… разве не тот, который вечно лажает из-за своей безответственности? - Я не понимаю, где я прокололся, - Отэм, будто не расслышал его, хмуро уставился на костёр, - я же понятно объяснил… - и тут их охватил холодок, когда послышался чей-то громкий визг. Поняв, что обошлось, облегчённо выдохнули: даже зимой было опасно находиться на заснеженном холме, не говоря о деревушке внизу него. - Слушай, может, банальную вещь скажу, но забей. - Что? - резко посмотрел на него Отэм, едва не разлив чай на ковёр. - Я говорю забей, - ухмыльнулся бог зимы, размахивая перекинутой ногой, - всё равно таких ничему не научишь. И я ЗНАЮ, о чём говорю! - резко вытянул указательный палец тот, когда Отэм хотел перебить его. - Я каждую зиму имею дело с дебилами, которые на очевидную табличку с надписью «ПО ХОЛМАМ НА ЛЫЖАХ НЕ КАТАТЬСЯ, ОКАЖЕТЕСЬ ПОД ЛАВИНОЙ!», лезут именно туда! И потом, - присвистнул Винтер, вытянув руку в окно, - давай меня, их спасателя, винить в том, что я их не предупреждал! А я напомню: табличка, прямо у склона и входа на зимний курорт, на уровне взгляда, написанная строчными буквами, предупреждает о рисках схода лавин! Видимо, те ждали, что найдут остатки тролля и заледеневший шоколадный торт. И то доисторический! Несколько минут по хижине разносился смех Винтера, к которому присоединился Отэм. Но младший брат не смог уговорить старшего не париться об этой ситуации. Следующие три часа сидели молча, копаясь в интернете. Только потрескивающий огонь нарушал тишину, а раз в несколько минут Винтер всматривался в темноту, дабы вовремя заметить свет от фонаря и приютить путников. Да, у Винтера был интернет. Специально добавил, чтобы несильно скучать после работы и заодно поймать вести о пропавших путниках. И вот, как только он вошёл в интернет, первым делом проверил новости. Как всегда, предупреждали о начале метели, который длился два месяца - с начала декабря, до конца января. Жители за это время запирались по домам, редко можно увидеть хоть одну душу на улицах. Обычно, они выходили либо для покупок, либо на работу. Вдруг Винтер вспомнил, что им этот метель не особо-то и вредил(если только не Отэму, который без куртки дрожал до стука зубов), а они любили играть в снежки. К тому же, этой самой метели не было - обычно, она начиналась через неделю после наступления декабря(ибо зима, по климату Сейф Хейвена, начинался с конца Октября). Хитро улыбнувшись, Винтер положил телефон на ноги, расплылся в сидений и невинно протянул: - Ну, тут как-то скучновато, не находишь? - По мне, интернет тебе не только комедию покажет, - растряс телефон Отэм, тоже отложив его и улыбнувшись брату. - Это нам в средневековье было бы скучно. Это если не считая тогдашних опасностей. - Нет, когда была бы зима, - будто ненарочно посмотрел тот в окно. Оттуда в хижину заглядывала беспроглядная тьма, а рамки окон были заснеженны. - Помнишь, как мы любили в них играть? - В снежки? - улыбчиво уточнил Отэм, - да, было весело. Помню, как ты бросил в меня снежок и я упал в лужу. Хех, этот позор на глазах всей школы до сих пор припоминает мне Расти. - Вот бы заморозить его, да мой кодекс не позволяет. - Кодекс? Ты про те самые множественные домашние аресты после каждого неосторожного спасения? - ухмыльнулся Отэм. - Это были несчастные случаи! - покраснел Винтер и резко направился к вешалке. Тот бросил куртку брату и сказал, - короче выйдем, поиграем. - На Лесной Границе? В темноте? Зимой?! - ошарашено выбежал Отэм, на ходу застегнув куртку, - ты понимаешь, что можешь не уследить за силами и спровоцировать лавину прямо на село Вудстоун? - словно приводя доказательства своих слов, бог осени указал на еле видимую в темноте деревню. Она находилась прямо на лавиноопасной местности, но сколько их не уговаривали, жители отказывались переселяться. - Да не ссыкуй ты! Чуть что лавину я остановлю, - махнул рукой Винтер и включил специальные лампы, которые были расставлены на достаточной площади, чтобы хорошо светило на территории хижины - не раз останавливал, по опыту говорю. - Я не сомневаюсь в твоих способностях, - недовольно скрестил руки на груди Отэм, осуждающе уставившись на столь недальновидное отношение к такой опасности - но как ты можешь быть уверен, что остановишь миллионы тонн сухого снега, со скоростью схода 125 метров в секунду и ударной силой 3-50 тонн на метр? Отэм едва успел довершить слово, как торопливый характер Винтера перебил его снежком в лицо. Хохоча, бог зимы спрятался за деревом. Он знал, его брат любил играть с ним в снежки и не сможет отказаться. Перед тем, как выйти из укрытия, Винтер слегка заморозил место, где он и укрылся, дабы усложнить брату игру. Выйдя со снежком наготове, к своему удивлению, никого не обнаружил. Подозревая подвох, бог зимы осторожно, чуть ли не шёпотом, позвал брата. Тишина. Мёртвая тишина, нарушаемая чириканьем зимнего музыканта. В тех местах один громкий смех мог стать плачевным для любого путника, не обладающего магией телепортации или достаточно грубой силой, чтобы выкопаться из снега. Его дополнительно охватило беспокойство от мысли, что Отэма мог забрать какой-то зверь, скрывшийся среди елей. На очередном повороте, что-то твёрдое влетело ему в затылок. Неожиданный удар выбил Винтера из равновесия и тот угодил прямо в сугроб. К нему подбежал хихикающий брат и помог ему подняться. - Застали-таки врасплох, а? - отряхивая его, спросил бог осени. - Ты когда стелсом овладел? - засмеялся удивлённый Винтер - обычно тебя легко заметить. И Мартина нас вроде этому не учила… - Франческа сказала, что, цитирую: «Чтобы подкрасться, достаточно иметь навыки охоты и уметь соблюдать тишину». Так что… - А вот правило от тёти Виры: «Никогда не теряй бдительность в критических ситуациях»! - захохотал бог зимы, врезав снегом ему в лицо и укрывшись за сугробом. Он мгновенно наколдовал небольшую ледяную стену и вооружился снежками: - Готовься к поражению! Озорная улыбка озарила лицо парня: он вошёл в поток. Олень тут же укрылся за деревом, в которого врезалась снежинка, и бросил её в ответ, но промахнулся и та ударилась о ледяную стену. Лес наполнился грохотом снежинок и смехом братьев, которые будто позабыли «о слежении за децибелами голоса в заснеженных горах» - как и предупреждала Кэрри. С каждым усилением огонька озорства, их крики и голоса становились всё громче. Внезапно, в очередной раз сбегая вверх по склону, Винтер вспомнил, какой опасности они подвергли деревню, когда послышался особенно громкий крик радости Отэма. Не успел встревоженный бог зимы его вразумить, как старший брат поскользнулся на том самом льду и случайно создал Ветряной удар, откинувший его и создав громкое эхо от нескольких повалившихся деревьев. Со всей силы врезавшись в ствол ели, Винтер мог поклясться, что услышал тревожный признак. Пока он, задыхаясь, пытался встать, напуганный Отэм подбежал и расспрашивал о самочувствии. Бог зимы же приложил руку к его рту и вслушался, стараясь громко не дышать. - Я надеюсь, мне это показалось! - встревожился Отэм, отчётливо услышав треск где-то вдалеке. Изо всех сил заглушая панику, Винтер рванул к хижине. К моменту, когда тот добежал к ней, по воздуху разносился такой грохот, что казалось, сразу несколько крупных булыжников разбилось о скалы. Бог зимы впопыхах рылся в задвижках и шкафу, пока наконец не заметил пачку Звёздных Огней, своеобразных сигнальных огней, которых тот всегда клал на подоконник, дабы легче и быстрее их найти. Внезапно склон горы будто начал дрожать, что не сулило ничего хорошего. Не теряя ни минуты подросток схватил три из них и выбежал наружу. Было невероятно темно. Сигнальный огонь, которого он схватил, был специально усилен с помощью магии, чтобы Винтеру и спасателям удалось отыскать любые опасности в темноте. Но для этого надо было закинуть выше деревьев. К счастью, Отэм вовремя прибежал, выхватил и зажёг его. К радости Винтера, старший брат призвал ветер и закинул его достаточно высоко, чтобы появилось громадное облако, быстро приближающееся к деревне. «Ещё можно успеть!» - обрадовался Винтер и наколдовал под собой ледяную дорожку, дабы быстрее обогнать лавину. Снежная волна едва не поглотила Винтера, когда тот скользил по склону и наколдовывал ледяную стену, достаточно прочную и великую, чтобы перенаправить лавину в сторону пустой равнины. Увы, произошло несчастье: ледяной бог задел сугроб и потерял равновесие, встретившись спиной с большим камнем, будто намеренно появившегося в тот злосчастный час. Винтер, за те несколько минут, когда пытался восстановить дыхание после сильного удара, успел тысячу раз похвалить брата за то, что настолько мастерски владел Силой Бурь. - Ну нет, не в мою смену! - оскалившись и встряхнув головой, крикнул Винтер, когда вернул себе способность дышать. Неизвестно сколько часов они останавливали её, но к моменту прибытия спасателей и Миротворцев оба бога валялись, прислонившись к ели, дрожа и от холода, и от изнеможения сил. - Я всё равно не понимаю, - растерялся серпиан, один из Миротворцев, - как лавина могла сойти сама, если это происходит весной?! - Вообще-то, это очень даже возможно, - вставил Фэбиан, прийдя из той деревни, - если, конечно, не было оттепели или крутого склона, - братья побелели, особенно Винтер, когда Фэбиан и Вира с подозрением глянули на них. Бог зимы взглотнул, понимая, что он обречён, ибо его учительница по самоконтролю обо всём догадалась. - Не думаю, что Винтер и Отэм настолько глупы, чтобы устроить лавину, - вмешалась Вира, хотя и не перестала гневаться, - я их лично знаю. Беспокоиться не о чём, уверяю вас. - Всё, нам конец! - пробурчал Отэм, скрестив руки на груди. - Какой же позор: самому вызвать то, о последствиях которого знаешь, как о вкушений смертельной ягоды! - Да ладно, не сцы, - нервно засмеялся Винтер, когда Вира сопроводила Фэбиана и пошла в сторону братьев, - меня вот, сто пудово накажут! Она не поверит, что… - Вы оба будете наказаны! - строго заявила та, испепеляюще смотря на братьев, - вы хоть понимаете, что бы подумал народ, доберись до них лавина?! - М-мы, просто хотели… - Поиграть? На склоне, у которого достаточный наклон для образования лавины? - братьям не нашлось, что ответить и, не выдержав строгого взгляда Виры, стыдливо опустили головы. Она вздохнула и слегка смягчённым голосом сказала - ладно, раз это ваш первый прокол, я вас прощу. Но если такое повторится ещё раз, я и вашим родителям расскажу, и заодно заставлю тебя - она указала на Отэма, - зачитать целый стих с извинениями: рифмой и подпевом, а тебя - тренироваться до изнеможения! Нервно улыбнувшись, Винтер энергично закивал. Словно пытаясь убедиться, что они точно поняли смысл её слов, Вира бросила на них последний, гневный, взгляд и улетела на Рапторе. В тот вечер оба брата были не в настроении. Отэм сидел у камина, скрестив руки на груди и плотно прижимаясь к спинке, всем видом давая понять, что не хочет разговаривать. Винтер тоже был не в настроении, осознавая, что из-за его проделки едва не пострадали невинные, а он чуть не лишился своей желаемой судьбы - стать покровителем путников и охранником лавинных зон, а родители-то уж точно об этом позаботились бы. Было тихо, камин ещё немного потрескивал, когда братья уже как час легли спать. Сколько бы не ворочались, обоим не удалось заснуть до утра - переживания поглотили их настолько, что всю ночь не могли перестать об этом думать. И впервые за всю жизнь, Винтер испытывал стыд перед Вирой, своей учительницей, той, кто натренировала и научила его контролировать свои способности, научила навыкам борьбы и правилам поведения в лесу. Было стыдно перед Кэрри, которую тот сам попросил дать внеклассовые занятия по снежным регионам и географии Сейф Хейвена два года назад и смог порадовать её своим упорством. Было стыдно перед родителями, научивших его следовать Кодексу Бога - законам допустимых пределов полномочий богов, которые служили справедливости. И… было стыдно перед братом, ибо он чуть не подставил Отэма, которому и так было тяжело из-за своих проблем и ношу, самому водрузившую на себя. Когда он, наконец, начал засыпать, Винтер решил, что впредь не допустит такого на опасных территориях, дабы и самому проблем не нажить, и свою семью не опозорить.