Превращаем яой в юри!
12 января 2026 г., 20:51
Примечания:
Почему так коротко? А потому что я уже разучилась писать нормально.
Дэнни смотрела в зеркало ванной комнаты, глазами бегая по собственным чертам лица. С тех пор, как она избавилась от Лео и начала новую жизнь, женщину не покидало чувство пустоты. Что-то заставляло её из раза в раз смотреть в своё отражение и по сторонам, в мнимой вере надеясь вновь услышать Каспер. Ту, кто без капли сожаления убила руками Лэмб мужа. Ту, кто манипулировала ею так умело, что она безоговорочно считала кареглазку своей спасительницей, ангелом-хранителем.
Пальцы Дэнни скользнули по собственной щеке, и на мгновение она закрыла глаза. Вспоминала как Лео постоянно трогала её: держала, поглаживала, но целовать не решалась. Хотя Лэмб казалось, что эта безумная голова жаждала выкинуть такой ход в настолько нежданный момент, какой только снился.
— Это глупо, наверное,– с усмешкой начала старшая, неловко отведя взгляд вправо.— женщине втюриться в женщину.
— Если эта женщина я, то да. Но знаешь, что ещё глупее?– Лео присела рядом с Дэнни на скрипучую кровать.— Когда эта женщина думает также.
Дэнни доверяла ей больше, чем самой себе. Она подбадривала её, когда Лэмб не могла совершить убийство. Эти руки тряслись, пока Каспер не накрывала их своими. На минутку, но это всегда работало. Нелепо, но Дэнни никогда не сможет признаться себе в том, что скучает по Каспер. Даже после всего того, что она сделала. В конце-концов, Лео хотела быть нормальной. Она хотела жить и думать как обычный человек, но куда бы её глаза не глядели, женщина везде видела способы убийства. И в конце-концов, самые гнилые она припасла для своего «носителя».
Лэмб била её лопатой. Снова и снова. Но она лежала, не реагируя толком на боль, и безумно смеялась. Последние слова были «Я сделала тебя, Дэнни», а не что-то более желаемое. Она хотела услышать в ответ «Я любила тебя», или «Я всё ещё люблю тебя». Но это нелепо. Лео не любила её по-настоящему. От этого в конце пути стёртая память казалось Божьим подарком, нежели очередной ямой. Ведь, будучи Дэннис Джойнер, ей больше не приходилось думать о том, чего в голове нет.
А пустота? Пройдёт. Не без помощи др. Уайт, конечно же.