Я не трус

-Эй, Кейн! Может, пора уже менять свой тоталитаризм на что-то более современное? Джекс, в очередной раз съязвив над Цирковым боссом, взмахнув тростью отбросил его в целое здание от двойки зашуганных девочек, сидящих около еще не сломанного забора. Зубл и Гэнгл, услышав аристократичный крик, а затем громкий удар о бетон разжмурили глаза. Перед ними стоял все такой же измазанный в копоти и пыли заяц, совершенно один, взявший крепкой хваткой в обе руки знакомую трость, которую они видели у Кейна все время, что они тут пребывают. -Простите, дамы, что так поздно. Пришлось изрядно изъ@%нуться, чтобы вас спасти… Хорошенько подумав, он добавил: -…Благодарности желаю прямо сейчас! В него прилетел маленький камешек от Зубл. -Почему даже сейчас ты стараешься вести себя как муд@к? - констуктор медленно вставал, придерживая другой рукой для успокоения Гэнгл. -Ну вы уж извините, я стараюсь как-то обстановку разрядить, пока вы только и делаете, что бубните. -Мы все еще можем рассеяться, если ты не в курсе. Или еще чего похуже… На этих словах уже вставшая на свои две тряпочка крепко обняла за руку свою подругу. Она явно была не готова к такому исходу событий этого «приключения». -Давайте…мы не будем сейчас это обсуждать? - напуганная Гэнгл блеснула хорошей идеей. -Мне нравится эта девочка все больше и больше! - знакомый оскал Джекса на этот раз сулил только искренность, а не желание подъебать кого-то из этих двоих. Они это поняли. За спиной кролика послышались какие-то звуки, отдаленно напоминающие кряхтения человека, который упал на полной скорости на дорогу и разодрал себе коленку. Все трое посмотрели в сторону источника звука. Из-за дырки в доме, проделанный Кейном, выглядывал…он же. Но с некоторыми анатомическими изменениями… ••• -Помни, а ты уверена, что это точно сработает? - Рагата с поднятой бровью и недоверием смотрела на Королера. -Все средства против него хороши, главное - верить. -Рагата, не переживай, со мной сейчас все хорошо! Ну, не считая того, что я хочу разь@%ть все, что движется. Первый мат от Королера был как нельзя кстати. Значок черепа, считавшийся до этого лишь «администраторской услугой», означал режим боевой готовности для чрезвычайных ситуаций, вроде такой, если на персонажа нападет целая гора абстракций. Троица смела предполагать, что он и раньше был у всех персонажей, но Кейн решил спрятать эту функцию до «лучших времен». Времена эти, как было понятно, настали. Сам же Королер стоял в полном обмундировании, держа в руках полностью заряженный гранатомет. По его глубоким карманам были расфасованы сами гранаты, готовые к внезапной перезарядке основного орудия. Девушки смотрели на добродушного старика, который сейчас, ввиду ситуации, был настроен на решающий Цирковой погром. -Можете меня отпускать. Я полностью готов - фигура крепче сжала свое оружие. Помни и Рагата молча переглянулись и кивнули. Они поняли его намерения. -Мы, если что, будем сзади. В нашей-то ситуации командная работа будет как нельзя кстати. - шут подобрал свой автомат, и встал «главарю» толпы за спину. Как только Королер со своей компанией зашагал навстречу силуэту Джекса, Зубл и Гэнгл, из дома за спиной зайца начали слышаться очень странные, но громкие звуки. Трое стоявших вдалеке повернулись туда. И на их лицах можно было заметить самый пик эмоции удивления. Здание начало шататься, явно предзнаменуя что-то… ••• -…Добро пожаловать в Удивительный Цифровой Цирк! - дом начал орать на зайца нечеловеческим голосом, который он здесь еще не слышал. Стоявшие позади него подруги отошли практически в упор к забору, огорождавшему набережную и океан. Он же, учуяв неладное, встал в готовую позицию, крепче ухватившись за трость. Крыша дома полетела вверх от импульса изнутри. -Мои маленькие волчата, давайте же отправимся в наше последнее приключение! Вы же все этого хотите? Наконец-то себя обнажило то, что с ними говорило. Это…это было нечто. Груда знакомых лиц, распластавшихся по всей поверхности огромного тела во кровавом фраке смотрели горящими, как у абстракций, глазами. Там были все, кого когда-либо смог запомнить Джекс за все приключения, на которых он был: Пузырек, Гаммигу, Чад, Макс, Принцесса Лулилалу…и Авель. Возглавлял всю эту «группу» Божий Ангел в цилиндре - бывший трофей Барона Милденхолла, который сейчас явно не был намерен находить компромисс с персонажами. Заяц стоял практически на «низком старте» и рассматривал сей мешанину из знакомых лиц. Вдруг «Кейн» заорал тяжелым басом: -Почему же вы не улыбаетесь? Вам не нравится мое приключение? В ответ на это Джекс встал в позу «драки» и сквозь зубы произнес: -Не нравится. Эта фраза стала последней каплей. «Кейн» заорал еще больше, и ломая всю конструкцию здания, в котором он «родился», начал двигаться на встречу Джексу, явно намереваясь атаковать его. По его лицу вдруг пролетела граната. После, она взорвалась около его рта, сбивая его темп. Заяц повернулся, и увидел, как девочки, во главе с Королером, стреляли в огромного «Кейна» со всего, что смогли придумать в своей голове. Летели пули, гранаты, а во время их контратаки Зубл и Гэнгл забежали в клин шахматной фигуры в последний ряд. Джекс же остался стоять на своем месте. Он взмахнул тростью, вскидывая голову «Кейна» вверх. После он резко повернул палку налево, затем резко опустил его вниз. Голова титана провернула такой же вираж, в концовке стукнувшись об обглоданный абстракциями целый остаток дома. Он обмяк и остался в своем положении. Сначала Джекс оставался в позе готовности, ожидая, пока бывший конферансье встанет и продолжит драться. Но он не вставал. А на лице зайца начала медленно проявляться широкая улыбка. Прождав атаки еще минуту, он развернулся в сторону своих друзей. -Видели? Вы видели н@%уй? Кто еще так может? Он раскрыл руки, словно хотел всех пятерых взять в широчайшие объятия… ••• Помни улыбалась и смотрела влюбленными глазами, как довольный Джекс хотел прыгать от счастья осознавая, что с тираном покончено. Пока она боковым зрением не увидела, как большая белая голова медленно и тихо начала подниматься. Вдруг «Кейн» резко швырнул освободившейся левой рукой в сторону зайца. -Джекс, берегись! - Помни рванула сквозь друзей в его сторону, намереваясь его спасти. Ни он, не она не успели среагировать. Рука приложилась по его телу всем огромным весом, откидывая его глубоко в сторону улицы, которая полыхала от разъяренных абстракций…