Высокая любовь на низкой высоте

      Давина Клэр была лучшей стюардессой в «Mystic Airlines». Она была миниатюрной — настолько, что коллеги иногда подшучивали, будто ей нужны ходули, чтобы закрыть верхние полки для багажа. Но Давина лишь иронично вскидывала бровь, и полки, казалось, закрывались сами собой под силой её взгляда. Она была воплощением изящества: идеально отглаженная форма, собранные в аккуратный пучок каштановые волосы и улыбка, которая заставляла даже самых капризных пассажиров бизнес-класса забывать о том, что им не принесли любимый сорт миндаля.       А потом в её жизни появился Кол Майклсон.       Кол был новым пилотом, и о нем ходили легенды. Говорили, что он может посадить самолет в эпицентре торнадо, одновременно заигрывая с диспетчером. Он был неприлично высоким, вызывающе красивым и обладал состоянием, которое позволяло ему купить этот самый самолет, а не просто водить его. Но Кол обожал небо. И, как выяснилось в первый же день их совместного рейса, он обожал нарушать правила.       Их первая встреча произошла в узком проходе перед кабиной пилотов. Давина несла поднос с двойным эспрессо (черным, как душа её бывшего, — именно так попросил капитан). Кол в этот момент решил эффектно выйти из кабины, поправляя свои авиаторы.       Бах!       Давина врезалась в него, как маленькая, но очень решительная комета в огромную планету. Поднос опасно наклонился, и только чудо (и профессиональная ловкость Давины) спасло белоснежную рубашку Кола от кофейного пятна.       — Осторожнее, малютка, — усмехнулся Кол, подхватывая её за локоть. Его голос был бархатным, с легким британским акцентом, который заставлял стюардесс в радиусе пяти миль терять сознание. — Ты такая крошечная, что я тебя чуть не проглядел.       Давина выпрямилась, поправила пилотку и посмотрела на него снизу вверх. Очень сильно снизу вверх.       — Во-первых, я не «малютка», — отчеканила она. — А во-вторых, если пилот не видит объект прямо перед своим носом, я начинаю беспокоиться за безопасность нашего полета, капитан Майклсон.       Кол замер, заинтригованный. Обычно девушки краснели и хихикали, когда он дышал в их сторону. А эта… эта дюймовочка смотрела на него так, будто собиралась выписать ему штраф за парковку.       — Справедливо, — он ослепительно улыбнулся. — Как тебя зовут, сокровище?       — Для вас — мисс Клэр. И ваш кофе остывает.       Она проскользнула мимо него, задев его плечом. Кол проводил её взглядом, в котором читался опасный азарт. О, этот рейс обещал быть очень интересным.

***

      Весь полет Кол вел себя как влюбленный школьник, у которого внезапно появился доступ к громкой связи самолета.       — Дамы и господа, говорит ваш капитан, — вещал он в микрофон, пока Давина разносила напитки. — Мы находимся на высоте десяти тысяч метров, погода за бортом прекрасная, а в салоне эконом-класса работает самая красивая и сердитая стюардесса в мире. Мисс Клэр, если вы меня слышите, я все еще жду свой сахар.       Пассажиры начали оглядываться. Давина почувствовала, как её щеки заливает румянец. Она дошла до конца салона, схватила интерком и нажала кнопку связи с кабиной.       — Капитан Майклсон, — прошипела она. — Прекратите использовать систему оповещения для личных целей. Вы пугаете пассажиров. Они думают, что у нас бредит пилот.       — Я не брежу, Давина. Я просто пытаюсь привлечь внимание. Кстати, ты знала, что с этого ракурса из кабины облака похожи на сахарную вату? Прямо как твоя розовая помада.       Давина сбросила вызов. Она была в ярости. Но, проходя мимо зеркала в хвосте самолета, она вдруг поймала себя на том, что поправляет ту самую «розовую помаду» и непроизвольно улыбается.