Самоцветы ночи

Варка бежал после смены как угорелый, потому что безбожно опаздывал на день рождения Кли — дочери одной своей подруги, которая любила свою дочь превыше всего и которая могла в случае чего сделать так, что твой труп никто никогда не найдет и искать не будет. Он оглядывался по сторонам в попытке найти какое-то заведение, где можно будет купить захудалое пирожное, чтобы порадовать девчушку, но вокруг были одни заведения нездорового питания и питейные. В любой другой день Варка бы проверил каждый кабак, но не сегодня. И вот он вдруг увидел что-то похожее на кондитерскую с незатейливым названием «Самоцветы ночи». Варка спешно толкнул дверь и проморгался. В кондитерской было достаточно темно, и он не мог разглядеть ничего на витрине. — Вы ко мне? — спросил его кто-то, пока он пользовался моментом, чтобы отдышаться. — Мне нужен торт, — выпалил Варка. — Хотя бы пирожное. Для девочки. Некто усмехнулся и встал, и как будто света стало больше. Перед Варкой стоял статный мужчина чуть ниже, чем он сам, в белом фартуке и белой косынке, которая подбирала иссиня-фиолетовые волосы. — Сколько лет? — спросил он, заходя за прилавок и включая подсветку на витрине. Варка тут же прилип к ней и ткнул пальцами в самый красный из них. — Да не суть, во, вот этот, красный, заверните, — Варка очень торопился, а потому на светские беседы и рассусоливания у него не было времени. Мужчина напротив снова усмехнулся, но все же сделал так, как его просили, и назвал цену. Варка приложил карту не глядя, он уже мыслями был на дне рождения Кли. — Приятного аппетита и привет дочурке, — улыбнулся продавец, Варка побежал на выход, а потом в дверях вдруг развернулся и серьезно заявил: — Это не моя дочь, — и выбежал, оставляя продавца посмеиваться от комичности ситуации. К счастью, Варка успел вовремя и даже получил похвалу за очень красивый торт. Малышка Кли вовсю прыгала, обнимая свой новый красный мешок подарков, а Варка заливал в себя бокал пива, будто это вода. Очень хотелось пить, а теперь еще и вспоминался тот парень из кондитерской, его иссиня-фиолетовые волосы и добрая усмешка. Варка достал свой телефон, чтобы посмотреть уведомления с работы, и расширил глаза. Платеж за торт был отменен из-за недостатка средств. Некрасиво получилось. Варка схватил торт и убежал, не дождавшись подтверждения, а платеж в итоге не прошел. Надо будет зайти отдать деньги, а то не хочется оставлять за собой должок. Кли уплетала торт за обе щеки, Альбедо, Дурин и Алиса все наперебой хвалили Варку за такой потрясающий выбор. Алиса даже попросила дать ей номерок кондитерской, на что Варка сказал, что это секрет фирмы, и он теперь будет сам всегда покупать такой торт. Порадовав малышку Кли и ее большую семью, Варка наконец-то мог отправиться домой. Но сначала ему нужно было зайти в кондитерскую и вернуть должок. Мужчина был на месте, и на удивление вечером кондитерская играла совсем другими цветами. Здесь загорались гирлянды, на стенах Варка увидел несколько коллекций самоцветов в стеклянных рамках, и под ними конфеты, воссоздающие эти самые самоцветы. В кондитерской были люди, кое-кто даже сидел за столиками, которых тут было всего три, но тем не менее, они были. Кондитер перевел взгляд на него и его губы растянулись в странной усмешке. Варка не понял, что она означала, но все же примирительно выставил руки. — Честное слово, я не специально, — выпалил он сразу. — Я потом уже увидел и вот, пришел вернуть долг. — Я еще ничего не сказал, — усмехнулся парень, и взгляд Варки упал на его бейджик. На нем было написано «Флинс». — А вас как зовут? — он заметил взгляд и решил перейти в наступление. — А то, боюсь, я запомню вас только как «очень спешащий мужчина с недостатком средств». Варка почувствовал, как у него горят уши, но не отпрянул, а гордо выпалил: — Меня зовут Варка. И я пришел исправить досадное недоразумение, — он протянул из кошелька наличные, которых должно было хватить с лихвой, чтобы покрыть торт. Флинс наличные принял, пересчитал и отдал сдачу. — Приходите к нам еще, господин Варка, — кивнул он. Варка хотел было сказать «да я сюда больше ни ногой», но прикусил язык. Он кивнул и напоследок только сказал: — Торт был охренительный. И это был самый лучший комплимент, на который он способен. На следующий день Варка проснулся с утра и пошел в тренажерный зал. Зал ему нужен был для поддержания себя в форме, но в этот раз ему нужно было еще согнать нажранные вчера калории от торта. Калории от пива он не считал, пиво все равно, что вода, а вот от торта его пресс мог пострадать. И наконец сделав весь свой комплекс по сбросу калорий, восстановив силы и будучи готов к новому рабочему дню, он вышел из дома и пошел в сторону работы, снова зацепившись глазом за вывеску «Самоцветы ночи». Какой вообще дурак так назовет кондитерскую? Хуже было бы только «Кладбище ночи» назвать. Не запоминается же совсем. Варка фыркнул. Но он не мог не признать, что как минимум мужчина из кондитерской ему запомнился. И даже в какой-то мере импонировал. И Варке все еще было неловко за случай с картой. Он решил еще пару дней позаглаживать свою вину хотя бы перед самим собой, и купить у того еще пару тортиков или пирожных. Куда он их будет девать, вопрос открытый, но если что у него на работе было полно подчиненных, им раздаст. И вот он все-таки остановился перед дверью кондитерской, думая, зайти сейчас или после работы, как его окликнули: — О, господин Варка! Мужчина обернулся на голос и увидел знакомые волосы. Оказалось, они были длиннее, чем казалось на первый взгляд, и Флинс на работе прятал их куда-то под косынку. Сейчас он был в темной футболке с фонарем и черных джинсах. — Господин Флинс, — поприветствовал он. — Вы сегодня не работаете? — Почему же? — Флинс вытащил ключи и помахал ими в воздухе. — Совсем наоборот, как раз пришел к открытию. Вы что-то еще вчера забыли? Я вроде не заметил ничего такого. — Нет, я решил купить у вас несколько пирожных для своих подчиненных. Подумал, что будет неплохо их порадовать и поднять боевой дух. Флинс снова пустил на свои губы полуулыбку. — Вы не только прекрасный отец, но еще и очень щедрый начальник. Варка почесал голову, вздыхая. — Я же говорил, это не моя дочь. Я не женат и детей у меня нет. — О, я подумал, вы это просто так сказали. — Я ничего не говорю просто так, — возмутился Варка. — Что ж, теперь буду знать, — кивнул ему Флинс. — Какие у вас подчиненные и сколько их? Я к сожалению не могу предложить ничего свежего, просто не успею напечь, но есть у меня наборы из имбирных печений и конфет-самоцветов, которые могут храниться достаточно долго. — Давай максимальный набор, который есть, — Варка сам не заметил, как перешел на ты, но почему-то ему так нравилось даже больше. И атмосфера в полумраке кондитерской располагала. Флинс порылся за прилавком, включил кассу и вытащил набор, где было несколько симпатичных печенек в форме фонарей и конфет-самоцветов всех цветов и форм. — Пойдет, беру, — кивнул Варка. Флинс назвал сумму, рассчитал его, — на этот раз Варка дождался уведомления об оплате, — и они распрощались. В целом на этом совесть Варки должна была быть чиста. Он очистил свое доброе имя, сделал кондитеру выручку и мог забыть путь туда как страшный сон, но все же… На следующий день он снова оказался там, на этот раз уже после работы. Флинс скучающе сидел за прилавком, что-то рассматривая в телефоне, и когда увидел гостя, кивнул, не суетясь, а в какой-то степени даже грациозно, — насколько это было возможно, — выдергивая наушники и убирая телефон. — Не ожидал увидеть вас сегодня. — А я такой, неожиданный, — хмыкнул Варка. — Решил отметить день фонарного столба, что посоветуешь? Флинс взглянул на него скептически, но все же ничего не сказал в ответ, лишь показал на свои печенья в форме фонарей. — Могу предложить на такую тематику только это. Кстати, как коллеги? Оценили вашу щедрость? — Разумеется, — фыркнул Варка, решая умолчать, как Лиза весь день ехидно перешептывалась с Кейей на предмет того, что Варка в кого-то влюбился. Спасала его благодетельная Джинн, которая, несмотря на отношения с Лизой, могла вовремя ее урезонить. Варка чуть было не упрекнул Лизу в отместку за распивание чаев в рабочее время, но все же смог себя пересилить и ничего не говорить. В конце концов, она всегда так работала, 80% времени пила чай, и только 20% работала, но по известной поговорке 20% работы дают 80% результата. Или как-то там по-другому было, но Варка запомнил только 20 и 80 и теперь все приводил к ним. Он тряхнул головой, снимая наваждение, пока Флинс складывал его покупки в пакет, а потом вдруг ляпнул: — Не хочешь со мной выпить? Флинс замер и на пару секунд опешил. Он смотрел на Варку, а Варка смотрел на него. — Возможно, — протянул он, таки возвращая себе самообладание и протягивая пакет мужчине. — Но не сегодня. Когда вы свободны? — Завтра у меня дежурство, — подумал Варка вслух. — Как насчет воскресенья? — В воскресенье у меня будет стажер, — покачал парень головой. — Студент решил устроиться ко мне на неполный день. Давайте на следующей неделе. — Хорошо, — кивнул Варка, подавляя в себе разочарование. — Буду ждать. — Приходите еще, — кивнул Флинс, и Варка ответил: — Обязательно. Придя домой, Варка загуглил праздники на всю неделю, и всю неделю ходил отмечать самые странные праздники в кондитерскую. Пора было признаться: ему и правда понравился Флинс. Из-за этого парня Варка каждый день жрал сладкое, и потом каждый день делал двойную норму на тренажерах, сгоняя лишние калории. И потом вечером иногда делал двойную норму мастурбации, сначала представляя себе этого парня, а потом спешно пытаясь прикрыть все журналами и роликами с большегрудыми девицами. Но все же Варка долго врать себе не мог: он признал свое влечение к мужчине. В конце концов, у него в отделе натуралов-то почти нет, Кейя открытый гей, Лиза давно замужем за Джинн, Эола жила с Эмбер, из всех только Мика ходил что называется «в девках», но он был слишком мал еще для отношений. Даже его названный сын Рейзор, и тот был влюблен в невезучего мальчишку, живущего этажом выше. Настало новое воскресенье. Варка всю неделю видел Флинса в компании светловолосого мальчишки, судя по всему того самого студента-стажера, и ему уже не терпелось узнать ответ мужчины на его приглашение. Сегодня он пошел туда с твердым намерением получить или согласие, или отказ. Он даже задумал загуглить праздник, но и не понадобилось. Стоило ему войти, как Флинс, уже полностью одетый, встал. — Вот и мой спутник. Оставляю тебя одного на два часа, потом приду и обсудим. Пацан кивнул, громко крикнул «Хорошего вам вечера!», а Варка даже подумать не успел, как Кирилл взял его под локоть и вывел из кондитерской. — Во «Флагман»? — улыбнулся он, и Варка тоже широко улыбнулся в ответ: — Во «Флагман». *** Во Флагмане вечером воскресенья было тихо и спокойно, возможно, потому что мало кто решался выпивать перед рабочим днем, но Варке во-первых это никогда не мешало, а во-вторых, у него понедельник был выходной. Флинса тоже мало что смущало, он заказал себе большую кружку пива. — Тебе еще работать идти и за юнцом проверять, — напомнил Варка. В ответ на что Флинс молча улыбнулся и осушил одним глотком четверть бокала. — Пиво оно как вода, — развел он руками. — Горлышко промочить. Варка в очередной раз понял: он влюбился. Эту мысль он сопроводил еще несколькими глотками пива, и так неторопливо за каким-то разговором обо всем и ни о чем прошло два часа. Флинс достал телефон из кармана и вздохнул: — Я бы с удовольствием посидел с тобой еще, но мне пора возвращаться. Иллуги еще не совсем опытен, за ним нужно перепроверять. В его глазах не было ни капли опьянения, будто они не выпили пять литров на двоих. Впрочем, Варка тоже был еще трезв. — Я тебя провожу. Они шли в свете вечерних фонарей, и Варка заметил, что Флинс потирает ладони. Недолго думая, он забрал одну его ладонь в свою и понял, насколько же он сам горячий. Флинс посмотрел на него и улыбнулся, руку не вынимая. Так они дошли до кондитерской, но Варка не хотел его отпускать. Он хотел взять от этого вечера все. Он не мог насытиться мужчиной, тот его пленил, с ним хотелось провести всю ночь напролет, даже если они будут просто болтать и смотреть фильмы. Когда Варка всмотрелся в его лицо, то понял, что на самом деле Флинс не улыбается губами. Он имел редкий талант улыбаться голосом. Он говорил так, что воображение само дорисовывало улыбку на тонких губах. — Когда тебе закрываться? — спросил Варка, когда Флинс открыл дверь кондитерской. — Через час, — ответил парень, немного беспокойно поглядывая внутрь, где был небольшой ажиотаж. — Я зайду через час, — кивнул Варка и развернулся, уходя к своей квартире, чтобы немного прибраться. Он был намерен сегодня затащить Флинса к себе, и если тот согласится, то нужно было все подготовить. В назначенное время Варка подошел к кондитерской, выдыхая облачко пара. В небе висела полная луна, освещая его путь и будто бы давая свое благословение. — Богиня Луны, если ты существуешь, благослови мой сегодняшний план, — проговорил Варка тихо, даже сам не думая, что делает. Кондитерская еще была открыта, он видел, как Флинс внутри собирает вещи и вытирает пыль. — Вот так вот, — раздался пьяный голос неподалеку. — У тебя друг-Бог, а ты просишь благословения у какой-то Богини Луны. — Венти, — поприветствовал Варка. — И Далия, — заметив второй силуэт, кивнул он. — Идете с тайной вечери? — не удержался он от подколки. — О, это была прекрасная вечеря, — кивнул паренек с косичками, названный Венти. — Мне сделали стоооолько подношений, я столько в жизни не пробовал. А ты чего тут торчишь? «Флагман» же дальше. — Я жду своего партнера. — Ого! — Венти аж воспрял духом. — Да ты никак влюбился, друг мой сердечный. Я обязательно напишу об этом балладу! Как рыцарь Бореалис пал под красотой мистического ратника, и как фонарь светоносца осветил сердце магистра! — Как обычно сочиняешь невообразимые сюжеты, — похлопал Варка его по плечу. — Но я приду послушать обязательно. — Я тоже приду послушать, — Флинс бесшумно закрыл дверь кондитерской и кивнул знакомым Варки. — Уж очень интересный сюжет. — Забились! Тогда приходите в церковь Фавония, я вас еще и обвенчать могу! — Венти, — осадил его Далия. — Не всем брачующимся нужно венчание, тем более в церкви Фавония. — Ну уж нет уж, — запротестовал Венти. — Это же Варка, я обязан его обвенчать и быть главным бардом на его свадьбе! Варка заливисто захохотал. — Договорились, дружище, мне твоя идея по душе. — Не думаю, что против этой затеи, — снова этим своим улыбчивым тоном сказал Флинс, и Варка обернулся. Его щеки покрылись легким румянцем, который скрыла ночная тьма. — Но все же я бы хотел сначала пройти несколько свиданий с господином Варкой, и, если вы позволите, мы отправимся на одно из них. — Именем Барбатоса я вас благословляю! — крикнул парень с косичками, и ушел, ведомый своим спутником. Когда они скрылись из виду, Варка выдохнул. — Извини, он иногда говорит всякое, и чтобы он поскорее отстал, нужно ему поддакнуть. — Это я сразу понял. Но все же не каждый способен напиться до такой степени, чтобы провозглашать себя Барбатосом, — Флинс искоса посмотрел на Варку, ожидая объяснений. — Он и есть Барбатос, — серьезно сказал тот, давая понять, что это не пьяные бредни. — Как бы это ни было невероятно, но это факт. — Что ж, это многое объясняет, — кивнул Флинс. — Работать Богом еще труднее, чем работать в кондитерской без выходных. — И все? И ты не будешь ничего спрашивать? Типа это же Бог, в него куча людей верит, а он пьяный расхаживает тут и орет, кто он. — Если хочешь что-то спрятать, положи на самое видное место, — загадочно сказал Флинс. — Богу нужно во всеуслышание говорить, что он Бог, и ему никто не поверит. Все правильно делает твой друг. — Как будто ты эксперт по части хранения секретов, — фыркнул Варка, но, наткнувшись на серьезный взгляд кондитера, тоже посерьезнел. — Я хотел пригласить тебя к себе домой выпить еще пива. У меня, кажется, еще завалялась бутылка вина из одуванчиков, и еще что-то помимо пива. Всегда можем купить что-то в магазине. — Звучит заманчиво, — кивнул Флинс, и они пошли в сторону квартиры Варки. — Как твой стажер сегодня? — На удивление он справился на отлично. Буду давать ему больше времени одному, как будто он работает лучше, чем в моем присутствии. — Ну да, тебе тоже надо когда-то отдыхать. — Я этим сейчас и занимаюсь. Флинс скользнул своей ладонью в ладонь Варки, беря за руку. Варка сжал свою ладонь, чтобы показать, что он рад этому жесту. Они зашли в какой-то магазин, купили выпивки и закусок, а потом поднялись в квартиру Варки. Тот открыл дверь и порадовался, что прибрался перед приходом гостя. И вдвойне порадовался, что все шло так, как он себе навоображал. Флинс подошел к широкому и большому окну, глядя на раскинувшийся внизу город. — Я дезертир из Снежной. Варка едва не уронил бутылку Пламенной воды, что было довольно символично, ведь это самый главный знак Снежной после злодеев-Фатуи. — Ну, — протянул он, — всякое бывает. Я не осуждаю. — Я скрываюсь от властей достаточно длительное время. Мне намного больше, чем я выгляжу. — Используешь крем против морщин? — попытался отшутиться Варка. Флинс улыбнулся в ответ. — Увы, морщины у меня все же имеются. От них не спасает даже массаж лица. — И сколько же тебе сотен лет, дорогой мой друг? — спросил Варка. — Где-то лет семьсот, — прикинул Флинс, а потом они оба рассмеялись. Возможно, в других мирах такое бы и могло быть, например, в той балладе, которую придумал Венти про магистра и ратника, но в этом мире люди редко доживали до сотни лет, а нелюдей не существовало. Даже тот же Венти был Богом лишь на словах, играл роль Барбатоса для страждущих, когда они хотели взглянуть на плод своего воображения во плоти, а по факту был пьяницей-бардом, который всего лишь был очень похож на нарисованный на фресках храма образ. — На самом деле мне 44, — кивнул Флинс. — Меня зовут Кирилл Чудомирович. Это мое имя из Снежной. Здесь я так не представляюсь, все зовут меня Флинс. Меня устраивает, да и всем там проще. — Ки… Кирилл, — произнес Варка. — Чо-да-мы… нет, не могу, повтори еще раз. — Не нужно, — отмахнулся Флинс. — Меня по отчеству лет двадцать не звали, и не хочу даже вспоминать. Сказал тебе, потому что хочу, чтоб ты знал. Варка кивнул, а потом все же отставил все бутылки и подошел к Кириллу — имя все же было очень красивым — сзади и обнял. Флинс был ненамного ниже его, но их разница в росте была очень комфортной. Флинс повернул голову, глядя за плечо на Варку. Варка смотрел ему в глаза, а потом их толкнуло друг к другу, и они разделили свой первый поцелуй. Он был легким и ненавязчивым, но Варка бы никогда не спутал его губы с девичьими. У его партнера были обветренные и покусанные тонкие губы, и их было чертовски приятно целовать. Когда они расцепились, Варка чувствовал, как колотится его сердце. — Можно поцеловать тебя еще раз? — спросил он шепотом. — В прошлый раз тебе не требовалось мое разрешение. Но я разрешаю. И Кирилл развернулся в его объятиях, положил свои ладони на щеки Варки и притянул его к себе, целуя снова. Голову кружило от их близости, алкоголь даже близко не давал такого эффекта. Флинс запустил свой язык внутрь, и Варка крепко прижал того к себе за талию, задирая футболку и засовывая руки под нее. Они медленно целовались, и Варка потянул футболку еще выше, намереваясь ее снять, и Флинс поддержал его эстафету, расстегивая на нем пуговицы рубашки. Они разорвали поцелуй, сталкиваясь лбами и выдыхая друг другу в лица. — Если честно, у меня не было таких намерений, — признался Варка. — А у меня были, — отозвался Флинс. — Мы ведь люди взрослые, чего тянуть? Оба знаем, к чему все придет. — Ты прав, — кивнул мужчина и сорвал с себя рубашку. Флинс тоже стянул с себя футболку, под которой была еще одна майка, потом тут же стянул с себя штаны и остался в одном белье. Варка последовал его примеру, обнажая свое тело, испещренное шрамами — издержки работы полицейским. Флинс с интересом провел по каждому из крупных и особо выделяющихся, Варка схватил его руку и завел к себе за шею. — Предлагаю переместиться на кровать. — Можно на диван, — парировал Флинс. — Он ближе. Спорить не хотелось, да и не было смысла, Флинс был прав. Варка уселся на диван, поправляя член в трусах, а Кирилл стянул с себя белье, обнажая свой тоже эрегированный орган, который немного покачнулся, но Кирилл быстро взял его в руку. — Ты будешь стоять или, может быть, присядешь? — хрипло произнес Варка, тоже стягивая трусы и взглядом изучая своего партнера. Несмотря на разницу в возрасте, Кирилл не выглядел на сорок с лишним лет. Варка бы с трудом дал даже тридцать. То ли из-за того, что Флинс бывший военный, то ли он просто вел здоровый образ жизни и питался не одними тортиками, за телом он явно следил, хоть и тщательно это скрывал за слоями одежды. — Ты красивый, — шепнул Варка, когда Кирилл сел к нему на колени сверху, обхватывая ладонью оба их члена. — А ты изумительный, — ответил ему Флинс, толкаясь в руку. Варка чуть хрипло застонал — ему нравилось ощущение чужого тела сверху, которое двигалось на нем. Он представил, как Кирилл примет его член в себя и будет также двигаться сверху, как вдруг кончил, заливая спермой собственную ладонь и ладонь Кирилла. — Я тебя понимаю, — кивнул Флинс и прижался к нему в поцелуе. Варка на него ответил, прижимая мужчину к себе, он пробежался пальцами по обнаженной спине сверху вниз и приставил палец к анусу, лишь поддразнивая, обводя дырочку, но не совершая даже малейшего нажатия. Впрочем, этого хватило, чтобы Кирилл тоже кончил ему в руку. Они отдышались, после чего Варка достал пачку салфеток, стоящих на столе, — за что получил беззлобную шутку, — и вытерлись, садясь на диван и доставая еще по бутылочке пива. Им было хорошо сидеть вот так вместе обнаженными. Варка врубил телевизор на каком-то дебильном сериале и вырубился. Чуть позже рядом отключился и Флинс. Ночью они оба все же перебрались в кровать, потому что у обоих затекла шея. *** А уже через год Кирилл Чудомирович Флинс стал мужем Варки, и торт для их свадьбы он делал своими руками с помощью Иллуги. А Венти устроил настоящий фурор, таки исполнив балладу про ратника, что осветил фонарем сердце магистра ордена рыцарей.