Just friends? No, thanks

      Поднимаясь вверх по лестнице и представляя как они сейчас будут претворять свой план в жизнь, все ещё держа в голове слова, сказанные Уиллом на вопле, Майк решил остановиться на одном из мест, где можно было передохнуть, забираясь на вышку.       Пора прекратить лгать самому себе и сказать то, что будет действительно правдой, не скрываясь и не убегая, он слишком долго был жалким трусом.       Облокотившись на перила стоя рядом с Байерсом, парень вздохнул, подтверждая для себя начало разговора.       — Слушай, Уилл.       — Да?       Тот уставился на него своим, не понятно что излучающим в данный момент, взглядом.       Очевидно, что там был страх, но только ли он? Уилер настолько привык к его такому взгляду и огоньку в глазах, что перестал понимать почему на него смотрят так. Что это может значить?       — Я хотел сказать... Прости меня. Я был таким придурком, что не замечал тебя, то, как ты живёшь. Я был слишком занят собой и... — На этом моменте он как будто задумался, но на самом деле слова просто застряли в его горле. — Меня не было рядом. Я не понимал, насколько нужен тебе. И насколько ты мне нужен.       Только после окончания своей короткой, но пронзительной речи, Майк понял, что не сказал то, что хотел, те самые слова, которые Уилл должен был услышать прямо сейчас, не смогли вырваться из уст. И осознание того, что он, возможно, больше никогда не сможет осмелиться на подобный разговор, пугало.       — Все нормально, Майк. Никакой ты не придурок. Я ведь и сам себя не понимал, но теперь... Теперь, я понял кто я, смог принять это и чувствую себя таким свободным, — уголки губ дрогнули в улыбке, но его голос дрожал, как будто от волнения. — Самое главное, что ты не отвернулся от меня и все ещё хочешь быть моим другом.       На последнем слове голос явно дрогнул, полностью выдавая волнение собеседника.       Во время каминг-аута, когда Байерс говорил про влюбленность в кое кого... Он так смотрел на Майка, что у того появилась некая надежда на какое то развитие их отношений не только в ветвь дружбы.       И потому, услышав слова про друга, Уилер спохватился и случайно с практически нескрываемым негодованием выдал:       — Друзья?       Уилл замер, ожидая продолжения. Его лицо было полно надежды и, кажется, в глазах застыли наступающие слезы. В голове одна мысль перебивала другую, но тема была одна: неужто он понял что-то там, на вопле?       А Майк тем временем сам удивился такому резкому всплеску, но сразу понял причину своей такой бурной реакции.       Уилл думает, что он хочет быть его другом. Нет, конечно хочется быть с ним рядом, но не как друг, только не снова.       Ведь если тогда, во время признания, он говорил именно о нем, Уиллер непременно должен что-то предпринять.       А что насчёт картины, которую Уилл нарисовал дня него... Майк увидел целую массу несостыковок. Последней каплей стало то, что когда он спросил у Оди про картину, она сказала, что ничего о ней не знает.       Освежив в памяти воспоминания об этой маленькой оплошности, всякие сомнения сразу ушли на второй план.       — Нет... — Спокойно помотал головой. — Не друзья.       И прежде чем Уилл успел расстроиться или подумать о разрыве их отношений, рука Майка коснулась его руки, лежащей на перилах.       Он осторожно накрыл руку Уилла своей, строго наблюдая за реакцией. Ведь если все его размышления окажутся ошибочными и тот ничего к нему не чувствует, Уиллер окажется полнейшим идиотом.       Но его лицо было нечитаемым. Не понятно, то ли он хотел поскорее дёрнуть руку назад, то ли вцепиться в неё и не отпускать.       Сплошное удивление и страх, но уже не тот, который предвкушал дальнейшую операцию по спасению мира. А страх за то, что происходит именно сейчас. Именно этот разговор, который начал Майк, напугал его.       — Я не хочу быть друзьями.       Уилер уже увереннек сжал руку Уилла, пока тот продолжал стоять неподвижно, просто наблюдая за ним в ожидании дальнейших слов, изредка поглядывая на руку.       — Парни, вы как, идёте?       Практически непринуждённо спросил Лукас, также остановившийся на минутный отдых.       Майк как ошпареный одернул руку и взялся за шею, имитируя поглаживание.       — Да! Да... Идём. Все в порядке, Лукас.       Наконец, Байерс шевельнулся, опуская голову вниз в попытке спрятать скатившуюся слезу. второй рукой он провел по тыльной стороне ладони, по тому месту, где Майк касался его, возможно, последний раз. Так сейчас думалось ему.       Стоило Лукасу уйти дальше, наверх, Майк продолжил то, что собирался сказать, увидев как Уилл уже успел разочароваться. Все же он чувствовал себя таким придурком.       — Нет, нет нет, Уилл, слышишь? иди сюда, — он притянул его в объятия и тот позволил своим плечам дрогнуть, начав плакать. — Я совсем не это хотел сказать.       Уилл отстранился и посмотрел ему в глаза, а Майк, не зная как ещё сказать о своих чувствах, неожиданно коснулся его губ своими, надеясь, что именно это сможет все объяснить, все до единого слова, до единой мысли, что жалко крутятся у него в голове. Все то, что он никогда бы не смог произнести без страха, потому что ужасный трус и никакие демагорогоны и даже Векна не напугал бы его так сильно.       Его губы были сухими, но мягкими и такими, блять, родными. В своих мыслях Майк целовал их уже тысячи раз и, на удивление, ни одна из этих фантазий не смогла бы сравниться с реальностью.       Уилл не успел опомниться и понять, что произошло, как Майк уже отстранился.       — Я не хочу быть тебе другом, потому что... — Какой же он слабак. — Сойдем с ума вместе, помнишь? Я хочу сойти с ума вместе с тобой, ты сводишь меня с ума, Уилл.       Эти фразы звучали быстро, отчаянно и нервно, как будто все уже потеряно и он стоит здесь, пытается что-то доказать, словно оправдаться.       А ведь нужно всего лишь сказать три простых слова. И он это понимает, но...       — Майк, я не понимаю, а как же Оди? — Первое о чем подумал Уилл, о своей сестре, Одиннадцать.       Нельзя не сказать, что этот вопрос ввёл парня в ступор. Очередная тема для размышлений. Вроде все ведь для себя решил, почему не подумал об этом? Идиот.       Почему вообще отношения и чувства это настолько тяжело? почему нельзя просто быть с тем, с кем хочется, вот сейчас просто взять Уилла за руку и не идти на верную... смерть.       А вдруг, кто то из них погибнет? Майк, Уилл или Оди... Как же отвратительно думать об этом.       Уилер не нашёл в себе ответа на вопрос, поэтому с приоткрытым ртом молча смотрел Уиллу в лицо.       — Я...       — Майк, я знаю, что ты пытаешься сделать как лучше, но не надо. То, что мне не нравятся девушки, это не значит, что я жалкий или что-то в этом роде, не надо.       С этой фразой он вытер глаза рукавом и продолжил лезть наверх, вслед за Лукасом, который уже совершенно точно был наверху. Оставив при этом Майка в тяжёлых раздумьях.       Что делать с Оди? Как не навредить её чувствам, но при этом быть счастливым рядом с Уиллом?       Ну уж нет, сегодня или никогда. Он не позволит себе так просто все снова бросить на самотёк.