Сэлфхарм

— Ну и, кароче, на той работе с меня снимали каждую неделю по 4200 ещё и за чай. — За печеньки всякие? — Не, типа, за чайные пакетики. — Работодатель реально брал у тебя деньги за чай? — Ну да, вроде как, нечестно, что я больше всех выпивал. Мог десять пакетиков за смену, а если нервный денёк, то и все двадцать. А это, считай, целая упаковка. Намгю сидел, подтянув колени к груди, втыкал в телефон и вообще не мог понять, какого хрена происходящее на экране удерживало его внимание уже полчаса. Видос скинул бармен с его клуба. Интервью. Чувак на видео, какой-то рэпер с крашеной башкой, явно был на приколе. Намгю от его подколов просто плавило, и это было как раз то, что нужно. Вопрос интервьюера прервался вставкой из недавно прошедшего рэп батла, где этот самый придурок с фиолетовыми волосами, похоже, закапывал оппонента. Типа, словесно. До Намгю не доходило и половины смысловой нагрузки звучавшего текста, но, походу, на такую фигню было тупо легко залипнуть даже не под кайфом. «Бля, мне позарез надо к Тэену», — его соседу по хате и, по непонятному стечению обстоятельств, бойфренду было явно не до залипалова. Джихун вышагивал по комнате, весь нервный. «Ага», — отвлеченно кивнул Намгю. Ему не хотелось всей этой суеты. Вставка закончилась, и упомянутый придурок с фиолетовыми волосами начал отвечать на вопрос. Намгю очень старался не слушать нудеж Джихуна и пристально всматривался в экран. — В твоих треках нет никакого смысла. Почему? — Во всем есть смысл, бро. — Ты читаешь про женщин, деньги и известность. — Блять, потому что я трахаю женщин, трачу деньги и имею ебанную известность. В узких кругах or whatever. Парень посмеялся и глотнул пива. Он сидел все это время, вальяжно развалившись на кресле, всем видом показывая несерьезное отношение к происходящему. Словно ему вообще на все в этой жизни было до пизды. — На батле ты явно показал, что способен на реально классные вещи в плане текста. Толпа скандировала твое имя. И тут возникает диссонанс. Почему твоя музыка такое говно? — Блять, моя музыка охуенная, просто тебе нравится говно. — Со мной согласятся тысячи, десятки тысяч людей. — Значит десятки тысяч людей любят говно. А ты просто ебанный мудак. — Объясни, почему? — Хер знает, потому что тебя волнуют вещи, которые волнуют мудаков: кто кого в жопу выебал или сколько у кого денег в кармане, а искусство тебя не волнует. Поэтому ты не понимаешь моих треков, затираешь про то, какие смыслы правильные, а какие нет. Мне кажется, ты мудак, бро. «Пошли, блять!» Намгю проигнорировал крик. Ему хотелось, чтоб от него отстали нахуй и дали досмотреть видео. Ему был интересно, потому что, кажется, фиолетовый парень реально разбирался, что к чему. Тема в видео зашла за социальные проблемы, и Намгю понял, что они с этим парнем явно оба подходят под описание тупиковой ветки в развитии общества. Рэпер корчил из себя не пойми что, но Намгю все сразу стало ясно. Рыбак рыбака видит издалека, сука. — А что ты посоветуешь людям, которые чем-то недовольны в своей жизни? — Бро, если тебя че-то не устраивает, возьми себе ксанекса или, там, чего пожестче. Сразу забудешь о ссыкливом недовольстве. — А если они на здоровом образе жизни? —Бля, тогда все сложнее. Надо подумать. На выжидающий вид интервьюера парень сделал очередной глоток пива, а потом беззаботно пожал плечами. — А я понятия не имею, всегда выбираю первый вариант. «Мне нужно идти, прямо щас, сука!» — наконец заорал Джихун, и Намгю свернул вкладку на телефоне, со вздохом поднимая глаза в потолок. «Ладно! Только завали, ради бога, завали! Почему ты всегда ебешь мне мозг так не вовремя». На самом деле, он и сам уже чувствовал собственные симптомы. «Ты, блять, будешь мне затирать про еблю мозгов? Да это должно быть твое ебанное погоняло — Нам-Я ебу мозги по любой хуйне-Гю! Я на кумарах, а моя сука спецом тянет время, минуту за минутой, блять!» — он подскочил, подходя к двери, и кинул худи прямо в Намгю, не оборачиваясь и выходя в подъезд. «Я не твоя сука! Я тебе уже говорил, продолжишь меня так называть и до конца жизни будешь ебать только свою руку, уебок!» Угроза была скорее для красного словца, чем имела реальный смысл. Все знали, что чем чаще пускаешь по вене, тем реже встает хуй. Намгю уже спускался по лестнице, перешагивая через спящего алкаша на первом этаже и только сейчас вызывая такси. На это тоже уйдет куча бабла, а все потому, что кто-то не может чуть перетерпеть и потолкаться в общественном транспорте. И теперь они будут пару минут стоять на улице, райончик у них и так не из приятных, а с наступающим ознобом от ломки это все начинает напоминать натуральный ад. Все эти, казалось бы, незначительные по отдельности детали в перспективе складывались в картину тотального заеба, но объяснить это другому человеку было просто невозможно, если тебе, конечно, не хотелось выглядеть в его глазах напрочь сумасшедшим мелочным уебаном. Он только вышел из подъезда, как заметил, что Джихун уже залупился с какими-то придурками. Намгю подумал, что ему конкретно не хватало спокойствия. Хотя бы ебанный час без триггеров для его и так нестабильной менталки. Ему уже заранее очень хотелось послать эту кучку гопарей, но на этот раз решил сдержаться, потому что такие выкрутасы всегда для него плохо заканчивались. Так что он просто оттянул Джихуна под локоть в сторону, говоря ему прекратить нарываться. «Послушай свою телку, хуйло», — небрежно бросил один из парней, скорчив лицо с напускной брезгливостью. «Слышь, ты, я не ебанный пидорас, сука!» Намгю мысленно выругался. Теперь они точно в дерьме. У Джихуна была не поддающаяся пониманию установка о том, кто может воспринимать его как пидора, а кто нет. А ещё у него были просто охуенно огромные проблемы с агрессией, которые начались после мета и не ушли даже спустя пару лет после того, как он перестал его употреблять. Спасительное такси подъехало неожиданно быстро, и Намгю поскорее утянул Джихуна в салон, захлопывая дверь и вдогонку получая плевок в стекло автомобиля от разозленной гопоты. «Хуевой дороги, ублюдки!» — успел напоследок крикнуть Джихун в приоткрытое окно. Водила грозно глянул на них, но наверняка был и так знаком с местным контингентом, раз работал на этом районе, и не сказал им не слова. Джихун назвал ему адрес, откликнувшись на сиденье и широко раскрыв глаза. Его мысли о дозе явно приглушали все остальное, он нервно перебирал пальцами. «Какого хрена ты творишь! Вечно тебе надо полезть в залупу, нихрена не думаешь наперед!» — Намгю теперь был конкретно взбешен, потому что обычно в таких ситуациях оказывался из-за своего длинного языка, а не чужого проеба. «Хули ты орёшь? Нихрена не случилось». «А ты не понимаешь, чё ты натворил? В следующий раз, когда кто-нибудь из нас будет возвращаться домой под кайфом, эти кончелыги отпиздят его. Ты же знаешь, что я не могу драться, даже если моя ебучая жизнь зависет от этого. Ты просто гандон». Его уже не слушали. Ну и хуй с ним. Намгю решил, что ломка справляется с работой по вызыванию страданий у Джихуна куда лучше. Видимо эти страдания были так сильны, что даже старый добрый вынос мозга не мог их усилить. Обычно его слова выводят любого из себя в два счета. Доехали они быстро. Поднимаясь по лестнице, Намгю почувствовал первые приступы судорог, и за тот короткий промежуток времени, пока они добирались до последнего этажа, Джихун тупо перестал существовать для него. Он был просто препятствием между ним и наркотой, потому что Джихуну было куда более хуево, и поднимался он медленнее, задерживая долгожданный приход. Теперь они оба не говорили ни слова, потому что слова будто растягивали и так долго тянущиеся секунды времени. Тэен открыл им почти сразу, он был уже на веселе, и один его вид наводил невыносимую тоску. Всякие придурки под кайфом всегда слишком поглощены собственным блаженством, и на остальных им глубоко поебать. В этом и был смысл наркоты — на все становилось похуй. Намгю не мог дождаться. Тэена они знали со школы, он барыжил в основном опиатами и справлялся с этим очень неплохо. Они хоть и не дружили по-настоящему, но, самое главное, Тэен не был в край ебнутым и не разыгрывал из себя босса мафии, хотя торчал он ровно столько, сколько Намгю вообще помнил его. В хате была ещё парочка человек, а варила в этот раз девчонка, которую Намгю уже пару раз видел тут. Один из парней стоял у окна, беспокойно вглядываясь в окружавшую дом зеленуху. Кто-то включил совершенно непотребную в данных обстоятельствах музыку — бьющий по ушам дерьмовый фонк. Это было уже чересчур. «Не заебывай, Тэен!» — крикнул Джихун, подползая поближе к девчонке и завороженно глядя на содержимое ложки, которую она нагревала над зажигалкой. Выглядел он довольно жалко, и музыку всё-таки сменили, а Тэен начал пританцовывать, хихикая про себя. Затем он наклонился и чмокнул Джихуна в щеку. «Пошел нахуй, пидорас!»— тот отмахнулся от него. «От пидораса слышу». Все, кто уже был под кайфом, заржали, и Намгю, может, тоже посмеялся бы, если б не чувствовал расщепление каждой косточки своего тела прямо сейчас. Он не отводил взгляда от иглы, пока вещество уходило из шприца, а потом резко повернулся к девчонке, ожидая свою долю. Джихун блаженно откинул голову назад, наконец уколовшись, а Намгю потянул его за рукав. «Хочешь, чтобы это сделал я?» — спросил тот немного погодя, а Намгю кивнул. Он до сих пор не умел ставиться сам, и ему каждый раз приходилось докапывать кого-нибудь. Он чувствовал себя немного увереннее, зная, что не сможет ширнуться в одиночестве. Если б он не знал Тэена со школы, то до последнего откладывал бы знакомство с барыгой и брал бы только через знакомых. Такие вот меры предосторожности для параноиков. Между прочим, зачастую даже действительно помогавшие в край не сторчаться. Вдруг Тэен выдал то, чего Намгю не ожидал услышать от него никогда в жизни, потому что, как и было отмечено, Тэен не был ебнутым в край гандоном. «Намгю, сегодня у нас интерактив. Ты получишь дозняк, но при условии, что ширнешься рандомным шприцем! А, как вам?» Тэен выглядел очень довольным собой, а Намгю хотелось врезать ему за такую изобретательность. Сразу после того, как ему наконец дадут уколоться. «Ты угараешь, у меня есть свой. Я, по-твоему, долбаёб?» — его голос был контролируемо спокойным, потому что он поверить не мог, что это вообще происходит. А ещё он очень хотел вмазаться. «Ты что, не доверяешь своим друзьям? Думаешь, наша кровь осквернена вирусом иммунодефицита? Знаешь, это реально оскорбительно. Значит так, или ты ширяешься случайным баяном, или не ширяешься вовсе». Они нихрена не были друзьями, и это было бы охренительно невероятным совпадением, если б ни у кого из присутствующих не нашлось бы какой нибудь сраной болячки. Прямо вызов статистике, потому что осознанных нариков тут из себя никто не корчил, большинство не брезговали чужими баянами и даже не парились с тем, чтобы промыть их под краном, не говоря уже о нормальной дезинфекции. Только сейчас он заметил на предплечье Тэена очень хуево выглядящий колодец. Не то чтобы колодцы могли выглядеть хорошо, но этот был один из самых стремных, что видел Намгю за все время тусовок с нариками. На твердую девяточку. Теперь, когда он смотрел на эту дырень, то понять не мог, как вообще не заметил раньше. «Ты гонишь! У нас с собой, блять, наличка», — его последний аргумент, кажется, тоже не возымел эффекта, хотя упоминание денег обычно приводило любого в чувство. Он почувствовал руку Джихуна на своем плече и вздрогнул от неожиданности. Нервы. «Бля, бро, не выебываться на Намгю», — он улыбался и на самом деле ему было абсолютно насрать, просто наркота раздобрила его достаточно, чтобы поприкидываться хорошим парнем. Тэен присел рядом сними и ткнул пальцем в грудь Джихуну, при этом смотря Намгю прямо в глаза. «Окей, акция, специально для тебя, и только потому, что ты делаешь просто охренительный минет. Можешь взять его шприц. Вы и так трахаетесь». Они так и смотрели друг на друга, пока Намгю не отвел взгляд, задирая рукав. Его пальцы уже конкретно тряслись. Пришлось сдаться, он скорее умрет, чем откажется от дозы. «Похуй, уебаны. Только поскорее». Джихун засмеялся, опустил ватный шарик в нагретую ложку с мутным раствором и подул на него, а затем медленно заполнил 5 единиц. Он взял руку Намгю, приметив хорошую вену, проткнул кожу и медленно ввел каплю содержимого шприца, а затем втянул кровь обратно. Намгю уставился на место, где игла входила в кожу, не помня, когда последний раз чувствовал себя так дерьмово. Любой подтвердил бы, что не существовало более коварной пытки, чем смотреть, как берут контроль. Время бесконечно растягивалось, пока взгляд оставался прилипшим к окрашенному кровью раствору. Его губы дрожали, он поднял взгляд на Джихуна, когда дело застопорилось. Он представлял, как жалко выглядел со стороны, каким по-идиотски молящим становиться его взгляд. С мерзотно-довольным выражением лица Джихун наконец отправил весь этот коктейль ему в мозг. Неприятные мысли тут же растворились, а все вокруг моментально показались ему лучшими друзьями. Намгю простонал, кажется, вслух, все еще чувствуя руку на своем плече. «Блять, это лучше любого, даже самого классного хуя», — такой вердикт он вынес, откидываясь назад и ощущая столь долгожданную волну прихода. Тэен опять засмеялся и все вернулось на свои места. Джихун наклонился к Намгю и сказал ему на ухо так, чтоб слышал только он. «Да ты просто ебаная шалава». Намгю слышал в улыбку в его словах и сам улыбнулся, укладывая голову на его плечо. Ему было охренительно кайфово и абсолютно плевать на все. Он знал — когда кайф спадет, жизнь снова откроется перед ним такой, какая она есть. Он и не думал пытаться что-то менять, даже если его воротило от всего этого дерьма. Почему? Да просто так. Кому нужны причины, когда есть героин?