Критическая масса красного элемента

Орбита Шаньси. Турианская армада.       Бовик Дзьепатар собрал срочное совещание штаба. Армада понесла чудовищные потери по турианским стандартам. Ещё никому не удавалось так больно щёлкнуть по зазубринам носа турианцев. Тем не менее потери были не напрасны. Да, турианцы столкнулись с совершенно чуждой Пространству Цитадели цивилизацией. Анифа голову ломает над тем, что пишут в отчётах и рапортах. К слову сказать, весь штаб действительно ломает голову в полном составе.       Во-первых, вооружение противника на поверхности планеты не уступает разнообразию в космосе. От докосмического огнестрела, ОМП и ракет, до лазеров, разрядников, плазмы и чего-то совершенно за гранью понимания. Новички создали любые виды вооружения, кроме масс-оружия. Причём вполне боеспособные виды оружия. И это если не касаться оружия ближнего боя, где высокие технологии превращают мечи и щиты в элементы современной экипировки. Но вершина их военных технологий — лечебные модули в индивидуальной броне.       Во-вторых, связано как раз таки с тем, что рано турианцы обрадовались тому, что среди новичков нет биотиков. Биотиков нет. Запрещены законом и какими-то табу, но явно есть личности способные копаться в чужих мозгах и захватывать сознание. А ещё фиксируются случаи применения противником молний без их жутких разрядников, огненных сгустков без огнемёта, умельцы, которые замораживают противника как установка шоковой заморозки и даже зафиксирован случай применения какой-то убойной гадости сравнимой с ОМП, причём такой, что даже местные духи скрываются прочь оттуда.       В-третьих, вытекает из второго. Местные используют духов, о чём есть многочисленные свидетельства. Начиная с попыток духов воздействовать агрессивно на личный состав и матчасть и заканчивая возведением фортификаций и ловушек в любой местности. А ситуация во время высадки десанта вовсе за гранью понимания разумного существа: духи устроили настоящую драку за местность, отравленную ОМП.       В-четвёртых, по уточнённой информации с полей сражений, турианцы столкнулись с межвидовым объединением. Причём монолитным объединением — одна страна, одна идеология, где каждый находится на своём месте. Не прошло и двух недель, как бывшие турианцы из числа освобождённых рабов на Зебуб-Фраксе, появились на полях сражений, устраивая диверсии, заманивая в ловушки, распространяя дезинформацию. — Противник активно противодействует нашим манёврам по окружению столицы планеты. Уцелевшие корабли сови блокированы. Они стоят на обороне космического лифта и будут защищать его до последнего. Небо мы выиграли, но по прежнему не владеем им в полной мере. Варреновы корабли-невидимки атакуют любое соединение меньше флота. Группа доминуса Сейдона сейчас контролирует небо над двумя агломерациями, но не может помочь со штурмом этих городов. Слишком сильная бомбардировка вызовет серьёзные разрушения. Учитывая подземные лабиринты под городами, предполагаю, что их разрушение сыграет только противнику на руку. Пока идёт штурм городов, но подавляющее преимущество противника в малых летательных аппаратах, системах индивидуальной мобильности и телепортации, сдерживает нас от резких манёвров.       Юника Хиэра замолкает на этих словах, заставляя фельдмаршала хмуриться. Эта телепортация — безусловно пятая причина их проблем. Противник применяет этот фокус, чтобы перебрасывать свою технику или уничтожать их пехоту. А самый высший финт мандибулами телепортировать турианскую технику над водой, чтобы она тонула. Разумеется турианские машины могут плавать, а сверхтяжёлый «Меркури» парить может и над водой, но для этого необходимо провести некоторую подготовку. Задраить люки, вывернуть масс-установку на режим форсирования. Короче расслабиться нельзя ни на терцию.       Здания противника это тоже отдельный вид извращения. Ловушки, мины, растяжки, агитационные динамики, начинающие вещать в самый неожиданный момент. Шерстяные киберпитомцы могут внезапно атаковать. Синтетики тоже покоя не дают. Чаще всего атакуют волны пауков и шершней. Но куда опаснее моллюски. Если перед ними не стоит задачи убить противника, они в ближнем бою обхватывают тебя своими щупальцами, ломают оружие, броню и либо пленяют, либо отпускают на все четыре стороны, делая неприличные намёки.       Но турианцы быстро учатся и перенимают суровую науку, тем более война — это их ремесло. И хотя после этой войны определённо добавиться турианцев с протекающими мозгами, но дисциплина, выучка и стойкость позволяют турианцам наступать вперёд. Вместе с этим пришло и чувство уважения к такому противнику, который знает, умеет и практикует тотальную войну. — В этой связи предлагаю выделить силы армады для сопровождения наших армий к столице.       Адмирал Хиэра рисует на отображении планеты схемы движения легионов. Малые корабли по типу корветов и фрегатов спускаются и помогают в атмосфере планеты, а крупные корабли прикрывают с орбиты. Сови уже атаковали несколько раз банально телепортируя на пути, с флангов или с тыла свои летающие авианосцы, ракетные платформы и целые группы бомбардировщиков с жуткими мордами на носовой части корпуса. Когда целая туча этих летающих улиток накрывает когорты и манипулы ковровой бомбардировкой термобарическими бомбами, это очень неприятно. — Да, это будет лучше всего. Сосредоточьте наши силы для штурма планетарной столицы. Допрос пленных показал, что там находится штаб и планетарные органы власти. — Но, доминус, разве они не могут сбежать из столицы, даже если мы захватим её подземную часть?       Адмирал Диомис выражает скепсис. — Благодаря новой тактике орбитальных обстрелов, противник лишился столичных установок телепортации. Кроме того у этой технологии, как и у всего супероружия противника есть ограничения. Генерал Фегестум, доложите о том, как обстоят дела у вашей службы. — Так точно, доминус. Общая оценка деятельности инженерно-технической службы удовлетворительно. Мои подразделения обеспечивают полноценную поддержку наступающих армий, включая развёртывание установок питательной пасты и обеспечения тыловых служб.       В штабе царит приподнятое настроение. Развёртывание установок питательной пасты означает своевременное снабжение личного состава легионов продуктом питания. Конечно паста — это та ещё бурда и кварианский корм, но в условиях отрыва от цепей поставок и регулярного снабжения, возможность накормить солдат в условиях чужой биохимии — бесценное преимущество. — А вот что касается использования трофеев, то тут ситуация хуже некуда. Если некоторые виды оружия мы научились понимать как использовать, то трофейная техника в обязательном порядке преподносит сюрпризы. Начиная с того, что она не хочет работать в наших руках и заканчивая скрытыми синтетиками, которые прячутся в корпусе части боевых машин и летательных аппаратов. Если бы не трофейные плазменные клинки, моих инженеров бы пустили бы на фарш духовы пауки и шершни. Кроме того, наш противник просто параноик по части реверс-инженеринга. В полевых условиях просто нереально хоть как-то сохранить работоспособность трофеев, если захочешь их разобрать.       Весь вид Фулькана выражает всю боль инженерно-технической службы. — Мы ещё толком не можем составить переводчик. Нет, основной язык этих сови мы понимаем. Но как только дело касается не официальных текстов, а их захваченных средств коммуникации, бумажных журналов и любой неофициальной информации, можно вешаться. У нас первый суперкомпьютер, который занимался составлением словаря, сгорел от перенапряжения. Второй тоже долго зависал, пока не выдал перевод одного рабочего заводского чата. Можете ознакомиться.       Фельдмаршал не без интереса приступил к прочтению, правда через минуту он поднял взгляд на комитата Фегестума с выражением полного непонимания того, что он только что прочитал. — А это точно переписка внутри завода? Больше похоже на азари-кроганское порно Жаркий Ангар 7.       Офицеры штаба усмехаются. Вся эта серия фильмов помимо того, что даёт представление, почему кроганы раньше были на хорошем счету у азари, так ещё и высмеивает уровень технической компетенции самих азари. Ну не умеют синежопые делать средний и низший товарный ряд. Всё у них получается элитное. Только интимные услуги они могут делать всех категорий. Но у Фулькана такой вид, что сомневаться не приходится. — К сожалению это так. И что более печально, так это отсутствие других источников информации по техническим вопросам. Эти подлецы не забыли эвакуировать техническую документацию, а вот переписку оставили без внимания. Тут не только чокнешься, пока поймёшь суть обсуждения, тут себе пинус сломать можно, пока одну переписку до конца прочитаешь. Хотя нам полегче, а вот легионеры комитата Аскея с ума сходят.       Глава медицинской службы только подымает на соратников взгляд, как становится понятно, что всё печально. — Фулькан, да ты мне льстишь. Ты забыл упомянуть, что сови любят не столько печатать текст, сколько передавать друг другу графические файлы. Я не знаю, что у них в голове, но вы попробуйте прочитать это.       Глава медицинской службы скидывает на обзор изображения графических файлов. Турианцы бы в жизни не догадались, что это текст, если бы увидели это в отрыве от контекста. Завитушки, прямые и волнистые линии. — Это я вам ещё лёгкий пример привожу. Вот это вот что такое? Такое чувство, что этих врачей сови бьёт током, каждый раз, когда они что-то пишут. И как это перевести? Мы пытаемся понять их медицинскую документацию, но у нас только эти странные каракули на руках! И дело тут не только в том, что мы пытаемся узнать слабые места волосатиков, духи с ними, это можно и сравнительным анализом понять. Наши собственные легионеры в опасности. Мы конечно крепкие создания, но десантная операция такого масштаба на новой планете — это риск эпидемии.       И тут Бовик внезапно узнаёт, что глава медиков против десанта на планету. Странно, что рапорт не подан. Или он так увлёкся новичками, что пропустил это событие? — Не наводите панику. Наши предки справились с кроганами и их не самой дружелюбной планетой. — Только потому, что саларианцы поделились с нами готовыми медицинскими разработками. С той поры проделан огромный путь в этой области. Но кому-нибудь пришла в голову идея, что если наш противник не такой, как мы ожидали, то и болячки мы здесь можем подхватить совершенно неожиданные? — Есть что-то, генерал, о чём нам надо беспокоиться?       Дзьепатар не на шутку взволнован, ведь сови уже показали, что применение ОМП для них не составит моральной проблемы, коль скоро они умеют с помощью духов ликвидировать последствия. А учитывая их явно передовые технологии в медицине, надо полагать, что запасы чумы у них тоже имеются. — А тут мы можем только гадать. Медицинские лаборатории работают, но ждать быстрого результата, когда мы каждую мелочь вынуждены проверять…       Главный медик только руками разводит, выражая полную неопределённость в этом вопросе. — Выпустить соответствующие приказы по легионам. Любые признаки инфекций должны тщательно фиксироваться. Духи, нам только эпидемии не хватает для полного списка проблем.       Офицеры делают пометки в своих записях. Ситуация максимально серьёзная, так что лишним не будет. Даже до самого последнего тугодума уже дошло, что сейчас они не просто воюют, а зарабатывают ценный боевой опыт. Галактика уже не будет прежней. Не после тех потерь, которые их армада уже понесла. И масштабы ситуации турианцы в отрыве от своих маршрутов снабжения и сомнительных решений уже успели оценить.       Как бы волосатики не зачищали за собой следы, всё они скрыть не успели. Милитаристы узнали буквально позавчера, что они напали на рядовой кластер на отшибе территории, что эта планета даже не региональный центр, но сюда стянули большую часть сил вражеского флота и дали им показательный бой. Но самое важное — это понимание, что у сови стартовала очередная волна расширения территории и ждать помощи местным силам придётся не в ближайшие дни, потому как даже у ретрансляторов есть пределы пропускной способности.       Выводы штаб армады уже сделал: поскольку территории сови уже соприкоснулись с территорией Пространства Цитадели, то хлынувшие во все стороны силы расширения обязательно наткнутся на другие кластеры известной галактики. Грядёт глобальный кризис, а то и откровенная война. Известная галактика — это пять процентов от существующей сети ретрансляторов, но при этом это глобальная цепь главных маршрутов этой сети. Разумеется остальная часть галактики это трудно вообразимые просторы, но все они примыкают к этим главным маршрутам. Известные разумные виды в галактике ютятся на относительно небольших кусках пространства. Так что рвущиеся во все стороны волны колонизации при любом раскладе выйдут в большую галактику. И прежде всего явно на Батарианскую Гегемонию. Результат по уже известной ситуации предсказуем более чем. Волосатики будут воевать на уничтожение, пока от четырёхглазых рабовладельцев не останутся лишь упоминания в строчках учебников. А все остальные члены Пространства Цитадели окажутся втянуты в конфликт невероятных масштабов. Но здесь детали многое решают, поэтому аналитики штаба армады не могут дать точный прогноз на счёт того, как будут развиваться события. — Как продвигается процесс зачистки двух городов? — Медленно. Противник осознаёт разницу в численности, поэтому минирует всё, что можно, а также пользуется знанием местности для организации ловушек. Оборонительные сооружения противника также доставляют много неудобств.       Генерал Гадас докладывает о ситуации. На планете, носящей имя Шаньси их армада смогла развернуть леодоракс турианцев и втрое большее количество роботов с ВИ. Пришлось снять часть турианцев из состава корабельной охраны, чтобы восполнить потери первых дней десанта. В результате применения ОМП при первой волне десанта и последующих боёв первых дней турианцы потеряли почти полный легион личного состава. К сожалению такова цена использования ВИ, роботов в мясорубку высадки не пошлёшь, но стоило турианцам закрепиться, как их боевые железяки тут же обеспечили тотальное численное превосходство над противником.       Разумеется это касается комбатантов. Но вид практикующий тотальную войну может поставить всё своё население под ружьё. А разведка и косвенные данные говорят о половине миллиарда населения планеты. Из них пять миллионов это по прикидкам аналитиков планетарные вооружённые силы. Расклад на первый взгляд не самый радужный, но следует помнить, что за турианцами флот на орбите, поэтому перед легионами стоит задача закупорить большую часть населения в подземельях. Для этого надо захватить наземные города и главные подземные переходы ведущие из городов вниз. Это позволит лишить сови прямого стратегического доступа в города, вынудив их сидеть под землёй.       Сканирование с орбиты подсказывает, что иначе сдержать прущих как рахни из улья сови по другому будет сложно. Тот же генерал Морос первым предложил применить для борьбы с сови противорахнийское вооружение, которое уже тысячу лет на балансе числится, как балласт. Но похоже дни его забвения окончены. С таким противником любое оружие из загашника достанешь. Вот только с ОМП армада ограничена. Потом если эти волосатики подадут жалобу в Совет Цитадели, весь состав армады с фекалиями смешают от фельдмаршала до рядового. — Пятьдесят девятая армия захватила почти весь город Линьфэнь и прилегающую инфраструктуру агрокомплексов с пяти направлений. Но пересечённая местность на юго-восточном направлении мешает отогнать силы противника. Здесь с юга находится небольшой горный кряж. В предгорьях лежит сеть посёлков по обработке растений, что выращивают на склонах. Здесь вот река с крутыми берегами препятствует быстрой переброске сухопутных сил. Противник возводит ракетные комплексы с ужасающей быстротой. Где-то неподалёку находится комплекс магнитной бури. Мы потеряли два фрегата и три корвета при попытке продавить это направление. Благо транспортники не успели взлететь из города. А на востоке находиться небольшой городок Даодан. Заводы по производству удобрений и переработке угля можно штурмовать до полного окостенения. Сови окопались там намертво. Синтетики пауки оттуда по подземным коммуникациям проникают в восточные районы Линьфэня. Это кошмар для пехоты и сущий ужас для техники. Только дробовики и винтовки помогают эффективно противостоять этим отродьям сумрачного гения. Но синтетики — это полбеды. Настоящий деморализующий эффект оказывают киборги. Отбитые фанатики, которые партизанят по округе, в плен не сдаются и не знают пощады. В атаку идут с лозунгами, а попав в окружение зачастую подрывают себя гранатами или если попали в плен, активируют встроенную в себя ядовитую бомбу. Не знаю как они это делают, но облако фтора или хлора крайне неприятная штука. Командиры армий могут дополнить меня.       Плотус делает паузу, предлагая высказаться подчинённым. Генерал Фарв Эксион, командующий пятнадцатой армией, решается первым. — Наши силы тоже подвергаются их атакам. Но у нас большая часть противника это всё же силы самообороны. Добровольцы из гражданских, прошедшие судя по всему общую военную службу. Имеют различную подготовку, но ярости и смелости им не занимать. И кстати, трёхпалых волосатиков с бивнями обязательно надо добивать. Живучие сволочи. Даже потеря конечности для них не проблема. Регенерация наверное больше, чем у самых живучих кроганов.       Его коллега по несчастью Гастия Вастиан — генерал сорок первой армии тоже добавляет. — Нас уже неделю отделение таких снайперов кошмарит. За это время только двоих из них удалось ликвидировать. Одному полбашки снесли в первый день, так эта тварь снова на седьмой день объявилась. Гарантированно тот самый, снесённая часть покрыта свежей кожей. И это явно не протез.       Адмиралы и генералы задумчиво переглядываются, проворачивая в голове эту информацию. Фельдмаршал же обращает свой взгляд на комитата Лепаруса. — Генерал, как вы это прокомментируете? Почему у нас нет в общем доступе этой информации? — Доминус, работы ведутся. Мы собираем информацию, проверяем всё через наших соратников из комитета безопасности.       Комитат службы безопасности делает лишь один небрежный на вид поворот головы. Из-за меланохромии и гетерохромии Фабио Дейнас имеет очень устрашающую внешность: чёрный панцирь и угольно-черная кожа и разноцветные глаза: правый красный, левый жёлтый. Из-за чёрного цвета белков глаз смотрится ужасно впечатляюще. Своё плохое зрение компенсирует экспериментальной системой искусственного восприятия свето-цветовой информации. Эта система создаёт на его голове узор зелёного цвета, но сам по себе Фабио гололицый. — Все поступающие данные приходится перепроверять. Если противник обладает технологиями невидимости и продвинутой маскировки, то логично предполагать, что и с технологиями иллюзий у них проблем нет. А заблуждение на войне — дорого обходятся. — Промедления тоже.       Единственный из высших офицеров армады, кто смеет открыто спорить с комитатом службы безопасности это Ираклей Алкариус. Генерал армии шестьдесят третьего легиона славиться своей храбростью, решительностью и умением побеждать в сложных ситуациях. — И всё же с новым противником надо проявить осторожность. Подготовка — это половина успеха. — Подготовка безусловно. Время — вот ресурс, которого у нас не так много. Вопрос только времени, когда у нас начнутся серьёзные проблемы. Успеем взять планетарную столицу и разрушить космический лифт, условная победа наша. А не успеем, тогда молитесь духам, чтобы мы успели выскользнуть из вольфрамовой хватки сови.       Вот и прозвучало оглашение общего мнения. За прошедшие недели сови научили турианцев осторожности. Но главное, что общее мнение выразил не кто-нибудь, а любимчик фельдмаршала. Злые языки говорят, что это его тайный сын. Но фельдмаршал командующих не щадит, посылая шестьдесят третий легион в самые опасные места галактики. И те выполняют его приказы, даже если они на посторонний взгляд являются мягко говоря самоубийственными. — Генерал, вы полагаете, что мы не успеваем?       Бовик испытующим взглядом смотрит на генерала, который переглядывается с адмиралом своего легиона. — Доминус, вам откровенно или смягчить формулировки?       Формально ничего такого не происходит, но негласно Ираклей невербально нарушает неписанные правила. Даёт жестами ясно понять, что у него не просто ценное мнение, но даже свои отдельные планы есть. Но к удивлению штаба, фельдмаршал только усмехается на слова наглеца. — Давайте откровенно, генерал. Ваш свежий взгляд должен всколыхнуть это болото ещё больше. — Условно говоря мы пытаемся сейчас осилить подвиг: задушить молотильщика в его логове. Именно задушить, не разбомбить, не пристрелить, а именно задушить, в лучшем случае отрубить ему голову мечом. Если так пойдёт и дальше, то можно уже сейчас начинать готовить оборону Таэтруса и остальных наших миров.       Совещание в полном составе в шоке. Кроме фельдмаршала Дьепатара, генерала Алкариуса и адмирала Алкариуса. Да, младший брат Ираклея Ификлей командует флотом шестьдесят третьего легиона. Именно этот факт и не даёт злым языкам обвинить фельдмаршала во всяком странном. Ладно бы один сын, но не может быть, чтобы прославленный, хоть и провалившийся в контроле над Терминусом полководец настолько бы нарушил правила. Но нет, даже у Серого Посредника нет информации об их связи, кроме того, что оба брата эффективные командиры в подчинении у фельдмаршала. — Тихо!       Ошарашенные и потому возмущённые офицеры армады замолкают. Бовик властным жестом осаживает всех. Всем видом фельдмаршал даёт понять, что сейчас будет нестандартное решение. — Сообщение на Таэтрус я отправлю лично. Заодно предупрежу наших союзников в Совете Консулов. Мы действительно топчемся на месте. Занимаемся позиционной войной, тогда как должны вести штурм! Алкариусы, вам есть что ещё предложить по стратегии и тактике? — Для начала надо узнать, контролируют ли духов стихий сови? Надо взорвать в случайном месте на удалении от поселений и любых важных объектов небольшой атомный заряд. Если духи слетятся на него, то можно приступать к операции по уничтожению инфраструктуры противника. — Поскольку нам не удаётся использовать в приемлемые сроки трофеи, то первым этапом будет орбитальный обстрел города Новый Ухань. Той части, которая не находится под нашим контролем. После этого необходимо быстро высадиться в ключевых местах, запустить бурильные машины и реализовать серию подземных атомных взрывов. Стихийные духи сделают за нас всю работу.       Предложение не лишено логики. Чем лезть в подземный лабиринт под городами, легче воспользоваться жадностью духов до продуктов полураспада. Начинается новый виток совещания. Возражение на счёт запрета применения ОМП на зелёных мирах, откидывают в сторону. Надо провести два взрыва. Первый будет на поверхности. Если стихийные духи самостоятельно нивелируют вред от применения ОМП, то главную суть претензий можно исключить из рассмотрения. Тем более, что запрет действует на членов Пространства Цитадели. Служба юридической поддержки начинает работать над выработкой прикрытия от обвинений в нарушении конвенции. Бовик уже только дирижирует этот вопрос. Братья Алкариусы отлично справились с задачей. Штаб теперь отвлёкся от упаднических настроений и решает поставленную задачу. Под его ответственность, конечно, но такова цена безопасности.       Бовик Дзьепатар очень не любит делать что-то, чего не планировал. Партия милитаристов направила его на эту рискованную авантюру с перехватом древних технологий и покорением новой цивилизации, потому что после своего провала и потери позиций во власти, именно фельдмаршал сохранил свои возможности в полном объёме, даже преуспел там, где остальные понесли разного рода потери. Кроме того, в вихрях политики он сумел урвать кое-какие резервы, которые были в рукаве у предыдущего примарха, благополучно перемолотого жерновами судьбы в костную муку. Но иного ожидать не следовало, ведь Бовик не стремится попасть в консулы. Разумеется кресло в Совете Консулов даёт власть лишь немного уступающую власти примарха. Но только геморрой от этой должности резко перевешивает все плюсы. Тратить силы на борьбу за власть? Увольте! С него хватает и того, что приходится все силы отдавать на боеготовность и боеспособность вверенных подразделений. И сови прибавят этой работы столько, что если он жив останется, то до конца дней своих будет заниматься этим делом. А для этого надо выиграть эту битву и вернуться обратно с ценной информацией. Заодно и подумать над тем, как проскочить мимо и остаться при своих в играх Совета Консулов и примарха.       Хорошо, что ещё до начала всей этой авантюры он отдал своим личным помощникам несколько крайне скользких поручений и особых инструкций. Бовику как и всякому турианцу претят интриги с откровенной чернухой, всё же они не синежопые шлюхи, и не беспринципные жабы. Тонкость турианской политики в том, что она отражение мышления турианцев. А поскольку турианцы даже мыслят по уставу, то и политика для них поле боя. Просто Бовик, как всякий турианец и военный профессионал, соображает, что он на своём месте. Ему рваться наверх смысла попросту нет, но вот в чём гениальность его положения состоит: никто и ничто не запрещает ему со своего места принимать участие в политике Иерархии. Город Новый Ухань. Космопорт.       Центурион Лилихьеракс провожает группу медиков, которые уносят раненых с его участка. В его руке рука Модана. Он идёт рядом с носилками, на которых его опцион лежит раненным и улыбается. — Лили, да не переживай ты так. Даже если попаду на гражданку, подготовлю тебе тёплое местечко. Вопрос только в протезах. А они с гарантией будут. — Ты меньше треплись, Мод, у тебя ноги нет, руки нет, ещё неизвестно чем тебя приложили, а ты уже про грядущее мечтаешь! Твоя задача опцион, сейчас о здоровье думать. Только попробуй мне не закончить лечение, я из тебя душу вытрясу даже у духов.       Центурион успевает дать наставления выбывшему опциону, старшему медику и остальным раненым. Повезло, что его центурию миновали потери. Но тот факт, что к ним прорвались партизаны настораживает. — Соедините меня с начальником гарнизона космопорта. — Сию терцию, доминус.       Лилихьеракс по меркам турианцев очень независимый и крайне эффективный офицер, но вот ссориться с ним никто во всём легионе не будет. Он и до того проявил себя на службе отлично, а после того как стал героем высадки, развернув плацдарм для второй волны десанта, сохранив большую часть состава центурии живой и здоровой, репутация Лилихьеракса взлетела на высоту. Всего-то надо действовать по ситуации, работая головой, а не слепо следовать уставу. Разумеется устав — это святое, он написан кровью воинов Иерархии, но он не поможет тем у кого не голова, а держалка для мандибул и отростков.       Вызвав комитата охранной службы, а заодно и штаб легиона, центурион дал жару, напомнив о поставленной перед его подразделением задачей. Им доверили подготовку бурильной техники для штурма рахнитников. Разумеется Лилихьеракс занимается этим не в одну центурию. Ещё две центурии сослуживцев ему помогают. Благо офицерами там нормальные турианцы, с которыми на прошедшее время сверхсрочной службы он успел наладить хорошие отношения. Лилихьеракс понимает свою стратегическую ценность. Его центурия одна из двух, которая занималась в их легионе работой с тем, что на балансе числится. Проще говоря с этими бурильными агрегатами, которые они сейчас настраивают в срочном порядке, только бойцы Лилихьеракса и ещё одной центурии знают что делать. И вторая центурия во время высадки была разбита. Выжившие пополнили его подразделение для компенсации потерь.       Когда в штабе легиона стало известно о том, что обе стратегически важные сейчас центурии оказались в пекле первой волны десанта начался такой разнос от адмирала флота и генерала армии, что десяток виновных в недосмотре отправили в атаку со знаменем, а трёх злонамеренных вредителей посадили на дерево. Из них только один чистолицый урод, с которым у центуриона не сложились взаимоотношения на службе. Так что в текущих реалиях Лилихьеракс и его центурия стали важными лицами. — Нас какие-то оборзевшие киборги чуть на филе не пустили. Если нам не обеспечат максимальное прикрытие, то задачу в срок мы не выполним. Доминус, я не могу одной рукой отбиваться от киберпсихов, а второй модернизировать археотек времён Рахнийских Войн.       Разумеется Лилихьеракс не наглеет, понимая, как всем сейчас сложно приходится, завязнув в городских боях, но поставленные задачи, к которым его подразделение имеет непосредственное отношение, стратегической важности. — Центурион, успокойтесь. Мы понимаем ваше положение, делаем всё возможное. Противник перешёл в контрнаступление. Возможно им известно, что-то про наши планы. Мы немедленно высылаем дополнительные силы. Вам передаём также дополнительные турели. Сегодня к вечеру будут.       После сеанса связи со штабом, Лидихьеракс чувствует себя опустошённым и уставшим. Он даже сперва не реагирует на старика Кексика. — Доминус, да придите же в чувство. — А? Что такое? Опцион Кексик, что случилось?       Опцион-ветеран трясёт его за наплечники брони. — Доминус, я вас дозваться уже минуту пытаюсь. Назначьте нового опциона, и можете пойти вздремнуть одну стражу. — Да, точно. Надо нового опциона назначить. Пойдём.       Центурион и в самом деле ловит себя на мысли, что уже полутора суток, как он на ногах. Бурилки — это такой головняк, что он лично следил всё это время, чтобы его бойцы не учинили какую-то хрень. — Духи! У нас же одни кадеты на замену.       Пока они идут во временный кабинет, Лилихьеракс пролистывает диагонально личные дела кандидатов. Тот самый запас на офицерские места из числа кадетов-практикантов, из последнего пополнения. Правда ещё и из второй центурии тоже. — Центурион в помещении.       Кадеты вскакивают при их появлении в кабинете. Дюжина выживших кадетов из двух центурий инженерно-технической службы. — Вольно. — Есть вольно.       Лилихьеракс проходит мимо своего стола к койке из подручных материалов. Благо размер помещения позволяет собирать здесь совещания, так что места хватает. А спать на рабочем месте — рутина службы. — Значит так, сейчас я вас распределю в связи с последними событиями. Нам нужен первый опцион, так как опцион Гермий ранен достаточно серьёзно и не сможет вернуться к своим обязанностям до конца операции.       Центурион замолкает, давая кадетам проникнуться моментом. Выбор он уже сделал. И тут удачно совпали три пункта: лидерские качества, инженерно-техническая подготовка и принадлежность к уничтоженной центурии. — Кадет, как твоё имя?       Центурион обращается к молодой турианочке, которая старается изо всех сил не выбиваться из общего строя. — Кьяхахари, доминус. — Назначаю тебя исполняющей обязанности первого опциона.       Девушка тут же подбирается. — Служу Иерархии!       Но вопреки ожиданиям уставшего центуриона, Кьяхахари даёт знак, что хочет что-то сказать. — Доминус, разрешите вопрос? — Ну что ещё? — За какие заслуги такая честь?       Не думал центурион, что ему попадётся такой отличный кадет. Сомневается в себе, но держится уверенно. Только нервный разговор, бессонные сутки и усталость делают трещину на выдержке турианца. Скромность украшает, но сейчас для неё нет времени и места. — Да понравилась просто. Готовь клоаку. Ночью ебать тебя буду. Скромница в азарийском монастыре, фапута, нашлась! Да потому что у тебя голова на плечах, а не полка для устава с расчепыженными мандибулами. Из вашей центурии только ваша группа смогла выжить под твоим командованием. Вопросы ещё будут?       Лилихьеракс раздражён на себя, что сорвался, да и Кексик смотрит неодобрительно, но понимающе. Но надо завершить назначение. Вчера они втроём с Моданом обсуждали вопрос того, что нужен третий опцион в центурии. Значит надо второго кандидата осчастливить. — Встать в строй, первый опцион. — Есть.       Лилихьеракс указывает пальцем на следующего счастливчика. Это кадет Дециан Челлик из его центурии. Он прекрасно их всех знает, но условность и традиции надо соблюсти. — Кадет, как твоё имя? — Дециан, доминус. — Назначаю тебя исполняющим обязанности третьего опциона. — Служу Иерархии!       Глаза центуриона сами собой закрываются. Но дело надо до конца довести. — Опцион-ветеран Нерон, введите новых офицеров в курс дела. Я спать. Со всякой пипимбулой сами справитесь. Будить только в случае критического лазурьца.       Лилихьеракс так и не понял, как он заснул. Но снилась ему почему-то огромная башня из арочных конструкций, с вершины которой бьют молнии, а жуткие советские экзы внизу водят хоровод и напевают: «Ёлочка гори!» Проснулся он от того, что некрасиво скатился с импровизированной кровати на бетонный пол. — Какой невкусный бетон у сови.       Подняться, сделать разминку, почему-то только после этого посмотреть на часы. Вечер. Он проспал полторы стражи. Почему старик его не разбудил? Неужели всё так хорошо, что не возникло никаких проблем? Непривычное чувство, описать которое центурион не возьмётся, заполнило сознание. Да и в окружающей обстановке что-то не так. Подойдя к древнему зеркалу на стене, Лилихьеракс начинает осматривать себя. Броня вроде бы та же. Лицо выдаёт признаки усталости, но в текущих условиях пойдёт. — Похоже я заработался.       Тут внимание привлекает стол. На нём порядок, хотя с утра был бардак. Примитивные писчие инструменты разложены, трофейные папки с инженерными набросками его центурии на трофейной же бумаге сложены, подписаны и идут с закладками. — Интересно азари танцуют.       Подойдя к столу, Лилихьеракс берёт верхнюю папку в руки и бегло просматривает её. Всё, что он не успел сделать с утра, с головой уйдя в срочные дела по контролю работ, сделано идеально. Как будто бы он сам это сделал. — Не понимаю, неужели изобрели кнопку «сделать отлично»?       Открыв сообщения на своём омнитуле, центурион видит доклады от бригад о приведении трёх установок в рабочий режим. Ниже сообщение о тестовом прогоне. Доклад от Кексика о новом пополнении в охранении и доклад от Кьяхахари о новых турелях и схеме их установки. — Грамотно сработали. Неужели в кой-то веки нормальное пополнение?       Выйдя из кабинета в цеха, он видит не аврал, а бодрую, рабочую атмосферу. За ближайшей бурилкой штатная бригада техников во главе со Стариком, тестирует работу всех систем. Доклады об успехе, поправки и уточнения, снова прогон и наконец-то полный успех. Турианцы так возбуждены, что даже командира не замечают. — Опцион-ветеран Нерон, как успехи?       Подчинённые сразу приветствуют начальство, правда что-то в них Лилихьеракса смущает. — Смирно. — Вольно. Доложите об успехах. Я думал мы до завтрашнего дня не управимся.       Повисает неловкая пауза, вызывая у центуриона справедливое опасение, что где-то скрывается какой-то подвох. Кексик стреляет глазами в сторону кабинета. — Доминус, у нас появилось программное обеспечение для этого старья. Благодаря этому нам не надо устраивать азарийский карнавал вокруг каждого агрегата. — Замечательная новость. Я пойду, проверю остальные установки, а потом вернусь к себе в кабинет. Жду вас там к концу стражи.

* * *

      С началом следующей стражи центурион Лилихьеракс сидит у себя в кабинете и понять не может, почему он чего-то не улавливает? Как будто за прошедшие две стражи что-то поменялось, а ему не доложили. — Старик, я может чего-то не понимаю? Как будто пока я спал, нажали кнопку «сделать отлично». Только почему личный состав как будто бы меня стесняется? — Доминус, а вы хоть помните, что сказали свеже назначенной первым опционом перед тем как рухнуть спать откинув шпоры?       Кексик едва сдерживает смех и слёзы. Старый ветеран смотрит на молодого центуриона с улыбкой. — Ну поругал я её за излишнюю скромность. Девушка то действительно отлично справилась с выводом недобитков в безопасную зону. Старик, ну что ты смеёшься? — Доминус, да ты её фактически любимой женой назвал. Вот девчонка и воспылала. Причём судя по тому, что она у меня спросила о твоих любимых блюдах, жди сегодня шикарный ужин. А в центурии уже все в курсе, отнеслись с пониманием. Чудит от стресса любимый командир. Перегрелся на работе. К слову сказать у нас не только бурилки заработали, мы и с душевой разобрались.       С Лилихьеракса можно писать портрет воплощённого недоумения. Разумеется такое не поощряется, но и не запрещается. Турианцы в этом вопросе довольно либеральные. С точки зрения азари так турианцы тоже горазды на всякие разные половые безобразия. — Духи, я похоже совсем заработался, раз такое вслух озвучил!       Лилихьеракс находит портрет Кьяхахари и начинает его рассматривать со всем вниманием. Старик между делом продолжает говорить. — А это, доминус, дело молодое, блестит как стучит. Если безобразия учинять на регулярной основе, соблюдая рекомендации устава, то и голова не скрипит, и дисциплина строже. А глядишь ко времени и что-то для выхода со службы сладиться. — Не, ну в принципе в моём вкусе… Но как же стыдно-то, что вот так, как будто сорвиголова какой-то древней эпохи.       Нет, Лилихьеракс конечно же имел связи с женщинами, порой на постоянной основе, но вот так лихо он ещё никогда не начинал решение половой нужды.

* * *

      Когда до штаба армады доходит информация о готовности бурилок к работе, ударная группировка флота начинает орбитальную точечную бомбардировку. Используя показания корректировщиков с поверхности, корабли стирают с лица планеты неподконтрольные части города Новый Ухань. С методичностью строительного пистолета, турианский флот гвоздает здания, не оставляя камня на камне. Артиллерия на поверхности тоже добавляет в симфонию разрушения термобарические бомбы. После целых суток громыхания турианского оркестра, большая часть города и прилегающей территории напоминает лунный пейзаж.       Когорты четвёртого, восьмого и тридцать седьмого легионов Иерархии идут до точек бурения как на учениях. Помешать им никто не способен. Все выходы на поверхность попросту уничтожены. Но турианцы не расслабляются, слишком дорого обходиться минутная слабость. Сови научили себя уважать. Даже отряды ополчения бьются с ожесточением, которого не ожидаешь от приматов.       Бурилки занимают позиции. К каждой приставлено по десятку техников, которые выставляют машины в боевое положение. Они не знают, что их соратники из шестьдесят третьего уже подорвали одну АЭС на поверхности, а также успешно ликвидировали транспортную магистраль под землёй, ведущую от Нового Уханя к столице. На радость турианцев, стихийные духи оказываются неподконтрольными. Они с радостью набрасываются на предложенное угощение. Причём как на поверхности планеты, так и под ней превращают весь заражённый объём в однородную рыхлую массу. Бурилки для подрыва рахнитников в этом сражении оказываются как нельзя кстати.       Десять атомных подземных взрывов надёжно запирают сови в подземных убежищах, отрезая их от ближайшего безопасного выхода на поверхность и от подземной дороги, ведущей к столице. А турианцы наконец-то могут вывести свои легионы на северо-восток, где на скалистых берегах океана в долине между двух древних кряжей располагается город Новый Пекин.       К этому крепкому орешку турианцы стягивают силы армий семи легионов и половину кораблей армады. Три других армии и вторая половина флотов будет держать силы сови на фронте с космическим лифтом. Турианцы компенсируя недостаток в авиации спускают вниз в атмосферу свои корабли, не зная, что идут в очередную ловушку.       Турианцы не подозревают, что сови приготовили для них ещё много сюрпризов. Ещё не выпущены в атаку танковые армии, ждут своего часа и гигантские мехи, а в ангарах ждёт своего часа авиация. Молчат в безмолвии скрытые батареи тяжёлых орудий ПКО. Новый Пекин станет местом, где турианцы узнают, что Земля зовёт Войной.