Критическая масса красного элемента

Сектор Эта Хокинга. Система Лиакша. Планета Терзикор.       Колония Терзикор выживает в жопе мира по одной банальной причине: сюда никто не сунется в здравом уме. Скопление находится в Кольце Пяти Килопарсеков фактически это граница Балджа, где вместо вакуума любой корабль с гарантией в 50% рискует влететь в облако молекулярного водорода протяжённостью несколько световых лет. Естественно кислород может быть тоже. Реакция в таком облаке — гарантированная смерть. Бахнет если не как сверхновая, то точно сильно. И поскольку это зона активного звездообразования, то велик шанс напороться на молодую звезду в густой туманности.       Хвала богине, что три основательницы колонии это в прошлом достаточно влиятельные матриархи, которые сумели урвать три дредноута второго ранга, один тяжёлый крейсер, десяток крейсеров попроще и двадцать фрегатов с полусотней кораблей мирной направленности. Передав дела дочерям, которые хотели бы остаться во внешнем мире, они удалились с теми, кто пожелал к ним примкнуть в эту тихую гавань.       Терзикор — единственная планета на орбите звезды Бейшаны в системе Лиакши. Оранжевый карлик и планета идеально вписывающаяся в параметры орбиты, чтобы вращаться и создавать смену времён года. Наклон оси двенадцать градусов. На большинстве территорий тёплый климат. Стада нанапеши можно встретить по всем материкам. Хищников немного и их повадки азари успели выучить. Крупных хищников только два вида, но они предпочитают с азари не сталкиваться, да и сами азари выучили быстро, что соседи по планете без крайней нужды не атакуют. С точки зрения колонизации настоящий рай.       Но на самом деле колонисты с первых дней столкнулись со странностями. Огонь сам собой вспыхивает сильнее обычного, ветерок может закружиться в маленький смерч, на поверхности воды сами собой волны вдруг появляются, земля иногда выглядит, как будто какой-то грызун её перекопал. Но самое красивое и опасное зрелище — шаровые молнии, которые появляются внезапно и исчезают как будто не было. И как синяя вишенка на торте, с нулевым элементом на планете происходит какая-то дичь. Он буквально испаряется. Техника ломается, биотика слабеет, оружие перестаёт работать. И эта хрень происходит на регулярной основе.       Матриархи и остальные члены совета Терзикора быстро сообразили, что столкнулись с аномалией, которая грозит разрушить их мир. Благо сюда никто не сунется, если не начать рассказывать об этом. И азари начали учиться обходиться без нулевого элемента в некритических узлах. За триста лет жизни колонии это начало получаться. А чтобы проблем не было, колония начала этот самый нулевой элемент добывать из ближайших источников. Заодно и способ заработка появился. А чтобы проблем не было, продавать нулевой элемент колония взялась через Барло Вона. Многие колонии так делают, чтобы не поиметь проблем на ровном месте. Рабочая стратегия начала приносить плоды, а это финансирование легло в основу развития колонии.       Совет Терзикора начал растить специалистов у себя. Так из крупного посёлка на двадцать тысяч жителей колония разрослась на три городка и десяток посёлков суммарной численностью четыре миллиона жителей. Неплохой результат для такой глухомани, если учесть, что у них есть свой университет, промышленные мощности и дело идёт к приобретению собственной космической верфи. Ах да, и это не считая того, что у них экономика бартерного типа и военизированное население. Жизнь в глуши на фронтире заставила их измениться. В поисках спокойной жизни без пороков, они приобрели специфический опыт и образ жизни в коммуне.       Привычный размеренный ритм жизни рухнул в одно мгновение. Колония как раз добыла новых ресурсов для своего развития. Караван вернулся из большого космоса, а партии добытчиков прибыли на пересменку. Все двести с лишним кораблей и одна орбитальная станция на орбите планеты. Челноки снуют вверх и вниз, осуществляя логистику, когда датчики сходят с ума в одно мгновение. Высокую орбиту озаряют тысячи вспышек. Неизвестный флот выходит из сверхсветового перемещения, но датчики голосят об аномалиях. Часть неопознанных кораблей перекрывает ретранслятор. Связь глушат. Флот колонии в окружении, а планета в блокаде. — Адмирал Табаната, какова обстановка?       Если связь с внешним миром обрезана, то связь орбита-поверхность работает. Адмирал флота колонии одна из прибившихся матрон, которые прилетели сюда, просто потому что сбежали из рабства и идти им было больше некуда. — Мы заблокированы и окружены флотом неизвестного вида. Они держат нас в осаде, но агрессивных действий не предпринимают. А ещё, судя по показаниям наших сканеров, не используют нулевой элемент. Честно говоря мы даже не понимаем, как интерпретировать имеющиеся данные.       Члены совета переглядываются. Новости о последних событиях в галактике сюда ещё не добрались. А вот то, что неизвестные не используют нулевой элемент — показатель. Возможно они знают что-то об аномалиях на планете. — Неизвестные предпринимают хоть какие-то действия? — Фиксируем их активность около ретранслятора, но вокруг планеты пока что только блокада.       Проходит ещё час прежде чем со стороны неизвестных следует вызов. Запрос на дипломатическую встречу с руководством независимой колонии. Совет Терзикора даёт согласие. Челнок с дипломатами и пара истребителей почётного эскорта следуют по представленному маршруту в столицу. Без лишних церемоний им дают посадку прямо на площади перед зданием Совета колонии. Колонисты соблюдают порядок. Зрители за оцеплением, стража бдит по местам, встречающая делегация внизу перед ступенями.       Челнок и истребители приземляются одновременно. Первыми из своих кабин поднимаются пилоты. Ни у кого не остаётся сомнений, что это синтетики. Но облик их фантастический и даже можно сказать сказочный. Нечто невозможное, возвышенное. Не так себе азари представляют разумных роботов.       Тем временем из челнока появляются те, кто на контрасте выглядит как персонажи из космического ужастика. Киборги, которые не скрывают свою аугментацию. Советские партизаны, чья плоть увяла, но не смогла сдержать в оковах пламенный дух. Они занимают оцепление вокруг челнока.       Следом начинается парад живности. По трапу сходят два чужика, вызывая у наблюдающих азари рахнийские флэшбэки. Два чудовища под присмотром маленькой девочки выносят на спине красную ковровую дорожку и разворачивают её от трапа до встречающей делегации. Развернув ковровую дорожку, два чудовища точно сфинксы замирают по бокам, совсем рядом с встречающими, а их управляющая замирает слева. Завершают паноптикум монстров два мохнатых чудища, которые занимают места пообок от трапа челнока. Их оглушающий рёв даёт сигнал к выходу дипломатической группы.       Глава дипломатов настоящий великан, к тому же двухголовый. На нём тяжёлая броня. Видно технологическую составляющую, но поверх неё есть красивая отделка. Немного грубо смотрится, но придаёт владельцу пафосный и брутальный вид. А сколько такое чудо техники может стоить во внешнем мире, первая помощница Совета Терзикора даже думать боится.       Двухголовый на себя всё внимание перетянул. А между тем рядом с ним парящая девушка, удивительно похожая на азари, только шерсть на голове напоминает о кварианцах. Низкорослый зелёный гуманоид с огромными носом и ушами, что как два лопуха торчат по бокам головы, скрывает взгляд за тёмными очками-окулярами, чья оправа похоже сделана из благородных сплавов и украшена затейлевым орнаментом. Его броня тоже отделана под древний доспех.       На самом деле Аёна Зардис подмечает, что даже у тех киборгов, чья внешность может напугать воркча, броня тоже отличного качества и имеет индивидуальные особенности. Послы прибыли с корабля на бал. Характер этих чужаков по всей видимости воинственный, а используемые помощники вызывают оторопь. Но дипломатическая группа даже виду не подаёт, будто их смущает присутствие в их рядах чего-то похожего на рахни или синтетиков. А эти мохнатые существа у трапа, да любой кроган удавится от зависти. Это не говоря про двухголового посла, который может яга в узелок завязать. — Моё имя Аёна Зардис, добро пожаловать на планету Терзикор. Я первая помощница Совета Терзикора. — Моё имя Гро-Булл. Возглавляю нашу дипломатическую группу Союза Советских Социалистических Республик.       Аёне кажется, будто заговорил каменный утёс, а не живой разумный. От двухголового посла веет чем-то таким тяжёлым, как будто он сам ходячая аномалия. Местные азари научились ощущать ту странную ауру, что исходит от аномалий. И это ощущение не обманывает первую помощницу. Буквально из ничего появляются аномалии и начинают окружать посла плотным кольцом. Великан смеётся так, будто сталкиваются скалы. — Невероятно. Элементали. Надо будет изучить.       В этот момент с челнока выходит парочка новых пришельцев, словно тех позвали по невидимой связи. Двое из этих, похожих на азари-кварианцев. Аномалии большей частью уходят к этим новым лицам, которые ведут себя в их окружении словно работники зоопарка. — Вы умеете работать с аномалиями? — Элементали очень полезные создания, если уметь с ними взаимодействовать. Этот пункт надо будет обсудить отдельно. Интересная планета.       Как и с батарианцами сложно общаться из-за четырёх глаз, так и с этим послом сложно читать намерения. Тем более, что то одна голова говорит, то другая. Это сбивает с толку. — Да не переживайте вы так, я вас не съем.       Великан опять смеётся. Он действительно смещает всё внимание на себя и знает об этом. Аёна дипломатично улыбается: судя по хищным зубам посла, шутка про съедение явно была не просто так сказана. — Мы любим на Янирис запекать нанапеши целиком, фаршируя их крупами и овощами. — В самом деле? Приятно знать, что умные мысли приходят в разные головы вне зависимости от того, какие они. Должно быть ароматы от готовки стоят умопомрачительные. И хорошо, когда можно собраться вот так на праздник и в волю порадоваться с близкими и родными.       Они идут в торжественный зал собраний, где должна пройти встреча. И до Аёны вдруг доходит, что у них совсем нет проблем с общением, так как посол Гро-Булл разговаривает на онтази — родном языке местных азари без всяких проблем. Как тот, кто вырос среди азари. Этот факт тоже уходит в копилочку.       Встреча с Советом проходит обычно. Приветственные речи, занятие мест. Со стороны чужих два помощника приносят большой стул, специально рассчитанный под такого великана в броне. — Что же, не будем ходить вокруг да около, перейдём к нашей проблеме.       Советский посол весь подбирается, как грозовая туча. Сейчас точно будет неприятное заявление. — А проблемой является ваша колония, которая находится на границе этого сектора и служит точкой входа-выхода из него. В обычной ситуации мы бы захватили эту систему и установили бы свои порядки, как это уже происходит на территориях других секторов третьей волны колонизации по всей галактике. Но наша разведка донесла, что ваша колония является близкой к нам по социальной модели устройства и поэтому наше правительство направило сюда нашу дипломатическую группу, чтобы урегулировать этот вопрос мирным путём. Предложение наше довольно простое: давайте к нам. В сущности персонально для вашего образа жизни ничего не поменяется кроме технологической базы и пакета договоров о сотрудничестве. Будете и дальше продавать нулевую мерзость на галактический рынок, благо сектор большой и поставки будут регулярные.       Вопреки ожиданиям, Совет Терзикора не полыхнул возмущением. Три основательницы и остальные матриархи помладше начинают обсуждение. Азари не даром самый дипломатически талантливый и успешный разумный вид в галактике. Блокада планеты лучший аргумент для переговоров. Тем более, когда выясняется, что участвует не целый флот, а одна из флотилий Седьмого Флота СССР. Это ещё и наблюдениями с орбиты подтверждается, когда ещё две советских флотилии пролетают через ретранслятор в большую галактику.       Совет Терзикора после долгого и обстоятельного обсуждения соглашается на предложение Советского Союза. Но матриархи испытывают культурный шок от столкновения с цивилизацией не использующей нулевой элемент. Но он куда меньше, чем в других подобных случаях. Совет Терзикора долгое время жил на планете, где каким-то образом элементали смогли зародиться и выживать в среде отравленной эльно. Гро-Булл всё своё внимание после переговоров сосредотачивает на вопросе изучения аномалий.

* * *

      Последующий месяц становится для азари Терзикора неприятной чередой испытаний. Обнуление. Процедура сама по себе крайне мучительная для азари, но куда больше проблем доставляет пробуждение магии. Четыре миллиона азари вынуждены привыкать к тому, что то, что раньше вызывало биотику, теперь может бахнуть. Это в добавок к тому, что каждой взрослой в голову вложили основы жизни в СССР, несколько языков и одну профессию магическую каждой по склонностям, а одну из тех, чем азари занимается в колонии с переобучением под советские стандарты. Короче суеты навели. Четыре миллиона азари за год столько не успели сделать, как за этот месяц.       Советский Союз взял на себя всё обеспечение колонии, покуда идёт переходный период. И азари были удивлены тому, как быстро могут работать сови, когда надо сделать срочно. Не прошло и недели, как над городами развернули первичные оборонительные системы. А к концу месяца уже стояли первые щиты от орбитальной бомбардировки над тремя городами. Это не считая космической верфи, двух боевых станций и прочей орбитальной инфраструктуры, которую сови пригнали сюда.       Но самая жесть началась по прошествии месяца. Сови пригнали из межзвёздной пустоты в систему и повесили на орбите Терзикора луну. Огромный пятьсот километровый шар из зелёных минералов засверкал в ночном небе. Луну назвали Скрижалью. Азари тут же поинтересовались, почему среди сови поднялся такой ажиотаж? Ответ их удивил. Легенда о бессмертном алхимике, который стал единственным человеком, сумевшим создать квазивещество вызывающее трансмутацию металлов и продлевающее жизнь, весьма позабавила азари. — Что вы так носитесь с этой легендой? У вас беспокойство не проходит уже три дня. — Ты не понимаешь, нулевой элемент тоже квазивещество, которое существует. А если есть он, который ваш вид научили использовать, то просто представь, что будет, если есть этот камень?       Разговор этот один из многих, которые ведутся в эти дни. И азари чувствуют, как вид способный к телепатии, что их новые патроны взбудоражены. — Объясни мне, что такого в этой легенде, что вы уже третий день тревогой фоните. — Древний враг. На заре космической эры, когда мы были ещё молодым видом, одна его часть стала жутким врагом. У них были передовые технологии. Мы чуть свою родину не разрушили в попытках остановить этого противника. И их армии поддерживали алхимики. До нас только сейчас дошло, что возможно этот мудак Фламель может быть жив и здоров. И даже может быть не только он. Философский камень в руках таких аморальных ублюдков может по всей вероятности не только служить источником бесконечного золота и долголетия, но и бесконечных ресурсов. Это многое объясняет в историческом плане.       Азари Терзикора успели оценить размер исторического пути человеческой цивилизации. По возрасту они заткнут даже протеан. А если представить, что в этой галактике они всего три сотни лет и с трёх ковчегов разрослись до восьми освоенных секторов и ещё три десятка осваивают прямо сейчас… Сложно представить, какие у них были враги, что это вызывает такое беспокойство.       А безопасники после такого срабатывания коллективного подсознания работают над тем, чтобы успокоить гражданских и предпринять меры для выявления вероятного противника. Подобное событие только подтверждает, что предпринятые меры по массовой дезинформации галактики работают как надо. А значит граница на замке. Сектор Шан Гидры (ранее Разлом Калестона). Система Лита.       Звезда Балор в системе Лита является Сердцем Гидры — огромной области космоса, где взрыв гиперновой создал туманность похожую по своей форме на гидру Хаоса. Оно же и главный транспортный коридор сектора. Идеальное место для транспортной логистики по Аттическому Траверсу, если бы не близость систем Терминуса. Пираты тормозят колонизацию сектора почти до нуля. Добровольцы прибывающие сюда возводят свои колонии в виде бастионов, окружённых эшелонированной обороной. Перемещения по космосу осуществляется караванами под охраной боевых кораблей.       Двадцать Седьмой Флот долго разбираться не стал. Флотилии разлетелись по всему сектору и начали выжигать заразу так, что только в путь. Планеты и системы, которые ещё не назвали, начали называть. Так луна Калестон оказалась спутником Цернунна. Военная разведка обнаружила в системе красного карлика Балора ещё одну неизвестную до сих пор планету, чей спутник вполне пригоден для создания военной базы флота. Планету назвали Суцелл, а спутник — Тевтат. На самом Калестоне разрозненные колонии азари, волусов и турианцев принудительно заняли, отфильтровали и переписали население и оформили под военную и мирную космическую промышленность. Лёгкие металлы с редким изотопным составом в атмосферах Цернунна и Суцелла можно относительно легко добывать, что обеспечивает короткое логистическое плечо в масштабах космоса.       Опять же пояс Фомора в системе Лита богат всеми возможными элементами. На карликовой планете Брес заложили мир-кузницу. Специальные советские корабли-кузницы начали возводить на его поверхности производственные мощности, перемежаемые космическими лифтами на орбиту и цитаделями ПКО.       Карликовая планета Элата на орбите между поясом Фомора и суперземлёй Партолон начала превращаться в логистический хаб. Низкая гравитация как на Бресе и чистая орбита в середине системы идеально подходят для этой роли. Несколько астероидов из пояса Фомора идеально подходят для орбитальных крепостей.

* * *

      Неутомимая машина СССР круглыми сутками работает в четыре смены. Время работы, время на жизненные потребности, время на культурное развитие/общественную деятельность/учёбу, время на сон. Из цикла в цикл, цивилизация идёт вперёд.       В бывшей независимой колонии Гастум у вулканического леса развернулась арена для концерта. Атмосфера луны вполне подходит для дыхания, хоть и отравлена местами сернистым газом. Но дыхательный шнобель позволяет решить эту проблему. Можно дышать через нос, оставляя рот открытым. Некоторые даже делают себе аугментацию в пазухи и разделяют дыхалку и пищевод, но это самые отбитые, потому что эта аугментика требует регулярного обслуживания у отоларинголога. Не у всех хватает сил зонд глотать регулярно носом или ртом.       На концерт пришли в основном люди, но и азари с турианцами тоже прибыли на культурное мероприятие, затесалось и трио волусов-меломанов. И сови вжаривают тяжёлым роком по серым будням. Рифы и басы, барабаны и клавишные и конечно же чёткий энергичный вокал. Но прям суровый металл сменяется бардовскими аккордами и народными мотивами. Музыканты выступают, публика подпевает и неиствует. Веселье прёт волнами. Вокруг места концерта стоит лагерь с развлечениями. Полевая кухня, дегустация напитков и блюд, полноценный фестиваль, игровые площадки и мероприятия.       Две сестры азари Гешена и Юнис с своим турианским приятелем Лимиосом и волусом Голом Митом бродят по лагерю на обеденном перерыве. У площадки где проводят старинную забаву стенка на стенку — коллективный кулачный бой галаксианцев, сидит на земле поплывший кроган. — Как сопляка отмудохали. Ха-ха-ха! Славная забава. По нашему!       Это безопасник их колонии Шат Сардак поучаствовал в древней забаве. — Эй, Миха, как говоришь такая чудесная традиция у вас появилась?       Михаил — сержант военного гарнизона СССР, по совместительству инструктор у местных сил безопасности, которых перевели в дружину — отряды добровольцев по обеспечению безопасности и правопорядка, а также основа сил народного ополчения. — Древняя общность славян практиковала эту забаву в честь Перуна-громовержца, покровителя воинов. На самом деле почти в каждой культуре Терры, где есть Громовержец и культура кулачного боя, существует такая традиция, пришедшая из глубины веков. — Правильная традиция! Нечего расслабляться. Гляди, как меня уработали.       Сардак демонстрирует выбитый зуб. — Ты сам бахвалился, чтобы тебя к беретам кинули, так что не жалуйся, что бока намяли и рожу погнули. — Я не жалуюсь. Я радуюсь. Есть чему учиться. Есть куда расти.       Сардак видит своих коллег рядом. Он взбудоражен, но даже близко нет его прежнего впадания в раж. А это возможность пойти поучаствовать в более мирных забавах. Если конечно таковые у сови есть. Ведь они обожают соревнования. Уж на что турианцы являются военными до мозга костей, но даже им или тем же кроганам не пришло в голову устраивать танковый биатлон. Сектор Шан Гидры. Система Хонойя.       Звезда Якава расположена в Левом Крыле Гидры, близко к его окончанию. Средняя по размерам система состоит из двух средних газовых гигантов, одной аммиачной планеты и двух теплиц, первая из которых ещё и суперземля. Вроде бы обычная колония волусов с упором на науку, но есть нюанс. На краю системы болтается первичный ретранслятор, который через сектор Омега Дозора связан со Скиллианским Пределом. И если вторая планета газовый гигант Намбу и третья планета Маскава являются территорией Протектората Вол, то пятая планета — гигант Кобаяси с его кучей обломков астероидов, комет, крупных лун и потоков метеоритов на орбите — идеальное место для пиратской житницы.       Вторжение СССР в систему начинается стремительно. Несколько флотилий заходит со стороны Литы, а ещё две влетают в систему через ретранслятор. Кобаяси окружают, начиная сжимать сферу осады. Любое сопротивление означает беспощадное уничтожение. Космическое пиратство Советы ненавидят наравне с рабством. А тут два в одном. Всю следующую неделю происходит зачистка этого пиратского гнездовья и захват полезной собственности и вторсырья для трудового народа.       Малые боевые станции заступают на пост у ретранслятора. Космос вокруг минируется. Кобаяси стремительно превращается в центр космической инфраструктуры СССР в системе. Но занятием бывшего пиратского гнезда Советы ограничиваться не собираются. Четвёртая планета-теплица Карумто хорошо подходит для терраформирования. У неё привычная гравитация, всего 150° Цельсия температура и 34 атмосферы давление у поверхности. Но самое главное, есть активный вулканизм и магнитное поле привычной конфигурации. То ли дело центральный мир Вырий, где особенности строения планеты дают три пары магнитных полюсов. Его нельзя назвать миром-смерти в полном смысле этого слова, но не зная местных особенностей, покидать города и поселения настоятельно не рекомендуется.       Колония волусов оказалась заблокирована. Нет, сови не мешают движению между Намбу и Маскавой, просто волусы не знают, как себя вести. С одной стороны сови закусились с турианцами, оккупировали Далеон и Боро, заблокировали Кричащую Бездну. С другой — тотальный разгром пиратов, работорговцев и похитителей органов. Сови не стесняются транслировать судебные процессы над ренегатами на всю галактику. Но их телепатия и связанные с ней технологии немного пугают. Показ воспоминаний с помощью миелофона на суде это же самый простой способ установления фактов. А заодно невиданный способ вскрывать самые изощрённые аферы.       И это повод для беспокойства. Ведь Университет Десяти Кланов на Маскаве это не просто колониообразующее предприятие, а фактический лидер всей системы. И без спекуляции не обходилась логистика, ведь без этого невозможно было запрашивать поддержку турианского флота в разумные сроки. Вопрос в том, как это объяснить, если Советы решат захватить систему целиком. Ситуация усугубляется ещё и самыми разными дикими слухами, что уже вовсю гуляют по галактике.       Однако, вопреки жутким ожиданиям волусов, сови начали дипломатический процесс. Огромный десантный корабль прибыл на орбитальную станцию Маскавы с освобождёнными волусами. Приземлятся на аммиачную планету? Увольте. Атмосферное давление чудовищное. Воздух таких планет — смесь ядовитых газов, имеющих аромат общественного туалета. А собачий холод довершает картину. Хотя для начала надо сказать, что аммиачные планеты это подтип углеродных планет. Это вполне определённый вид системы биогеоценозов, представления о которой у сови есть. — Чем мы можем отплатить вам, клан Терры, за освобождение наших профессоров и студентов? Шшш. — Мы забираем этот сектор себе, клан Вол. Мы покупаем вас, как обычно это делаем с другими аммиачниками.       Волусы начинают шипеть, задыхаясь от удивления. Вопросы из них сыпятся как из рога изобилия. Но советский представитель подымает руку и шквал вопросов стихает. — Аммиачники — это эволюционные торговцы, банкиры, бюрократы и юристы, но не обязательно закоренелые буржуи — наши природные враги. И имеющиеся успешные примеры интеграции волусов подтверждают это. — Но мы слышали, что у вас запрещено торговать разумными. Шшш. А вы нас покупаете. Шшш. — Аммиачники, исключение из этого закона. Мы прекрасно понимаем, что у вас другие основы для построения культурного фундамента. Тем более аммиачники покупаются один раз, а дальше вполне успешно интегрируются в наше общество. Да и никто нам не может запретить покупать разумных в качестве наших будущих граждан. — Однако! Шшш! Интересные у вас законы. — Каждый наш гражданин имеет право на жизнь, свободу, минимальное закрытие своих базовых потребностей и труд. Хочешь больше, чем базовый набор, приноси пользу обществу, получай бонусы за это. Система социальной пользы работает и отлажена годами успешного применения. — Это надо полагать то, что у вас вместо денег? Шшш. — Совершенно верно. После начала космической эры, деньги оказались фактором, отрицательно влияющим на выживание человечества. Эпоха Раздора и Тёмные Лета после Ереси, сказались на нас крайне отрицательно. Это был большой регресс, благо Император до Восхождения успел хоть что-то сделать, чтобы во Второй Астроимперии сохранилось хотя бы крупица былого порядка Первой Астроимперии. Теперь же после Реставрации Истин, мы делаем шаг вперёд в будущее.       Сови не соврали, для начала закрыв все потребности колонии по ресурсам и даже по всему остальному. Правда всё остальное — трофеи их с других миров. Но одновременно с этим университет и его дочерние институты завалили работой минимум на пять лет вперёд. И главное тут адаптация советских технологий для аммиачных видов и условий их планет. Может показаться, что задача поставлена банальная, но на самом деле после того, как Маскава и Намбу связались через информационные каналы СССР с другими колониями в Терминусе, то госзаказ на исследования адаптации технологий оказывается должен решить важную системную проблему.       СССР в этой галактике оказался без известного им пула технологий для аммиачных миров. Банально потому, что аммиачники в экспедицию не попали. И теперь для соблюдения собственных законов, сови вынуждены в очередной раз изобретать велосипед. Благо принципиальная возможность такой адаптации известна, и у сови в руках оказались научные мощности Маскавы, агрокомплексы Боро и Алахии, промышленность Талис Фиа, вычислительные кластеры на орбите Зада Бана, верфи Рош Ку и рекруты с Далеона и лун Вем Оска. А ресурсы может предоставить Доз Атаб, Дранен, тот же Намбу, да и пояс Нахата тоже богатый. Да и миров под колонизацию волусов у сови хватает. Так что волусов купили с потрохами новыми мирами, новыми технологиями, выгодными условиями. Продано! Сектор Дзета Ангела (ранее Туманность Пилоса). Система Д’хана. Планета Намакли.       Матриарх Заерин Д’хана в чью честь назвали систему и звезду в ней, наблюдает с вершины единственной аркологии её колонии за движением в небе. Здесь на вершине среди оборудования городского щита установлена небольшая, но мощная обсерватория. Ниже находится центр управления орбитальной станцией и спутниковой группировкой. Десяток тяжёлых крейсеров во главе с дредноутом второго ранга отпугивают от планеты пиратов, работорговцев и прочий сброд из Терминуса. Жизнь на фронтире такая.       Планета тоже сложная досталась. Бескрайние степи перемежаются высокими снежными горами. Моря из-за высокой солёности населяют странные создания, на поверхности обитает куча насекомых, мелкой живности и редкие стада огромных колючих травоядных — шилхаев, чьи иголки торчат во все стороны, словно пики. Есть и бронированные спиногромы. Тоже травоядные существа, тоже живущие небольшими стадами. Эти бронированные существа похожи на шишку на ножках. Их броневые пластины не просто доспех, а ещё и острые лезвия по краю. Есть на планете и крупные хищники/падальщики — натхаки. И варрены тоже появились. Живучие твари.       Матриарх Д’хана поправляет складки своего белоснежного одеяния. Совсем не характерная для азари просторная одежда делает её фигуру больше. Одеяние скрывает в себе много технических приблуд, размывает границы фигуры. И не позволяет понять, что за широким силуэтом и звуком подков на обуви, скрывается могучая фигура. Заерин Д’хана прячет свои модификации тела, ведь иначе к ней возникнет много неудобных вопросов. И дело не только в том, что она нарушает конвенцию о запрете генетических манипуляций. Это на самом деле для неё мелочь. Вопрос в том, как она это делает.       И тут ответ на вопрос окажется таким, что это никак нельзя будет назвать баловством и типа случайно так получилось. Заерин целенаправленно шла к этому. Новая Пирена скрывает под землёй собственную промышленность, агрокомплексы и научные лаборатории. Это для вида на поверхности показывают гидропонные фермы, общину чудачек азари, сиаристов-филантропов помогающим воркча и отчаянную борьбу за выживание в условиях окружающих дикарских орд. На деле же колония на Намакли самодостаточная и успешная. Более того, у Заерин есть отличное прикрытие со стороны её давних подруг: таких же белых шуранэ, как и она сама. Они все прекрасно понимают, что друг без друга не выживут.       Но явилась новая сила в этой галактике. Застывшее болото Пространства Цитадели содрогается до основания. Десятки скоплений переходят под контроль чужаков. Советский Союз устанавливает свои порядки, искореняет пиратство, работорговлю и бардак: последовательно, бескомпромиссно, системно. Сови не просто захватывают территорию, а создают инфраструктуру, возводят города, орбитальные станции, космические лифты.       Заерин рассматривает информацию о системе, где поменялось название сектора, а также все неназванные объекты получили свои имена. Целая флотилия сови прибыла в систему. Противостоять им можно даже не пытаться. Тем не менее сови обходят Новую Пирену стороной. Их интересует обратная сторона планеты. Там на другом материке они возводят купольные города. Похоже на небольшую научную колонию для исследования воркча. Они отсылают партии охотников, которые выслеживают диких воркча и отлавливают их. Жуткие чёрные твари похожие местами на рахни помогают им в этом. — Эти чудища — произведение искусства.       Сови закрывают от разведки свою колонию, но охоту на диких воркча можно наблюдать с орбиты воочию. Чужаки стремятся захватить как можно больше пленных. Довести это число до 100% им мешают сами воркча со своими суицидальными атаками. Матриарх наблюдает эти охоты в прямом эфире. Но больше всего ей любопытно наблюдать не за жуткими питомцами сови, а их адептами, которые в охотах на дикарей принимают самое активное участие. Парящие — специалисты по работе с телепатией и телекинезом. Воркча идут к ним сами, бросая оружие. Хотя фиолетовые вспышки рождают у азари глубокий ужас. Этим славятся ардат-якши, что пугает наблюдательниц до смерти.       Другие адепты проворачивают фокусы со стихиями: атакуют и защищаются с помощью огня, молнии, ветра, льда или земли. Третьи адепты творят вовсе лютую дичь, усиливая себя и союзников и ослабляя дикарей. Среди них есть явные штурмовики, которые идут в ближний бой, где даже у яга шансов мало. Что уж говорить про диких воркча, которые им даже поцарапать тяжёлую броню не могут. Там даже не факт, что дешёвые образцы снайперских винтовок могут шлем пробить.       Но наиболее интересный тип для наблюдения это те, кого Заерин относит к стражам. Эти либо творят совсем жуткую дичь, либо наоборот занимаются излечением союзников. И именно это интересует матриарха. Заерин Д’хана соотносит их умения со своими. Ведь она умеет подстёгивать регенерацию и о, ужас, её фертильные способности работают не только для собственного зачатия, но и она может влиять на других. Именно из-за этого она забралась сюда. Годы исследований, изучения своих возможностей и рождение дочерей и внучек с теми же способностями, изменения в воркча, всё это дополняется генной инженерией, созданием верной свиты таких же необычных азари. А это помимо нарушения конвенции Цитадели, ещё и два десятка тяжких уголовных статей. — Госпожа, к нам поступает вызов от сови.       Уртхак — не просто её помощник. Он образец её возросшего мастерства. Седьмое поколение селекции, этот двадцатипятилетний воркча демонстрирует мощь разума, долголетие и высокие биологические показатели. Не просто личный помощник, а один из лидеров своих воркча. Причём лидер, управляющий другими лидерами воркча, которые менее эффективно развились. Очень вероятно, что его дети даже смогут закрепить эти признаки. — Ответь им. Посмотрим, как они отреагируют на тебя. Порви им представление о своём виде. — Будет сделано, госпожа. Сектор Шан Гидры. Система Зарана.       Звезда класса F Талава в системе Зарана располагается в Жопе Гидры. И это тот самый случай, когда местоположение и условия на поверхности планет системы совпадают до крайности. Первые две планеты (Айтарус и Каушус) — жуткие теплицы, где даже Венера тихо курит за углом. Майтрум — турианский мир-тюрьма, чья низкая гравитация, радиация, отравленная атмосфера и резкий контраст дневных и ночных температур превращают этот мир в идеальную тюрьму. Последняя планета в системе Тайтус — единственный мир, где есть скудная жизнь, причём левоаминокислотная: баргваки, варрены, натхаки, шквальфы.       На Тайтусе есть запасы ископаемых, так что на планету у Партии уже есть планы. Сови знают, как повысить разнообразие жизни. Ввиду того, что рядом располагается тюремная планета, Тайтус ждёт терраформирование в шахтный мир с трудной биосферой. Для начала сови выловили всю шваль на планете. Ублюдки из Терминуса внаглую делают перевалочные базы под боком у Иерархии.

* * *

      А что касается Майтрума, то здесь Двадцать Седьмой Флот поджидает сюрприз. Турианская флотилия на орбите планеты переходит в дрейф и начинает транслировать сигнал о мирных переговорах, стоит только советским боевым кораблям приблизиться. Вопросов появляется больше чем ответов. Начинается сканирование.       На орбите планеты фиксируются следы боя. Обломки принадлежат турианским кораблям. Да и целые корабли несут следы битвы. Несколько орбитальных станций выглядят так, как будто их штурмовали. Соблюдая осторожность, советские корабли занимают позиции, чтобы зафиксировать следы боя между турианцами и принять их представителя.       Переговоры решили провести в кают-компании для создания неформальной обстановки. Хотя скорее самим советским офицерам требуется это. Дело в том, что личность переговорщика самая странная из возможных. Агамемус Каррон — адмирал семнадцатой ауксилии, консерватор и ссыльный военный. Но вошедший в кают-компанию турианец мог быть кем угодно, но точно не сломленной личностью. По первому впечатлению видно, что этот разумный — борец, офицер и волевая личность. Сопровождающий его псионик чуть кивает на незаданный вопрос. Однако, интересно. Он здесь для того, чтобы вести переговоры. — Приветствую вас, адмирал Каррон. — Как и я вас, прошу прощения, не знаю вас также хорошо, как и вы меня.       Агамемус если и удивился тому, что его знают, то быстро понял, откуда его могут знать сови. — Вице-адмирал Гармат Топтыгин, будем знакомы. — Очень приятно, хоть обстоятельства и не самые радостные. — Да, обстоятельства и в самом деле вызывают вопросы.       Ситуация со стороны выглядит совсем не однозначно: адмирал ауксилии, консерватор и вдруг запрашивает переговоры, лично прибывает на них, без каких-либо гарантий своей безопасности. Храбрый и смелый офицер, который пришёл именно за тем, что и было заявлено. — Например, мои причины для этой встречи, учитывая мою политическую позицию и должность? — Не исключено, что и сам предмет переговоров будет неожиданным.       Ответ вызывает тот оскал, который интерпретировать можно, как улыбку. Агамемус явно намерен удивить. — Вы правы, вице-адмирал, мы хотим перейти к вам на службу, всей ауксилией, включая наш мир приписки. — У вас есть мир приписки?       Турианец морщится, вернее так гримасничает, что видно кожу между лицевых пластин панциря. Это значит, что названный объект вызывает сложную гамму чувств. — Наши семьи выкинули в мир, где жизнь на суше ещё не началась. Хорошо хоть это декстробелковый мир. Дары морей обеспечивают нас едой и ресурсами для создания удобрений. — Жить на планете в позднем протерозое или раннем палеозое то ещё удовольствие. Наверняка у вас есть проблемы и с составом атмосферы. Избыток углекислого газа, дыхательные маски вне куполов. А эта жуткая фауна венда или кембрия, брр, право слово, я знаю, что буйабес из этого получается или желейной массой с морским привкусом или набором крабовых палочек с костями.       Гармат передёргивается от плохих воспоминаний. Вице-адмирал вырос на таком мире сам. Турианец внимательно наблюдает за советским коллегой и понимает, что этот сови прекрасно понимает его с полуслова. — Водяные леса справляются с поддержанием атмосферы на приемлемом уровне. А в остальном вы правы. — Однако, это не объясняет вашего стремления перейти к нам. Не думайте, что у нас лёгкая жизнь.       Жёсткий взгляд в упор не вызывает у турианца сомнений или растерянности. — Мы всю жизнь воевали за то, чтобы принести порядок в Терминус. Восстановить то, каким он был до Рахнийских Войн и Кроганских Восстаний. Ладно нас выкинули в сложные условия, бывало хуже, но политика Иерархии в последнее время стала какой-то странной. Такое чувство будто они занимаются помощью ренегатам. Я провёл расследование и боюсь его результаты будут подобны орбитальной бомбардировке.       Агамемус передаёт вице-адмиралу носитель данных с турианской ЭВМ. Бегло просмотрев информацию, гармат с уважением смотрит на адмирала ауксилии. — Да, теперь понятно, почему вы решили сделать такой шаг.       Компромата не просто тонны, его достаточно, чтобы устроить такой шум в Пространстве Цитадели, что там возникнет очень много вопросов. А вопросов у них точно возникнет много. Батары скрупулёзно собирали компромат на Пространство Цитадели, вопросы будут очень болезненные. Но хорошо, когда можно накинуть ещё говна для большего разнообразия. — Я представить не могу, что случилось, что фельдмаршал Дзьепатар решил добровольно выступить защитником батаров, напав на вас, возможно его принудили сделать это. Не буду выносить поспешных суждений, но то, что Совет Консулов заигрался и предал интересы Иерархии не подлежит сомнению. И горше всего осознавать, что тебя предали твои же командующие.       Турианец внезапно подымает глаза. — Возможно, это не лучший подарок. Но я готов передать вам самых важных пленных сейчас. — Было бы неплохо. — Тогда, если вы позволите, я бы хотел вернуться в ангар.       Агамемус замечает, что ему не доверяют, но турианец это понимает: усиление охраны ангара и как будто случайно активированные турели, говорят в пользу сови. Тем не менее вице-адмирал идёт с ним. И его лицо выражает уважение, когда личная гвардия выводит десяток самых главных ублюдков. Их взгляды горды и надменны, но их захлёстывает паника, когда они понимают, где они находятся. Особенно беснуется один гололицый турианец с серым панцирем. Он даже хитромудрый кляп для турианцев умудряется разгрызть. — Агамемус, ты шлюший сын! Дамнати лазурный! Вонючий предатель! — Нет, Курил, это вы жадные безуставщики. А ты мало того, что варрен ублюдочный, ещё и кулуртагли. Экфилос бешеный. Садист, военный преступник и работорговец. Надеюсь сови тебя за все твои преступления не казнят банальным расстрелом. Это слишком милосердно для такого как ты. — Не переживайте адмирал, мы учтём ваше пожелание. Если дело обстоит таким образом, его ждут недра исследовательских лабораторий. Там даже бессмертные боги теряют свою бессмертную спесь. Уведите эту падаль!       Топтыгин говорит тихо и уверенно. Каррон после передачи ему ценных пленных, смотрит на вице-адмирала с некоторой иронией. — Вы уверены в своих силах. Не слишком ли преувеличенно? — А кто говорит, что я преувеличиваю? Я сказал именно то, что хотел, адмирал. Эгоистичные боги и мерзкие демоны являются регулярными гостями в наших исследовательских центрах. Эти гады — паразиты-душесосы. Их последователи — еретеки, отрицающие свободу воли и предназначение разума в угоду духовной тирании. А что они творят, не присниться в страшных снах вот таким вот как этот Курил. Тьфу, такое имя хорошее опошлил своей мерзкой жизнью этот гад.       Гармат воодушевлённо вещает это всё, а Агамемус понимает, что сови сейчас говорит предельно серьёзно и спокойно, как о чём-то будничном. И адмирал не знает пока насколько глубока кроличья нора. Сектор Дзета Ангела. Система Хельг.       Выживших в битвах с сови и захваченных в плен кроганов Кровавой Стаи привезли на новую колонию. Система Хельг состоит из звезды Нарифы и двух газовых гигантов Исейла и Йонуса. На орбите первого находится обитаемая луна Ангелика, а на орбите второго — Фаргон. Между орбитой Йонуса и местным облаком Оорта болтается вторичный ретранслятор, служащий основными воротами в сектор.       Обе луны — негостеприимные миры, где правят бал варрены и прочие космополиты галактики. Стремительное наступление сови ломает привычный порядок вещей. На лунах появились купольные города, прорастая в глубину недр жилыми кавернами, пуская корни промышленными мощностями. Советы вгрызаются в любое небесное тело, которое отвечает их требованиям, создавая цивилизацию в самых порой немыслимых местах.       Для кроганов такое суровое место как луны Нарифы — привычное место обитания. Закалённые в апокалиптическом аду Тучанки, кроганы выживают в условиях немыслимых для других разумных. В этом отношении с ними могут сравниться не многие другие виды. Например среди сови такими разумными являются огры. — Шевелитесь, динозавры, быстрее. Разогреваемся, и вперёд на тренировку.       Офицер огров покрикивает на своих подопечных: выживших кроганов из Кровавой Стаи теперь собирают на луне Ангелика. А послушные они теперь после Чистилища и Возрождения. Партия постановила такой полезный боевой ресурс не расходовать почём зря. Так что штрафная дивизия Кровавая Стая теперь проходит переподготовку в лагере на Ангелике. Именно здесь собраны все исследования по кроганам. За прошедшие месяцы удалось наладить работу по очищению этих динозавров, которые преподнесли несколько сюрпризов.       Стандартная процедура на аборигенов Тучанки действует с гарантированным смертельным исходом, происходит какая-то аномалия с сосудами, служащими третьей дублирующей нервной системой кроганов. И один умник в поисках решения проблемы предложил такое, что выбивается за рамки добра и зла. Узнав от своих коллег о получении образцов Хомо Ангелика, этот шизик предложил использовать их для поправки процесса. Хорошо хоть не геносемя, а всего лишь геновирус и образцы тканей.       Они нашли друг друга: генолиния №9, геном кроганов и немного генома огров с помощью генной инженерии, химерологии и высшего целительства слились воедино. Результат бегает по лагерю, сносит взрослых кроганов как кегли и стабильно растёт не по дням, а по часам. Партия поздних яиц кроганов была обнаружена на одном саларианском объекте в Терминусе, где изучали последствия генофага. Советские учёные ввели сыворотку для испытания в эти яйца, зная, что яйца обречены. А те возьми и вылупись. Геновирус №9 ведь обладает свойствами исправлять генетические дефекты. Таким образом решили две задачи: вылечили генофаг со снижением фертильности кроганов и получили образец для мутации сосудистой системы. Оказалось, что эти две проблемы связаны воедино. — Что-то сегодня Ан-Хорт не в настроении. — Говорят, что опять что-то там не дают по снабжению. — В Медузе какой-то шухер. Всех свободных целителей туда отправляют.       Арчук, Бруд и Гарм в процессе разминки переговариваются безэмоционально. Как и большинство кроганов в лагере они месяц назад подверглись очищению и перезаписи. В голове звенящая пустота, кроме того запаса информации, что в них вложили обратно. А вложили мало: только базовые навыки. Всё остальное заново отрабатывать надо. Учёба, учёба и ещё раз учёба приносит эмоциональную разрядку, спасает от пустоты внутри. — Учиться, учиться, учиться!       Рядом Саламуль заканчивает делать комплекс отжиманий серией отжиманий без рук телекинезом. Надо им поднажать. Не хочется от него отставать. Да и инструктор на них поглядывает.

* * *

      А в исследовательской лаборатории при военном лагере учёные отчитываются перед особистами, что же они навертели. — Товарищ Бархогнян, результат стабильный. Можно даже попробовать выращивать в них геносемя на развод. — Главное, чтобы потом ангелы пиздов не раздали за такое, когда они узнают. А они точно узнают.       Глава комиссии от КГБ смотрит в отчёты и мозги учёных, понимая, что своих ангелов на коленке делать придётся, адаптируя под имеющиеся технологии. С точки зрения имперцев вообще техноересь, биоересь и ересь обыкновенная. Но Император не выдаст, Малкодор не съест. А вот ангелы точно догадаются: у трансгуманитов с интеллектом всё в порядке. Они конечно отбитые боевые пидорасы Императора, но каждый из них даст тысячу очков вперёд лучшим из лучших. — Продолжайте тщательное наблюдение. Сектор Ро Аргоса. Система Аравия. Планета Тунтау.       Сектор Ро Аргоса неспокойное место. Отсюда идёт прямая дорога до Внешнего Пояса. Но помимо этого сектор кишит тайными базами пиратов, контрабандистов и прочих криминальных элементов. Семнадцатый Флот прочёсывает сектор мелкой гребёнкой, но пока результаты не такие отличные, как хотелось бы. Криминальные банды совсем не такой противник, как регулярные войска. Что-то близкое по выручке могут предложить только бандформирования и пиратские флоты турианских ренегатов.       Аравия в списке местных звёздных систем занимает особое место. Белая звезда класса A Феникс имеет как это не удивительно две планеты, пригодные для жизни. Третья планета Интай’сей готова для заселения. Собственно процесс идёт и этот мир активно заселяется населением как степной агромир, чьи бескрайние просторы топчут неисчислимые стада космокоров. Четвёртая планета Тунтау представляет собой мёртвый сад. Его в виду больших запасов полезных ископаемых и близости к поясу Меркури, решено превратить в производственный мир. Идут работы по возрождению биосферы.       Тем неожиданнее появление странного гостя. Корабль-невидимка выпрыгнул на орбите Вебинока и принялся посылать сигнал о переговорах. Так совпало, что адмирал Семнадцатого Флота выбрал эту систему под базу флота. В поясе Меркури есть карликовая планета Квентара — плотный шар из тяжёлых металлов на спутнике которого находиться тайная военная база Цитадели Хладная Вершина. Между прочим интереснейший объект.       Когда разобрались, кто прибыл и зачем, адмирал решил лично встретиться с этим разумным. Среди множества личностей, которые вызывают интерес у советского руководства, этот кроган является одним из немногих вождей динозавров, которые выглядят адекватно.       Буквально через пару часов корабль-невидимка Урднота Рекса заходит на посадку в один из больших ангаров штабника Vox communistarum. Варбосс выходит из своего лёгкого крейсера в броне с кувалдой за спиной и пистолетом на поясе. Вопреки опасениям охраны, адмирал принимает гостя, не разоружив, назначая встречу на обзорной площадке, где беседует с ещё одним кроганом — Хелем Бюррумом. — Варбосс Рекс.       Бюррум уважительно склоняет голову, когда появляется Урднот Рекс. Клан Хель вассалы Урднотов, таким образом подтверждение личности вождя в изгнании успешно состоялось. — Бюррум, хреново выглядишь! Решил обоссать молотильщика, но полетал на хвосте?       Варбосс Урднотов опознаёт также воина союзного клана. — Да можно и так сказать. Но сови обошлись со мной по доброму, сильно не били и предложили хороший контракт.       Урднот Рекс смотрит на жёлтого сородича со скепсисом. Сорванный лобовой щиток и аугментика в башке вызывают вопросы, что же считать сильными побоями в исполнении сови. Но он здесь не с сородичем степени выдачи пиздюлей у сови обсуждать. Профессиональным взглядом Рекс оценивает могучего визави. — Ты значит местный варбосс здесь? Приветствую. Буду краток. У нас есть одна общая проблема: пиратская банда Шкуродёров. Я узнал, что на Тунтау у них есть секретная база. Интересуют подробности?       Рекс сразу берёт натхака за мандибулы, передаёт документы своему собеседнику. Дро’зул Широкохват — адмирал Семнадцатого Флота берёт документы и начинает их изучать. Свирепый тролль, потомок зандаларов, он не уступает в габаритах ограм, да и интеллектом может посоперничать со многими разумными. Своё адмиральское место Дро’зул занимает по праву, являясь едва ли не танцором войны. И существует не нулевая вероятность, что он ещё даст дрозда цитадельцам. — Подробности интересуют, но что тебе надо от нас? — Тонн Актус — вожак этой варбанды. Он — моя добыча. Я должен вернуть родовые доспехи Урднотов. Этот костяной контрацептив похитил их из музея лазурек на Тессии, куда их передали дурики с Палавена. И я знаю, что они на этой базе. Доспехи были частью клана Урднот на протяжении пяти поколений.       Дро’зул присвистывает. Из информации по Пространству Цитадели известно, что кроганы долгожители, чей век легко переваливает за тысячу лет. Эта реликвия может быть ещё из докосмической эры. Им не меньше пяти тысяч лет. — Это как-то связано с твоим изгнанием? — Напрямую. Но если вы поможете вернуть доспехи, можем обсудить дальнейшее сотрудничество. Мой текущий статус не позволяет мне действовать в полную силу. — А ты самоуверенный. Почему ты думаешь, что нас интересуют независимые кроганы?       Рекс даже не дёргается на такую провокацию. Адмирал Широкохват понимает, что перед ним не просто вождь в изгнании и варбосс самого большого клана Тучанки. Нет, Рекс косит под дурака, но он кто угодно, но не дурак. Интуиция вопит благим матом, что этот красный кроган далеко не так прост, как описывают его источники цитадельцев. — Независимые? В это могут верить только глупцы из традиционалистов. Но за философию можно потом побеседовать будет. Сначала скажи мне, поможешь вернуть родовую броню?       Урднот Рекс ждёт ответа. Дро’зул его не разочаровывает. — Да отчего не помочь. Поможем. Давай только в зал для брифингов пройдём и вместе подумаем, что с этим делать.       Адмирал указывает на раздобытые варбоссом данные, тонко намекая, что могут быть сюрпризы. Разные технологические подходы до сих пор сказываются на Красных Армии и Флоте. На самом деле Дро’зул даже мысли не может допустить, чтобы упустить такую возможность начать эффективную борьбу с пиратством и прочими ренегатами. Всё же сектор находится в Аттическом Траверсе, где навык маскировки куда важнее для выживания количества кораблей у варбанды. Сектор Коппа Скорпиона (ранее Нубийский Простор). Система Язига. Планета Прагия.       Сектор является связующим звеном на маршруте Ананси-Иштар, открытый в своё время саларианцами клана Нубий. Со стороны Аттического Траверса этот сектор открывается вторичным ретранслятором в системе Язига. Жёлтый карлик класса G Дакка, названная по самоназванию родоплеменного союза даков, освещает пять планет: Банник, Прагия, Алконост, Гамаюн и Зирнитра. Первая планета — типичная венерианская теплица. Третья и четвёртая — газовые гиганты. Пятая — карликовая планета, но имеет довольно много силикатов в своём составе и по всей видимости мифриловое ядро. А вот вторая планета — типичный зелёный мир с повышенным вулканизмом, чьи размеры составляют 80% от Терры.       Ранее планета называлась Вротак и принадлежала Батарианской Гегемонии, являясь её агромиром, пока двести лет назад четырёхглазые не решили поиграть в великих агрономов. Закончилось это предсказуемо печально. Симбиоз растений и хемотрофных бактерий привёл к тому, что вчерашняя житница превратилась в мир-смерти покрытый джунглями, а немногочисленная фауна планеты и сельскохозяйственные животные мутировали, чтобы выжить в этой среде. Батарианцы пытались бороться, но еле ноги унесли. Некоторые не поглощённые джунглями области быстро привлекли внимание криминальных элементов: пиратов, нелегальных исследователей, контрабандистов. Спустя сто лет во время очередного турианского рейда на орбите планеты состоялся крупный бой. Танкер контрабандистов и десятки других кораблей по итогам сражения рухнули на планету, загрязнив её эльно. Этот виток катастрофы добавил мутаций для местной агрессивной флоры.       Картина маслом рисуется шикарная. Но сови умудряются найти новые краски в общий сюжет. Джунгли использовали нулевой элемент для мутаций и среди тысяч их нашлась такая, что включила магию. Уже третья планета, где магический фон вырос до ощутимых значений. И первыми в это зелёное море отправились спецотряды. — Серёга, что там такое? — Сам посмотри. — Да ну нахуй! Пацаны, вы тоже это видите? — Этюд в неописуемых красках, Витёк. — Я думал чичиковое дерево только в анекдотах встречается. — Димон, это не анекдот, а старая русская срамная сказка. — А делать-то что прикажете? — Осматриваем территорию вокруг деревни дриад и возвращаемся в лагерь. Контакта избегать.       Члены отряда переглядываются. Среди них друида нет. — Товарищ капитан, да здесь дурных нет. К этим «берёзкам» надо с отделением друидов подходить. Мне эти ветки-лианы доверия не внушают. Тем более, когда на этом дубе чичики растут. — А говорили разумных нету.       Один из спецов глубокомысленно замечает. — Мне после того как сегодня меня акация чуть металлическими шипами не пристрелила и подорожник чуть руку не откусил, кажется, что надо бахнуть эту планету, пока здесь местные орки не завелись таким образом.       Он тяжело вздыхает, понимая, что руководство будет исследовать мир, который сам пришёл к магии в этой вселенной. Прагию экстерминируют только в крайнем случае.