Часть 8
20 января 2026 г., 01:32
Донован даже не взглянув на Лэйн продолжила заполнять документы, лишь головой качнув указывая сесть на кушетку. Лэйн с дрожью в ногах опустилась, положив руки на колени сжимая их. И только тогда Донован позволила себе отвлечься от бумажек и посмотреть на нее.
Донован: задирай футболку, нужно осмотреть твою рану
Лэйн затаив дыхание, с небольшой дрожью в руках приподняла футболку оголяя часть живота. Донован подошла к ней вплотную и девушка непроизвольно раздвинула ноги, давая возможность подойти еще ближе. Тут же руки профессора легли на талию Лэйн, та вздрогнула и предательски по телу побежали мурашки. Донован усмехнулась и наклонилась к ней так близко что их губы практически прикасались.
Донован: как продвигается перевод книги?
Лэйн: ты ко мне так близко только из-за книги?
Донован: деточка если я тебя возьму здесь, боюсь твои стоны все услышат и хрупкое сердце Дмитрия не выдержит.
Задержав дыхание, Лэйн начала рассказывать что в мире есть камень напоминающий сгусток энергии в нем течет время но с началом апокалипсиса оно остановилось, давай возможность найти его и разбить тем самым вернуть то время когда разлома еще не случилось. Донован все так же близко стоя, внимательно ее слушала, смотря то в глаза то на губы. Через какое-то время Лэйн замолкла, профессор все еще стояла и анализировала сказанное ею.
Донован: молодец, продолжай в том же духе. И рана твоя заживает хорошо.
Лэйн: и все?
Донован: а тебе еще что-то нужно? Если чего-то хочешь скажи, я не умею читать мысли.
Лэйн: поцелуй меня.
Прежде чем предпринять хоть какие-то действия в сторону девушки, Донован прищурилась будто анализируя. Руки с талии переместились на шею, не выдержав Лэйн первая поддалась приникнув к губам профессора, но тут же роль была перехвачена и вести начала Донован. Глубокий, медленный жадный поцелуй стиравший последнее самообладание Лэйн. Женские руки исследовали тело юной девушки, проходились по талии, сжимали небольшую упругую грудь. Лэйн тоже не бездействовала, руки сжимали талию так, что побелели костяшки.
Поняв что она начинает терять контроль, Донован резко отстранилась, отвернувшись от Лэйн, она тяжело дыша процедила «всё, иди. У меня много работы, а ты дальше занимайся книгой».
Заправив футболку обратно в джинсы, Лэйн послушно встала и испарилась за дверью. По коридорам базы она побрела в купальную, как только из душа побежали первые капли воды, вместе с ними полились горькие слезы, девушка не плакала громко, лишь изредка шмыгала носом. Ей казалось что она игрушка, в которую играли лишь тогда когда она сама бросится в глаза.
Постояв так еще какое-то время, Лэйн вернулась в свою комнату, опустошенная без единой мыслей в голове она легла на кровать свернувшись комочком, слушая как бьется ее собственное сердце.
В это же время профессор стояла на балконе, смотря на разваленный город, она то подходила то отходила от дверной ручки, не решаясь на следующий шаг. Казалось что принимать решение кому жить а кому умереть давалось легче, чем решение касающийся ее личной жизни, а еще хуже взять ответственность за чужое сердце которое своей пылкостью можно было разбить.
Ночью дверь в ее комнату тихо открылась, на кровать опустилось еще одно тело, повернувшись на бок Донован притянула к себе Лэйн и начала гладить по спине, пока сама не погрузилась в сон.
Рассвет наступал медленно тягуче, первые лучики солнца пробирались в комнату освещая ее так что было видно как пыль витает. Донован первая открыла глаза поймав фокус, она чуть повернула голову смотря на спящее лицо под боком. Когда солнце дошло до своего пика, Лэйн начала просыпаться, медленно щурясь распахнула глаза и увидела ее, ту которая была причиной ее вчерашних слез.
Донован: доброе утро.
