Иногда и двух мало

Шотаро потянулся к ящику у дивана, где хранились всякие мелочи, и достал презерватив. Его пальцы слегка дрожали, когда он вскрывал упаковку, но в его глазах горела уверенность. Он посмотрел на Вонбина, который всё ещё сидел на коленях перед ним, и улыбнулся. — Я блядски хочу тебя, — сказал Шотаро, его голос был мягким, но в нём чувствовалась твёрдая решимость. — Хочу почувствовать тебя… всего. Вонбин почувствовал, как его собственное тело отозвалось жаром на эти слова. Он медленно поднялся с колен, его движения были плавными, почти ленивыми, но в них чувствовалась грация. Он лёг обратно на диван, опираясь на подушки, и раздвинул ноги, приглашая Шотаро. Его глаза блестели, а губы всё ещё блестели от слюны и спермы, что делало его вид ещё более соблазнительным. — Тогда… возьми меня, — прошептал Вонбин, его голос был полон желания, но в нём всё ещё чувствовалась лёгкая неловкость. — Я… я тоже этого хочу Вонбин лёг на спину, его красные волосы разметались по подушкам, создавая яркий контраст с белой обивкой дивана. Его глаза блестели от предвкушения, а грудь вздымалась от учащённого дыхания. Он медленно стянул с себя чёрные спортивные штаны, а затем и бельё, обнажая своё стройное тело. Тонкая талия, изящные линии бёдер, длинные ноги - всё в Вонбине было идеально, и Шотаро не мог отвести взгляд. Вонбин раздвинул ноги ещё шире, его движения были медленными, почти дразнящими, и Шотаро почувствовал, как его член снова начал твердеть, несмотря на только что пережитый оргазм. После пары поступательных движений нежной ручкой Вонбина еж его раздвинутых сладких ножек - и у Осаки вновь каменный стояк. Он быстро раскатывает презерватив по члену и опустился между ног Вонбина, его ладони легли на бёдра друга, и он провёл ими вверх, наслаждаясь мягкостью кожи. Вонбин вздрогнул от этого прикосновения, его дыхание стало прерывистым, а глаза затуманились. Шотаро наклонился, его губы коснулись внутренней стороны бедра Вонбина, и он начал покрывать её нежными поцелуями, медленно поднимаясь выше. — Ты такой красивый, — прошептал Шотаро, его голос был полон восхищения. Он поднял взгляд, встречаясь с глазами Вонбина, и улыбнулся. — Я… не могу поверить, что мы это делаем. — Шотаро… — Вонбин прикусил губу, его голос дрожал от нежности и лёгкого смущения. — Ты… правда хочешь этого? Мы же… лучшие друзья — Очень хочу, — Шотаро кивнул, его руки сжали бёдра Вонбина чуть сильнее. — А ты? Если ты не хочешь, я… — Хочу, — перебил его Вонбин, его щёки вспыхнули, но в его взгляде не было сомнений. — Я… я давно это представлял. Просто… не думал, что это случиться так… скоро. Шотаро ухмыльнулся. Он наклонился ближе, его губы коснулись пресса Вонбина, и он начал покрывать его кожу лёгкими, но требовательными поцелуями, медленно поднимаясь к груди. Вонбин выгнулся навстречу, когда Шотаро начал играть и покусывать его нежные соски, его пальцы вцепились в подушки, а из горла вырвался тихий стон. Шотаро почувствовал, как его член дёрнулся на этот звук, и медленно вошёл в Вонбина, стараясь быть максимально осторожным и удивляясь, как беспроблемно тот принял его. Вонбин напрягся на мгновение, его глаза закрылись, а губы приоткрылись, но через несколько секунд он расслабился, и его дырочка полностью приняла Шотаро, обволакивая тёплой влажной негой. Всё-таки утренние игры в душе не прошли даром и сейчас очень выручили. — Ах… Шотаро… — Вонбин выдохнул, его голос был хриплым, полным удовольствия. — Ты… ты такой… большой… — А ты… такой тугой, — Шотаро стиснул зубы, его голос дрожал от наслаждения. Он начал двигаться медленно, плавно, наслаждаясь каждым мгновением, каждым звуком, который издавал Вонбин. Их тела двигались в одном ритме, пот покрывал их кожу, а взгляды были полны желания. Шотаро чувствовал, как Вонбин сжимает его внутри, и это было так хорошо, так правильно, что он едва мог сдерживать себя. — Это… невероятно, — выдохнул Шотаро, его руки скользнули по бокам Вонбина, сжимая его талию. — В тебе так мокро и тепло... я не могу поверить, что это происходит… Теперь понятно почему Ынсок и Сончан трахают тебя почти каждый... Ах... день... — Даа.. Мхх.. прочувствуй это... Докажи мне, как тебе хорошо.. — между стонами дразнился Вонбин с ухмылкой. Его глаза блестели, но улыбка быстро сменилась стоном, когда Шотаро ускорил темп. Они всё ещё говорили как друзья, но их слова становились всё более откровенными и грязными, всё более интимными. Шотаро приподнял ноги Вонбина, закидывая их себе на плечи, и вошёл глубже, заставляя Вонбина закричать от удовольствия. — Твои ножки просто чудо — Начав целовать стройные ноги Вонбина, параллельно вкалачивая его в диван, томно расхваливал Шотаро — Такие нежные... такие изящные... От этих слов ноги Вонбина всё ещё в белых носочках на крепких плечах Шотаро начали разъезжаться ещё сильнее. Его пальцы вцепились в диван, а красные волосы разметались по подушкам, создавая яркое пятно на белой ткани. Шотаро наклонился, его губы нашли шею Вонбина, и он начал кусать её, оставляя красные следы. Вонбин стонал всё громче, его голос эхом разносился по общежитию, и Шотаро чувствовал, как эти звуки сводят его с ума. — Боже, Шотаро… быстрее… пожалуйста… — Вонбин задыхался, его тело дрожало от наслаждения. — Я… я хочу чувствовать тебя… ещё глубже… Шотаро подчинился и быстро выйдя из Вонбина, опустив его ноги - взял и резко сменил позу, поставив младшего в колено-локтевую, на что тот инстинктивно прогнул спинку, выпячивая задницу. Шотаро не удержался и шлёпнул по сочным ягодицам, следом резко входя до упора. Его движения стали резкими, грубыми, но в них всё ещё чувствовалась забота. Он схватил Вонбина за волосы, потянув их назад, буквально насаживая на себя и это только сильнее завело их обоих. Вонбин выгнулся сильнее, его спина изогнулась дугой, а стоны стали такими громкими, что, казалось, их слышно на другом конце общежития. Шотаро с силой потянул Вонбина на себя и держа за шею впился в его губы. Они слились в жарком поцелуе, полном страсти и желания. Их языки сплелись, а дыхание смешалось, и это было так интимно, так горячо, что они оба почувствовали, как их тела приближаются к пику. Трахая Вонбина раком до тех пор, пока тот не пожаловался на поясницу, они решили сменить позу ещё раз. Теперь Вонбин оседлал Шотаро, усевшись на него сверху. Шотаро широко раздвинул ноги и уже по хозяйски лапал задницу лучшего руга, насаживая его на свой толстый хуй. Движения Вонбина были плавными, но уверенными, он двигался вверх и вниз, его руки упирались в накаченную грудь Шотаро, а красные волосы падали на лицо, закрывая его глаза. Шотаро смотрел на него снизу, его руки направляя Вонбина, а вид лучшего друга - потного, раскрасневшегося, с растрепанными волосами и полузакрытыми глазами - был самым красивым, что он когда-либо видел. Вонбин двигался всё быстрее, стонал так громко, что его голос срывался, а тело покрылось потом, который стекал по его спине, оставляя блестящие дорожки. Стоны были высокими, певучими, такими громкими и возбуждающими, что член Шотаро аж до боли стоял колом, внутри Вонбина. — Ты… так хорош, — выдохнул Шотаро, его руки сжимали бёдра Вонбина, оставляя на них красные следы. — Я… я не могу остановиться… ты… ты слишком… идеальный… Хочу всегда быть в мокром, горячем и тесном тебе — Если остановишься сейчас, я тебя зарежу — Вонбин усмехаясь угрожал, обнимая Шотаро за шею и продолжая усердно скакать — Я хочу ещё… Шотаро… пожалуйста… не останавливайся… Видя, как Вонбин заметно выдохся, Шотаро не выходя уложил его обратно на диван и схватив за щиколотки развёл ноги так широко, как мог, чтобы угол проникновения стал просто диким. Шотаро не медля и секунды начал двигаться в диком ритме, со всей силы вколачивая Вонбина в мебель. Звук шлёпающих яиц и пронзительный крик Вонбина в ответ на то, что Шотаро наконец трахал его прямо по простате, да ещё и так глубоко - заполнили комнату. — Сукаа.. Ах.. Ааааах... Как глубоко, боже. Шотаро,.. Сильнее, умоляю, сильнее — уже в полном бреду умолял Вонбин, извиваясь на подушках — Мне нравиться, как ты клянчишь мой член — Опустившись к уху Вонбина, прошептал Шотаро — Шотаро… я… я сейчас… — Вонбин задыхался, его голос сорвался, а пальцы сильнее сжали грудь друга, за которую тот хватался. Шотаро почувствовал, как его собственный оргазм приближается, и сжал бёдра Вонбина ещё сильнее. — Давай… вместе… — выдохнул Шотаро, и через несколько секунд они кончили почти одновременно. Вонбин излился на живот Шотаро, его сперма была горячей, липкой, и стекала по коже, оставляя блестящие дорожки. Шотаро, содрогнувшись, достиг пика внутри друга, его тело напряглось, а из горла вырвался хриплый стон. Он до последнего не хотел выходить из Вонбина и инстинктивно продолжал немного двигаться внутри даже после оргазма. Разнеженный Вонбин лежал смотря словно из под пелены на Шотаро по телу которого стекал пот, капая на него. Наконец он почувствовал постоту и слегка жалобно заскулил, что не ускользнуло от внимания Шотаро. Быстро сняв презик, завязав и кинув куда-то в угол комнаты, Осаки вернулся к другу и опустившись, устроился на диване рядом. Они лежали, тяжело дыша, переглядываясь, пытаясь осознать всё произошедшее и прийти в себя. Вонбин вдруг повернулся и прижался к Шотаро, его голова легла на грудь друга, а Шотаро инстинктивно обнял его. Их дыхание медленно выравнивалось, а тела всё ещё дрожали от пережитого удовольствия. — Это было... невероятно, — прошептал Шотаро, его голос был хриплым, но счастливым. — Ты… просто бог, Вонбин. Я… я даже не знаю, как это описать. Вонбин улыбнулся, его глаза были полузакрыты, а голос - тихим и мягким. — Ты тоже шикарен, Шотаро, — он провёл пальцами по груди друга, рисуя невидимые узоры. — Но... для Ынсока этого не было, понял? А то… он меня уже точно убьёт. Они оба рассмеялись, их смех был лёгким, искренним, и именно в этот момент их дружба стала чем-то большим - чем-то с запретным привкусом, помнить который они оба будут ещё очень долго.