Узы крови (Ребилд)

Гарри сидел за столом и неторопливо доедал яичницу с беконом, когда камин вдруг вспыхнул зелёным. Он дёрнулся, вскочил и выхватил палочку раньше, чем успел подумать. Из пламени шагнула Августа Лонгботтом. Следом появился Невилл — весь в саже, растрёпанный и настолько счастливый, что даже не пытался это скрыть. Августа остановилась, увидев направленную на неё палочку. — Мистер Поттер, оружие можно опустить. Гарри смутился и сразу отвёл руку. — Простите. Я не ожидал гостей. — После того, что произошло с домовиком, ваша реакция понятна, — сухо сказала она. — Но в следующий раз сначала убедитесь, что палочка направлена не на союзника. — Да, мэм. Августа стряхнула пепел с рукава. — Где ваш брат? — В тренировочном зале. — Разумеется. Она произнесла это так, будто другого ответа и быть не могло, после чего направилась к лестнице, ведущей вниз. Гарри проводил её взглядом и только тогда повернулся к Невиллу. В правой руке тот держал узкую коробку. Крышка была открыта, и на тёмном бархате лежала палочка из вишнёвого дерева — гладкая, тёмная, с чуть более светлой рукоятью. — Ну? — Гарри расплылся в улыбке. — Показывай. Невилл осторожно достал палочку. — Вишня. Волос единорога. Он провёл большим пальцем по рукояти и улыбнулся снова — почти виновато, словно ему было неловко радоваться вещи, которую он хотел слишком давно. — Олливандер дал мне попробовать много. Некоторые вообще ничего не делали. Одна разбила лампу. А эта… — Невилл замялся, подбирая слова. — С ней стало тепло. Не обожгло. Просто будто рука наконец перестала быть чужой. — Значит, выбрала. — Наверное. Гарри нахмурился. — Почему «наверное»? Невилл опустил палочку. — Вчера всё выглядело так, будто виновата только папина палочка. Но вдруг дело не только в ней? Вдруг я и с этой ничего не смогу? Гарри вернулся на стул и кивнул на место напротив. — Сядь. Невилл послушался. — Даже если ты сегодня промахнёшься, это ничего не докажет, — сказал Гарри. — Хайсе заставляет меня повторять одно движение десятки раз. И я всё равно иногда делаю его неправильно. — Ты другое дело. — Почему? Невилл не нашёл ответа. — Ты пошёл с нами к троллю, хотя боялся, — продолжил Гарри. — Остался, когда мог убежать. И помог спасти Дафну. Палочка не сделала этого за тебя. — Но это не значит, что я сильный маг. — Может, не значит. Пока. Но даже если бы твоя магия была слабее моей, это не сделало бы тебя трусом или плохим другом. А вчера ты попал учебной палочкой, которая тебя даже не выбирала. Сегодня у тебя своя. Теперь хотя бы можно честно узнать, что умеешь именно ты. Невилл посмотрел на новую палочку. — А если окажется, что немного? Гарри пожал плечами. — Тогда начнёшь с немного. Я начинал с того, что жил в чулане и ничего не знал о магии. Не лучший старт, но других нам почему-то не выдали. Невилл тихо рассмеялся. — Ты ужасно умеешь утешать. — Зато подействовало. — Немного. — Вот видишь. Начали с немного. Тем временем Августа спустилась к тренировочному залу. За дверью один за другим раздавались короткие удары. Защитные чары на пороге узнали участницу союза и пропустили её, но тонкая серебряная линия на стене вспыхнула, предупреждая хозяина о посетителе. В центре зала Хайсе сражался с двумя манекенами. Они двигались совсем не так, как учебные мишени на вчерашнем занятии. Один постоянно сокращал расстояние, второй бил с дальней линии, вынуждая Хайсе одновременно уходить, защищаться и следить за углами. Заклинания вспарывали воздух короткими цветными полосами. Несколько вспышек разбились о щит. Одна прошла так близко от его плеча, что край рубашки дёрнулся от движения воздуха. Хайсе уже заметил предупреждение у двери. Он не повернулся. Ушёл от первого заклинания, перенаправил второе в пол, заставил ближний манекен закрыть собой дальний — и двумя короткими ударами погасил оба управляющих кристалла. Только после этого опустил палочку. — Гарри, я просил не входить во время активной связки, — начал он, оборачиваясь. Увидев Августу, Хайсе замолчал. — Прошу прощения, миссис Лонгботтом. Я ожидал другого нарушителя распорядка. Он щёлкнул пальцами. Манекены выпрямились и замерли. Разбитые защитные пластины на их корпусах начали медленно срастаться. — Быстро, — заметила Августа. — Особенно последний манёвр. — Второй раз за утро. В первый я пропустил удар. — Вы всегда отвечаете на похвалу отчётом об ошибках? — Только когда ошибка важнее похвалы. Августа едва заметно приподняла бровь. — Я выполнила обещание. У Невилла теперь собственная палочка. На лице Хайсе появилась настоящая улыбка. — Хорошая новость. — Он ждёт наверху. — Тогда проверим, насколько хорошая. Через несколько минут Невилл стоял перед тем же измерительным манекеном, который использовали накануне. Гарри устроился у стены. Августа осталась возле двери, скрестив руки на груди. Хайсе осмотрел новую палочку, но не взял её. — Что сказал Олливандер? — Что она ценит упорство, — ответил Невилл. — И что сердцевина не любит бессмысленную жестокость. — Звучит так, будто вы нашли друг друга. Невилл сжал рукоять чуть увереннее. — Встань на линию. То же заклинание, что вчера. Ничего никому не доказывай. Просто выполни движение. Невилл глубоко вдохнул. — Флипендо! Луч ударил точно в грудь манекена. Мишень резко отъехала назад. Левый кристалл вспыхнул голубым, средний — зелёным, правый — снова голубым. Невилл замер. Гарри радостно хлопнул ладонью по стене. — Видел?! — Видел, — сказал Хайсе. — И теперь ещё раз. Улыбка Невилла дрогнула. — Зачем? — Один удачный удар может быть случайностью. Нам нужна повторяемость. Невилл снова поднял палочку. На этот раз голос прозвучал громче: — Флипендо! Манекен откатился почти на то же расстояние. Два кристалла загорелись голубым, средний сохранил ровный зелёный свет. Хайсе кивнул. — Вот теперь результат. Невилл смотрел не на манекен, а на собственную руку. — Она вообще не сопротивлялась. — Так и должно быть. — Значит, дело правда было в палочке? — Отчасти, — ответил Хайсе. — Старая палочка мешала тебе. Новая убрала помеху. Но она не научит тебя двигаться, думать, сохранять спокойствие и выбирать момент. Это уже твоя работа. Невилл медленно кивнул. — Я буду работать. — Знаю. Поэтому сегодня можешь порадоваться без всяких «но». Августа не улыбнулась. Только её пальцы, до этого сжимавшие рукоять сумочки, наконец разжались. Первые полноценные дуэли Хайсе разрешил не сразу. Следующие десять дней дети учились падать, не подставляя запястья, уходить с прямой линии, поднимать короткий щит и не закрывать им собственный обзор. Заклинания использовали самые простые. Скорость увеличивали медленно. Любая попытка показать больше, чем было велено, заканчивалась остановкой упражнения и сухим вопросом Хайсе: «Вы тренируетесь или выступаете?» К первому практическому занятию даже Гарри перестал жаловаться на однообразие. Почти. В этот раз взрослые снова сидели за защитной преградой. Это была последняя тренировка, на которой Хайсе разрешил присутствовать всем: дальше родители должны были получать отчёты, а не превращать каждую ошибку ребёнка в семейное событие. Астория успела пройти разминку вместе со старшими и теперь сидела между родителями, прижимая к груди собственную папку с упражнениями. Гарри, Гермиона, Невилл и Дафна стояли на краю очерченного круга. — Сегодня будет три поединка, — сказал Хайсе. — Не шесть. Вы не обязаны передраться со всеми за один день, чтобы я понял, над чем работать. Он указал на светящуюся границу. — Победа засчитывается при чистом обезоруживании, полной фиксации или выходе противника за круг. Используем только разрешённые заклинания. В голову не целимся. Если я говорю «стоп», вы прекращаете колдовать, даже если уже почти победили. — А если заклинание уже выпущено? — спросила Гермиона. — Его примут чары зала. Но ваша обязанность — не выпускать следующее. Хайсе перевёл взгляд на Гарри. — Вращать палочку перестань. Если она выпадет до начала боя, победу никому не засчитаю. Просто буду смеяться. Гарри поймал палочку и убрал ухмылку. — Первая пара: Гарри и Гермиона. Они вошли в круг и встали напротив друг друга. Гермиона держалась слишком прямо. Гарри — слишком расслабленно. Оба заметили это друг в друге и не заметили в себе. — Поклон, — сказал Хайсе. Они коротко склонили головы. — Начали. Гермиона атаковала первой. — Флипендо! Гарри сместился вправо. Заклинание прошло мимо, но Гермиона уже перестроила палочку. — Локомотор Мортис! На этот раз он поставил короткий щит. Поверхность вспыхнула, приняла удар и сразу погасла. Гермиона не остановилась. Ещё один «Флипендо», затем «Риктусемпра» — не в Гарри, а чуть левее, перекрывая ему удобный уход. Гарри шагнул назад. Потом ещё раз. Он почти не отвечал. Двигался, ставил щит только там, где не успевал уйти, и заставлял Гермиону каждый раз менять угол. — Ты собираешься сражаться? — раздражённо спросила она. — Уже сражаюсь. Гермиона ударила серией из двух заклинаний. Первое Гарри пропустил мимо плеча. Второе скользнуло по ноге, и защитные чары зала вспыхнули жёлтым, смягчая воздействие. Гарри поморщился, но сохранил равновесие. Гермиона увидела попадание и пошла вперёд. Именно этого он ждал. Короткий «Флипендо» ударил перед её ногами. Гермиона остановилась и подняла щит, ожидая продолжения. Гарри выпустил второе заклинание в край защиты, заставив её развернуть корпус. — Экспеллиармус! Красный луч пришёл с другой стороны. Гермиона не успела перестроить щит. Палочка вырвалась из её руки и перелетела к Гарри. Граница круга вспыхнула зелёным. — Стоп, — сказал Хайсе. Гарри поймал палочку Гермионы и сразу протянул обратно. — Спасибо за бой. Она взяла её, тяжело дыша. — Я почти попала по тебе два раза. — Один раз ты действительно попала, — напомнил Хайсе. — Чары зала просто не позволили ногам Гарри полностью окаменеть. Улыбка победителя на его лице стала заметно скромнее. — Гермиона, что произошло? — спросил Хайсе. Она несколько секунд восстанавливала дыхание. — Я пыталась удерживать давление. Думала, если не дам ему атаковать, он не сможет навязать свой темп. — А он навязал? Гермиона посмотрела на Гарри. — Да. Только сделал вид, что темпа вообще нет. Заставил меня потратить больше сил и подойти. — Правильно. Гарри? — Я ждал, пока она устанет и откроется. — Тоже правильно. А теперь плохая часть: ты отдал ей почти весь круг. Ещё два шага — и проиграл бы выходом за границу. Кроме того, пропустил заклинание в ногу. В настоящем столкновении твой план мог закончиться в тот момент. Гарри кивнул уже без прежней самодовольной улыбки. Хайсе повернулся к Гермионе: — Ты хорошо строила последовательности и закрывала направления. Но потратила слишком много сил на каждое заклинание и решила, что давление обязано закончиться быстро. Не закончилось — запасного плана не осталось. — Значит, нужно меньше атаковать? — Нужно понимать, зачем ты атакуешь. Количество заклинаний и наличие плана — не одно и то же. Гермиона нахмурилась, запоминая. — Оба отдыхать. Невилл, Дафна — в круг. Невилл шагнул вперёд. Новую палочку он держал всё ещё слишком крепко, но теперь это было напряжение перед боем, а не страх перед собственной магией. Дафна заняла место напротив. Спокойная, собранная, будто вышла не на дуэль, а отвечать у доски по теме, которую знала лучше преподавателя. Они поклонились. — Начали. Невилл ударил первым. Его «Флипендо» пришёл быстро и тяжело. Дафна успела поставить щит, но тот заметно прогнулся. Она сразу ушла в сторону. Невилл повернулся вслед и выпустил второе заклинание. Дафна снова уклонилась, ответив короткой ослепляющей вспышкой. Невилл вскинул щит. Свет разбился о него белыми искрами. — Хорошо, — негромко сказал Хайсе. Невилл услышал и пошёл вперёд. Третий «Флипендо» снова ударил в защиту Дафны. По щиту прошла трещина. Четвёртый окончательно его погасил. За преградой Астория едва слышно ахнула. Невилл увидел открывшуюся цель и слишком поспешил. Плечо ушло вперёд раньше палочки. Дафна заметила. Она сместилась с линии удара ещё до того, как заклинание сорвалось. Луч прошёл мимо. Золотистая петля обвила щиколотки Невилла и заставила его потерять шаг. Он успел удержаться на ногах, но палочка Дафны уже была направлена ему в руку. — Экспеллиармус. Палочка Невилла вылетела и упала на маты в двух шагах от него. Граница вспыхнула зелёным. — Стоп. Дафна опустила палочку. Невилл несколько секунд смотрел на свою, потом выдохнул и поднял её. Он не выглядел разбитым. Скорее сердитым на конкретную ошибку. — Что случилось? — спросил Хайсе. — Я увидел, что пробил щит, и решил закончить сразу, — ответил Невилл. — Не проверил, куда она двигается. — Дафна? — Он каждый раз выводит плечо перед сильным ударом, — сказала она. — После второго стало понятно, когда уклоняться. Невилл тут же посмотрел на своё плечо, словно оно предало его лично. — Новая палочка дала тебе силу, которой раньше не хватало, — сказал Хайсе. — Но сила не скрывает намерение. Сейчас ты заранее сообщаешь противнику, что собираешься сделать. Он перевёл взгляд на Дафну. — Ты хорошо читала движение и не пыталась принимать каждый удар щитом. Но отдала слишком много пространства. Здесь круг большой. В коридоре или маленькой комнате отступать было бы некуда. — Поняла, — сказала она. Невилл поднял голову. — Я всё-таки разрушил её щит. — Разрушил, — подтвердил Хайсе. — И проиграл через три секунды. Запомни обе части. Первая показывает возможность. Вторая — над чем работать. Невилл кивнул. На этот раз с едва заметной улыбкой. После короткого перерыва Хайсе снова позвал учеников к кругу. — Остальные пары продолжат на следующем занятии. Сегодня последний бой. Гарри и Дафна. Гарри шагнул вперёд сразу. После победы над Гермионой он снова выглядел слишком довольным собой. Дафна вошла в круг молча. Они поклонились. — Начали. Гарри атаковал быстро. Первый «Флипендо» Дафна отвела щитом. От второго ушла. Третий заставил её отступить на два шага. Гарри не дал ей остановиться. Он менял углы, бил коротко и почти без пауз, пытаясь повторить то, что только что сделал Невилл, но быстрее и точнее. Дафна продолжала отходить. Её щит вспыхивал только на мгновение. Каждый раз ровно там, где уклониться она уже не успевала. Гарри увидел знакомую картину: противник отдаёт пространство, защита слабеет, ещё немного — и можно заканчивать. Он улыбнулся. Дафна заметила и это. Она выпустила «Риктусемпру» заметно выше его плеча. Гарри легко ушёл вправо — туда, где оставалось больше свободного места. И сразу понял, что именно этого она ждала. — Локомотор Мортис! Заклинание ударило низко. Гарри успел поставить щит, но поднял его слишком резко и закрыл себе обзор. Дафна уже сменила позицию. Красная вспышка пришла сбоку. — Экспеллиармус! Палочка вырвалась из руки Гарри, пролетела через круг и упала почти у ног Хайсе. Зелёный свет пробежал по границе. Несколько секунд в зале стояла полная тишина. — Стоп, — произнёс Хайсе. Астория вскочила за защитной преградой. — Дафна победила Гарри! — Мы все это видели, — невозмутимо сказала леди Гринграсс, усаживая младшую дочь обратно. Гарри смотрел на свою палочку так, будто та совершила личное предательство. Дафна подошла, подняла её и протянула владельцу. — Спасибо за бой. В её голосе не было насмешки. От этого поражение ощущалось ещё честнее. Гарри взял палочку. — Ты специально всё время отходила. — Разумеется. — Хотела, чтобы я решил, будто ты повторяешь бой с Невиллом. — Да. Гарри помолчал, затем выдохнул: — Хороший план. — Знаю. Уголок её губ едва заметно дрогнул. Хайсе подошёл к ним. — Гарри. Почему проиграл? Тот уже открыл рот, но заставил себя подумать. — Я решил, что знаю её тактику. И что всё равно быстрее. — То есть? Гарри посмотрел на Дафну. — Недооценил её. — Не только её, — сказал Хайсе. — Ты переоценил одну удачную тактику. С Гермионой ты ждал и наблюдал. Здесь решил, что скорости хватит без наблюдения. Перестал смотреть на противника и начал смотреть на собственную будущую победу. Гарри поморщился, но не спорил. — Дафна, твоя ошибка? Она чуть нахмурилась. — Я победила. — Я заметил. Ошибка? Дафна оглянулась на пройденное расстояние. — План зависел от того, что Гарри выберет нужное мне направление. — Именно. Он принял приманку. Более дисциплинированный противник мог не принять. Всегда нужен второй выход. Она кивнула уже без тени торжества. Хайсе обвёл взглядом всех четверых. — На сегодня выводы простые. Гарри быстрее остальных и лучше двигается, но слишком легко начинает верить, что уже понял противника. Гермиона лучше всех строит последовательности, но расходует силы так, будто бой обязан закончиться по её расписанию. Невилл передаёт через новую палочку хороший импульс, но предупреждает о сильной атаке всем телом. Дафна сохраняет контроль и читает движение, однако слишком охотно отдаёт инициативу и пространство. Он выдержал короткую паузу. — Это наблюдения. Не приговоры и не готовые Пути. Через месяц часть изменится. Через год — почти всё. Если будете работать. — А кто сегодня был лучшим? — спросила Астория. — Тот, кто понял свою ошибку и не повторит её на следующем занятии. Она задумалась. — Это очень неудобный ответ. — Зато честный. Хайсе снял защитную преграду. — На сегодня всё. Остальные пары — в следующий раз. Домашние нагрузки остаются прежними, у каждого свои. Ничего не добавляйте самостоятельно. Мышцы растут во время восстановления, а не тогда, когда вы героически падаете лицом в ковёр. Ричард одобрительно кивнул. Джейн, услышав последнюю фразу, посмотрела прежде всего на Гарри. — Почему сразу я? — возмутился он. — Потому что остальные не выглядят оскорблёнными запретом переутомляться, — ответила она. Даже Гарри пришлось признать, что возражать тут нечем. Перед уходом Дафна остановилась рядом с ним. — В следующий раз постарайся смотреть на меня, Поттер. Не на момент, когда уже победил. — В следующий раз я действительно победю. — Сначала научись правильно говорить «побежу». Гермиона, стоявшая неподалёку, закрыла лицо ладонью. — Нет такого слова, — сказала она. — Правильно: «одержу победу». Гарри посмотрел сначала на одну, потом на другую. — Я уже жалею, что познакомил вас. — Ты нас не знакомил, — напомнила Дафна. — Теперь жалею ещё сильнее. Она ушла с едва заметной улыбкой. Когда последние гости покинули дом, Хайсе вернулся в тренировочный зал. На доске всё ещё сохранялись результаты занятий. Он положил на стол четыре тонкие папки и сделал короткие записи. Гарри: скорость, реакция, опыт. Теряет осторожность рядом с теми, кого считает слабее. Гермиона: структура, память, анализ. Перегружает каждое действие и слишком поздно меняет план. Невилл: сильный импульс, устойчивый щит. Выдаёт намерение движением, боится паузы. Дафна: контроль, наблюдательность, экономия. Отдаёт инициативу, рассчитывает на ошибку противника. Он перечитал записи и закрыл папки. Затем достал из нижнего ящика старую, потрёпанную тетрадь. На обложке не было имени. Только дата первой тренировки, поставленная много лет назад рукой Антони. Хайсе открыл последнюю страницу и написал: Вторая связка: поздно заметил дальнюю атаку. Поднял щит выше необходимого. Потерял обзор справа. Повторить. Он отложил перо и посмотрел на восстановившиеся манекены. Учитель, который перестал замечать собственные ошибки, довольно быстро начинал выращивать их в учениках. Хайсе поднялся, вышел в центр зала и активировал первый манекен. На этот раз — только один. Ошибки следовало исправлять. Но отдых, как он только что объяснил детям, тоже был частью тренировки.