Счастье с помощью письма?

— Давай я перезвоню… — с испугом в голосе промямлил Серафим и завершил звонок. Он тихо поднял с пола попавшуюся под руку упаковку сока и начал аккуратно, совсем бесшумно, двигаться в сторону кровати. Приближаясь, он заметил выглядывающую женскую стопу: ногти девушки были окрашены в вишнёвый цвет. — Выходи, пожалуйста! Я абсолютно ничего не помню со вчерашнего дня, признаюсь честно. — Тогда у тебя большие проблемы! — язвительно заметила девушка и продолжила: Не устраивай тут театр. Никуда я не пойду, мне и тут хорошо. — Хорошо, давай так поступим: я сейчас сяду в кресло, а ты там останешься на полу, и мы всё обсудим. — А ты джентльмен, как я вижу. — девушка протянула ладонь вверх. — Да, в какой-то степени. Серафим осторожно сел в кресло. На стеклянном столике лежала пачка сигарет «Kiss Dream». — Слушай, а можно сигарету взять? — Ну возьми. Мне тоже брось. Серафим положил одну сигарету за ухо, вторую закурил и плавно подкинул пачку к девушке. — Так… Давай обсудим то, что происходило вчера. Буду откровенен с тобой: я абсолютно ничего не помню. Как мы с тобой познакомились? Как попали сюда… — Он затянулся сигаретой. — Слушай, прежде чем мы начнём психоанализ, может, я на диван всё же лягу? Ты оставайся в своём куколдском кресле — в этом имеется что-то фрейдовское, да? — Так ты же там хотела остаться, нет? Девушка поднялась. Она была чуть выше среднего роста, голая и худая. — Хотела, теперь не хочу. Ты балкон не закрыл, и поэтому мне стало холодно. — говорила она, прикрывая ладонями грудь. — А, А? Да? Извини. Можешь одеться, пожалуйста? — растерянно тараторил Серафим, отводя глаза в сторону. — А вчера ты был более раскованный. Подай мне футболку, она на спинке кресла. Серафим обернулся и подкинул ей футболку. Она накинула на себя футболку с логотипом Егора Крида и принялась расчёсывать блондинистые, с неестественным блеском длинные волосы. Слушай, а можешь чай сделать? Горло сушит, умираю. Серафим пошел на кухню, набрал воды в металлический чайник и поставил кипятиться на плиту. Через несколько минут, когда он уже заварил чай, девушка пришла к нему. Она неохотно разговаривала с кем-то по телефону. — Мам, да всё в порядке, не беспокойся. Там нет никаких процентов, я по кредитке оплатила, а первые шесть месяцев ничего сверху доплачивать не нужно. Ну что ты заладила со своим: «Надя, Надя, так нельзя». Можно, мам. Меня с моим старьем бы засмеяли одногруппницы... Ой, всё короче. Давай, вечером заеду. Она положила телефон и глотнула чаю. Надя. Неплохо, не пришлось спрашивать. — подумал он. — Спасибо за чай! А то у меня сушняк дикий после вчерашнего. — Она открыла холодильник, он был пуст. Её лицо стало разочарованным. — Ладно, я не удивлена. — сказала она и посмотрела на Серафима. — Может «Самокат» закажем? Раз у тебя холодильник пуст. — Не, я очень редко пользуюсь доставками. — Почему? — она удивлённо взглянула на Серафима. Они у меня доверия не вызывают. А еще там нет сигарет и алкоголя, — То есть вещей первой необходимости, — сказала Надя. Серафим продолжил — А еще я люблю прогуливаться вечерами или ночью за продуктами, помогает развеяться отвлечься от телефона, работы и просмотра всякой нелепицы в интернете. Эх... — Она глубоко вздохнула. — Как мне на вас несчастных везет, а в клубе ты был очень веселым, да и в драку с деревенскими полез — я сочла это за героизм. Но перцем ты их зря залил, они с владельцем заведения знакомы, в какой-то степени влиятельные дети богатых родителей. На входе ты паспорт показывал? Теперь искать тебя будут, мой герой. — она еще отхлебнула чаю — А кем ты работаешь? — В порно... Она резко оборвала его — То-то я заметила, что опыта у тебя многовато. Меня еще так не вертели, да и редко я с мужчинами кончаю, а тем более без игрушек. — Нет, подожди. Я работаю главным редактором на порнографическом сайте. Отвечаю за оптимизацию, подбираю необходимые описания и названия по ключевым словам и отбираю выкладываемый контент. Она посмотрела на Серафима, ушла в комнату и вернулась с бутылкой мицеллярной воды. — Слушай, давай я тебя умою. А то лицо у тебя правда несчастное какое-то, а про работу расскажешь чуть позже. Они пошли в ванную. Надя нежно, с помощью ватных дисков, что достала из сумочки, умыла ему лицо. Затем они вернулись в комнату и легли на кровать. Около часа смотрели её рилсы, а затем она снова вспомнила про работу и попросила Серафима всё показать. Он неохотно достал из-под кровати ноутбук и стал показывать — Слушай… — после очередного описания она выхватила ноутбук и решила зачитать вслух: «Накачивать молоком жопасто-грудастую деваху — это даже весело в какой-то степени!», «Мужчине не повезло родиться с маленьким хуйком, но количество заработанных деревянных помогает ему заслужить внимание молодой барышни». «Они и не догадывались, к чему может привести диалог о значимом в одном из провинциальных колледжей». — Она развернулась телом к Серафиму и спросила: — У тебя мозги от такой работы не гниют? Я бы с ума сошла. — Конечно гниют! — очень увлеченно сказал Серафим. — Но есть и обратная сторона — это полный дистант, неплохая зарплата и в некоторой степени даже ненормированный график. Я в целом ненавижу работать, — сказал Серафим — и с радостью бы бросил это занятие. Вся надежда у меня на рассказ осталась, но всё не нахожу мыслей и времени его написать. Постоянно в моей жизни какая-то динамика: всё отвлекает, постоянно какие-то передряги, а бывает и попросту прогниваю сутки лежа в кровати залипая в короткие видео в телефоне. Зазвонил телефон. Надя потянулась за ним, номер был неизвестный. Она передала телефон Серафиму. Он свайпнул значок трубки вправо и приложил телефон к уху. — Ало уёбище тупорылое. Тебе пиздец гнида ты ебаная, мы все твои кости переломаем, мразь ты ебучая. Детдомовец блядский, мы уже все знаем о тебе. Жди гостей, мразотина, твой адрес уже Яндекс Еда слила в общий доступ, хуйня ебучая — визжал прокуренный голос постояльца подземных заведений. Надя увлеченно смотрела на Серафима и помахивала ему ладонью, чтоб Серафим ничего не отвечал. — Заглатывай небритые яйца своего отчима, что постоянно насилует твою мамашу с ебалом Олега Монгола, деревенский опарыш. — улыбчиво ответил Серафим и положил трубку. Что ты на меня так смотришь, обратился Серафим к Наде. — Это проблема, обращённая к будущему Серафиму, сейчас переживать смысла нет. Ладно, пойдем в магазин. Он неохотно поднялся с кровати, облокотившись локтями на коленки, потупил в пол — Надя заметила, что он переживал, хоть и старался это не показывать. Она подсела к нему и молча приобняла. Через пару минут Серафим встал и открыл шкаф с набором термобелья. Надя взяла сумочку, разложив необходимые предметы начала краситься. — Ты уверена, что хочешь краситься? — обратился к ней удивленный Серафим — Нам тут пройти до Магнита совсем недолго. — Уверена! — она слегка оттолкнула Серафима. — Запомни, девушке нужно всегда выглядеть замечательно! — Девушке, чтобы выглядеть замечательно, макияж не нужен, для этого достаточно быть девушкой. Макияж это скорее как дополнение, которое меняется в зависимости от ситуации, как цвет кожи хамелеона. Поэтому я и не вижу смысла придавать огромного значения дополнениям красоты, когда есть основная. А у тебя она точно имеется! — Льстец! Может и имеют твои слова смысл, но краситься я всё равно буду. Просто немножко. Серафим увлекся и дополнил — Мы и так живем в мире бесконечных новостей и идей, что создают и развивают сами себя, зачастую не происходя в действительности. — Ты о чем вообще? — спросила Надя, подкрашивая брови. Я о том, что вот мне позвонили, вот мне угрожали. Но этого не происходит в действительности, хотя мне уже должно быть страшно, я уже должен сделать какие-то выводы, предпринимать какие-то действия. Хотя абсолютно ничего не произошло. — сказал Серафим и ушел в прихожую. Надя накрасилась, Серафим уже ожидал, расположившись на пуфике. Она быстро собралась, надела куртку, завязала шарф и взяла сумочку. Серафим провернул замок на один оборот и открыл дверь. В подъезде стояли три здоровых лысых парня, у главного из них в руках был пистолет. — Ну привет, хуйло! — занося удар сказал главный.