Туманные глаза в голубой бездне

Дорога до дома Китсора прошла в какой-то приятной тишине, нарушаемой лишь их шагами и редкими, короткими фразами. Мит чувствовал себя немного потерянным, но в то же время каким-то невероятно спокойным рядом с Китсором. Высокий, сильный, он словно создавал вокруг себя ауру безопасности. Когда они вошли в квартиру, их встретил аромат свежей выпечки и тепло. Мама Китсора- Атана, приветливая женщина с добрыми глазами, улыбнулась им. "Китсорушка, дорогой! А кто это с тобой?" – спросила она, взглянув на Мита с любопытством. "Мам, это Мит. Мы вместе учимся," – ответил Китсор, его рука ненавязчиво легла на плечо Мита, словно он хотел показать, что они – пара. Мит почувствовал, как его сердце забилось еще быстрее. "Очень приятно, Мит, я Атана)» – сказала мама китсора. – "Проходите, располагайтесь. Чайник уже готов, а пирог еще теплый." Они прошли на кухню, где за столом уже стоял дымящийся чайник и тарелка с ароматным яблочным пирогом. Китсор усадил Мита напротив себя, а сам сел рядом, так близко, что их колени почти касались. "Ну, рассказывай, Митюш," – начал Китсор, наливая чай. – "Как тебе сегодняшний урок истории? Мне вот было скучновато." Мит, немного осмелев, начал говорить. Он рассказывал о том, как ему понравилась новая тема, как он пытался понять сложные даты, и как ему было трудно сосредоточиться, когда учитель говорил слишком монотонно. Китсор слушал его внимательно, иногда кивая, иногда задавая уточняющие вопросы. Его голубые глаза не отрывались от лица Мита, и в них читалось искреннее участие. "Ты такой умный, Мит," – сказал Китсор, когда Мит закончил. – "Я вот, честно говоря, больше по практическим вещам. А ты умеешь так красиво говорить о вещах, которые мне кажутся скучными." Мит снова покраснел. Он не знал, как реагировать на такие комплименты. Он просто чувствовал себя хорошо, когда Китсор говорил с ним так. Они ели пирог, пили чай, и разговаривали обо всем на свете. О школе, о друзьях, о музыке, о фильмах. Китсор рассказывал смешные истории из своего детства, а Мит, к своему удивлению, тоже начал раскрываться, делясь своими мыслями и переживаниями. Он чувствовал, что рядом с Китсором ему не нужно притворяться, не нужно бояться быть собой. Когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в нежные розовые и оранжевые тона, Мит понял, что время пролетело незаметно. "Мне пора," – сказал он, немного грустно. "Уже?" –Китсор выглядел разочарованным. – "Жаль. Я думал, мы еще поиграем в приставку." Мит улыбнулся. "Может быть, в другой раз." "Обязательно," – Китсор встал и подошел к нему. Он снова положил руку на плечо Мита, но на этот раз его прикосновение было более долгим и уверенным. – "Ты мне очень понравился, Митюш. И пирог, и чай, и ты…" Последние слова он произнес так тихо, что Мит едва расслышал их, но они прозвучали в его ушах, как самая прекрасная мелодия. Серо-голубые глаза Мита встретились с небесно-голубыми глазами Китсора, и в этот момент он понял, что школьные коридоры больше не кажутся ему лабиринтом. Теперь они были просто дорогой, ведущей к нему. "Ты мне тоже очень понравился, Китсор," – прошептал Мит, чувствуя, как его сердце наполняется теплом, которое было сильнее любого чая и слаще любого пирога. Когда Мит вышел из дома Китсора, на улице уже сгущались сумерки. Он шел, чувствуя легкую дрожь в коленях и улыбку, которая не сходила с его лица. Он знал, что этот день был особенным. Днем, когда серые густые как туман глаза встретились с голубой бездной, и в этой встрече родилось что-то новое, хрупкое, но такое прекрасное. И он с нетерпением ждал следующего раза, когда Китсор снова заговорит с ним, снова улыбнется ему, и снова пригласит его к себе домой, где пахнет пирогом и где его ждут два бездонных голубых озера. Когда Мит вернулся домой, он долго не мог уснуть. Образ Китсора, его улыбка, его голос, его голубые глаза – все это крутилось в голове, не давая покоя. Он чувствовал себя так, словно впервые в жизни по-настоящему увидел мир, и этот мир был наполнен яркими красками и новыми, волнующими ощущениями.