Плен нэкомата

      В уединенной деревне у подножья гор жил самурай Тэхицуо. Он прославился храбростью и преданностью своему даймё, но сердце его было одиноко. Ни благородные красавицы, ни искусные гейши не могли зажечь искру в его отрешенном сердце.       Пока в рассветных лучах под горным водопадом Тэхицуо не увидел Его. Изящный юноша, в кимоно из тончайшего шелка, омывал свои длинные серебряные волосы. Его глаза блестели каким-то потусторонним светом, который манил несчастного самурая.       — Не подходи. — прошипел он, завидев приближение Тэхицуо.       Самурай проигнорировал предостережение из уст юноши, продолжая подступать, чтобы рассмотреть невиданную прежде красоту.       — Я сказал, не приближайся, смертный! — юноша пружинисто присел в боевой стойке, которая в своей грациозности напоминала искусную танцевальную позу. Низ легчайшего кимоно распахнулся, обнажая в разрезе стройную ножку. Тэхицуо прилип к сияющей коже жадным взглядом. — Если хочешь жить, уходи.       — Я хочу лишь коснуться тебя… Не бойся. Я потом тебя отпущу.       Юноша мягко рассмеялся, обнажая сладкую улыбку.       — Вы, люди, всегда такие надменные, такие заносчивые… Позволяете себе так много. Думаете, что можете так беспечно коснуться нэкомата!       Тэхицуо похолодел изнутри. Перед ним был вовсе не человеческий юноша, это двухвостый кот-ёкай! Древний горный оборотень, с которым лучше не встречаться глаза в глаза.       — Хочешь моего тела, глупый человек? Будь по-твоему… — глаза ёкая опасно засверкали. — Но это будет последнее, что ты попробуешь.       Юноша хищной грациозной кошкой напрыгнул на самурая сверху, повалив на землю. Тот попытался сопротивляться, но лишь несколько мгновений — красота нэкомата вблизи ошеломляла, лишала всякого рассудка. Тэхицуо замер под тонкими коготочками, вцепившимися в его грудь и разрывающими рубаху. Его хакама постигла та же участь, оставив в одном исподнем, пока шустрые руки не обнажили тело самурая полностью. Кот-ёкай зашипел, выпуская из-за своей спины два длинных серебряных хвоста. Его пушистые концы тут же огладили бёдра Тэхицуо и двинулись к его уже налитому члену.       Два хвоста на удивление любовно обвили его естество, щекоча мягчайшим мехом весь ствол и мошонку, пробуждая чувственность в каждой клетке его тела.       Ёкай пристально смотрел в глаза самурая, пока его хвосты самостоятельно ублажали его возбуждение. Тэхицуо застонал, пытаясь страстно обхватить хрупкое тело, сидящее на нём.       — Шшш… — зашипёл юноша. — Ты не можешь властвовать над нэкомата!       Мягкий мех оглаживал мышцы живота и промежности, изводя и соблазняя до помешательства. Его член тёк, пачкая и оскверняя серебристую шёрстку. Цепкая хватка на груди усилилась, когда кот-ёкай внезапно распахнул своё кимоно, приподнялся и одним движением оседлал самурая. Голова Тэхицуо откинулась назад от наслаждения и это стало началом его конца. Хвосты ёкая двинулись по его телу вверх и обвили шею человека. Он почувствовал, как его член и его горло одновременно сжало в сильной восхитительной хватке.              Прекрасный юноша яростно скакал на нём, придушивая объятием мягких хвостов. Коготочки намертво вцепились в грудь, мучая плоть у сосков. Тэхицуо метался под телом безумного ёкая, находясь на грани потери сознания от удушья. Он хватал ртом воздух, пока жар и узость чужого тела неистово терзали его член. Кончик одного хвоста оторвался от шеи и двинулся по щеке человека, цепляя уголок губ, настойчиво призывая раскрыть рот шире. Тэхицуо не сопротивлялся, он и так хватал воздух от удовольствия и боли.       Ёкай наклонился к распахнутому рту и, не переставая тягуче ездить на крепком члене, пощекотал его язык и щёки юрким кошачьим язычком. Самурай больше не мог терпеть накатившего наслаждения. Взрываясь внутрь нэкомата он почувствовал, как рот ёкая с маленькими клычками впивается в его собственный, полностью перекрывая доступ воздуха.       Последнее, что ощутил Тэхицуо, как два хвоста ласково сдавили глотку, а его тело налилось смертельной тяжестью…       Никто не мог владеть нэкомата дважды.