Дракон может всё

      Война закончилась три года назад, но это могло порадовать лишь тех, кто не участвовал в битвах. Маги, которые не знали, что такое жить в палатке целый год, скрываясь от Пожирателей, праздновали победу и радовались жизни, в отличие от Гермионы Грейнджер.       И вот сейчас она сидела на широком подоконнике в гостиной своей квартиры, окна которой выходили на парк. И там, за оконной рамой, кипела жизнь. Люди спешили кто куда, парочки просто прогуливались, держась за руки и изредка быстро целуя друг друга, чтобы никто не видел. При этом девушка почти в каждой паре начинала смеяться, пряча лицо на груди у кавалера. Наблюдая за подростками, Гермиона им завидовала. Ведь это так прекрасно — жить, наслаждаясь каждым моментом.       — Гермиона, ты меня слышишь? — в мысли ворвался голос её лучшего друга, Гарри Поттера.       — Да, я тебя слышу. Ты говорил о том, что мне нужно обратиться к психиатру из-за панических атак. И в который раз я скажу тебе только одно слово — нет. Давай уже закроем эту тему, — произнесла она, слезая с подоконника, и отправилась в кухню.       Естественно, Гарри последовал за подругой, пытаясь убедить ту всё же обратиться к специалисту.       — Пойми, я хочу, чтобы ты вылечилась и вернулась к работе. Мы не справляемся без тебя. — И тут он одёрнул сам себя, понимая, что сказал лишнее.       — Забавно получается. Ты не хочешь, чтобы я просто пришла в себя, а именно вернулась к работе. — Гермиона налила себе бокал вина и, сев за стол, продолжила: — Гарри, скажи мне одно: ты хоть раз можешь просто поддержать как друг? Мы с тобой через столько прошли, а теперь я слышу о том, что ты не справляешься и хочешь взвалить всё на девушку с нарушенной психикой? В один из дней появилась мысль согласиться на твоего хорошего врача, но теперь я понимаю, что не пойду на это.       Она посмотрела на Гарри. Да и что ещё она могла сказать, если всё и так было ясно. Гарри не интересовало то, как живёт его подруга. Ему нужна была от нее лишь польза, как и в годы войны. И более его ничего не интересовало. Гермиона не обижалась, ибо понимала, что слава слишком сильно вскружила ему голову. Точно так же, как и её бывшему молодому человеку — Рональду Уизли.       Как она могла потратить на такого человека полтора года жизни и запустить себя? Увы, ответа не было. Зато было чувство вины из-за гибели родителей.       Это случилось во время битвы за Хогвартс, и Гермиона понятия не имела, что псы Тома добрались до них. Сообщили об этом только через месяц после того, как всё закончилось. Пару нашли в старом заброшенном здании, тела было невозможно узнать, настолько сильно их измучили заклятиями и физическими пытками. И день, когда ей сообщили об этом, запомнился, кажется, на всю жизнь.       — Гермиона, можно тебя на минуту? — окликнула ее директриса школы.       Та обернулась на голос любимого учителя и сразу направилась к ней.       — Да, что-то случилось? — улыбнулась Грейнджер и внимательно посмотрела на Макгонагалл, которая смотрела куда угодно, но только не на свою лучшую ученицу.       — Пройдём в мой кабинет, — ответила та и направилась по коридорам, зная, что Гермиона последует за ней. Да и глупо было думать, что может быть иначе.       Следуя за директором, Гермиона думала о том, что могло такого произойти, раз они направились туда, где нет лишних ушей.       Оказавшись в том месте, где раньше восседал один из величайших волшебников, Макгонагалл предложила присесть, а сама взмахом палочки приготовила чай. Гермиона уже не могла даже представить, что же такое ей хотят сообщить. И вместо слов и долгих речей Минерва протянула ей конверт.       — Что это? — спросила Гермиона, взяв его в руки.       Макгонагалл ничего не ответила, лишь присела рядом, жестом показав, чтобы та его открыла. И Гермиона не стала медлить. Распечатала, достала листы, что оказались обычными фотографиями, и, посмотрев их, замотала головой.       — Нет, нет, нет, этого не может быть. Я же спрятала их, поменяла имена и фамилии, стёрла память о себе. Никто не должен был их найти! — закричала Гермиона, не замечая дорожек слёз.       Внутри поселились лишь пустота, боль от потери близких людей и огромное чувство вины.       — Герм, ты же понимаешь, что я не это хотел сказать, — произнёс Поттер, подходя к ней и вырывая её из воспоминания.       — Не нужно ничего говорить, просто пойми уже: я не вернусь работать в Министерство. Даже если пройду лечение, ни один здравый человек не примет на работу ту, что посещала психиатра. Ты хоть это понимаешь? — воскликнула она, ибо разговоры на данную тему не просто надоели, а стояли у неё как кость в горле. — Прошу тебя, уходи. Мне надоело, каждый день одно и то же. Я не вернусь и на этом попрошу покинуть квартиру. Если решишь просто общаться, то мои двери открыты, а с этими разговорами ступай к Рональду, он тебе такой же друг, как и я, — отрезала Гермиона и, уйдя в свою комнату, закрыла дверь.       Гарри постоял немного на небольшой кухне и покинул квартиру школьной подруги. Да, он неправильно выразил свои мысли, неосознанно обидев девушку, что не раз спасала его жизнь. Вот только её состояние не давало ему спокойно жить и работать. Мысли то и дело возвращались к ней, и одолевал страх, что в любой момент её с головой накроет паническая атака, и она совершит какую-нибудь глупость.       Размышляя о том, как ему поступить, он не заметил, как ноги его привели к одной из медицинских клиник. Кажется, эта принадлежала Блейзу Забини. Многие в магическом Лондоне говорили лишь о том, что бывший однокурсник с факультета Слизерин ушёл с головой в магловский мир. И, чего греха таить, неплохо так развернулся он именно в медицинской отрасли.       — А чем Мерлин не шутит, — пробурчал себе под нос Гарри и вошёл в здание.       Внутри, нужно отдать должное, было всё цивильно и на удивление правильно, что ли. Пройдя к стойке регистрации, он попросил одну девушку из персонала оповестить высшее руководство о том, что прибыл его однокурсник — Гарри Поттер. От имени пришедшего глаза девушки неприлично расширились, и её как ветром сдуло. Гарри лишь усмехнулся при виде такой реакции.       Спустя пару минут ожидания его окликнул Забини.       — Сам Гарри Поттер пришёл в моё учреждение. Так-так-так, что же привело тебя, мой старый друг? — Последнее слово тот специально выделил, но понять это мог только Поттер.       Гарри поморщился, но быстро взял себя в руки.       — Нужно поговорить, желательно так, чтобы никто не услышал. Это важно для меня, но, быть может, выгодно для тебя.       — Что ж, прошу за мной, — ответил Блейз и направился в кабинет, слыша за собой шаги бывшего школьного врага. А врага ли?       Оказавшись в кабинете, Гарри осмотрелся. И, что греха таить, тот ему понравился. На первый взгляд, всё было довольно просто и даже безвкусно. С другой стороны, если присмотреться, можно заметить вроде бы и незначительные мелочи. Однако именно они делали кабинет более уютным. Небольшой шкаф для документации, рядом с которым был ещё один, видимо, для книг или чего-то, с чем можно было попить чай. Впрочем, именно сейчас в нём были книги. Гарри усмехнулся. Да, действительно удобно. Перевёл взгляд на стену перед собой. На ней висела небольшая картина. Вроде и непримечательная она была, но при взгляде мысли исчезли, и он начал погружаться в сон.       — Поттер. — Блейз пощёлкал пальцами у него перед лицом, привлекая к себе внимание, и жестом указал на кресло. — Присаживайся и рассказывай. У меня не так много времени, поэтому давай сразу к делу. Через час я должен быть совершенно в другом месте.       Гарри занял кресло.       — Помнишь самую известную ведьму?       — Гермиона Грейнджер, тут и вспоминать нечего. Сейчас только и говорят о том, что она покинула магический мир. Единственное, что никто не знает, почему именно она это сделала.       — Ну, так вот. У неё уже три года панические атаки, и заглушает она всё это ничем иным, как алкоголем. Я неоднократно пытался убедить её обратиться к врачу, но каждый раз получаю отказ. И, надеюсь, ты понимаешь, что это должно остаться между нами?       — Поттер, я не твой рыжий друг, чтобы не понимать. Только что ты хочешь от меня? Мои сотрудники не могут заставить её передумать. Ну и, как видишь, моя клиника специализируется на маглах, но никак не на волшебниках.       — Да, наверное, именно потому я и решил поговорить с тобой. На память никогда не жаловался, а потому знаю, как ты влияешь на девушек. Попробуй подружиться с ней, не знаю. Придумай что-нибудь. В конце концов, ты учился на Слизерине, а не я.       Забини взглянул на него и, взъерошив руками волосы, сел в кресло напротив.       — Хорошо, допустим, я соглашусь. И что дальше? Как ты предлагаешь всё это провернуть? Мне что, завалиться к ней с цветами и петь серенады о любви со времён школы? Да она покрутит пальцем у виска и пошлёт меня в эротический тур.       Поттер рассмеялся.       — Ну, я бы хотел присутствовать при таком варианте событий.       — Вы, гриффиндорцы, такие простые. Приходите за помощью, да так, чтоб человек, который в ней нуждается, ничего не узнал, но при этом не обладаете элементарным планом.       — Куда нам до вас, скользких змей.       Блейз помолчал некоторое время, а затем, всё решив для себя, обратился к Гарри:       — Хорошо, я согласен помочь той, что спасла наши чёртовы, кхм, задние места. Слушай, вот чисто из интереса. Ты осознаёшь, что без Грейнджер давно был бы на том свете?       — Иди к демонам, — огрызнулся тот.       — Давай разработаем план действий и решим, когда лучше приступить.       И оба молодых человека начали составлять всё так, будто это вышло случайно. В основном Блейз задавал вопросы, а Гарри отвечал на них. А через полчаса оба так погрузились в разработку плана, что позабыли об остальных делах.

* * *

      Драко Малфой сидел в кабинете своего клуба и пытался разобраться с поставками алкоголя и продуктов. Бармены требовали хорошую продукцию, с которой можно было работать. Шеф-повара, что готовили закуски, просили того же. Да и ему самому не хотелось терять клиентов. А так как каждый поставщик пытался нажиться на нём, приходилось частенько их менять.       Он откинулся на спинку кресла и устало потёр виски. Голова начинала болеть от обилия цифр и названий. Было бы проще, будь у того помощник, но доверие к людям он потерял ещё в то время, когда только пытался построить бизнес.       Взяв телефон со стола, набрал номер друга, но тот не ответил. Видимо, в этот вечер Малфой будет в полном одиночестве. И он было поднялся, дабы вернуться в свою небольшую, но уютную квартирку, но дверь резко распахнулась и с силой закрылась, явив его школьную подругу. Правда, от вида Пэнси ему стало не по себе. Всем ещё со школы было известно, что эта девушка имела вздорный и скверный характер. Драко, как лучший друг, знал об этом лучше многих.       — Ты не представляешь, что со мной произошло! — закричала она и уселась на кожаный диван, закинув ногу на ногу.       Драко усмехнулся, не переставая смотреть на неё.       — Ну и что же такого могло произойти, что в конечном итоге ты чуть не вынесла дверь кабинета?       — Драко, не преувеличивай, я лишь слегка ею хлопнула.       — О да, причём так, что бедная чуть с петель не слетела, — засмеялся Малфой и, пройдя в дальний угол, где располагался его личный бар, налил виски.       — Я пришла домой раньше времени, хотела сделать сюрприз. Дура. И знаешь, что обнаружила в спальне? То, как мой парень, лёжа на нашей постели... — тут она поморщилась. — В общем, он был с другой женщиной.       — И ты просто ушла? — Драко подошёл к дивану и протянул бокал виски Пэнси.       — Нет, конечно, устроила скандал в своём фирменном стиле, разбив всю его коллекцию алкоголя.       Она взяла предложенный другом бокал и залпом выпила всё содержимое. Малфой улыбнулся и сел в кресло, закинув ноги на стол, что находился напротив него.       — И как он к этому отнёсся?       — Как-как. Наорал и выставил за дверь, как нашкодившего котёнка. Самое забавное то, что квартира моя! — воскликнула Пэнси.       Драко покачал головой и рассмеялся.       — Малфой, прекрати ржать, ты меня совсем не успокаиваешь. А надо бы, между прочим, — нахмурилась она, прожигая взглядом собеседника.       — Пэнс, и я, и Блейз ни один раз говорили, чем именно закончатся эти отношения. Ты хоть раз нас услышала? Нет. Так чего ты теперь хочешь от меня? Если жалости, то тебе к Поттеру и его компании, они с превеликим удовольствием помогут.       Драко понимал, почему она пришла именно к нему с этим, а не к тому же Блейзу, например. Пэнси никогда не выносила жалости к себе. По её мнению, лучше горькая правда, чем сладкая ложь. И он был полностью согласен, так как и сам не выносил жалость во всех её проявлениях.       — Не будем больше обо мне. Что у тебя нового? Нашёл подружку? — в её взгляде зажёгся неподдельный интерес.       Он поморщился, что ещё сильнее раззадорило интерес. И как с её напором справлялись остальные парни?       — Мой отец в очередной раз задумал нечто грандиозное во имя семьи, — протянул Малфой, допивая янтарную жидкость.       — Чтоб тебя, да говори уже! По глазам вижу, что придумал твой отец такое, отчего ты в полном шоке, да и в полном, кхм… — Дальше Пэнси продолжать не стала, ибо больно красноречивый взгляд был у Драко.       — Люциус решил, что в качестве жены мне подходит именно Грейнджер. Как думаешь, какова была моя реакция на такое предложение? Правильно, такая, что и дементору не снилось. Напоминаю, они вообще не спят. Достаточно подробно? — ответил ей Малфой и взмахом палочки наполнил пустые бокалы.       — М-да, дела. Так, погоди, ты же был в неё влюблён на третьем курсе. Или я ошибаюсь?       — Скорее, был влюблён в её хук справа, — усмехнулся Драко и, отсалютовав бокалом, осушил его одним глотком.       — Помню, как ты потом её обходил, — рассмеялась Пэнси, откинув голову назад.       Драко же наоборот недовольно поморщился.       — Ведьма ты, Пэнси. Никакого чувства такта.       — Конечно, у меня его никогда не было, как и совести! — согласилась с ним та, тем самым заставляя Драко улыбнуться.       Внезапно раздался голос их общего друга:       — Смотрю, у вас весело и без меня, а ещё друзьями называются, — фыркнул Блейз и, привлекая к себе внимание присутствующих и проходя к дивану, удобно устроился на свободной половине.       — Ты опоздал, — констатировал Малфой, смотря на него.       — Работа. Мне сегодня подкинули такой случай, что голова кругом идёт. Информации, с которой можно работать, ноль, зато там такой букет. О, но самое интересное: она не должна знать, что ей пытаются помочь. Вообще никто не должен знать, — усмехнулся он и устало потёр виски.       — Так говоришь, будто это слишком известная волшебница, — произнёс Драко, заставив того напрячься: если хоть одна живая душа узнает о том, кто его пациентка, Поттер голову оторвёт.       — Ты даже не представляешь, насколько сейчас прав, — ответил Блейз и перевёл взгляд на Пэнси, которая отчего-то молчала.       Она взглянула на парней и, тяжело вздохнув, быстро проговорила:       — Я переспала с Гарри Поттером.       Реакция на её слова не заставила себя долго ждать. Малфой, что сидел и пил виски, подавился. Блейз, который не спускал с неё глаз, сполз на пол.       — Мальчики, ну вы чего? — растерялась Пэнси.       — М-да, а я-то думал, что жениться на Грейнджер — это самое страшное.       — Твою мать! — воскликнул Забини, поднимаясь с пола обратно на диван.       — То есть ты тоже как-то связан с этой троицей? — прищурился Драко.       — Ты даже не представляешь, насколько…       — Великий Салазар! — на грани слышимости произнесла Пэнс, сложив два и два. Она поняла, кому именно должен был помочь Блейз.