Бар, ночь и дымка страсти.

Дымка сигаретного дыма цеплялась за черно-белые пряди Ренсери, словно вуаль. Она скользнула на высокий барный стул рядом с Шином, чьи алые волосы ярко горели под тусклым светом неона. - Ну что, папочка, будешь пить один или пригласишь меня присоединится ? - её голос был густым, как патока и он почувствовал, как по спине побежали мурашки. - Перестань так меня называть - пробормотал Шин, уткнувшись в свой стакан. Его уши пылали багрянцем, предательски контрастируя с бледной кожей. - А что, разве не нравится? - Она провела пальцем по конденсату на бокале, оставляя влажный след. Её нога, обутая в острый каблук, нежно нащупала его голень под стойкой бара. - Я вижу, как твоё сердце колотится прямо здесь. - Её палец, холодный от бокала, коснулся шеи у ворота его рубашки, заставив его вздрогнуть. Шин сделал глоток, пытаясь найти опору в крепком виски. Она была настойчива, как гравитация, её энергия притягивала его, лишая воли. - Мы не… - Не будем - перебила она, перехватив его робкий взгляд. Её губы изогнулись в улыбке охотницы, видевшей, как дрожит дичь. - Ещё не будем. Сначала я хочу услышать, как ты скажешь «да». Она подвинулась ближе, смешивая сладкий аромат своих духов с запахом его . Её дыхание коснулось его кожи, когда она прошептала ему прямо в ухо: - Или мне нужно сначала развязать этот несчастный галстук и показать, где твоё настоящее «нет»? Её каблук скользнул выше по его икре, намеренным движением задерживаясь на сгибе колена. Шин стиснул зубы и стакан в своей руке , издал тихий стон. Музыка в баре превратилась в отдаленный гул, весь мир сузился до точки, где холодное кружево её чулка встречалось с его нагретой кожей. - Ты молчишь - прошептала Ренсери, её губы почти коснулись мочки его пылающего уха. - Это самый честный твой ответ. Дай-ка я переведу. Она сдвинула бокал в сторону и взяла его подбородок пальцами, заставив встретиться взглядом. В её глазах, цвета грозовых туч , плескалась бездна дерзкого любопытства. - В твоих зрачках я читаю «убей меня» - выдохнула она и её большой палец провёл по его нижней губе, смазывая каплю виски. - Но твои руки… твои руки всё ещё сжимают этот стакан, будто якорь. Хочешь, я его заберу? Шин резко выдохнул. Её рука уже скользила по его запястью, её пальцы нежно, но неумолимо разжимали его хватку. Галстук действительно душил. Мысль о том, чтобы ощутить её прикосновение на своей шее вместо шелковой удавки, пронзила его паническим, желанным электричеством. - Рен… - начал он, голос хриплый. - Ш-ш-ш - она приложила палец к его губам, а другой рукой уже распускала узел галстука. Шёлк зашелестел, ослабляя хватку. - «Нет» звучит здесь, видишь? - Она провела ногтем по его кадыку, чувствуя, как он сглотнул. - Оно зажато. Мне нужно его… освободить. Освобожденный от галстука, Шин наконец перевел дыхание. Взгляд Ренсери обжигал, словно пламя горелки , он чувствовал себя обнаженным под этим пристальным взглядом, словно его вывернули наизнанку и показали все его тайные желания. Не говоря ни слова, она взяла его за руку, переплетая их пальцы. Ее прикосновение было одновременно и нежным, и властным. Не дожидаясь ответа, Ренсери одним плавным движением поднялась со стула, потянув Шина за собой. Бар казался далеким и нереальным, словно сцена из старого фильма. Ренсери вела его сквозь лабиринт столиков и танцующих тел, ее алое платье развевалось, как флаг соблазна. Выйдя на улицу, они вдохнули прохладный ночной воздух. Неон бара отбрасывал искаженные тени на мокрый асфальт. Ренсери, не выпуская его руки, направилась к припаркованному у обочины старенькому вишневому «Кадиллаку». Открыв дверь, она бросила на него лукавый взгляд: – Что, испугался? Я же говорила, что мы еще не будем. Сначала покатаемся. Шин, все еще находясь под властью ее чар, безропотно сел в машину. Ренсери завела двигатель и кабриолет с рычанием сорвался с места, унося их в ночь. Кадиллак несся по ночным улицам, словно хищник, вырвавшийся на свободу. Городские огни расплывались в яркие полосы, отражаясь в лакированном капоте. Шин, прижавшись к кожаному сиденью, пытался уловить суть происходящего. Ренсери, сосредоточенная на дороге, казалась воплощением уверенности и тайны. В салоне пахло старой кожей, дорогим парфюмом и легким налетом бензина, создавая опьяняющий коктейль. Они выехали за пределы города , неоновое сияние сменилось звездным небом. Луна, полная и яркая, освещала извилистую дорогу, ведущую в неизвестность. Шин чувствовал, как напряжение постепенно уступает место странному ощущению свободы. Он откинулся на спинку сиденья, позволяя себя увлечь этим безумным приключением. Ренсери припарковала машину на вершине холма, откуда открывался захватывающий вид на спящий город. Выключив двигатель, она обернулась к Шину. В лунном свете ее глаза казались еще более глубокими и завораживающими. – Нравится? – прошептала она, ее голос звучал мягко и чувственно. Шин кивнул, не в силах произнести ни слова. Он был околдован, полностью потерян в ее присутствии. Ренсери протянула руку и коснулась его щеки. Ее прикосновение было легким, но обжигающим. Мир перед глазами расплывался от волнение, но он прекрасно видел , лунный свет, играющий в ее волосах и ее взгляд, проникающий в самую душу. Шин затаил дыхание, боясь нарушить эту хрупкую магию. Он чувствовал, как внутри него разгорается пламя, сжигая остатки сомнений и страхов. Жизнь до этой ночи казалась тусклой и блеклой, словно черно-белое кино по сравнению с буйством красок, которые Ренсери разбудила одним лишь прикосновением. Она наклонилась ближе, Шин почувствовал ее дыхание на своей коже. Запах ее парфюма, смешанный с ароматом ночного воздуха, кружил голову. Он закрыл глаза, готовясь к чему-то неизбежному, к тому, что перевернет его мир с ног на голову. Ее губы коснулись его губ, нежно и неуверенно, словно пробуя. Затем поцелуй стал глубже, страстнее, требуя ответа. Шин ответил, забыв обо всем на свете. Он обнял ее, притягивая ближе, чувствуя тепло ее тела сквозь тонкую ткань платья. Когда поцелуй закончился, они оба тяжело дышали. Ренсери отстранилась, смотря на него с загадочной улыбкой. - А теперь – прошептала она, – настоящая игра только начинается. Она откинулась на спинку сиденья, закурила тонкую сигарету и выпустила дым в ночное небо. Шин смотрел на нее, как завороженный. Кто она? Дьявол во плоти или ангел-хранитель, посланный, чтобы вырвать его из рутины? Он не знал, но был готов узнать. - Шин, теперь у тебя есть два пути - прошептала она, облизывая губы - выбирай. Мы можем вернуться в город и я больше не буду давить. Или мы можем остаться здесь… и посмотреть, куда приведет нас эта дорога. Он смотрел на нее, не в силах отвести взгляд. «Куда приведет нас эта дорога…» В этих словах было столько обещаний, столько соблазна. Он никогда не был бунтарем, всегда играл по правилам. Но что-то в Ренсери словно вытащило на свет его тайные желания, похоронило страх и сомнения. Он хотел этой ночи, этой женщины, этого безумного приключения. – Я остаюсь – сказал он, его голос прозвучал увереннее, чем он ожидал. Улыбка Ренсери стала шире, искреннее. Она выкинула окурок и запустила пальцы в его волосы, притягивая его к себе для еще одного поцелуя. В этот раз он был другим, более требовательным, более откровенным. Когда они оторвались друг от друга, Ренсери снова завела машину. Она уже знала куда именно они направятся. Всё же её дом был не подоплёку..