Джесси

Погода в Бруклине была солнечной, но утро оставалось прохладным. Люка чувствовал, как от ветра по коже бегут мурашки — стоило надеть хотя бы лёгкую ветровку, а не просто футболку и шорты. Он надеялся быстро разогреться, когда они пойдут. Марш должен был пройти по Бедфорд-авеню — широкой улице Вильямсбурга. Старые кирпичные стены отражали скандирования, хлопки и музыку из переносных колонок. Нила фотографировала собирающихся участников, но больше всего внимания уделяла Люку — в частности, она сделала несколько портретных фото его правой руки, по которой вилась татуировка дракона — точнее, его голова, которая доходила почти до предплечья. Туловище дракона было спрятано под тканью футболки и украшало часть плеча, груди и ребер. Люк как раз почти допил флет-уайт из картонного стаканчика, когда услышал голос. — Люка! Нила! Он вздрогнул и обернулся. Блять. Пятёрку атлетичных придурков было видно издалека: не знай их Люк, и он решил бы, что это они возглавляют марш. Они шли со стороны перекрёстка, громкие и цветастые – Джесси, Квин и Пит нарядились в не пойми что: футболки с радужными принтами, поясные сумки со значками, даже плакаты сделали. Люк был уверен, что сделали, а не купили — это были просто картонки, причём не совсем аккуратные. На плакате Питти было написано «LOVE IS LOVE», что было очень мило и в его стиле, но немного попсово. Но Люк всё равно подумал, что он старался. Айзек и Теннесси были одеты расслабленно-спортивно, и Люк решил, что пойдёт рядом с ними. — Мы успели? — с улыбкой спросил Джесси, показывая свой плакат «EQUALITY FOR ALL». — Здесь так шумно! Мне нравится. Немногочисленные журналисты, собравшиеся по случаю маленького марша, увидели их компанию почти сразу и переключились, намереваясь сделать минимум пару сотен фото и взять интервью. — Джесси Стаффорд! Люка стратегически отступил к Ниле. Возможно, он самую капельку и хотел немного поговорить с Джесси. Отпустить язвительную шутку про его наряд, слегка подразнить, но отвлекать сейчас он точно не хотел. В конце концов, Люке всё ещё было неловко: может быть, он и пытался всю неделю уложить у себя в голове крохотную возможность того, что он действительно мог нравиться Джесси. Джозайе Стаффорду. Бойцу ММА в тяжелом весе, дважды защитившему свой пояс чемпиона. Попытки давались тяжело. Люк не мог представить себя рядом с ним. Джесси был очень… мужественным, и Люка пугающе легко мог вообразить ему девушку — маленькую, худенькую и хрупкую, которую Джесси с удовольствием носил бы на руках и задаривал подарками. Точно не себя. Люка бы не пережил, если Джесси в отношениях с ним сказал бы что-то вроде «я не могу появляться с тобой на людях» или «не хочу выставлять фото с тобой в Инстаграм». Он мог бы начать стесняться Люки – и не было ничего хуже этого. К ним подошла девушка с микрофоном и оператором за спиной. Канал, логотип которого был на их одежде, был местный, но довольно известный. Журналистка широко и профессионально улыбалась, был заметен её едва сдерживаемый восторг. Ну ещё бы. Подумать только, такая удача — встретить таких ребят на таком мероприятии. — Мы можем задать вам пару вопросов? — она уже держала микрофон у лица Джесси. — Неожиданно увидеть чемпиона UFC на квир-марше. К тому же, — она повернулась к камере, — здесь не только Джесси Стаффорд, но и Квин Янг, Теннесси Миллер, Питер Коллинз и Айзек Рид! С ума сойти, ребята, уж вас я тут точно не ожидала встретить! Джесси растерянно улыбнулся. — А… привет! — Почему вы решили присоединиться к маршу? — спросила журналистка, подаваясь вперед. Джесси испуганно покосился на Теннесси. Внутри у Люка всё сжалось, но он не мог понять, чего именно боится — ответа Джесси, возможного удара по его карьере или чего-то, что Люка ещё не успел накрутить у себя в голове. Потому что, очевидно, если бы это даже в теории могло разрушить карьеру Джесси — он бы сюда не пришел. Так ведь? — Ну… потому что… — Любовь! — воскликнул Питти, тыча своим плакатом в камеру. — Мы за любовь! — крикнул Квин, оттягивая низ своей радужной футболки и позируя. — За всю! Журналистка продолжала улыбаться, но теперь напряженно. — А если немного подробнее? — мягким тоном уточнила она. — Что для вас значит поддержка квир-сообщества? — Э… — Питти нахмурился. — Это когда поддерживаешь… — И не осуждаешь, — добавил Квин. Это был провал. Это был провал, но Люк был на грани того, чтобы рассмеяться и заплакать одновременно; потому что, если честно, его переполнила такая искренняя, беззаботная радость, что он был совершенно повержен её интенсивностью. — И плакаты, — Джесси неуверенно приподнял свой, — мы сами делали. Повисла неловкая пауза. Люка прикусил нижнюю губу, медленно выдыхая. Ну какое позорище, это просто восторг! Питти глянул на Квина. Квин — на Джесси. Джесси опустил взгляд на свои кроссовки. А затем они синхронно обернулись на Теннесси. Они посмотрели на него одинаково умоляюще, и Люк сразу сообразил, кто из этой пятёрки всегда даёт на интервью — хотя это и так было очевидно. Потому что стоило Джесси, Питти или Квину открыть рот — и случалась интеллектуальная катастрофа. Теннесси протяжно вздохнул и шагнул вперед, аккуратно оттесняя троицу. — Извините. Давайте я отвечу. Микрофон тут же повернулся к нему. — Мы здесь не как спортсмены или публичные фигуры, — Теннесси обезоруживающе улыбнулся, и Люк почувствовал, что внутри от его улыбки что-то тает: это было верное решение. В смысле, дать Теннесси говорить. — У каждого из нас есть друзья, близкие, коллеги, для которых такие марши не праздник, а необходимость. — Вы правы, — журналистка кокетливо заправила прядь волос за ухо. Теннесси её полностью очаровал. И Люку тоже! — Когда у тебя есть платформа, — продолжил он, — странно делать вид, что ты живёшь в вакууме. Поддержка — это не только посты в соцсетях. Иногда нужно просто выйти из дома и поддержать близких своим присутствием. — И плакатами! — Питти поднял над головой Теннесси свою картонку. — Спасибо, — девушка улыбнулась. — Это были очень важные слова. Питти рассмеялся, а затем обнял Теннесси за шею и притянул к себе. Он крепко чмокнул его в щеку. Защёлкали камеры. Кажется, Люка уже знал, какая фотография украсит заголовок статьи. — Вы видели его последние соревнования?! — вдруг выпалил Пит, обращаясь к журналистке. — Он пришёл вторым! — Питти, — негромко произнес Теннесси, и его улыбка стала немного нервной. Девушка вежливо кивнула, подвигая к Питти микрофон, хотя это явно не было хорошей темой для репортажа квир-марша. — Нет, подожди! — Питти развернулся к камере. — Это было охуеть как серьезно! Dew Tour! Слоупстайл. Там такие перила были — я бы умер! — Ты бы умер ещё на подъёме, — спокойно заметил Айзек. — Факт, — согласился Пит и тут же продолжил: — он ехал последним, и все такие: ну всё. Хуйня. А потом Несс просто разъебал трассу! — Пит, — предупредил Теннесси. От того, как понизился его голос, даже Люку стало не по себе. — Он ни разу не упал! — гордо объявил Питти. — Ни разу! Судьи были в ахуе! Второе место, между прочим, с минимальным разрывом! — Питер. Питти вздрогнул и посмотрел на Теннесси огромными глазами. Затем как-то сконфуженно поморщился. Люк бросил вопросительный взгляд на Джесси, но он тоже хмуро смотрел на Пита, поэтому Люка подумал, что тот задел какую-то опасную тему. Быть может, Теннесси совсем не гордился своим крутым местом. — Поздравляю, — сказала журналистка, — это очень впечатляет. — Спасибо, — Теннесси отвернулся от Питти, — это была хорошая трасса. — Может, хотите поговорить обо мне? — вмешался Квин. — Видели последний показ в Милане?

***

— Клянусь, блять, я так сильно хотела прийти, но ёбаная рабо… какого… Мики застыла посреди гостиной с открытым ртом. — Спайк бы сдох на месте, — благоговейно прошептала она. — Я… о боже. Нила поцеловала Мики в щёку и забрала у неё из рук четыре пиццы в коробках. Ещё пять уже пустых стояли на столе: спортсмены, оказывается, жрали, как медведи после спячки. Люка убрал со стола несколько пустых коробок и достал из холодильника бутылку просекко, между прочим, уже третью. Звёздная компания совершенно безрассудно и бесстыдно налегала на неширокий ассортимент дешёвого алкоголя в его домашнем баре. Они по очереди представились и устроились на полу: кто на креслах-грушах, кто просто на подушках. В квартире Люки, если честно, еще никогда не было так много людей. И так много знаменитых людей. В просторной комнате стало тесно. Колено Джесси задевало его бедро, и это очень волновало Люка, хоть он и старался не показывать этого. Но Джесси тоже беспокойно ерзал, постоянно бросая на Люку косые взгляды. Под его внимательным надзором было трудно успокоиться. — Я видела твои сторис, — сказала Мики Ниле, во все глаза глядя на Квина, — но я думала, ты просто пофоткала селеб на марше. — Мы участвовали, — в голосе Питти чувствовалась гордость, — было вайбово! — Как вы познакомились с Люком и Нилой? Простите, я не могу не спросить, потому что… ладно, это охренеть, как странно — я, ребят, видела вас всех по телеку, так что немного волнуюсь, потому что вы настоящие. Парни смущенно посмеялись — кажется, им понравилось внимание Мики. Люк украдкой глянул на Джесси. И вздрогнул, встретившись с ним взглядом. — Прекрати пялиться, — шепнул Люка. — У тебя крутая татуировка, — также тихо отозвался Джесси. — В спортзале, — ответил за всех Квин, — мы уже несколько дней пытались под… ай! — Извини, — Теннесси виновато улыбнулся, отдергивая руку. — На тебе была муха, — он отряхнул руки. — Мы живём в одном доме, так что… — Вы все живёте здесь? — округлила глаза Мики. — Теперь я тоже хочу сюда переехать! Даже Люк не знал, что они все живут в одном доме. Он потянулся за бутылкой, чтобы подлить в кружки просекко. — Нет, мы… — Теннесси переглянулся с Квином. — Квин живет на двадцатом этаже уже полгода, Джесси на пятом. Мы с Питти сняли квартиру на восемнадцатом, пока оба не решим, где окончательно остановиться. Да и я последнее время постоянно в разъездах, так что… — А Айзек? — Я живу в резиденции через квартал, — ответил Айзек, отрывая взгляд от телевизора — они с Питти играли в UFC на Xbox, который сами принесли. — Раньше я снимал квартиру вместе с Несси и Питти, но это был просто пиздец. — Эй, — Питти толкнул его в плечо. — Он срёт с открытой дверью, — пробормотал Айзек. — И ходит по дому голышом. — Только когда вся одежда в стирке! — Не знаю, как Несс тебя терпит. Теннесси рассмеялся. — Я очень терпеливый. Почему-то эти слова показались Люке грустными. Он уставился на Теннесси в попытке раскусить, что у него на уме: что-то не давало покоя. Теннесси был крутым парнем, вся его аура казалась умиротворяющей и дружелюбной, но создавалось впечатление, будто он что-то скрывал. — Между прочим… — начал Питти, но Люк уже перестал его слушать. Он достал из-под подушки на диване айкос и стики. Снова бросил взгляд на Джесси. Джесси всё ещё смотрел на него. — Что? — Люк нахмурился. — Ничего! — тот поспешил отвести взгляд в сторону. — Слушай… — Люка постучал пальцами по белому корпусу айкоса. — Я, вроде как, согласен помочь тебе с интерьером. Разговоры на фоне стихли. Люк раздражённо вздохнул. — Продолжайте говорить! — крикнул он. Джесси рядом вздрогнул, а Питти отмер и продолжил объясняться, почему он ходит голышом, но уже гораздо тише и медленнее. — Мы можем составить контракт и… — Да! — Джесси хлопнул в ладоши. Улыбка обнажила его неровные зубы. — В смысле, да… я с удовольствием! Начнём прямо завтра? — Для начала мне нужно увидеть твою квартиру… — Можешь хоть сейчас. Я могу дать тебе код, если буду не дома, и… — Сейчас почти ночь, и я немного пьяный, так что… — Иди! — крикнула Нила, подаваясь вперед. — Я пригляжу за этими хулиганами. Люка, сруби с этого богатенького спортсмена побольше деньжат! Все рассмеялись, а Люка закатил глаза. Он не был уверен, что будет вести себя нормально наедине с Джесси, но всё равно хотел бы побыть вдвоём. Просто в качестве эксперимента. Никто ведь не запрещает ему быть любопытным. — Идём, — Джесси рывком поднялся и протянул Люке руку. — Покажу тебе свой дом. — Ура! — крикнул Питти, и Теннесси бросил в него подушкой. Квартира Джесси была угловой, а значит, большой: с панорамными окнами в пол, как и у Люки, но света здесь было значительно больше из-за того, что он проникал сразу с двух сторон. Было очевидно, что пространство не «собрано»: много воздуха, много света, и при этом ощущение, что здесь никто по-настоящему не живёт. — Когда ты заехал? — спросил Люк, прохаживаясь вдоль студии, совмещающей огромный зал и коридор. — Полтора месяца назад, — Джесси ходил за ним небольшими шагами, будто хвостик. Люку это слегка позабавило и он намеренно замедлился. Сюда так и просился формат зон, которые не будут разделены стенами. Диваны, стеллажи, домашние растения, перегородки. Это место хотелось сделать немного мягче, чем оно было — и ярче. Джесси шли тёплые цвета и яркость. Это был отличный лофт. Кирпичные стены не были вылизаны до музейной стерильности: кое-где они темнели, кое-где кирпичи смотрелись грубее. Сюда должен был литься свет: преломляться через большие зеркала в цветастых рамах, расчерчивать полотнами рыжий кирпич и деревянный пол. И растения будут смотреться великолепно: крупные и раскидистые в углах, чтобы смягчить геометрию, высокие рядом с окнами, свисающие — выше уровня глаз. — Большой низкий диван, — пробормотал Люка, останавливаясь в гостиной. — Оливковый или терракотовый. Или графит с тёплым подтоном. Джесси достал из кармана телефон и, по всей видимости, полез гуглить слова. — Я сделаю наброски, — Люк подошел к подоконнику, — всё тебе покажу и объясню. Я бы ещё добавил винтажные ковры. Или восточные. — Я доверяю твоему вкусу, — сказал Джесси, подходя ближе. Он опёрся бёдрами на подоконник и посмотрел на Люка из-под длинных, пушистых ресниц. Люку захотелось его поцеловать. Это была абсурдная идея, поэтому он поспешил отвернуться. — Я бы предпочёл… м… находиться здесь, пока создаю макет. Так будет легче ориентироваться в пространстве. — Конечно! — чересчур воодушевленно отозвался Джесси. — Сколько угодно. Я рано просыпаюсь. Мы могли бы выпить кофе и после… — Я встаю примерно к одиннадцати. — Я могу доставить кофе тебе прямо под дверь. Джесси выглядел странно смущенным. А Люк вдруг подумал, что это все звучало до абсурдности глупо — чемпион UFC приносит утром Люке кофе едва ли не в постель. Было в этом что-то одновременно и будоражащее, и далекое — почти нереалистичное. — Это очень мило, — буркнул Люк, чувствуя, как к щекам приливает кровь. — Какой твой любимый? — Я ещё в процессе самопознания. — Что? — Не знаю, — Люка, наконец, решился посмотреть на Джесси. — Сейчас я немного на мели, и поэтому редко хожу по кофейням, так что я не знаю, какой мой любимый кофе, но хотел бы попробовать все варианты и решить. — О. Они замолчали. Нью-Йорк за окном казался совсем маленьким — наверное, потому что отсюда ни черта не было видно. А из квартиры Квина вид наверняка открывался просто потрясающий. Интересно, как она выглядела? Люку казалось, что Квину должны нравиться дорогие, может, даже роскошные вещи, но он уже боялся делать поспешные выводы, чтобы снова не оказаться предвзятым по поводу этой компании. — Я тоже не знаю, какой кофе люблю. Поэтому каждый раз пробую новый, — Джесси потёр запястье. — Спасибо, что согласился помочь. Мне показалось, я испортил всё веселье на гейском марше. Люка со смешком выдохнул: — Нет, было супер. Мое лицо выглядело недовольным? — Нет, оно… оно… крутое. Кстати, — Джесси оттолкнулся от подоконника и подошёл к пустому стеллажу, вмонтированному в стену, глядя на него с преувеличенным интересом. — Мне кажется, я немного похож на Эвана Питерса. — Что? — Люк глупо моргнул. Затем нахмурился. А когда до него дошло, что Джесси, мать его, таким нелепым способом пытался с ним флиртовать, то он какое-то время не мог сказать и слова. Наверное, Люка выглядел очень тупо, потому что Джесси мгновенно побагровел и почти прошептал: — Забудь. — Пф… — Люк тихо рассмеялся, прикрывая губы рукой. — Точно. Вы как близнецы. — Правда? — в голосе Джесси появилась надежда. — Нет. — О. — Ну, я тоже не Росомаха, — Люк отошёл от окна и направился к выходу. Стоило вернуться обратно, пока им не стало ещё более неловко. — Ты круче, — сказал Джесси, когда они вышли из квартиры и остановились в холле. — Брось. Я толстый, — слова дались Люке нелегко. Обычно его совсем не смущала констатация этого факта, но сейчас это получилось сказать с трудом. Словно до этого момента Джесси мог не замечать его вес, а теперь, когда Люк это озвучил, магия разрушилась. Но отчего-то Люка всё равно чувствовал необходимость произнести это вслух. Проверить мир на реальность, в конце концов. — А Росомаха накачанный, и… Джесси прищурился и сложил руки на груди. Люка заметил, как сексуально напряглись его бицепсы, но даже это не порадовало — от тревоги сердце разогналось так, что пульс застучал в ушах. Блять, нахер он это сказал? Как будто это было чем-то неочевидным. Люка уже пожалел о том, что открыл рот. Он не хотел показывать свою неуверенную сторону — он даже себе её не открывал, боясь неосторожно зацепиться за острый угол и причинить себе боль. А сейчас будто намеренно пытался отсечь от себя что-то хорошее, то, что впервые за долгое время искренне радовало его. Взгляд Джесси медленно прошёлся по Люку: от макушки до ног, затем обратно. Люк не знал, как это интерпретировать — оценивал его Джесси, мысленно взвешивал или что-то ещё — но ему становилось страшнее с каждой секундой. Захотелось провалиться сквозь землю. — Ты даже не мой рабочий вес, — сказал Джесси. Его глаза потемнели. Люк облизал губы. Он за секунду почувствовал себя так, словно прямо сейчас мог бы взлететь — внутри стало щекотно, а ещё появилось такое странное ощущение легкости и волнения… даже… Люк даже почувствовал, как у него слегка потянуло в паху. — Ты круче Росомахи. Во рту пересохло. Должна ли была эта фраза звучать настолько сексуально? — Д… думаю, нам пора возвращаться, — кое-как выговорил Люк. — Блять, — Джесси схватился за голову и застонал. — Прости. Я сказал что-то странное? — Нет! — Люк выставил перед собой ладони. — Нет, просто я не знаю, как отреагировать. Но это… очень… мм… — Я сказал что-то странное, — голос Джесси звучал обречённо. — Все в порядке, — заверил его Люк. Теперь, когда Джесси был более уязвим, он почувствовал себя смелее. — Просто, ты ведь… окей, ты ведь знаешь, что я би? Я уже знаю, что в вашей компании принято так общаться, но я невольно воспринимаю это на свой счёт, ладно? Типа. Я растерялся, потому что подумал, что ты флиртовал. Голос Джесси звучал глухо из-за ладоней, прижатых к лицу: — Я флиртовал. Нет, Люка этого не переживёт. — Иди-ка обратно к себе. — А? — Завтра поговорим. — Но я… — Домой, Уолтер! — настоял Люк. Джесси беспомощно на него посмотрел, отступая к своей двери. — Тогда до завтра? — с надеждой спросил он. Люка умрёт прям сейчас.