Интеграция

Тошниться до Хоукинса пришлось долго. Сначала вела мама. Непривыкшая к таким длинным поездкам, она вытерпела всего двести пятьдесят километров. Затем начала отвлекаться, вздыхать, чем доказывала очевидное: она устала. Затем роль водителя на себя взял Ричи. Мама не хотела пускать его за руль за оживленной автостраде, но выхода не было: до мотеля, в котором они могли бы остановится, оставалось не менее ста пятидесяти километров. К тому же, Ричи очень уверенно потряс своим правами: «Я справлюсь. В конце концов, не зря же я потратил несколько месяцев жизни на эту хренотень». Мадж настолько устала, что не стала одёргивать сына за бесконечный поток брани. Просто кивнула, и поменялась с ним местами, прикрывая глаза, едва они тронулись. В первое время пыталась следить, но в итоге получилось расслабиться: нельзя не доверять собственному сыну, который в последние годы понял, что ему, как единственному мужчине в маленькой семье на двоих, тоже нужно учиться брать на себя ответственность. И он правда учился. В мотеле они пересмотрели маршрут, отмечая где будут меняться, проговаривая важные остановки, а затем Мадж уснула, вымотанная сложным днём. Ричи подхватил свою сумку и тихо вышел на улицу, забившись в безлюдный угол, где его бы никто не тревожил. Закат раннего августа окрасил небо в мечтательный розовый. Сделалось необычайно спокойно: вдалеке от их проклятого города, где случилось так много всего плохого. Это была необходимая глава, важный шаг, который следовало сделать гораздо раньше. Но лучше поздно, чем никогда.

***

      Так вот, тошнились они долго. Когда машина остановилась на подъездной дорожке к небольшому дому, мама ткнулась лбом в руль. Ричи кое-как вышел на улицу, хрустя позвоночником: — У меня жопа оквадратнела! Пожалуй, какое-то время я буду передвигаться исключительно пешком.  Мадж рассмеялась, ловя на слове: — И не будешь клянчить у меня ключи чтобы покататься по округе? — Ну не настолько же!  Они уже договорились, что при первой удобной возможности Ричи сгоняет в Индиану сам; мама ведь теперь знает, что он достаточно уверенно чувствует себя за рулём: опыт он себе накатал.  Повозившись с замком - тот заржавел, изрядное напугав маму, которая уже было распереживалась, что они и домой не попадут, судорожно шевеля ключом в замке. Тот совсем застрял.  — Мам, ты его не возбудить должна, а открыть… Дай попробую.  Оттеснив маму, Ричи попробовал сам. Шло действительно туго, но усталость оказалась сильнее; хотелось попасть в дом, расслабиться, и полежать на нормальной кровати, а не в пропёрженных мотельных лежанках. Поэтому он резко повернул ключ, вкладывая в это максимально возможные в моменте усилия, и… Вуаля. Недовольно щёлкнув, замок щёлкнул и соскочил, падая на грязный коврик. Ричи не посчитал нужным его поднимать, отодвинув ногой - эту хрень надо просто выбросить, точно так же, как и несчастный коврик, который казалось молил о пощаде.  Инспекция дома была проведена поверхностная, но придирчивая: всю хрень они сгребли в большой ящик, выставленный в середине комнаты. Уставшие, но довольные проделанной работой, они завалились на диван, устало выдыхая. Даже Ричи уработался настолько, что не хотелось лишний раз открывать рот. Возможно это пройдёт через пятнадцать минут, но в мыслях блаженное спокойствие, а руки налились приятной тяжестью проделанной работы.  Но мама… ей хватило пяти минут, чтобы подзарядиться: — Надо выбросить это…т мусор, — осеклась на полуслове, словно сама никогда не употребляла ни единого крепкого словца, — И разузнать где тут магазин. Я обещала Карен, что мы сегодня придём к ним на ужин! — Как связаны Карен и магазин? Или она настолько бедна, что принять нас, дорогих гостей, она не в состоянии? Надо будет подкинуть ей десятку! — это было слабо. Да. Но, поймите правильно, он ещё не восстановил силы, чтобы играть на все сто.  — Они связаны тем, что Карен теперь из хорошей семьи, и невежливо приходить в гости с пустыми руками.   — Какая хрень. Давай принесем им KFC. Майк точно заценит.  Про Майка он знал два факта: 1) они были одного возраста; 2) это его дальний-предальний родственник через десятое колено и седьмая вода на киселе. Во всех этих «шестиюродный кузен по маминой линии со стороны бабушки» проще сказать просто «дальний родственник».  Ну, и если они всё-таки родственники, то он может быть и… Нормальным. Не душным. Пожалуйста.  — Если хочешь - можешь запечь куру сам, а я пойду в магазин, и просто куплю пирог.  — Это жестоко.  — Это жизнь.  В конце концов Ричи пришлось протереть очки, надеть джинсы, и пойти в магазин. Мама настаивала, что следует причесаться, но это было уже слишком - даже для крутой Карен Уилер, на которую надо производить впечатление. 

***

​      Ричарда посадили напротив Майка. Майку как раз было очень удобно сверлить его лоб взглядом, сложив руки на груди, едва притронувшись к нарядному ужину. Ричи весь вечер вёл себя как чёртов ангел - поздоровался вежливо, пожал руку мистеру Уилеру и Майку. Отдал миссис Уилер торт, Попытался мило улыбнуться Нэнси и Холли - так, чтобы его выражения лица не приняли за насмешку или ещё чего похуже. Старался он не столько ради себя, сколько ради мамы, которая немного оторопела от вида шикарного дома, большой семьи и такого обилия детей. Видимо, по телефону ей рассказывали не все. Поэтому Ричи как золотой сын пытался помочь ей создать видимость, что у них всё не так уж и плохо.  Но, вообще-то, было бы ради чего. Карен уже явно сделала выводы. Тэду было ровным счетом наплевать, как и Нэнси, которая мыслями была вообще не здесь. Майку не нравился (либо наоборот сильно нравился) сам Ричи. Одна лишь Холли дарила всем искренние улыбки, расспрашивая, как там - в другом штате? Мамские разговоры всё не заканчивались, а Ричи начинал чувствовать, что его терпение медленно, но верно сходит на нет. Нога ходит ходуном, подошвой кеда отбивая неровный ритм. Хочется откинуться на стенку стула, а еще лучше просто стечь под стол и там укусить хмурого Майка - чтобы не пялился.  Мама неожиданно спасла положение. Отчасти. Но все таки спасла: — Мальчики, может вам прогуляться? Познакомитесь поближе, вам тут, наверное, совсем скучно? Ричи кивнул и за пару секунд вылетел из дома как хорошо растрясённая кола из двухлитровой бутылки. Майк неохотно. Пошагал следом - ему видимо было всё равно где выражать своё недовольство.        По дороге пошли вразвалочку.  — Так что, чувак? Чем тут можно заняться и не заржаветь со скуки? — Ричи решил сходу не ультовать. Прощупать почву.  — Если тебе так не нравится, зачем вы переехали? Тозиер пожал плечами, криво усмехаясь: — Смена обстановки - раз. В такой дыре дешёвое жильё - это два. — Ричи играл по правилам, выстроенным Майком. В конце концов, он сам тут ходит, и своему кислой рожей портит пейзаж.  — Говорить, что Хоукинс - дыра можно только тем, кто тут родился и вырос.  Ричи разве что посмеялся: — Чувак, можешь обосрать мой родной город - Дерри, с ног до головы. Он настолько тупой, что я даже не помню, как называлась главная улица и номер своего дома.  — По тебе видно, что памятью ты не блещешь.  Ну начинается. Ричи закатил глаза, что за очками стало в тысячу раз заметнее: — Да и умом, таким же острым как у тебя, я не наделён. Природа меня поберегла, на тебе отыгралась! Наконец у Уилера подгорело: тот развернулся на пятках, грозно глядя на Ричи. К сожалению, прибегнуть к своему излюбленному приему давления взглядом сверху вниз, который был ему доступен, но не вышло - Тозиер оказался чуть выше самого Майка: — В чём твоя проблема? Веди себя нормально! — Боже, боже, чувак! Что не так? Ты первый начал! — могло показаться, что Ричи косит под идиота, но ведь Майк действительно первым перешёл на личности. А потом обиделся.  — Ничего я не начинал! — Да ну? Думаешь, мне это приснилось? Скажи ещё, что я хожу во сне и ношу ночной колпак, выдумщик! Майку правда понадобилась минутка. Просто на то, чтобы сделать вдох. Потереть переносицу. Ещё раз вдохнуть, и только после этого, когда желание почесать кулаки о чужое лицо отступило, он смог ответить: — Ты говоришь отвратительные вещи, ты вообще понимаешь? — Ну да, мне постоянно об этом сообщают. Так куда тут можно сунуться? Как ни в чём не бывало.  — Не знаю. В жопу можешь пойти, — Майк решил на этот раз не церемониться. Вообще-то, он был готов рассказать что-то действительно интересное, готовился. Но теперь - пошёл ты в жопу, Ричи Тозиер, и вопросы твои тупые - туда же.  — Ты про Дерри? Так я только что оттуда, мне там не очень понравилось. Кстати, мы ехали сюда пять дней, я чуть не сдох. Зацени: водительский загар.  И… да. Ричи стянул рубашку, оставшись в футболке, демонстрируя след чуть покрасневший на солнце кожи, которая резко контрастировала с рукавом футболки.  Майк заинтересовался как-то против воли. К тому же, что тема вождения была для него больной - научиться хотелось, но как-то оно было не к спеху. К тому же, родители вроде как не собирались помогать с машиной, а отец никогда бы не разрешил даже поучиться на своей, не то что просто ездить. Из всей партии водил только Лукас - его родители давали ему иногда покататься. А Уилл только учился, но с переменным успехом.  — Круто, — скупо выдохнул Майк, драматично проклиная себя за то, что положительно оценил его. Но на самом деле. Круто, — Ты много накатал? — Да километров пятьсот - минимум! — Ричи преувеличил. Ну и что. Немного же совсем. На самом деле там было… ну, скажем, четыреста - точно. Просто четыреста звучит ни туда, ни сюда - пятьсот эпичнее, но не скатывается в откровенное враньё.  — У тебя типа своя тачка? — Да куда там, — Ричи махнул рукой, надевая рубашку, и одергивая воротник, слишком мягкий, чтобы стоять ровно, — Мамина. Мне чтобы свою купить надо было рождаться сразу миллионером.  Майку даже как-то становится не так обидно - не настолько этот Ричи и крутой. Да, пусть странно было бы в таком возрасте иметь свою машину, но… — Всяко не на автобусе таскаться.  — У вас, ребята, есть автобусы? — Ричи кажется искренне изумился, — у нас были вонючие гробы на колёсах. А они летом становились ещё и парилкой на ножках. Думаю, во время одной из поездок мои мозги и расплавились в кашу.  О, да.  — Это похоже на правду. Ты ужасный. Завтра в 12 мы партией собираемся у меня в подвале, ты тоже можешь приходить. Скорее всего мы выберемся в город, если Лукас будет на машине… О, это шанс.  И Ричи им воспользуется: — Я могу взять машину, не самом деле. Если тебя снова не перекосит от того, что ты закрыт со мной в одном пространстве, чувак.  Майк на секунду замялся. Точнее, не так: он словно замер, обдумывая предложение. Неожиданно щедрое, если так подумать. И искушающее. Отказаться - обречь их всех либо на автобус, либо на Лукаса, который сделался до противного непредсказуемым. Или согласиться, сделав Ричи автоматически слишком хорошим для всех остальных. Выбор буквально между жизнью и смертью. Наконец он разродился: — У тебя вообще права есть? Типа, настоящие. Не нарисованные.  Ричи хохотнул, разводя руки в стороны: — Бывают какие-то другие? Я свою рожу три дня рисовал, и всё равно получилось непохоже! Вообще-то, у него и правда фотка не очень - он то ли собирался чихнуть, то ли зевал. И именно в этот момент его и щёлкнули. Переделывать обидчивый фотограф отказался, сославшись на то, что таким придуркам необязательно иметь красивые фотографии, иначе их заподозрят в поддельных документах. Ну или как-то так.  — Ладно. Приезжай к двенадцати, но если нас остановят, то постарайся не отправить нас всех в тюрьму.

***

      Вечером, который начал переткать в ночь, Мардж с сыном добрались до дома. Конечно же, тишиной в прогулке и не пахло – они с удовольствием прошли пол города, обсудив странную семейку показушников.   — Мам! Майк ваш смотрел на меня как на самого отвратительного слизняка в своей жизни. А что-то мне подсказывает, что у него такая кривая рожа именно оттого, что он их на завтрак жрёт.  Мама рассмеялась, попытавшись потрепать сына по волосам – тот стал совсем высоким, и чтобы дотянуться до лохматой кудрявой макушки, требовалось опереться о его плечо, только потом поднимая свободную руку: — Не знала, что ты сам стал таким экспертом. Майк с тобой поделился? Какой слизняк тебе больше понравился – который похож на сопли или остатки еды из раковины?  Надо признаться, иногда мама могла уделать его по полной. Подавив неприятное «буээ», Ричи делано задумался над ответом, который смог бы быть достойно отвратительным, но почему-то ответил без привычной резкости: — Он очень… Консервативный. И ему очень не понравился я. Кстати, завтра я возьму машину и поеду впечатлять его друзей ему назло!  Мадж внимательно глянула на Ричи: — Постарайся не нарываться на истории прямо совсем уж откровенно, ладно? Мы ещё никого тут не знаем, — и далее продолжила уже обычным тоном, — Утром заберёшь ключи. И возьми двадцатку. Заправь машину, на сдачу… Можешь купить себе мороженое.  — Вы очень добры, сеньора! Это подарок за моё эталонное поведение на ужине? — Кажется, ты довёл младшего Уилера до бешенства. Считаешь это эталоном?  — Именно так, сеньора. Это наш священный фамильный дар.