Жизнь удалась (почти)

Дисклеймер: Внимание! Глава может содержать нецензурную лексику и сцены насилия и разврата, поэтому ее не рекомендуется смотреть никому! Не курите, не пейте и не употребляте. Кенни можно — он бессмертный. ................ POV «Лео»       После телефонного звонка Мистер Мэкки быстро засобирался, ссылаясь на то, что у Миссис Картман закончилась соль. — Я ненадолго, мальчики! П’нятненько? — после этих слов входная дверь хлопнула. Комната будто сразу стала меньше. — Без проблем, мистер М! — неизвестно, услышал ли вообще Мистер Мэкки, но парня это не особо задело. По телеку показывали документалку про обезьянок бонобо.       Мы с Кенни переглянулись и одновременно прыснули со смеху, когда диктор сообщил информацию о том, что «сексуальная активность у бонобо наблюдается круглый год, как между особями разного пола, так и в однополых парах». Было совершенно понятно, что мужчина вернётся ещё нескоро и его «ненадолго» растянется как минимум на час. Хотя мама Эрика могла хотеть поговорить про сына. Наверное, это не моё дело.       Жестянка с «Пина-Коладой» стала неожиданно лёгкой. Напиток был сладкий и мягкий, я не заметил, как выпил целую банку. Голова немного кружилась, но в мыслях наступила приятная тишина — хотелось выпить ещё. Не успел я открыть рот, как взгляд наткнулся на руку — не глядя что-то протягивали. — О… — я взял её автоматически. — Спасибо. — Всё для тебя, сладкий, — от этого прозвища сердце кольнуло. «Сладкий»? «Лео»? Когда это стало таким привычным? Кен тем временем затянулся электронкой прямо в комнате. Я заметил это — и ничего не сказал. Раньше бы сказал. Сейчас… не хотелось нарушать этот хрупкий покой. — Помочь открыть? — он выдохнул пар через нос. — Нет, — этот вопрос показался мне глупым. Но всё же Кен заботился обо мне… как о Карен. — Да… — наши руки соприкоснулись. Он дёрнулся, но не отвёл взгляд от экрана телевизора. Это всего лишь банка, не стоит на ней зацикливаться. Я залез на диван с ногами и сильнее укутался в плед. — Держи, заюш, — открытая банка вернулась ко мне. — Не переживай, с тобой ничего не случится от второй банки. Я прослежу~       Я отпил газированный напиток и хохотнул с наигранным возмущением. — Ну конечно, не будет! Маккормик, ты считаешь меня неженкой?! — алкоголь ударил в голову, ответ получился слишком резким. До меня донёсся запах дыни — дудки явно пахнут вкуснее сигарет.       Он усмехнулся, но не ответил сразу. Запах пара смешался с алкоголем, и мне пришлось сделать глоток, чтобы не зациклиться на этом ощущении. — Нет. Я не хотел обидеть… — попытка оправдаться была слабенькой, мне дико захотелось поймать его взгляд. Он продолжал курить, не отрываясь от телевизора. — А чего бы ты хотел, Блонди? — я пихнул его в бок и заполучил озадаченный взгляд. Сердце ухнуло — и я тут же сказал себе, что это просто адреналин. Глупо же возбуждаться из-за взгляда. Он выпустил дынное облачко уголком губ в сторону от меня. — Блонди? — переспросил он, изогнув бровь. Его брови на несколько оттенков темнее волос — это так красиво. Мне просто хотелось, чтобы он смотрел на меня. Не больше. — Ну же! Мне скучно… — сделав несколько больших глотков, я поставил жестянку на журнальный столик с громким стуком. Даже слишком. Мистер Мэкки расстроится, если на столике будет царапина. — Давай поиграем в «Правду или действие»! — мне просто хотелось поиграть. Это ничего не значило. — О боже… нет… — страдальчески протянул парень. — Я не хочу вставать с дивана, я очень устал… Давай мы не будем вставать. Поиграем без действий. Только правда… — Только правда! Да! Будем по очереди задавать друг другу вопросы, — я просиял. Это весело и безопасно. Он хихикнул, тёмные глаза сверкнули в полумраке. Внизу живота кольнуло. — Спрашивай что угодно. Ты первый, — в его глазах отчётливо читалась фраза: «Ты придумал — ты начинаешь». Вопрос-то я и не придумал! Мои глаза начали изучать журнальный столик в поисках идей и заметили пиво — оно было закрыто. — Почему ты не пьёшь своё пиво? — это как-то само вырвалось. — И это твой вопрос?! — тон был разочарованным. — Нет-нет. Сейчас, — собрать мысли в кучку было тяжело. Но всё же потом вопросы пошли один за другим — простые, почти дурацкие. Я старательно держался за них, как за спасательный круг, пока не сорвался. — Когда у тебя в последний раз был секс? — на последнем слове голос дрогнул. Я сразу же пожалел о сказанном и спрятал лицо в ладони. — Осенью, — он будто даже не удивился. — Без шуток?! Сейчас же весна… — я глянул на него сквозь пальцы. — У тебя был? — меня перебили, на пару секунд я замер. — В смысле?! Вообще когда-либо? — возмущение заставило меня повысить голос. — Да, был ли у тебя секс вообще когда-либо? — Ну конечно, был! — Ты врёшь. Когда? — от раздражающей ухмылки на лице Кенни захотелось вмазать ему. — Сейчас моя очередь, — мне дико захотелось стереть эту ухмылку. Я просто проверю смогу ли. — У тебя было когда-нибудь с парнем? — я был уверен, что собью его с толку. — Нет. Когда? — ответ показался нечестным, но я не придумал почему, и это злило ещё больше. — Когда что? Первый или последний?! — Аааааа, значит, это не один и тот же секс… — от его надменного тона меня просто трясло. Зачем постоянно повторять это слово? — Ну хорошо, когда у тебя был твой первый раз? — В тринадцать лет, — он подавиться паром. Мамочки, я же никому об этом не рассказывал. Что Кенни подумает обо мне? — Раньше, чем у меня?! — его голос был сиплым от того, что он еле откашлялся. — Ну-ну, не расстраивайся… — меня захлестнула какая-то необоснованная радость. Моя ладонь сама потянулась к его коленке и «утешающе» похлопала. Его взгляд метнулся к месту прикосновения, я тут же убрал руку. Попытка пошутить также прикольно, как Кенни, получилась неудачной. Нужно сменить тему. — Когда ты начал курить? — сложилось ощущение, что для парня это так же естественно, как дыхание и сон. — В восемь… — было видно, что ему немного неловко. — Оу, это очень грустно… — я не ожидал, что настолько рано. Кенни пришлось очень рано повзрослеть. Кто-то вроде меня точно не может осуждать его. — Да, пофиг, — беспечно выплюнул он. Лучше не продолжать эту тему. — А ты? Тоже уже давным-давно куришь?.. — он довольно хихикнул. — Тц! — я закатил глаза и притворился раздражённым. — Нет, я никогда не пробовал курить, — на самом деле я испытал облегчение. Как ему удаётся так легко прогонять дурные мысли?       Он протянул мне курилку, в его глазах играли любопытные искорки. Я замешкался. Просто попробую. — Попробуешь? — от мысли, что губы Кенни касались подика, голова закружилась. Я не стал брать аппарат в руки, так ответственность будто осталась у него. Сторона с дриптипом была повёрнута ко мне. Всё ещё глядя ему в глаза, я затянулся и сразу же поперхнулся.       Пока я пытался откашляться и восстановить дыхание — рядом со мной было подозрительно тихо. Неужели он не ожидал, что это сделаю? Я делал вещи и хуже. И ничего. Коктейльчик помог перебить странный привкус во рту. — Мне не понравилось, — расстроенно заключил я. — Кен?.. — только сейчас настигло осознание того, на что была похожа эта сцена. — А мне понравилось. — Что? — Что? — Ты имеешь в виду курить? — мне нужно было срочно это уточнить, чтобы не додумывать всякую ерунду. — Да, конечно… — прозвучало неуверенно. Может, он мог иметь в виду что-то другое. Но я не буду об этом думать.       И тут в памяти вплыл тот самый парень из клуба. А ещё Кенни говорил, что спихнул девушку и начал танцевать сам. Я оперся рукой на диван и приблизился к его уху. Собирался просто спросить. Даже не думал наклоняться так близко. — Ты когда-нибудь танцевал стриптиз? — похоже, что обычно о таком шепчутся девочки-подростки в лагере, смущенно хихикая и заканчивая все поцелуями. Но мы же не девчонки и не в лагере. — Только не ври мне, пожалуйста… — Откуда ты знаешь? — зачем-то он тоже перешел на шепот. — Нууу… Я ничего не знаю, поэтому и спрашиваю~ — захотелось провалиться. Глупая попытка соврать. — Что на мне было надето? — он взял меня за подбородок, наши взгляды встретились. Как вообще глаза могут быть такими синими? — Маска зайчика? — так тупо попасться нужно ещё умудриться. — Шутка! — выпалил я, в попытке оправдаться. — Ты там был.       Зря я это спросил и зря я вообще напился. Глупый Стотч! Он не должен узнать зачем я ходил в то место. Когда находишься так близко — аромат дыни просто сводит с ума. Я не сразу понял, что произошло...       Осознание накрыло с большим опозданием, также как утром происходит пробуждение от бредового сна — не сразу понимаешь где находишься и что было реальным.       Наши губы были в сантиметре. Кенни не отстранился, от него в принципе не исходило никаких действий. Пока не поздно — нужно остановиться! Это всё ещё можно было списать на алкоголь и усталость.       Пришлось отодвинулся. Страшно даже смотреть в его сторону. Щеки горели так, будто у меня солнечный ожог. — Ха-ха, я пошутил! — как же нелепо это прозвучало. — Дурацкий вопрос.       Он не возразил. И это было хуже. — Лучше… скажи… кто был твоей первой любовью? — Мардж. — Кто? — белокурый парик с зелеными бантиками, закопанный на заднем дворе моих родителей, явно перевернулся в своем гробу из обувной коробки. — В четвертом классе с нами училась одна девочка… когда она пропала, я еще долго о ней вспоминал, — до ушей донесся шипящий звук. — Вот черт, разрядилась, — он с нескрываемым раздражением шваркнул электронку на журнальный столик, а после продолжил рассказ. — Только в средней школе парни сказали, что это был ты.       Губы шумно втянули воздух, схватившись за голову, я подумал: «О, гамбургеры! Надеюсь он забыл о признании в любви Паладина к принцессе Кенни». — Мы были детьми. Всё нормально, — моя паника встала на паузу. Кенни не злится? Как он вообще может общаться со мной зная обо мне такое? Я не заслуживаю такого хорошего друга. Нос предательски защипало, на глаза навернулись слезы. —Ну-ну… я не считаю тебя странным из-за этого, — в ту же секунду меня обхватили чужие руки.       Интересно мой отец так же утешал маму, когда я сбежал из дома? С мамой он был всегда мягче, чем со мной. Ушло какое-то время на то, чтобы перестать плакать. Ладонь успокаивающе поглаживала мою спину, не знаю сам как оказался у него на коленях, но сидеть на нем было так тепло и... опасно. Нужно было это остановить.       Вздохнув, я вытер слезы и смущенно посмотрел Кенни в глаза. — Спасибо… Кен…       Вдруг через тело прошел электрический заряд. Я почувствовал бугорок внизу. Может быть это телефон? Сдержать желание потереться снова не удалось. Это не телефон!! Кенни уткнулся лбом в моё плечо и тяжело вздохнул. Кожу даже через одежду обожгло горячим дыханием. — Стотч…что же ты делаешь… — почти проскулил он, внизу живота закололо. Горячие ладони обхватили мою талию и застыли. Если я не отодвинусь сейчас — это уже не будет ошибкой, это будет выбор. — Пожалуйста, останови меня…       Мне вовсе не хотелось останавливать его. Этот взгляд снизу вверх не оставлял мне шансов. Его рука слегка погладила талию. Я не сдержал тихого стона. — Лео…— руки на талии сжались и потянули меня ближе. Нет. Я не хочу. Я просто не отстраняюсь.       Губы соприкоснулись, его руки стали гладить поглаживать спину. Пальцы сжали русые волосы, до ушей донесся сдавленный стон. Парень разорвал поцелуй и уткнулся личиком в мою грудь.       Видимо у него закончился воздух, дыхание было прерывистым и горячим. Бугорок под мной стал требовать больше внимания, хотелось потереться ещё, но сделать это не удалось. Кенни застыл, как автомат-гадалка, только вместо монетки, он ожидал... чего-то? — Что случилось… Блонди? — фраза прозвучала скорее разочарованно, чем заботливо. Новые попытки двинуться снова не увенчались успехом, Кенни был похож на упрямого ребенка, который не хотел отпускать игрушку. Только гляну на личико — и закончу это. — Я хочу посмотреть на твою моську… — пальцы начали играться с его волосами, внизу отрицательно мотнули головой. — Кен… ну, пожааалуйста… я хочу ещё поцелуй… — мои ладошки обхватили его лицо с обеих сторон. Наши взгляды снова встретились.       Находясь так близко, даже в полумраке, я смог разглядеть как раскраснелись его щеки. Бедный, за пол года он очень изголодался по близости, раз даже на объятия парня реагирует так. Теперь будет как-то не честно остановиться — он поднял голову для... не для того, чтобы его обломали.       Всего один короткий "чмок". И ещё один. Тело будто перестало слушаться, как если бы кто-то выкрутил звук на максимум и забыл, как вернуть обратно. Комната заполнилась звуками влажных поцелуев и громким сбивчивым дыханием. В голове билась только одна мысль. — Мне этого не хватит, — из губ вырвался стон, когда я почувствовал, что он сам подался бедрами на встречу моим движениям. — Я хочу большего, Кен… — рука сразу же скользнула под мою футболку, его пальцы сжались на голой коже. Мы оба нервно вдохнули в предвкушении… и тут нас прервал звук ключа поворачивающегося в замочной скважине.       Дверь открылась и в гостиную влетел Мистер Мэкки. Привыкшие к полумраку глаза резанул яркий свет. Мы с Кенни замерли от неожиданности… а может быть от осознания того, чем мы только что занимались. Мужчина не сразу посмотрел на нас, он топтался на коврике в прихожей и стряхивал снег с ботинок. — Детишки, соль-то я не взял, п’нятненько?! — он хохотнул. — Прийдется идти второй …раз… — о боже, он явно не ожидал увидеть у себя дома такую сцену. — Ох, простите, я уже ухожу! — его глаза начали нервно искать забытую пачку соли. — Нет-нет, вы не должны извиняться! — я вскочил как ошпаренный с коленей Кенни и понесся на кухню. От поднявшейся волны стыда не удалось убежать, она накрыла меня с головой и утопила в себе остатки возбуждения. Что же я натворил? Соль стояла на обеденном столе. — Спасибо, Леопольд! — он взял несчастную соль из моих дрожащих рук и попятился к входной двери. — Я вернусь часов в…5, нет! В 6 утра! П’нятненько?! — послышался глухой стук об угол тумбочки, стоявшей рядом с дверью. — О боже! Вы в порядке? — я закрыл рот руками, теперь он ещё и ударился. — Да-да! Всё хорошо! Пока детишки! — Вам совсем не обязательно… — входная дверь хлопнула. — …уходить… —конец фразы был сказан уже в пустоту. Чувство вины начало душить меня. Мистеру Мэкки было на столько неприятно, что ему пришлось сбежать из собственного дома. Это плохо! Очень плохо! Он вообще не должен был впускать меня к себе! — Лео? — поток мыслей споткнулся об его голос. Мамочки! Ледяной холод пробежал по спине от осознания, что Кенни ещё в комнате. — Я… я… поступил очень плохо… — стопы медленно развернули меня к нему, руки сложились в привычный жест в ожидании бури. — Мы оба увлеклись! — услышав, что он вскочил с дивана, я попятился. Ковёр начал становиться нечетким, в носу снова защипало. Я больше никогда не смогу посмотреть ему в глаза! — Ты хотел меня утешить, а я снова полез к тебе! — ногти с силой, начали ковырять костяшки. Я всё испортил. Со мной так всегда: стоит кому-то быть добрым — я обязательно превращаю это во что-то грязное. — Сссс, блять, Лео! Не делай так! — ему противно! — Я не заслуживаю этого! Не заботься обо мне из вежливости или жалости! Я не твой глупый братишка!! — теперь я ещё и нагрубил. — Не смей идти за мной!       Стало на столько невыносима, что я убежал в комнату.       На протяжении всей ночи кровать была не удобнее камня, я не сомкнул глаз. Я не имел права так говорить ему, это и его комната тоже. Не имел права спрашивать такое. Кенни ясно дал понять — он не хочет ничего. Я его подбил на... всё это!       В пол шестого утра, ноги унесли меня на улицу. Вид спавшего на диване Кенни, заставил сердце сжаться. Он спал спокойно. И это было самым явным доказательством: без меня ему проще.       Я несколько часов просидел на качелях в парке, пытаясь заглушить мысли музыкой, а после голодный и разбитый отправился на работу. Я заслужил это чувство. А быть выбранным — нет. .... Примечание: Вроде исправила. Если есть еще ошибки — пишите (*¯ ³¯*)♡