Орган профессора Морган

Профессор Морган откашлялась, протянула руку и взяла телефон со своего офисного стола — пальцы слегка дрожали. В то же самое время другой рукой она направила свой толстый, пульсирующий член к промокшей насквозь киске Эмили. — Добрый день, милый! — голос профессора был приторно-сладким, когда она заговорила в трубку, улыбаясь, хотя сын и не мог её видеть. Хотя, возможно, она улыбалась именно потому, что в данный момент трахала девушку своего сына. Это казалось даже более вероятной причиной. — Привет, мам, — донёсся приглушённый голос парня через динамик. Эмили прижала ладонь ко рту, чтобы заглушить любой стон, который мог сорваться с губ. Второй рукой она упёрлась в стол, приподнимаясь, и повернула голову — как раз чтобы поймать злую, довольную улыбку старшей женщины. — Я всё ещё на работе, милый, — произнесла профессор, положив ладонь на упругую попку Эмили, после того как головка члена уже проскользнула мимо набухших половых губ студентки. — Чем могу помочь? Домой я вернусь ещё очень нескоро. — Хотел спросить, ты сегодня не видела и не слышала ничего про Эмили? Я ей звоню без конца, а она трубку не берёт. Знаешь, она ещё на кампусе? Морган чуть не хихикнула от абсурдности ситуации, в которой оказалась, но вместо смеха из горла вырвался тихий стон. Она опустила взгляд на свою новую сексуальную подружку — на Эмили — и увидела, как та прикрывает лицо от стыда, но при этом виляет бёдрами, стараясь загнать толстый фута-член ещё глубже. — Ах нет, милый, я её не видела, — Морган постаралась изобразить огорчение, хотя было крайне сложно не ликовать, когда трахаешь такую привлекательную студентку. Аромат её духов витал в воздухе, одурманивая чувства. — Может, спросишь у кого-нибудь из её друзей? — Уже спрашиваю, но они, похоже, тоже заняты. Так раздражает… — голос вздохнул. — Ладно. Может, тогда просто заночую у Джейсона и его сестры, раз наши планы, похоже, отменяются. — Ох, милый, как жаль! — Морган прикусила губу, пока качала бёдрами вперёд-назад, медленно трахая красотку, которую нагнула над столом. От хватания за попку она перешла к тому, чтобы запустить пальцы в длинные золотистые волосы девушки. Эмили тихо вздохнула и осталась на месте, наслаждаясь. — Ну, если захочешь вернуться домой, там, возможно, останется немного жареного мяса! Сын профессора Морган хмыкнул в трубку. — Ну, может быть. — Или можешь остаться с друзьями на всю ночь. Решай сам. У меня, возможно, сегодня свидание — посмотрим, как пойдёт! — Морган протянула руку и ущипнула Эмили за ягодицу, отчего та пискнула от удовольствия и неожиданности. Эмили повернула голову и увидела, что старшая женщина смотрит на неё, любуясь сзади и игриво приподнимая бровь. Это было словно без слов: «Я собираюсь прийти к тебе на «жёсткие уроки». — Свидание? Тогда я точно останусь ночевать не дома. Не хочу мешать, — шутливо пожаловался сын. — Ладно, мам, я пошёл. Поговорим позже. Эй, если увидишь Эмили, дай знать, хорошо? — Конечно, милый, — ответила профессор. — Хорошо проведите время! На этом звонок закончился. Профессор Морган положила телефон обратно на стол с лёгким смешком — ситуация явно доставила ей огромное удовольствие. Теперь, когда руки освободились, она наконец могла полностью сосредоточиться на исследовании своей новой игрушки — той, что, похоже, была даже больше неё самой заинтересована в продолжении их игр, пусть даже ценой отношений с собственным парнем. — Мой член тебе нравится? — спросила Морган, хотя и без того знала ответ. Студентка жалобно застонала и кивнула, заливаясь ярким румянцем и слишком стесняясь произнести вслух то, о чём действительно думала. — Он больше, чем у моего сына, — заметила профессор. — Правда ведь, милая? Ещё один тихий скулеж. Ещё один робкий кивок. Эмили продолжала насаживаться назад на член, тяжело дыша, словно течная сучка, упиваясь удовольствием, которое растекалось по всему телу — удовольствием, которого она ни разу не испытывала со своим парнем, сыном этой женщины. — Так я и думала! — хихикнула Морган, шлёпнув Эмили по попке и сжимая её ягодицы, пока вгоняла член снова и снова. Тихие рыки срывались с её губ, пока она устанавливала отличный ритм сзади, наблюдая, как её огромный член исчезает между половыми губами студентки — почти как по волшебству. Ей повезло заполучить такую красотку; такую дерзкую и страстную. Благодаря новенькой лицензии на разведение, одобренной правительством, она наконец получила законное право оплодотворять кого угодно — и начинать собиралась именно с девушек того самого университета, где преподавала. Какая удача, что сын как раз встречался с той, на кого она давно положила глаз, хотя никогда не одобряла их отношения. Но теперь она могла не просто грозить пальцем и велеть шлюхам держаться подальше от её мальчика. Теперь она могла по-настоящему оплодотворить этих шлюх, сделать так, чтобы они больше ни на что не были способны, кроме как стонать на её чудовищном члене. — Чёрт, какая ты тесная! — прошипела Морган от удовольствия, снова шлёпнув по попке и наблюдая, как та колышется, с хищной улыбкой на лице. — Мой сын, нгх, вообще старается с тобой? Эмили запрокинула голову и издала ещё один похотливый стон. Глаза полуприкрыты, в них горела похоть, пока она виляла бёдрами, стараясь помочь старшей женщине кончить быстрее. — И-Иногда, — призналась Эмили. — Н-Но не, оох, всегда… м-мы не всегда з-занимаемся сексом… Профессор фыркнула. — Ну, — произнесла она, — с моим сыном ты больше сексом заниматься не будешь. Отныне ты будешь брать только мой член — это понятно? — Д-Да… За этот ответ она получила ещё один шлепок. — Да что, дорогая? Эмили застонала, её киска сжималась с каждым толчком. — Да, профессор! — Умница. — Старшая женщина радостно хихикнула, не сбавляя темпа. — Ах, как быстро учишься! Какая удача, что лицензия на разведение пришла именно сегодня. Ха, мы быстро решим проблему с рождаемостью в этой стране — обещаю! Эмили, возможно, и ответила бы, если бы могла делать что-то кроме стонов и рыков. Она оставалась нагнутой над столом профессора, пока её долбили сзади, грудь тяжело вздымалась и опускалась от прерывистого дыхания. Хотя говорить, что она «терпит», было бы неправильно. На самом деле она уже получала больше удовольствия от старшей женщины, чем когда-либо от её сына. Член этой женщины был не похож ни на что, что она испытывала раньше, и она уже знала: очень скоро станет полностью зависима от того, чтобы это чудовище было внутри неё как можно чаще. То, чего Джейсон не знает, ему не повредит… …наверное. — Ты… — простонала девушка, — с-собираешься рассказать Джейсону о нас? — Зачем мне это делать, милая? — простонала старшая женщина, продолжая трахать её сзади, тяжело дыша и наслаждаясь ощущением власти. — Моему мальчику необязательно знать… особенно если ты, нгх, и дальше будешь так хорошо меня ублажать… ха, что, переживаешь за него? У Эмили не нашлось нормального ответа. Она продолжала стонать, дрожа на столе профессора, лицом к двери, всхлипывая от удовольствия. Лишь бы никто не вошёл и не увидел, как её здесь позорят. Заводить друзей в университете и без того было непросто! — Вот так, детка, вот так… — профессор продолжала рычать и стонать, имея своё с девушкой на столе, сжимая её попку и ускоряя толчки. Эмили казалось, будто стоны и писки выталкиваются прямо из лёгких, а глаза расширились, когда футанари за спиной продолжила долбить её о стол без всякого стеснения. Сам стол поскрипывал и постанывал под их телами — и этот звук заводил Эмили гораздо сильнее, чем она ожидала. Ей также нравился звук шлёпающих друг о друга бёдер; влажный, ритмичный, который наполнял кабинет ещё более развратной атмосферой. — Чёрт! — простонала Эмили, задыхаясь и пытаясь удержаться. — Б-боже, это так х-хорошо, профессор! — Вот теперь голос подаёшь! Умница! Давай, нгх, пой для меня! — футари-профессор продолжала долбить Эмили сзади, вонзая в неё мощный, пульсирующий член. Удовольствие было неописуемым, и она уже не помнила, когда в последний раз так развлекалась. — Чёрт, я сейчас кончу! — предупредила профессор. — Я кончу, милая! Эмили ахнула, её киска сжалась вокруг толстого члена. — Вытащи, — вскрикнула она. — Вытащи! — Ха! Вытащить?! — профессор почти расхохоталась. — Ты вообще понимаешь, о чём просишь, милая? Знай! Своё! Место! Каждое слово сопровождалось глубоким, суровым толчком — мощными ударами, от которых Эмили мяукала от восторга. Удовольствие достигло пика для обеих, и прежде чем Эмили успела осознать, её тело стало белым от экстаза, который в неё вгоняли снова и снова. Она кончила раньше профессора — киска сжалась вокруг члена, спина выгнулась, тело окаменело. Всё тело сотрясалось от эйфории, разум полностью отключился, воздух вылетел из лёгких. С зажмуренными глазами, покачиваясь и обмачиваясь, она поняла, что никогда в жизни не кончала так сильно. С Джейсоном она даже близко не подходила к такому. — Сейчас! — профессор сделала несколько финальных толчков, вгоняя член максимально глубоко и начиная заливать её матку горячей, густой спермой. Оргазм Эмили растянулся от ощущения, как внутри её киски бьют потоки белой детородной массы, и она ахала и стонала, извиваясь от чистого блаженства. Никто никогда не кончал в неё так — и она даже не подозревала, как сильно ей это понравится. Быть накачанной семенем. Быть оплодотворённой футанари и вынашивать её детей. Внезапно ничего лучшего в мире просто не существовало. Глаза Эмили затянуло похотливой дымкой, язык вывалился изо рта, слюна капала на стол профессора, а девичьи соки стекали по бёдрам и пропитывали чулки. — Чёрт! — простонала профессор, сжимая бёдра Эмили, пока член пульсировал, выстреливая за выстрелом горячей спермы глубоко внутрь студентки. — Ч-чёрт, милая! Почти закончила, не двигайся! — Д-дааа… — глупо простонала Эмили, медленно кивая. Звуки восторга продолжали вырываться из её рта, пока она виляла попкой, помогая профессору заполнять её грязную, жадную дырочку мощной, липкой спермой. — Вот так, милая, — профессор застонала, всё тело задрожало, когда она отдалась полностью. — Вооот так… Наконец, почти через минуту непрерывного семяизвержения в свою новую любимую игрушку, профессор Морган вытащила член из хорошо использованной киски Эмили и положила его сверху на попку девушки. Её вздох, полный огромного облегчения, разнёсся по комнате. — Чёрт возьми, — выругалась она. — Мне это было очень нужно! Она снова шлёпнула по попке, заставив Эмили взвизгнуть от удовольствия. Та повернулась и увидела, что профессор ухмыляется. Это была улыбка. Улыбка, которая говорила: «Мы ещё не закончили. Даже близко». Потом Эмили бросила взгляд в зеркало в углу комнаты и увидела, насколько она уже растрёпана. Длинные светлые волосы в полном беспорядке, подбородок в слюне, вся в поту. И всё равно она не хотела, чтобы всё закончилось, и дала это понять, отодвигаясь назад, пока её попка не прижалась к паху профессора. Старшая женщина приятно удивилась и хмыкнула. — Обычно я езжу домой на автобусе, — призналась Эмили, — потому что не живу в кампусе. Но если ты сегодня отвезёшь меня домой… то сможешь делать со мной всё, что захочешь… Морган рассмеялась. — Милая, ты теперь вся моя. Я буду отвозить и забирать тебя на занятия каждый день, — сказала она, шлёпнув по попке перед собой, — при условии, что до и после лекций я смогу иметь вот это! Что скажешь, милая? Подавляя озорной стон, Эмили стиснула зубы и прикусила губу. Профессор Морган, без сомнения, считала себя счастливой, но Эмили не могла отрицать, что и сама чувствует себя счастливой. Она погладила живот с тихим стоном, внезапно задумавшись, не станет ли она образцовой матерью. По крайней мере, правительственная программа поощрения рождаемости хорошо платит. Возможно, ей больше никогда не придётся работать, и она сможет сосредоточиться на учёбе — всё ради помощи с ростом населения! Чем больше она об этом думала, тем привлекательнее казалась перспектива. Но мысли прервались, когда пара пальцев внезапно скользнула в её киску. Она застонала от удовольствия, пока профессор размешивала только начавшую вытекать сперму в её хорошо использованной дырочке. Затем старшая женщина вытащила пальцы и поднесла их к текущему ротику девушки. — На, — приказала она. — Вылижи начисто. Эмили послушно раскрыла губы и приняла пальцы профессора в свой слюнявый ротик. Она чувствовала себя шлюхой, обсасывая и облизывая пальцы, и быстро поняла, что ей нравится ощущать себя грязной тряпкой. — Вот так, — пропела профессор. — Хорошая девочка… такая хорошая девочка… Эмили вздрогнула от слов «хорошая девочка» — будто это значило для неё всё на свете. Она содрогнулась, потому что ей очень нравилось это прозвище, и ей было стыдно это признавать — даже перед собой. Профессор Морган вытащила пальцы изо рта Эмили и вернула руку к своему члену. Она снова начала ласкать себя, тихо постанывая, пока не встала в полную боевую готовность, и на этот раз приказала студентке, нагнутой перед ней, развернуться. Эмили послушалась с шаткой улыбкой на лице. Одежда была смята и испачкана, но это уже мало волновало Эмили, когда она обеспечивала себе будущее; когда её трахали до одури и оплодотворяли, как хорошую самку. — А теперь садись сюда, — сказала Морган, взяв Эмили за бёдра и помогая забраться на стол. Её голая киска продолжала вытекать наполнившей её массой, и теперь стол профессора медленно покрывался лужицей жемчужно-белой спермы, которая мягко сочилась между половыми губами Эмили. Эмили положила руки на плечи Морган — без всякой просьбы. Старшая женщина хихикнула, найдя очаровательным, как внезапно девушка стала такой приставучей, и смех перешёл в стон, когда она снова ввела член в молодую дырочку, раздвигая губы, чувствуя, как стенки влагалища сжимаются вокруг толстого, пульсирующего ствола. — Чёрт возьми, — прорычала профессор прямо в ухо Эмили, заставив девушку задрожать. — Всё ещё такая тесная… ха… не могу дождаться, когда растяну тебя, милая. Нгх, скоро ты не сможешь взять никакой другой член, кроме моего — как тебе такое? — Да, — простонала Эмили, глаза полуприкрыты, полны откровенной тоски. — Да, пожалуйста… я хочу… мне… мне это нужно…! — Я знаю, детка. Знаю… Пространство вокруг внезапно стало гораздо более интимным. Профессор Морган рычала, начиная новый ритм — толчки бёдер вперёд-назад, снова и снова, пока долбила тесную студентку, сидящую на её столе. Удовольствие было почти неописуемым; экстаз растекался от центра и бил по позвоночнику словно молния. Это было электризующим, омолаживающим, и Морган не смогла бы остановить движения тела, даже если бы захотела. Эмили тут же начала стонать, язык вывалился изо рта, руки обвили плечи старшей женщины, прижимая её к себе в страсти и пылкости. Она цеплялась за неё так, будто никогда не хотела отпускать, и, к счастью, у Морган и не было намерения уходить. Особенно пока у неё была нуждающаяся студентка, которую можно трахать когда угодно. — Хорошая девочка, — простонала Морган. — Оох, чёрт… Боже, да, вот так… — П-профессор! — пискнула Эмили от восторга, держа ноги раздвинутыми и слегка обхватив ими старшую женщину, пока их бёдра сталкивались снова и снова, издавая хлопки, разносившиеся по комнате. Комната очень быстро начала пахнуть сексом и потом. Шлёп! Шлёп! Шлёп! Их мокрые пахи сталкивались без устали, и Морган с трудом сдерживалась, утверждая доминирование над Эмили вот так. Тело двигалось словно на автопилоте, пока она наслаждалась киской студентки. Пока работала над тем, чтобы заполнить её спермой второй, третий, четвёртый раз… пока не насытится. — Держу пари, нгх, ты уже беременна, — прошептала Морган, постанывая в ухо девушки и проводя языком по мочке. — Ха… но я всё равно буду заполнять твою киску снова и снова. Даже когда твой животик станет кругленьким, я сделаю так, что ты навсегда будешь жаждать этот член! — Да! — закричала Эмили. — Да, пожалуйста, профессор! — Профессор, ха… даже сейчас, пока я тебя трахаю, ты не можешь перестать называть меня так? — старшая женщина хихикнула, тень прошла по её лицу, и она начала двигаться гораздо быстрее и глубже в промокшую киску Эмили. Удовольствие в этот момент было поистине невероятным, словно все чувства обострились. Особенно осязание, вкус и запах — всё работало вместе, делая Эмили самой желанной девушкой, которую она когда-либо имела. Эмили обвила ногами нижнюю часть тела профессора, грудь вздымалась от тяжёлого дыхания. Это вдохновило Морган отстраниться и схватить грудь Эмили, сжимая её сиськи с жадностью, наблюдая, как пальцы тонут в мягкой плоти прямо у неё на глазах. — Трогай меня, — простонала Эмили, выпячивая грудь и мяукая от восторга. — Трогай меня, п-профессор… трогай, пока т-трахаешь меня, да! — Какая нуждающаяся девочка! — рассмеялась профессор. — Мой сын когда-нибудь делал с тобой что-то подобное? Будь честна. Эмили покачала головой с печальным стоном. Хотя она и не была девственницей до сегодняшнего дня, Эмили искренне чувствовала, что больше никогда не захочет никого другого. Не с таким членом у профессора и не с таким умением им пользоваться. Морган резко толкнулась вперёд, и Эмили выгнула спину, когда похотливый вздох вырвался из лёгких. Глаза внезапно расширились, тело окаменело, пока она выдерживала грубую, животную страсть футанари. Пока её мягкие груди мяли и тискали, она не могла сдержать ещё более грязный звук, давно отбросив мысль о тишине. — Ты так громко, милая! — простонала Морган, прежде чем её смех заполнил воздух, пока она постепенно сбавляла ритм. — Ещё немного — и кто-нибудь зайдёт проверить. Увидит, как с тобой обращаются как с грязной маленькой шлюхой. Это ведь то, чего ты хочешь, детка? Хочешь, чтобы кто-то ещё увидел, какая ты грязная шлюшка? К приятному удивлению Морган, Эмили действительно кивнула. Похоть, видимо, сильно затуманила ей разум, но профессор была рада видеть, как девушка принимает свою самую развратную сторону. — Ха… правда? Тогда, может, мне стоит трахнуть тебя во дворе! — прорычала Морган, и почувствовала, как Эмили сжалась, взвизгнув от безумного восторга. — Ха, ннгх… чёрт! Ты только что стала ещё теснее, милая? Хочешь, чтобы весь кампус увидел, как ты прыгаешь на моём члене? Чёрт — это горячо! Все узнают, что ты моя девочка! Все узнают, что ты МОЯ племенная сучка! Эмили кончила прямо в этот момент, не в силах больше сдерживаться. Киска сжалась вокруг члена профессора, пока она отдавалась полностью, заливая их пахи, пока соки стекали по стройным бёдрам и на уже промокший стол под ней. После этого профессор снова ускорилась. Она начала двигаться быстрее и глубже, как раньше, наполняя кабинет звуками своего сексуального рычания, пока бёдра превратились в размытое пятно. — Я кончаю, милая! — снова предупредила Морган. — Я кончаю! Готовься стать мамочкой, милая! Этот точно, нгх, сделает тебя беременной! — Кончай в меня! — крик чистого восторга сорвался с губ Эмили, наполняя комнату её ликованием. — Кончай в меня! Да! Да-а! — Нгх! Наконец Морган достигла второго оргазма за день, и её член взорвался потоком удовольствия, пока она накачивала тесную, горячую киску Эмили своей детородной спермой. Она не могла перестать стонать, отдаваясь полностью; опустошая себя внутрь студентки, которая сидела раскорячившись на столе и кричала от чистого блаженства, пока её матка до краёв наполнялась новыми потоками горячей, густой спермы. — Да! Нгх, бери! Бери, милая! — Морган издала радостный рык, упиваясь огромным удовольствием момента, накачивая студентку до отказа горячей липкой спермой, чувствуя, как Эмили дёргается вокруг её члена и в её руках. Она положила голову на плечо девушки, пока упаковывала её мощной спермой, и когда наконец закончила стрелять, вытащила член с влажным чавканьем и положила его на влажное бедро студентки. — Ха… фух… ха… чёрт возьми, милая… — Морган бездыханно хихикнула, взъерошив волосы Эмили. — Ты лучшая из всех, без вариантов… — Спаси-и-ибо, профе-е-ессор… — пропела Эмили, почти пьяная от спермы, погружаясь в объятия старшей женщины, точно зная, что её только что окончательно подчинили через осеменение. Она знала, что будет дальше. Подтверждённая беременность. Увольнение с подработки. Ежемесячный жирный правительственный чек. Ей больше ничего не придётся хотеть, и каждый день у неё будет футари с толстым членом для игр. Она что-то упустила? Старшая женщина вздохнула с облегчением, прежде чем смахнуть комок спермы с члена и засунуть палец себе в рот, словно пробуя собственное семя. — А теперь, — сказала она, — расстанься с моим сыном, хорошо, милая? Твоя киска теперь вся моя — он скоро и сам узнает. Ах да. Эмили смущённо улыбнулась, вспомнив о своём парне. Или, точнее, уже бывшем парне.