Агентство чёрного кота

Люди не любят марать руки и не важно обо что. А особенно люди, что имеют деньги, не хотят пачкать руки в чужой крови. Для таких и существуют специальные агентства, которые с удовольствием «испачкают» руки в чьей-то крови за чьи-то деньги. Рюсуй этим и занимается, и честно говоря, с большим удовольствием. Держит самое дорогое агентство по зачистке под своим крылом. То самое агентство, что как черная кошка под покровом ночи – совершенно не уловимое. Рюсуй сидел в своем кабинете, медленно потягивая виски из прозрачного бокала. Он любил сидеть в одиночестве, смотря на то, как яркие огни мегаполиса пытаюсь скрыть темноту и грязь. Такие вечера частно сопровождались ощущением легкой ностальгии, ведь когда-то Нанами сам поднимался с низов, побивая дорогу наверх только своими руками. А всё началось с какой-то мести за свою семью. Оставшись единственным выжившим из всей семьи Нанами, практически без денег, Рюсуй почувствовал горечь злобы. И эта смесь злобы, обиды и отчаяния привела парня к единственному решению. Убийство. Всё произошло слишком быстро, Рюсуй и не ожидал, что может так хладнокровно лишать кого-то жизни. Это даже понравилось парню, ну а деньги нужно было где-то искать. Желательно те же самые деньги, что были у корпорации Нанами в своё время. Так что он попытался возвести свою новую империю – империю смерти. И Рюсуй оказался успешным и в этом деле. Поэтому сейчас, он спокойно и самодовольно сидел в своем кресле, пока не было новых заказов. Его время наедине с собой прерывает тихий стук в дверь, а затем ели слышное цоканье каблучков. На кофейном столике оказывается досье, а звук каблуков удаляется к двери, а затем и за ней. Рюсуй безэмоционально смотрит на папку, ставит бокал рядом, и берет её в руки. Он открывает, начиная читать. Брови медленно ползут вверх, а Нанами тяжело вздыхает. Парень с удовольствием сделал бы всё самостоятельно, но за отравления отвечает не он. — Позвони ему, — просит Рюсуй, зажимая кнопку на небольшой рации и откладывает её, вместе с досье на край стола. Берет в руки бокал, чтобы допить виски до начала хаоса. Минут через 20 в дверь кто-то вошел, даже не постучавшись. Гость, подходит к Рюсую вставя перед ним, перекрывая такой чудесный вид. Нанами поднимает взгляд и привычно улыбается, хотя парень перед ним явно был раздражен. — Какого черта ты вызвал меня так поздно, — фыркает он, — Или ты опять напился, и тебе одинокого. — У нас заказ Сенку. И это твоя специальность – отравление, — Рюсуй кивает головой в сторону папки. Сенку закатывает глаза, но всё же берет папку. Было у него ощущение, что дело не только в способе убийства, но он уже приехал сюда. Ему хватает прочитать лишь имя жертвы, чтобы потерять дар речи. Ишигами сжимает в руках листы, пытаясь не потерять самообладание. Но такой крупицы информации хватает, дабы почувствовать боль, что сравнима с ударом в живот. — Какого черта, — выдавливает через силу из себя Сенку. — Это заказ и наша новая жертва, — Рюсуй звучит даже слишком спокойно. Явно уже привык ко многому. — Я не могу его убить, — Сенку откидывает папку обратно на стол и пара листов падают на пол, вылетев из папки. — Не возьмемся мы, возьмется кто-то другой. Хочешь чтобы твоего ненаглядного убил кто-то другой? Сенку медленно садится в кресло рядом. Он берет листы с досье, будто бы надеясь, что имя и факты изменятся. Рюсуй встает и направляется к комнатному мини-бару. Он наливает виски, добавляет льда и разбавляет всё колой. Смотрит на друга через плечо, наблюдает за реакцией. Нанами возвращается и видит, что на парне лица нет. Это в принципе не удивительно, так что Рюсуй ставит бокал с алкоголем на столик, а сам садится на кресло рядом. Ничего не говорит, а просто ждет пока Сенку будет готов. Ишигами поднимает голову от бумаг, чувствуя, как руки дрожат. Он привык убивать торговцев наркотиками, опасных людей или членов мафии, но не простых людей. Цукаса ничего никому не сделал, но сейчас его досье лежит в его руках. А это значит, что он, по сути, труп. Рюсуй прав, не убьют они, убьют кто-то другие. Парень чувствует, как сердце стучит, буквально оглушает его мысли. Этот стук отзывается страхом и нарастающей паникой от безысходности. — Почему он? — Сенку тяжело вздыхает. — Ты уже сам всё прочитал. Он боец, а кому-то нужна победа в следующем бою. — Да, честно драться слишком сложно. Но я всё равно не могу. — Сенку тяжело вздыхает, пытаясь держать в себе остатки самообладания. — Сможешь. Один укол и всё — Рюсуй говорит это так буднично, просто, да и ещё отпивает алкоголь после фразы. Сенку медленно поворачивает на него голову. Смотрит так, будто бы перед ним совершенно незнакомый человек. Для него было открытием, что Рюсуй так поверхностно относится к жизням. Всегда это было, или случилось после нескольких лет убийства самых разных людей, было не понятно, но Нанами явно изменился с тех пор, как они встретились в первый раз. — Ты хоть понимаешь, что ты просишь меня сделать? — Сенку старается не сорваться на крик, — Ты хочешь, чтобы я убил человека, которого люблю. Рюсуй медленно кивает. В это мгновение его ударяют по щеке. Звонкая пощечина прерывает вдруг наступившую тишину. Нанами поднимает голову на Сенку, а у того слезы текут по щекам. Он удивлено смотрит, на то как его друг медленно сдается под натиском эмоции. Нанами прикладывает прохладный стакан к щеке, чтобы немного «остудить». — Какого черта тебе плевать? Ты так говоришь, будто бы это мелочь — Сенку вытирает щеки от слёз, но при этом не может сдержать их. Парень не может поверить в то, что перед ним сидит монстр без человеческих чувств. И Рюсуй же знает, что Сенку и Цукаса вместе, так откуда такое безразличие. — Тебе так легко говорить, я бы посмотрел на тебя, если бы тебе сказали убить любимого тебе человека. Ах да, ты чертов ловелас, что не задерживается на ком-то одном дольше недели, — откровенно кричит Сенку, теряя всю свою серьезную и рассудительную маску. Рюсуй лишь тихо смеется, не поднимая голову. В этом смешке звучала явная боль, что закрыта где-то глубоко в сердце. Парень смотрит на то, как в бокале блестит лед. Хотя пустой взгляд будто бы прожигает бокал с разрушающим пойлом и останавливается где-то за переделами окна. Во взгляде не было никакой насмешки, скорее отчаяние и возможно воспоминание. Сенку смотрит на него внимательно. Он давно не видел у беззаботного Рюсуя такой тяжелый взгляд. — Кто он? Кого ты уже успел убить! — Сенку смотрит на него уже с легким страхом. — Мое самое дорогое сокровище, что осталось после краха империи Нанами, — Рюсуй отводит взгляд от бокала, смотрит прямо в окно, — Ген. Асагири Ген. Ты ведь тоже его помнишь. Сенку чувствует, как в горле встает ком, что мешает ему говорить. Конечно, он помнил Гена, ведь именно Ишигами и познакомил этих двоих. И он прекрасно знал о зарождающихся между ними отношениями, и о том, как счастлив был Рюсуй. Знал, что именно Ген был рядом после всего ужаса в жизни Рюсуя. Ген помог ему встать на ноги. Но Асагири оказывается не знал, что своими рукам взрастил чудовище, монстра, убийцу. И по совместительству своего личного палача. Сенку смотрит на Рюсуя, чей взгляд не выражает ничего кроме всепоглощающей боли. — Но… — голос так предательски дрожит, что Сенку приходится прокашляться, прежде чем продолжить фразу, — Но его же убили при попытке ограбления. — По крайней мере так сказала полиция, — с ядовитым смешком говорит Рюсуй, — Давай я напомню, почему у меня самый дорогой ценник? — Потому что никогда не понятно, что это именно убийство. Ты незаметный, как черный кот в ночи, — Рюсуй кивает на слова Сенку. Всё именно так, и он не просто так получил такой имидж. — Он сделал столько для тебя, а ты убил его. — Не убил бы я, убил бы кто-то другой. Кто-то, кто не подарил ему такую легкую смерть — Ты застрелил его! И это легкая смерть! Рюсуй кривится от крика Сенку. Конечно, это не легкая смерть, но выбора у него не оставалось. Подстроить всё как ограбление было не то чтобы сложно. Но смотреть в голубые глаза, что не понимают, почему Рюсуй направляет на него пистолет, было невыносимо. Тихие мольбы поговорить с ним и не делать этого, не делали ситуацию проще. Нанами плакал в тот день в последний раз. Больше поводов не осталось. И желания привязываться к людям тоже. Он медленно поднимается со своего кресла и подходит к самому окну. Смотрит куда-то вниз, где ездят машины и ходят люди. Рюсуй не поворачивается на друга. — Всё произойдет завтра, — голос как у палача, что выносит приговор. Нанами слышит истошный крик отчаяния, а затем как хлопает дверь его кабинета. Рюсуй опять один в пустой комнате. Только сейчас в нем начинают царапаться болезненные ощущения воспоминаний. То, что он так долго закапывал под слоем безразличия. Воспоминания о том, как ему было хорошо с Геном, сейчас медленно добивали. Голубые глаза, что смотрят в самую душу и тихое «Рюсуй», перед самой смертью. Всё это до сих пор ходит призраком вины за ним. И он ведь пришел на его похороны. Стоял рядом с семьей, но так и не смог заплакать или спокойно смотреть на надгробие. Рюсуй больше никогда не навещал его.

***

Цукаса идет домой после тренировки. Ничего необычного, ведь скоро серьезные соревнования. Парень по пути зашел в магазин, потому что надо домой купить что-нибудь вкусное. Так что сейчас он шел, не обращая внимания на что-то лишнее, пишет Сенку сообщения о том, что скоро будет. Знал бы он, что его ненаглядный сам знает, что Тсукаса больше никогда не вернется домой. Всё происходит молниеносно. Укол в шею, и парень тут же падает на землю. Телефон разбивается, но на экране всё ещё можно прочитать недописанное «люблю тебя». Сенку смотрит на него и сдерживает слёзы. Лишние улики не нужны. Тсукаса так и не узнает, кто именно его убил, не успел увидеть в вечерней темноте. Но груз вины уже лег на плечи Сенку. Рюсуй лишь молча смотрел за тем, как заказ исполняется. В полицейском отчете написали, что у парня просто остановилось сердце из-за физических нагрузок. Простая случайность, которая не привлекает лишнего внимания. Рюсуй пошел на похороны, только чтобы поддержать Сенку. Удивительно, что он даже чувствовал себя неплохо. Для человека, кто виноват в смерти того, кто сейчас в гробу. Ишигами хотя бы мог выплакаться и раз за разом извинялся. И только Рюсуй понимал, почему тот делает это. «Он ведь уже мертв, не слышит твои слов» — думает Нанами. Парень отворачивается и идет куда-то в сторону. Идет почти бессмысленно, обходя надгробия. Но он знает, куда ведет его память и не противиться. Рюсуй прекрасно помнит дорогу. Даже после стольких лет игнорирования. Среди таких же каменных плит была одна особенная. Нанами смотрит и тяжело вздыхает. Садится на колени перед камнем и протягивает руку, но замирает. — Ну привет, — тихо говорит Рюсуй, — Давно я тебя не навещал, честно говоря я ведь вообще этого не делал.

— Ну и вообще не стоило. Ты зачем сюда пришел? Оставался бы на поминках

— Ты не рад меня видеть? — Рюсуй тихо усмехается и кладет руку на холодный камень.

— А ты по мне так не убивался. Так и знал, что ты меня использовал.

— Я тебя любил…

— Врешь!

— Замолчи! — Рюсуй кричит. Он знал, что будет когда он придет сюда. Но теперь дороги назад нет, — Замолчи, я любил тебя. Любил больше чертовой жизни, но у меня не было выбора. И тот пистолет со второй пулей всё ещё лежит у меня в кабинете. Я хотел убить себя, чтобы быть с тобой. Но я трус. Трус, что не смог Нанами чувствует, как его начинает трасти. Опять голос Гена в голове, опять удушающее чувство вины. Рюсуй столько лет не плакал, но вот сейчас на камень падают слезинки и разбиваются. Он не открывал глаза, но вот голоса Гена больше не было. Он обнимает себя за плечи. — Нет… Пожалуйста, не молчи. Прости меня. Прости, мое сокровище. Сколько бы Рюсуй не умолял, но больше Ген ему ничего не сказал. У него остаётся лишь один вариант, чтобы заново услышать его. И может быть пора решиться и вновь быть вместе. Парень встает с земли, и ему приходит сообщение на телефон. Это было новое задание. Нанами вытирает слёзы с щек. Он ведь уже всё решил, но, наверное, не сейчас. Он просто уходит с кладбища, будто бы его и не было здесь.