«время не вода»

Жестокий мир джуджутсу полон своих причуд и странностей, и все былины эти неизвестны для людей мирных, ничем не примечательных, ведь им не суждено было родиться шаманом, в крови чьей энергия проклятая бушует, глаза чьи проклятья зловещие видят, что беспощадны на своем пути, и лишь одного желают — власти над планетой сущей. И одной из особенностей является одна вещь страшная до жути. Если мага не вспоминать, исчезать он начинает. Постепенно. Но у каждого это происходит по разному, и что самое угнетающее, это летальный исход. Никто от этого не застрахован. Ведь душа живет, пока о ней помнят. *** Два весёлых парня шли после выполненной миссии. Солнце приятно спины их грело. Голубоглазый хохотал звонко, в плечо слабо товарища рядом стукнув. — какое омерзительное было чудище! Буэээ! Лицо его скопилось в гримасе недовольной, а в голосе нотки насмешки пронеслись. Гето плечами беззаботно пожал, ухмылку сдержать не сумев. — все они твари В ответ произнес голосом глубоким шаман, руки за голову протянув, пучок свой небрежный поправляя, резинку сильнее затягивая, чтоб пряди волос шелковистых не выпали. Очкастый внимательно за действиями его следит, замолкнув на какое то время, тишине меж ними позволив возникнуть. Такие моменты всегда были самыми лучшими. Когда завершили поручение, и идете в техникум на легке, ведь груз с плечей оставляется позади. — знаешь Сугуру, а когда это проклятье трёх глазое тебя с дракона лапой смахнуло… я даже переживать начал. Слишком тихо проговорил Годжо, слишком откровенно. Прежде чем раскрыться дальше, и нести ещё больше полной чепухи, он выпалил. — ну а иначе кто ещё со мной статус сильнейшего носить будет! Конечно, Сатору безусловно гордился своими силами, что никто рядом с ним не может стоять, кроме Гето Сугуру конечно же. Слава – именно этого добивался обладатель шести глаз. И ведь осудить никто не может за это. Все хотят быть известными личностями, чье имя будет узнаваемо в далёком будущем, чье надгробье будет иметь отдельное место, перед которым склоняться будут случайные прохожие, или чьи памятники будут стоять, с монолитными плитами о биографии и достижениях. Именно это было то, что Годжо уже смог добиться в свои то подростковые годы. — сильнейшие… Сквозь зубы повторил Гето. О нем нельзя было сказать, что он доволен тем, чего добился. Без заговорочно, он ценил время, что проводил с близкими людьми, спасая мирный народ. Он дорожил Сатору. Но он никак не хотел рисковать собственной жизнью. Ради чего? Ради кого? Это мышление начало развиваться у него давно. Он думал, что эгоист. Не всем выпадает возможность родиться героем, а он не хочет этим пользоваться по назначению? Правда, жизнь даётся лишь раз. А какой идиот захочет спасать чье-то существования, ценой своим? И постоянно, из раза в раз, он рисковал. Что и порождало в нем смешанные чувства, мысли, что перечили друг другу. Из транса его несущихся в неизвестность мыслей его вытащил знакомый голос. — Сатору призывает Сугуру. Ало—оооо!! Он махал рукой перед лицом Гето, пытаясь заполучить его внимание. Он наконец-то взглянул в эти голубые очи, за стеклами очков темных. Смотря на него, расстеряно даже, не понимая, что он успел уже пропустить. — все в порядке? Я тебя раз пять звал И вот вновь мгновение тишины. Сугуру почувствовал стыд, что так бурно в груди расплывался. — прости, я опять в мыслях застрял. Извинения прося, неловко затылок свой почесал, руки свои не зная чем занять. Благо, Годжо понимал все это, не впервой сталкивается с проблемой этой, не сердился на друга бедного. Решив, не заострять на этом внимания, он перевел тему, для чего изначально и звал его. — этот... Ты мороженное будешь? Сегодня довольно жарко. Они уже были в знакомых окрестностях, и белобрысый указал на фургон позади себя. Взор Сугуру устремился на вывеску на крыше транспорта. «Little Sweetness» было написано крупными шрифтом в постельных тонах. А за окном сидела девушка, может чуть старше их. На вид опрятная, даже миловидная. На ней была кепка с той же самой надписью, что и на вывеске. — маленькая сладость… да, давай. Я буду ванильное. Без лишних слов, Годжо отправился за мороженым, за пару шагов сокращая расстояние, и облокотившись об деревянный подоконник, постучал в окошечко. Девушка открыла, и стала разговаривать о чем-то с ним. Хотя даже дураком не надо быть, что о мороженном. Парень стоял в сторонке, молча, и в ожидании находясь, по сторонам глядя. Перед собой лучи последние солнца видел, что теплом провожали. Было спокойно, и хорошо. Атмосфера была умиротворяющей, прям как он любит. И вот, даже не успев с головой окунуться в потоки размышлений своих, о представлении жизни, которую бы достичь хотел, вернулся белобрысый с лучезарной улыбкой на лице, по мороженому, занявшим его руки. Он протянул одну руку вперёд, вручая ванильные шарики в колпаке вафельном. — спасибо Сугуру взял в свои руки сладость холодную, улыбка ответная образовалась быстро, слова благодарности выражая. Пальцы их соприкоснулись слегка, пока обменивались они. Неизвестное чувство поразило очкастого, словно током ударило на мгновение. Он виду не подал, вид прежним остался. — да было бы за что! Сатору ответил громогласно. Шли они дальше, мороженом ублажнясь. Холодок охлаждал их тела спотевшие, под слоями одежды школьной, потрепатой немного. — Сугуру, ты же заштопаешь рукав? Я порвал, представляешь! Драматично возгласил, рукав гакурана* показывая, что ближе к запястью порвано было. Ткань разорвана, с двух концов нитки длин разных торчали, на которых кровь присохнуть уже успела, пылью поверх укрыв. — знаешь, Сатору, ты уже походу себе мозги отморозил. Гето, рассмотрев проблему возникшую, секунды лишней не теряя, схватился за запястье, и успевая одним движением резким кусочек шоколадного холодка укусить. Приятель же в ступоре был, не ожидая такого неожиданного, по его мнению нечестного поступка. — это был грязный ход! Смеясь, Годжо протянул руку свободную, небрежно вытерая след от преступления на уголке губ друга своего. И ему было совершено все равно на это, на самом деле. Не было ему жалко мороженного своего, тем уже более для такого особенного человека, как Сугуру. Но справедливости ради, даже не пытаясь действий своих незаметными или резвыми сделать, он наклонился вниз. Зубы вокруг верхушки сомкнулись. Выпрямившись, на языке ваниль душистую ощущая, от чего ухмыляется довольно, причмокивая наигранно. Улица смехом искренним озарилась, юноши ситуацию потешной посчитав, в чем они скорее всего и были правы. — ну ладно, один - один. Годжо лишь оскал свой оголяя, очки поправляя, на переносицу свою обратно их приподнимая. Даже не заметив, как десерт холодный иссяк. Они остановились у площадки детской, дух перевести после дороги долгой, измотанной. Устроившись по удобнее на скамейке, что аккуратно в белый окрашено была, сверкая под светом фонарей, что работали уже, после захода звезды огромной. Прокряхтев, голубоглазый вытянул ноги свои вперёд, в песок упираясь пятками. Голову назад запрокинул, очи прикрывая. Грудь его вздымалась ритмично. И все никак не унимался вопрос, в голове беспорядочной Сугуру, что волновал его на протяжении времени долгово. Решать он его не задавался, всегда откладывал на потом… А может это шанс? Сейчас, не трача больше времени в пустую, и собраться с духом, спросив? Все же, нервничая невольно, даже представляя формулировку мыслей своих, что он сам не до конца мог понимать. Но время, отложенное на остановку подошло к концу, снова пора наступала. Немного оставалось идти уже. Сжав свои кулаки, от досады, возникшей в груди, что вновь не смог осмелиться. Прежде чем это заметить можно было, расслабиться себя заставил. — вперёд? — так точно! И зашагали они дальше, со своими мыслями, в тишине небольшой, что возникала между ними периодами какими-то. Но в тишине этой, казалось и хранились ответы на вопросы… — Сатору! Я… Неожиданно даже для себя выпалил Гето, расстеряно смотря на него, после голову опуская, проклиная себя, за спонтанность действий необдуманных. Годжо остановился, его выражения лица внимательно рассматривая, словно в голову проникнуть пытаясь, узнать о чем созерцает он. — что, ты? Переспросил он, ответ внимательно ожидая, чувствуя как сердцебиение участилось, от волнения из ниоткуда возникшего. Не часто он таким Сугуру видел… *** *Гакуран — это темная куртка/ верхняя одежда с высоким стойким воротником. Именно гакуран носят как школьную форму в школе Джутжутсу