Это самая обычная школа

Государственная старшая школа с заклинательским уклоном «Цанцюн» не щадила никого. Будучи когда-то одной из лучших, сейчас, после ухода на пенсию предыдущего директора, имеющего связи с императором, она стала самой обычной школой. Пусть и с заклинательским уклоном. Нет, конечно, до Исправительной школой имени Тяньлан-цзюня, куда поступали самые пропащие отбросы общества, ей было далеко, но и с частной школой Хуаньхуа не сравнить. Учителя в Цанцюне тоже были самые обычные. Когда-то они блистали на своем поприще, но теперь уныло прозябали в обветшалых кабинетах и залах. Или влипали в неприятности, заставляя директора публично извиняться. Директор Цанцюна, Юэ Цинъюань, был лучшим выпускником этой же школы. Лучший среди всех учеников, победитель олимпиад и соревнований. Все четыре года занимал первое место в Конференции Бессмертных. Во время выпуска пообещал, что продолжит карьеру в образовании и обещание выполнил, вернувшись в родную школу сначала учителем, а потом и директором. Его правая рука и учитель искусств — Шэнь Цинцю. Таинственный и строгий, он сменил несколько школ, не сойдясь характером с коллективом, и был взят Юэ Цинъюанем по знакомству. За Шэнь Цинцю тянулся шлейф скандалов, но избавиться на этот раз не получилось. Хотя характером он не сошёлся и тут. Учитель математики, Шан Цинхуа, тоже появился в Цанцюне после скандала, его обвиняли в расхищении бюджета и только отсутствие явных доказательств позволило ему остаться на свободе. С должности бухгалтера его, впрочем, выгнали взашей и запретили работать по специальности на долгие годы. Юэ Цинъюаня это нисколько не смущало, и Шан Цинхуа занимал у него и должность завхоза. Как не смущало бессменного директора школы имени Тяньлан-цзюня, где Шан Цинхуа подрабатывал на полставки. Лю Цингэ, когда-то молодая звезда заклинательства, пришёл в Цанцюн после травмы на ночной охоте, когда таинственный зверь растерзал его так, что собирали по кусочкам. Собрали хорошо, но врачи запретили продолжать, и пришлось учить тому, что знал сам — владению мечом и убийству монстров. Му Цинфан, руководитель медпункта, переживал у них выгорание. Талантливый хирург, он просто в один момент понял, что больше не может терять больных на своём столе и устроился в школу. Заклинательская школа позволяла заниматься любимым делом, но без постоянной борьбы против смерти. Вэй Цинвэй достался Юэ Цинъюаню по наследству. Он и при предыдущем директоре занимался изготовлением духовных мечей, так и остался при нынешнем. Ци Цинци тоже бывшая охотница. Активистка за права женщин в заклинательстве и не только. На себе прочувствовавшая все проблемы, хотела с юных лет готовить девушек к трудностям и их решениям. В Цанцюне преподавала точные науки. Мо Циншоу, учитель биологии, биологии монстров и биологии демонов, тоже была активисткой, но защищала животных (и демонов, и демонических животных). В свободное время её легко можно было найти на пикетах, митингах и пару раз в тюрьме за порчу имущества. Как её умудрились найти и поймать, гадают до сих пор. Говорили, у неё есть покровитель, который даёт ей деньги. Другие говорили, что она просто вошла в банк и вышла с деньгами и никто не заметил. Цин Цинцин, обучающий противодействиям проклятым артефактам, был женат. Поэтому половина урока проходила в его рассказах о семейной жизни, а потом он устраивал опрос. По артефактам и своей жене, и за жену давал дополнительные баллы. В остальном он был скучным и только раз на его занятиях произошло что-то интересное — пришла жена и на руках вынесла из кабинета под радостные крики учеников. Ли Цинминь вёл уроки домоводства, которые по правде никогда в планах не стояли, но Юэ Цинъюань хотел, чтобы ученики были готовы ко всему. Иногда на уроки заходил Цин Цинцин, ел еду и рассказывал про жену. Ван Цинчжи никто не хотел брать на работу не из-за трансгендерности, как думали другие, а потому что в предыщей школе она разнесла на новый год два класса, показывая, как правильно запускать фейерверки. Ученики её обожали, а Шан Цинхуа внёс в список ненависти Шэня, вместе с Лю Цингэ. Пришлось взломать его компьютер, но ради экономии Шан Цинхуа мог совершить невозможное. Чжу Цинъи был скучнее Цин Цинцина, монотонно читая лекции по совершенствованию, избегая любого упоминания парного. Вот его уроки никто не любил, подростки больше интересовались как раз вторым. Среди учеников особенно выделялся класс 4-1, гроза школы и демонов. Староста класса, Мин Фань, слыл главным хулиганом и только богатые родители позволяли ему не быть исключенным с позором. Нин Инъин, худшую ученицу класса, тянул на проходной балл Шэнь Цинцю угрозами и подкупом других учителей. Братья Яо казались тихими, но Яо У тайком курил за школой, а Яо Цзянь тайком пытался сковать духовный меч. Лин Чжи торговала домашним заданием. Ляо Пиня теряли на учебных миссиях, забывали на экскурсиях и один раз случайно оставили и заперли в классе. Сюн Чо стремился превзойти всех, но лучше всего у него получалось обогнать Мин Фаня в хулиганстве. Ян Исюань подкармливал бродячих кошек, которые теперь толпами приходили в школу и гадили везде. Лю Минъянь приносила и делилась взрослыми книжками. Цзи Дуань воровал. Цин Тин подкармливал бродячих собак, которые теперь толпами приходили в школу и гадили везде. Бай Мэйли перевели из коррекционной школы. Чжан Янь был детдомовским и это был единственный его недостаток. Но все они меркли по сравнению с Ло Бинхэ. Скандалы с Шэнь Цинцю меркли по сравнению с Ло Бинхэ. За четыре года обучения Ло Бинхэ успел вылететь за неуспеваемость (Шэнь Цинцю занижал оценки), поступить в Хуаньхуа за деньги, вылететь оттуда после розыгрыша директора (Лао Гунчжу сломал обе ноги и руку), попасть в Исправительную школу имени Тяньлан-цзюня (где от него чуть не забеременела ученица Ша Хуалин) и вернуться обратно в Цанцюн. Сейчас вёл себя тихо и готовился к областной олимпиаде по математике (заменил заболевшего Ляо Пиня на городской и случайно занял первое место). Областная олимпиада закончилась победой Ло Бинхэ по всем дисциплинам, потому что ему стало скучно и он решил пройти по всем кабинетам. Цанцюн позвали на награждение с речью. Никто не был готов не то, что к победе, к тому, что выступать нужно не для извинений. Юэ Цинъюаня и Шэнь Цинцю, как классного руководителя Ло Бинхэ, пригласили за кафедру. — Я приношу свои искренние извинения, — начал Юэ Цинъюань благодарственную речь и получил по рёбрам от Шэнь Цинцю. — За то, что ничего не сломали… «Не то», — беззвучно проартикулировал из первого ряда Шан Цинхуа. Он подрабатывал и тут, проверяя работы. — Мы что-то сломали? — Нет, ты должен благодарить за победу, — прошипел на ухо Шэнь Цинцю. — Прошу прощения за победу… — тут Юэ Цинъюань уже и сам понял, что говорит не то. — Мы рады! Мы рады и благодарим организаторов за то, что не выдвинули обвинения… По залу прошла волна фэйспалмов. Шэнь Цинцю не выдержал и оттолкнул Юэ Цинъюаня, сам вставая за микрофон. — Директор Юэ переволновался, — начал он. — Школа Цанцюн благодарит всех участников и я хочу официально заявить, что вы ничего не докажете… — Может, Лю Цингэ попросим? — безнадежно спросил Юэ Цинъюань.